🤖 Арабские монархии Персидского залива — новый технологический полюс? — аналитические тезисы Артёма Адрианова @arab_countries:

• На старте своего развития страны Персидского залива обладали тем, чего не имело большинство других передовых технологических держав, — значительными финансовыми ресурсами, которые государство, контролирующее большую часть экономики, направляет на решение масштабных задач. Долгосрочное планирование и политическая воля в данном случае позволяют конвертировать эти финансовые ресурсы в быстрый технологический прогресс.

• Главной предпосылкой к технологическому рывку стала ситуация на нефтяном рынке в конце 2000-х — середине 2010-х гг., характеризующаяся резким падением цен и их сохранением на низком уровне на протяжении продолжительного времени. Свою роль сыграло Парижское соглашение по климату, направленное на снижение мировых выбросов углекислого газа. Данные тенденции поставили под угрозу экономическую модель стран региона.

• К странам-лидерам относятся ОАЭ и Саудовская Аравия. Они первыми в регионе приоритизировали развитие передовых технологий, в том числе в сфере ИИ, и опережают другие страны Залива в рейтингах по работе с этой технологией. В конце 2010-х годов ОАЭ и КСА стали стремиться решить проблему технологического отставания с использованием комплексного подхода в четырёх основных сферах: (1) подготовка и создание собственных кадров; (2) создание национальных технологических компаний; (3) регулирование; (4) глобальные цепочки производства полупроводников.

• К категории догоняющих стран можно отнести Катар, Бахрейн и Оман. По каким-то параметрам они находятся на уровне КСА, а иногда даже опережают ОАЭ, однако ввиду относительной ограниченности ресурсов (в случае с Бахрейном и Оманом), а также приоритизации других сфер, развитие передовых технологий не было реализовано в той же мере, что и в первых двух монархиях. В результате масштаб прогресса в этом секторе экономики на данный момент представляется более скромным.

• К числу отстающих стран можно отнести Кувейт. В силу особенностей политического устройства страна долгое время оставалась фактически на обочине мирового технологического развития, предпочитая импортировать готовую продукцию и инновации. Но с появлением нового политического руководства в конце 2023 года и постепенным осознанием необходимости диверсификации на фоне постоянных дефицитов бюджета, Кувейт начал включаться в региональную технологическую гонку.

Читать аналитические тезисы для @primakov_center

Ознакомиться с материалом @rbc_news на основе тезисов

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🎞 Дорога в семь тысяч дней. Очерки истории и культуры Афганистана

Собрали некоторые моменты с презентации книги Чрезвычайного и Полномочного Посла Михаила Конаровского «Дорога в семь тысяч дней. Очерки истории и культуры Афганистана» в формате YouTube Shorts и VK Клипов

Каковы были первые впечатления тогда ещё третьекурсника на преддипломной практике от Афганистана? Как можно было попасть на стажировку в Гарвардский университет в начале 90-ых годов? Чем отличаются дари и фарси? Как знание фарси помогало в преподавании русского языка в Афганистане? Когда появилось советское и английское кладбища в Кабуле?

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇮🇷 Что происходит в Тегеране после серии израильских ударов — интервью из Ирана с Адланом Маргоевым @tegeran16:

• Все штатно продолжали и продолжают работу. Иранцы привыкли к тому, что риск атак, диверсий всегда существует. Как сказал один из рядовых участников нашей конференции с иранской стороны (это не ответственное лицо, это нужно подчеркнуть): «Мы так долго боремся с империализмом, что ко всему привыкли». В общем-то иранцы сохраняют дружелюбный и спокойный настрой. И мы в этом же русле продолжаем работать.

• Когда всё началось, мы спали. Первой проснулась одна из руководителей нашей делегации, в районе трёх часов она услышала взрывы — от ударов и сработавшей ПВО. В шесть часов утра была вторая очередь ударов. Понятно, что мы уже не спали. Следили по новостным сводкам за тем, что происходит. Так, среди прочего узнали, что воздушное пространство закрыто.

• Ситуация выглядит гораздо серьёзнее, чем обстрелы, происходившие между Израилем и Ираном в прошлом году. Причём обострение происходит в крайне ответственный момент, ведь с апреля идут ирано-американские переговоры по ядерной проблематике, и очередной их раунд был намечен на это воскресенье в Омане. Я не ожидал, что Израиль начнёт атаку, пока этот дипломатический процесс продолжается. Но теперь я сомневаюсь, что переговоры продолжатся.

• Внутри администрации Трампа есть несколько команд / школ мыслей по поводу ИЯП. Та, которая считает, что ограниченное обогащение в Иране — это естественное право Ирана, как и других стран-членов ДНЯО. Или же Ирану, несмотря на ДНЯО, не должно быть позволено самостоятельно заниматься обогащением. Мы видим, что сам Трамп, Джей Ди Вэнс и Стив Уиткофф в целом разделяли умеренный подход, допуская, что Иран сможет и далее реализовывать право на обогащение урана в мирных целях. Но противоположная команда во главе с Марко Рубио, по сути, перечеркнула результаты нескольких раундов переговоров заявлениями о том, что никакого обогащения в Иране быть не может. Эта более жёсткая линия, к сожалению, победила.

• Иранская сторона в кулуарных беседах, подтверждала, что на каждый новый раунд переговоров американская делегация приезжала с такой позицией, будто бы предыдущего раунда не было. Уиткофф уезжал из Маската или из Рима с разумным подходом к иранской позиции. Но каждый раз его консультации в Вашингтоне оборачивали этот процесс вспять.

• Иранцы будут ожидать осуждения действий Израиля в самых жёстких формулировках. И будут рассчитывать на то, что Россия, как и Китай, поднимут этот вопрос на всевозможных международных площадках, в Совбезе ООН, в МАГАТЭ и так далее. Кроме того, стоит ожидать, что иранцы будут в ещё большей мере заинтересованы в продолжении военно-технического сотрудничества с Россией.

Читать интервью для @kommersant

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

Дорогие друзья, спасибо за Ваши добрые слова и переживания.

Сотрудники ИМИ в составе делегации российских экспертов пересекли погранпереход Иран — Азербайджан. Завтра вечером планируется возвращение в Москву.

Благодарим за помощь Министерство иностранных дел России @MID_Russia, посольства России в Тегеране и в Баку, Фонд Горчакова @Gorchakov_Fund, а также всех причастных к эвакуации.

Заметки наших сотрудников из Тегерана:

• канал директора ИМИ Максима Сучкова;
• канал научного сотрудника ИМИ Адлана Маргоева;
• канал соруководителя исследовательской программы ИМИ Элины Сидоренко;
• интервью Адлана Маргоева для @kommersant;
• интервью Максима Сучкова для @kommersant.

🇺🇸 Роль США в ирано-израильском конфликте — интервью из Тегерана с Максимом Сучковым @postamerica:

• Когда Трамп вернулся в Белый дом, у многих были опасения, что США будут благоприятствовать Израилю по всем значимым для того вопросам, включая Газу и Иран. Первые месяцы действия администрации как будто опровергали эти опасения. Но затем всё ожидаемо увязло в деталях: обнаружилось, что ни Нетаньяху не желает всё спускать на тормозах, не получив желаемого, ни иранцы не готовы поступиться своими интересами безопасности в угоду американцам, даже если те пришли с «пряником» в виде санкционного послабления.

• В отсутствие быстрых результатов американцы решили напомнить Ирану, что в его отношении возможны не только «мир», но и «меч». Трамп стал олицетворением первого, Нетаньяху — второго. Но такой подход чреват проблемами: во-первых, никакие крупные эскалации не могут считаться полностью управляемыми, даже если задумываются таковыми. Израиль начал с высокой ступени этой эскалации, ликвидировав ключевые фигуры в военном командовании и ведущих учёных-ядерщиков, участвовавших в переговорах. Ответить символически, как это было в прошлом году, Иран себе позволить не может. Это не только вопрос репутации и имиджа, но и вопрос выживаемости политического режима Ирана.

• Таким образом, начальное намерение ослабить переговорную позицию Ирана может обернуться более серьёзными последствиями. Что для Трампа игра в эскалацию, для Нетаньяху — возможность устранить ключевую в его представлении угрозу для Израиля — иранский режим. С этим связано и второе потенциальное осложнение. Степень готовности самого Нетаньяху принять сделку с Ираном, о которой говорит Трамп. Есть мнение, что администрация США в целом готова к возвращению к тем модальностям иранской сделки, из которой Трамп вышел в свой первый срок. Однако как тогда, так и сейчас не похоже, чтобы Нетаньяху был готов принять и этот вариант.

• Наверняка идея использовать Израиль как орудие принуждения возникла не вчера. В моём представлении эта идея плохо стыкуется с намерением Трампа не начинать крупных войн по той причине, что в этой партии Израиль не ограничивает себя ролью «стенобитного орудия» Америки. Это полноценный субъект со своими интересами, видением ситуации и ожидаемым исходом конфликта — каждая из этих частей в чём-то не совпадает с американской. Надеяться в такой ситуации пройти «между струйками» большого конфликта и при этом получить желаемое — рискованный подход.

• Проблема в том, что, как и на Украине, США уже вовлечены в эту историю: фактически помогая одной стороне, сложно заставить оппонента поверить в то, что ты остаёшься «над схваткой». Продавать «нейтральность» слишком долго не получается.

• Развитие событий сильно зависит от того, какого рода будут следующие удары, насколько американские базы задействованы в ударах по самому Ирану или помогают Израилю отбивать атаки Ирана и насколько масштаб повреждений и количество пострадавших позволят США «сохранить лицо» или потребуют более серьёзного ответа. Прошлые удары Ирана по базам США такую возможность американцам оставляли, но нынешняя ситуация задаёт весьма высокий тон эскалации. С каждой новой атакой стороны суживают для себя и оппонента коридор ненасильственных мер воздействия друг на друга.

• Тот факт, что Иран фигурирует в двух последних беседах президентов России и США, говорит о том, что эта тема вернулась в повестку двусторонних отношений. Это хорошо и правильно — Россия была и остаётся ключевым игроком в теме СВПД. При этом Россия не намерена растрачивать наработанный капитал отношений с Ираном, чтобы склонять его к выгодным только США решениям. Это должен быть взаимный процесс, и позиция России максимально взвешенная: решительно осудив удары по Ирану, Москва считает конструктивным вернуться к переговорному процессу.

Читать интервью для @kommersant

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Заметки Максима Сучкова из Тегерана

🎂 Центру АСЕАН @aseancentremgimo — 15 лет

В соответствии с договорённостями, зафиксированными в Меморандуме о взаимопонимании между МГИМО и Секретариатом Ассоциации государств Юго-Восточной Азии, 15 июня 2010 года был учреждён Центр АСЕАН МГИМО МИД России.

Центр был создан в целях распространения информации о диалоговом партнёрстве между Россией и АСЕАН, содействия расширению гуманитарных контактов, проведения исследований в областях, представляющих взаимный интерес, а также содействия развитию сотрудничества между Россией и Ассоциацией.

Центр АСЕАН развивает контакты с различными институтами Юго-Восточной Азии, расширяет каналы взаимодействия и способствует установлению взаимовыгодного и продуктивного сотрудничества между Россией и Ассоциацией.

За 15 лет активной работы удалось провести более 200 профильных мероприятий — международных конференций, конкурсов, лекций, тематических дней и недель АСЕАН. Сотрудники Центра приняли участие в 240 мероприятиях коллег и партнёров, подготовили более 220 публикаций и 230 экспертных комментариев для СМИ.

Решение о включении Центра АСЕАН в структуру Института международных исследований (2024) обеспечило существенный синергетический потенциал практико-ориентированных исследований в МГИМО. Уверены, самое эффективное подразделение МГИМО — Центр АСЕАН — останется таковым и впредь.

Тепло поздравляем коллег. Пусть на все ваши планы всегда будет хватать сил, времени и здоровья!