🇷🇺🇺🇦 Проблемы урегулирования украинского кризиса на современном этапе — интервью с Николаем Силаевым:

• Вопросы, которые стоят на повестке мирного урегулирования, это не только проблемы территории или военных блоков. Скорее, это вопросы устройства некоторых государств, кроме Украины. Определение будущего Украины увязано с определением того, кто самый сильный в этой части Европы. Спор по поводу урегулирования — это, по сути, выяснение отношений между Россией и Западом о судьбе европейской безопасности и о судьбе самой России.

• Если рассмотреть соглашение, которое обсуждалось в Стамбуле, то видно, что там все вопросы очень тесно увязывались друг с другом: Украина получала гарантии безопасности, но эти гарантии были связаны ещё и с тем, что происходит во внутренней политике Украины. Предлагалось, что в стране должны отменить несколько законов, которые закрепляли радикальный национализм.

• При этом в стамбульском документе территориальный вопрос решался мягко: на Донбасс и Крым не распространялись гарантии безопасности, которые предоставлялись всей Украине. А сейчас вопрос поставлен гораздо более жёстко, речь идёт о юридическом признании новой территориальной реальности — у такой ситуации мало прецедентов. Мы знаем по случаям, когда территории отделяются и по этому поводу существует спор, но здесь, насколько можно судить, речь идёт о гораздо более надёжном механизме.

• Первая проблема Минских соглашений заключалась в том, что механизмов давления на Украину, способных заставить её выполнять соглашения, не было. Видимо, в Москве в течение нескольких лет надеялись на то, что европейцы будут убеждать Украину ради мира на континенте. Вторая проблема заключалась в том, что в переговоры об урегулировании локального конфликта на Донбассе было упаковано много гораздо более широких вопросов: например, вопросы о характере политического режима на Украине, о расширении НАТО.

• С одной стороны, в теории коррупционный скандал делает руководство Украины более податливым в отношении тех, кто может выложить какие-то новые материалы. С другой стороны, он компрометирует сам мирный план. Ситуация сложилась так, что Зеленский, как он сам заявляет, вёл народ к победе, но из-за коррупции победа получилась такой, какой получилась. Политическая элита не готова это принять. В юридическом смысле он нелегитимен, но скандал отнимает у него и политическую легитимность. Непонятно, как в таком статусе Зеленский будет делать уступки, на которые не согласен весь остальной политический класс.

Смотреть интервью для программы «Международное обозрение» @ru_global

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🧊 Современные международные отношения в Арктике — статья Никиты Липунова @Northern_Affairs:

• Основу отношений между арктическими державами с окончания холодной войны составляли взаимное доверие и ответственность за судьбу региона. Совпадение этих компонентов предопределило характер межгосударственных отношений в Арктике с 1990-х годов, когда Россия и западные страны создали институты регионального сотрудничества. После кризисов в отношениях Москвы и западных столиц эксперты стали говорить об «арктической исключительности», при которой арктические державы продолжают невоенное сотрудничество, несмотря на разногласия по неарктическим вопросам.

• По мере нарастания конфронтации между Россией и Западом в 2010-х годах взаимное доверие стало исчезать, что создало «дилемму безопасности» и запустило милитаризацию Арктики. Эскалация украинского кризиса поставила «исключительность» Арктики под сомнение. Но спустя три с половиной года конфликта все государства региона по-прежнему выступают за сохранение Арктического совета как ключевой площадки по арктическим вопросам.

• С момента возобновления российско-американских контактов в феврале Арктика всё время оставалась на повестке дня, что говорит о готовности Москвы и Вашингтона вернуться к взаимодействию в высоких широтах. В первую очередь речь идёт об энергетических проектах, которые интересуют Трампа. При этом потенциал российско-американского арктического сотрудничества больше: это обеспечение безопасности судоходства, навигация, поиск и спасание, рыболовство, высокие технологии.

• Несмотря на перспективы, питать иллюзий не стоит. Во-первых, Трамп защищает американские интересы. Для него сотрудничество с Москвой в Арктике — дополнительная возможность усилить позиции в регионе за счёт доступа к российским ресурсам. Кроме того, это ещё и попытка вбить клин между Россией и «близарктическим» Китаем. При этом Арктика останется зоной взаимного стратегического ядерного сдерживания Москвы и Вашингтона, поэтому обе державы будут поддерживать там военное присутствие и демонстрировать силу.

• Во-вторых, возможное возобновление российско-американского сотрудничества в Арктике не повлечёт за собой автоматическую реабилитацию Арктического совета, где сильны позиции ценностно заряженных стран Северной Европы и Канады. Именно особенности политического мировоззрения североевропейцев привели к кризису Совета Баренцева/Евроарктического региона, который Россия была вынуждена покинуть в 2023 году.

• В новой парадигме арктической политики Россия акцентирует свою самодостаточность и открыта к сотрудничеству в высоких широтах со всеми, кто готов уважать её интересы, в том числе и с США. Хотя возможный перезапуск российско-американского взаимодействия не остановит «гонку арктических потенциалов», он может стать первым шагом к восстановлению взаимного доверия. Это позволит двум державам снизить градус военно-политической напряжённости в регионе.

Читать статью для @valdaiclub

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇺🇸🇿🇦 Давление Трампа на ЮАР — комментарий Лоры Чконии:

• Среди внешнеполитических инициатив ЮАР Трампа, помимо прочего, не устраивает позиция страны в отношении Израиля. Обвинения насчёт ущемления прав белых в ЮАР — попытка выставить администрацию Рамафосы в плохом свете, показать, что ситуация в стране вышла из-под контроля и поэтому они не вправе выступать в роли медиатора.

• Трамп хочет создать условия зависимости и подчинения, что неприемлемо для ЮАР. Но Йоханнесбург не согласится на условия, при которых им придётся отказаться от партнёрства с Россией, Китаем, от участия в БРИКС. ЮАР остаётся региональным лидером: представляет интересы других африканских стран, имеет приоритетный доступ к ним и может повлиять на их процесс принятия решений.

• Южная Африка получает существенное финансирование от США, особенно по линии борьбы с эпидемией ВИЧ/СПИДа, а также является важным торговым партнёром и реципиентом ПИИ. С другой стороны, у ЮАР нет существенных рычагов давления на США, кроме как партнёрство с их конкурентами на геополитической арене, а также эффективный канал доступа к другим африканским странам.

Читать комментарий для @vedomosti

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇨🇳 Перспективы российско-китайских отношений на 2026 год — подкаст РСМД @russiancouncil с участием Ивана Зуенко @china80s:

• Российско-китайские отношения на современном этапе являются стабильными. Интересно, что если посмотреть на суть этих отношений, на их структуру, то вряд ли можно сказать, что что-то, кроме торговли, принципиально сильно поменялось в 2022 году. Это очень стабильная история, которая восходит к 80-90-м годам и которая в значительной степени обеспечена стабильностью политических режимов России и Китая — и режимов как таковых, и личностей национальных лидеров.

• Поэтому нельзя сказать, что в 2026 году стоит ждать каких-то прорывов. Единственное новое, что можно выделить — проект газопровода «Сила Сибири-2» через Монголию. Пока основные вопросы решены только с монгольской стороной, с китайской стороной продолжается торг, обсуждение, и, возможно, удастся достичь каких-то результатов как раз в 2026 году.

• Можно предположить, что российско-китайское взаимодействие — главный фактор создания евразийского пространства безопасности, сотрудничества, связанности. При этом, например, Большое Евразийское партнёрство — это российская «лейбочка». В Китае же «лейбочки» свои. Это не значит, что идеи, которые заложены в БЕП, противоречат китайским концепциям, которые восходят к идее «сообщества единой судьбы человечества». Китайцы действительно участвуют в создании БЕП, не называя при этом его так.

Слушать подкаст @russiancouncil

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наша группа ВКонтакте

🌾🌐 Перспективы инвестиций в африканские государства — комментарий Ивана Стаканова:

• Любые деньги массово пойдут в Африку, когда появится среда, гарантирующая право собственности на землю. Для этого политическую волю должно проявить государство, осознанно ставящее приоритетом продовольственную безопасность.

• Законы обеспечивают права фермеров на безвозмездное использование земли и разграничение угодий. Также необходимы государственные субсидии: без них в разных формах невозможно развитие агросектора и технологий в странах.

• Если санкции ослабнут, то фрахт для российского агробизнеса станет дешевле, соответственно, вырастут объёмы, в том числе потому, что это станет выгодно и для средних производителей.

Читать комментарий для @vedomosti

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇺🇸 Трамп, его администрация и попытки украинского урегулирования — подкаст с Максимом Сучковым @postamerica:

• В начале года мы говорили о том, что Трамп сформирует администрацию, прежде всего, из лоялистов. Но лоялисты не значит непрофессионалы, как можно было подумать. Сейчас мы видим, что это технократы, которые понимают, как всё работает, и перестраивают эту систему под себя, наблюдая, что она работает плохо и не даёт тех результатов, которые должна давать. Там работают идеологи, которые действуют сообразно тем воззрениям, с которыми они пришли, и пытаются модернизировать систему.

• Речь идёт о новом поколении деятелей, которые приходят со стройной системой убеждений. Она заключается в том, что американская демократия в том виде, как её задумывали отцы-основатели, не работает. США неэффективны как государство, и решить накопившиеся проблемы традиционными институтами и инструментами стало невозможно. Здесь начинаются расхождения — от условных сторонников «тёмного просвещения» Кёртиса Ярвина до каких-то более умеренных, которые считают, что власть должна быть сконцентрирована по принципу меритократии.

• Первую «инъекцию консерватизма» американцы выдали в начале этого года, когда Трамп и Вэнс много выступали на тему возрождения в США разнообразных христианских воззрений. Сегодня это определённая база, на которую они опираются, но, наверное, нужна некая вторая «инъекция». Потому что за чередой этих высказываний и обещаний о спасении ничего такого пока не последовало. Но потенциал такой религиозной или околорелигиозной дипломатии сохраняется.

• У единомышленников Трампа есть базовое убеждение не верить институтам, даже своим: (1) свои — сплошь засилье глубинного государства; (2) динамичность и скорость политики — проще организовать встречу спецпредставителей, чем «разогнать» государственные машины; (3) сами институции остались в прошлом и не успевают за быстрыми процессами и реформами — бюрократии всегда меняются сложно. В начале попыток нормализации мы видели, что деятельность велась по линии министерств, внешнеполитических ведомств, — обсуждались важные, но скорее технические вопросы.

• Сейчас наблюдаем разочарование в Трампе. Оно возникало уже несколько раз даже за этот год: (1) первое большое разочарование — досье Эпштейна, признак эха невыполненных обещаний; (2) симптомом разочарования стали бомбардировки Ирана; (3) сейчас третья волна — реинкарнация пресловутых досье Эпштейна и Венесуэла. Можно предположить, что пока Трамп бьёт не тех, кого надо, а тех, до кого может дотянуться. А всё, что происходит в Западном полушарии, — реинкарнация доктрины Монро, только направленная против Китая.

• В случае с Россией и Украиной у Трампа есть три мотивации: (1) личная мотивация связана с желанием войти в историю как человек, который окончил крупнейшее военное противостояние в Европе со времён Второй мировой войны; (2) наличная состоит в том, что американцы стараются переложить часть издержек на кого-то ещё — Трамп всячески хочет избежать, чтобы Украина стала для него новым Афганистаном; (3) двуличная заключается в том, что, с одной стороны, Трамп называет европейских лидеров беспомощными, но, с другой, без Европы Вашингтону не на кого опереться.

• В этом мы можем найти нотки оптимизма — какого-то лучшего шанса на нормализацию может и не быть при другом президенте. При всём этом Трамп может развернуться и остаться при своём, а избирателю он скажет, что попытался, что он миротворец, а они не поняли. Поэтому надо спокойно продолжать начатую линию, понимая при этом, что времени у Трампа осталось не так много.

Слушать подкаст «Мировой факультет» @ru_global

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇪🇺 Торговля России и Евросоюза в условиях кризиса — комментарий Егора Сергеева:

• Долгие годы конкурентоспособность ЕС во многом опиралась на сравнительно дешёвые энергоресурсы из России. В целом увеличивающееся число ограничений и падающие объёмы торговли способствуют поддержанию довольно высоких цен на энергоресурсы в Евросоюзе, несмотря на то, что основная инфляционная волна пришлась на 2022–2023 годы.

• Едва ли можно говорить, что ограничение импорта энергоресурсов из России — это ключевой негативный фактор для экономики ЕС. Но в условиях системного кризиса, в котором оказалось объединение, это значимый момент, усугублявший общую ситуацию.

• Эффекты кризиса и уменьшения торговли неравномерны, как внутри стран ЕС, так и между ними. Например, ещё с момента введения первых взаимных ограничений в 2014–2015 годах больше всего пострадали соседние с Россией страны Балтии и Финляндия.

• Внутри же стран энергетический кризис серьёзно отразился на домохозяйствах и ценах на коммунальные услуги. Для отдельных производителей товаров в разных государствах ЕС эффекты тоже неравномерны.

• Чаще говорят про декаплинг в отношениях США — Китай, который действительно значим по абсолютным объёмам. Но по относительным показателям затронутых отраслей и сфер, а также по скорости декаплинг ЕС — Россия — один из значимых факторов трансформации мировой экономики.

• Москва научилась работать с европейскими рестрикциями на экспорт за счёт «транзитных» стран, таких как государства Центральной Азии. Россия осуществляет вполне стандартную практику для государств, находящихся в состоянии острого конфликта: уменьшает взаимную торговлю и пользуется услугами посредников.

Читать комментарий для @izvestia

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🪖 🇩🇪 Сумрачный тевтонский пацифизм: готова ли Германия к возвращению призыва — статья Артёма Соколова @GeRussia:

• Непростые отношения с соседями и дефицит внутренних ресурсов обязывали прусских правителей уделять вооружённым силам особое внимание. Офицеры были элитой общества, солдатская служба — редким поводом для гордости у простолюдинов. Образованная в 1871 году Германская империя в целом унаследовала прусский подход к организации военной службы.

• Послевоенная Германия на первых порах мыслилась как государство без вооружённых сил. Для обеспечения безопасности Западной Германии хватало контингента оккупационных войск и полиции. Однако холодная война всё же настойчиво возвращала в руки немецких граждан как на западе, так и на востоке автоматы и пулемёты.

• После присоединения ГДР к ФРГ и наступления «однополярного момента» Германия перестала нуждаться в мощных вооружённых силах. Прифронтовой статус ФРГ внутри НАТО сменился окружением союзников по Альянсу и ЕС или нейтральных государств. Бундесвер пережил несколько волн сокращений, ужавшись менее чем до 200 тысяч человек.

• В меркелевскую эпоху бундесвер был «чемоданом без ручки». Военные расходы сокращались, а должность министра обороны считалась «расстрельной». Всё изменилось в 2022 году. Ядром концепции «смены эпох», провозглашённой канцлером Олафом Шольцем, стала военная реформа. Канцлер Фридрих Мерц не просто продолжил перестройку бундесвера, но и взялся за дело с удвоенной энергией.

• Главная проблема бундесвера сейчас — нехватка желающих «отдать почётный долг родине». Министру обороны Борису Писториусу пока не удалось нарастить численность личного состава до 203 тысяч человек, хотя за последние годы разрыв между ожидаемой цифрой и реальностью сократился. Тем не менее массового притока контрактников не наблюдается. Более того, после 2022 года число досрочно разорванных контрактов увеличилось.

• Возвращение «героического» в немецкое общество возможно только в случае серьёзных социально-политических изменений в стране при наличии реальной внешней угрозы. Пока же немцев больше заботят рост цен и падение уровня жизни. А это слишком зыбкая основа для возрождения героики. Да и возможность выбора альтернативной гражданской службы в случае возвращения призыва никуда не исчезнет.

Читать статью для @profilejournal

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🌍🇰🇵 Санкционный комплаенс по-африкански: кейс соблюдения северокорейского санкционного режима — статья Василисы Кузнецовой:

• К странам-нарушителям ограничительных мер можно отнести Эфиопию, Эритрею, Анголу, ДРК, Экваториальную Гвинею, Буркина-Фасо, Нигер, Мали, Судан, Мозамбик, Танзанию, Алжир, Камерун, Нигерию, Руанду, Гану и Бенин.

• При этом с формальной точки зрения твёрдую приверженность соблюдению санкционных норм демонстрируют Египет, Нигерия, ЮАР, Тунис, Мозамбик, Маврикий, Ангола, Намибия и Уганда. Фактически же большинство компаний данных юрисдикций были вовлечены в проекты, реализуемые совместно с КНДР.

• По линии ВТС «нарушителями» санкционного режима выступают следующие юрисдикции: Эфиопия, Ангола, Эритрея, ДРК, Буркина-Фасо, Мали, Судан и Нигер. В сфере медицины — Кот-д’Ивуар, Того, Конго, Сенегал, Мозамбик. В сфере строительства — Мали, Конго, Намибия, Руанда, Нигерия, Гана, Бенин, Алжир, Камерун. В сфере информационных технологий — Экваториальная Гвинея. В финансовом секторе — Маврикий.

• Выбор стратегии соблюдения или не соблюдения санкционных норм той или иной африканской страной зависит от переплетения множества факторов. Внутренний фактор сопряжён с необходимостью в поставках оружия для ведения войн, борьбы с вооружёнными группами, для переворотов, в медицинской сфере — для решения гуманитарных проблем. Так, Буркина-Фасо активно закупает вооружения для противостояния боевикам. Судан, переживая масштабный хаос, вызванный продолжающимся конфликтом между Суданскими вооружёнными силами и Силами быстрого реагирования, активно приобретает вооружение.

• Африканские страны, находящиеся под санкциями, более склонны поддерживать экономические и политические связи с подсанкционной КНДР. В частности, КНДР поставляет оружие в ДРК в обмен на поставку золота. Помимо этого, Северная Корея экспортирует вооружения в Судан. Однако активно использовать данную ситуацию в своих интересах пытаются США. Соединённые Штаты ранее манипулировали потенциальным снятием санкций. К примеру, под давлением Судан формально прекратил дипломатические отношения с КНДР. Однако внутриполитическая ситуация вносит свои коррективы и вынуждает продолжать закупки вооружения.

Читать статью для портала «ОбнИМИ Африку»

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇺🇸 Что значит заявление Владимира Путина о разделении американского мирного предложения на пакеты — комментарий Николая Силаева:

• Разделение плана Трампа на четыре пакета — вещь сугубо техническая. Говорить на основе этого о создании рабочих групп пока преждевременно, хотя на переговорах в Стамбуле Россия предложила это решение и с тех пор от него не отказывалась.

• При этом следует констатировать, что американцы подтвердили свою приверженность долгосрочному урегулированию конфликта, а не просто прекращению огня. Сейчас мяч на украинской стороне и вряд ли ей удастся в очередной раз повторить трюк, заключающийся в отказе от сделанных предложений с последующим обвинением стороны России, будто она не хочет мира.

• Что же касается плана Трампа, то возможность его дальнейших модификаций остается открытой. Пока нужно отметить, что вопреки тому, что пишет американская и европейская пресса, это именно американское видение решения конфликта, но никак не бумага, сделанная в Кремле, — иначе представители России просто поддержали бы её, а не высказывали критику по некоторым пунктам на протяжении пяти часов.

• Американская сторона располагает своим видением динамики боевых действий на Украине и согласна с тем, что для Киева она складывается неблагоприятно. Вашингтон стремится спасти Украину как свой и в целом западный актив в условиях, когда ВСУ отступают на фронтах.

Читать комментарий для @vedomosti

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇺🇸 Новая Стратегия нацбезопасности США — статья Максима Сучкова @postamerica:

• Появление новой Стратегии национальной безопасности США подтвердило одно важное обстоятельство: Соединённые Штаты, как бы к ним ни относись, по-прежнему слишком важный игрок в мировой политике, чтобы игнорировать их видение того, как эта политика должна быть устроена. Некоторые заметили, что нынешняя стратегия по своей стилистике больше напоминает политический манифест.

• Ключевые смыслы тут представлены в доступной, местами «простонародной» словесной упаковке, как будто это не документ, регламентирующий государственную политику, а стенограмма выступления Трампа перед избирателями где-нибудь в Огайо. Правда, у таких «придир» можно спросить, насколько помогли Америке более лингвистически «стройные» и идейно «системные» стратегии предыдущих администраций. Спойлер: новая стратегия открывается ответом на этот вопрос — не помогли.

• Как бы ни менялись местами демократы и республиканцы, политика Америки не может быть основана только на интересах без идеологии (и наоборот), а стратегические установки должны переходить от одной администрации к другой в герметичном состоянии. Рядовые американцы давно устали от накопившихся дисбалансов во внутренней политике и обязательств во внешней — к слову, и этой проблеме в новой стратегии посвящена отдельная часть. Попытки решить её косметическими мерами ни к чему не приводили — становилось только хуже.

• Слово «Китай» упоминается в документе 21 раз — это по-прежнему главная проблема Америки,— но редко теперь встречающиеся слова «конкурент» (competitor) и «противник» (adversary) употребляются без прямого упоминания конкретных государств. И хотя из текста несложно определить, о ком именно идёт речь, подобная «переупаковка» имеет значение: стратегия США перешла из «субъектно-ориентированного» в «факторно-ориентированный» модус.

• Мир по-прежнему делится на «хороших» и «плохих» парней, в котором американцы, очевидно, первые, но зачем лишний раз поименно называть вторых и тратить буквы на их описание? Гораздо важнее движущие силы великодержавного противостояния, тенденции развития военной, экономической и научно-технической сфер, «большие идеи» и смыслы — всё это должно и будет определять глобальную повестку и влиять на сознание современного человека. А над всем этим «обновленная Америка». Ведь она для Трампа — «прежде всего».

Читать статью для @kommersant

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇪🇺 Как схема ЕС по использованию российских активов рушит международное право — статья Екатерины Араповой:

• В вопросе правовых механизмов конфискации — активов или доходов от суверенных активов — ключевым является принцип юрисдикционного иммунитета государств. Он закреплён в Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств 2004 года, отражающей нормы обычного международного права. Эти нормы защищают суверенные активы государств, и их изъятие без согласия владельца является серьёзным нарушением международного права.

• Передачу доходов от замороженных активов также можно считать косвенной конфискацией. И эта оценка разделяется международными акторами. Даже депозитарии — например, Euroclear, — признают, что конфискация не только активов, но и их доходов делает их крайне уязвимыми в судах и наносит серьёзный удар по репутации. Они понимают, что такое решение будет легко оспаривать.

• Есть и второй аспект. Суверенные активы формируются из доходов налогоплательщиков, а значит, передача средств или доходов от них — нарушение прав граждан этих стран. Здесь возникает прямая связь с Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

• Механизм «репарационного кредита» в нынешнем виде — это не косвенная, а фактическая конфискация в обход международного права. Механизм построен таким образом, что ЕС заранее понимает: условие возврата кредита — выплата Россией «репараций» — никогда выполнено не будет. А, значит, средства, находящиеся в замороженном виде в ЕС, будут сокращаться, и объём этого кредита станет прямой конфискацией. Понимать такие юридические и экономические последствия в Европе обязаны.

• Гипотетически Россия может попытаться подать иск в Международный суд ООН, поскольку меры по конфискации нарушают Устав ООН и нормы международного права. Можно обратиться в национальные суды стран, где находятся активы, например, Бельгии или Люксембурга, но перспективы здесь слабые. Могут быть задействованы механизмы международного арбитража, если это предусмотрено двусторонними инвестиционными соглашениями.

• Однако ключевой инструмент — национальный. У России есть средства на счетах типа «С», где хранятся активы иностранных компаний, в том числе европейских. Указ президента № 442 допускает возможность изъятия этих средств. По сумме обсуждаемый «репарационный кредит» ЕС (около 180–190 млрд долларов) сопоставим с объёмом средств на таких счетах. То есть у России есть возможности для симметричных мер, и правовая база под них создана.

• Сегодняшняя европейская бюрократия действует вне логики экономического расчёта. Её решения продиктованы узкополитическими интересами, которые не совпадают с интересами европейских стран как государств. Поэтому исключать конфискацию нельзя. Ущерб будет колоссальным — и для депозитариев, и для финансовых рынков.

Читать статью для @expert_mag

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇮🇳 Итоги и значение 23-го российско-индийского саммита — статья Алисы Новолодской @notonlyindia:

• Повышенное внимание к 23-й российско-индийской встрече обусловлено рядом факторов. Во-первых, визит проходил на фоне введения США торговых пошлин против Нью-Дели в ответ на партнёрство с Москвой. В медиа активно обсуждались закупки российской нефти, от которых, якобы по данным Трампу заверениям Моди, индийцы намерены отказаться. Эти слухи (которые сам индийский премьер вскоре и опроверг) породили опасения о возможном отходе Индии от привычно твёрдой линии на сотрудничество с Россией под внешним давлением.

• Повышенные ожидания подпитывала и «юбилейность» встречи: четверть века стратегическому партнёрству и 15 лет — особому и привилегированному стратегическому сотрудничеству. Дополнительным пиар-ходом в преддверии визита стало интервью Владимира Путина индийским каналам Aaj Tak и India Today. Также не осталась незамеченной солидность российской делегации.

• Лейтмотивом последующих двусторонних переговоров в узком формате стали наращивание двустороннего взаимодействия, усиление технологического обмена и продвижение совместных долгосрочных инициатив. Без углубления в детали была затронута украинская тематика.

• Параллельным треком под девизом «Сбалансированная торговля. Общий рост» работал бизнес-форум. Мероприятие собрало порядка 3 тысяч участников (численный перевес — в пользу индийских предпринимателей) и было посвящено, как выразился на пленарном заседании российский президент, «вскрытию» рынков и диверсификации двухсторонней торговли.

• Количество обсуждаемых вопросов не должно вызывать иллюзий: реальность всё же на порядок сложнее, а большинство соглашений носят установочный характер и пока лишены конкретики. Это относится и к сделке ЕАЭС — Индия по свободной торговле, и к вопросу трудовой миграции из Индии, резкого притока которой пока едва ли стоит ожидать. Ключевые раздражители двухсторонней повестки, среди которых по-разному воспринимаемая концепция Индо-Тихоокеанского региона и американский прессинг индийских энергокомпаний, ещё предстоит устранить.

• Тем не менее 23-й саммит «Россия — Индия» сыграл свою важную символическую роль, подтвердил вектор на дальнейшее сотрудничество, взаимную приверженность многополярности и суверенитету, готовность защищать национальные интересы. Важный сигнал получила и внутренняя аудитория. Индийцы увидели, что Моди, вопреки ультиматумам США, выстраивает независимую внешнюю политику. Для граждан России тёплый приём президента в Нью-Дели — ещё одно доказательство срыва попыток Запада изолировать Москву.

Читать статью для @izvestia

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇹🇯 Нападение в приграничье Таджикистана — комментарий Александра Князева @orientalreviewAK:

• За нападением на граждан Китая в приграничье Таджикистана могут стоять западные страны, при этом обострение на таджикско-афганской границе также в интересах Пакистана. Возможно, такая провокация могла бы быть выгодна тем, в чьих интересах сорвать наметившуюся нормализацию отношений между Душанбе и Кабулом.

• Необходимо учесть, что провокация произошла на фоне тянущегося длительное время афганско-пакистанского конфликта. Сейчас Афганистан нарастил усилия по переориентации торговых потоков и активизации контактов с Индией, Ираном и странами Центральной Азии. Исламабаду, в свою очередь, такая политика не нравится.

• Подобная провокация была бы очень в интересах определённых кругов в Пакистане для того, чтобы сорвать наметившийся диалог между Душанбе и Кабулом и подпортить международный имидж Талибана.

Читать комментарий на портале @smotrim_ru

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇩🇪 Почему рейтинги канцлера ФРГ Мерца упали до исторического минимума — комментарий Артёма Соколова @GeRussia:

• Проблемы с рейтингом у Мерца возникли давно, базовые причины недовольства связаны с неповоротливостью правительства и социально-экономическими проблемами. Сейчас правящая коалиция ФРГ испытывает проблемы с устойчивостью своих позиций: если бы выборы состоялись в ближайшее время, то парламентского большинства она уже бы не получила.

• В случае теоретического распада коалиции СДПГ гарантированно потеряет власть, а христианским демократам придётся брать в партнёры АдГ, что недопустимо для соратников Мерца. В целом Мерц уже заслужил прозвище «внешнеполитического канцлера» и внутриполитическое поле для него представляется весьма зыбким.

• Но и во внешней политике проблем у Берлина хватает — ему не всегда удаётся согласовывать свои позиции с другими европейскими государствами, например, с Францией. А отсутствие у Мерца гибкости по украинской проблематике наносит вред трансатлантическим отношениям с США.

Читать комментарий для @vedomosti

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇺🇸🧊 Арктическая политика второй администрации Трампа — городской завтрак РСМД @russiancouncil с участием Никиты Липунова @Northern_Affairs:

• Поскольку США — прибрежная арктическая держава, которая имеет выход к Северному Ледовитому океану, то для Вашингтона Арктика — это и внутриполитическая, и внешнеполитическая тема. Политику в Арктике стоит рассматривать через призму более важных приоритетов американской администрации. Арктика для США — мостик между двумя основными направлениями американской внешней политики: Азиатско-Тихоокеанским регионом и Евроатлантикой. В регионе присутствует ещё один внешнеполитический соперник — Россия, которая является ведущей арктической державой.

• США проводят очень активную политику на евроатлантическом направлении. Ключевую роль здесь играют союзники США в Северной Европе — скандинавские страны и Финляндия. По оборонным соглашениям американские военные получают практически неограниченный доступ к десяткам военных баз по всей Северной Европе, страны которой входят в НАТО. Вашингтон может в любой момент перебросить свои войска, что даёт оперативное преимущество за счёт стратегической неопределённости.

• Кроме прочего, речь идёт о гонке арктических потенциалов. В этой сфере абсолютным преимуществом обладает Россия — у нас есть атомный ледокольный флот, состоящий из более 40 ледоколов. У США в этом смысле ситуация более скромная: сейчас государство обладает лишь тремя ледоколам. В 2024 году США заключили «Ледовый пакт» с Канадой и Финляндией, чтобы объединить усилия, оживить судостроительную отрасль и усилить ледокольный потенциал союзников.

• Для Вашингтона Арктика — это зона противостояния и с Россией, и с КНР. В последние годы Пекин проводит более активную арктическую политику. В 2018 году Китай назвал себя «близарктической державой», чем взбудоражил западные государства, вызвал их обеспокоенность. И несмотря на то, что Арктика не входит в перечень главных приоритетов внешней политики Китая, тем не менее на Западе, особенно в США, ситуация в области безопасности в Арктике рассматривается именно через призму противостояния с Россией и Китаем — они идут в связке.

• Для Трампа Гренландия — геостратегический, геоэкономический актив, который «плохо лежит». Гренландия занимает центральное положение в Арктике, находится на стыке Арктики и Северной Атлантики — двух ключевых для США направлений в регионе. Территория является важным элементом в системе североамериканского командования воздушно-космической обороны (NORAD): там располагается американская военная база, радары, которые вместе с радарами на Аляске и в Канаде формируют несколько линий радиолокационной защиты, линии раннего обнаружения.

Смотреть запись городского завтрака @russiancouncil

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»