🇫🇷 Заявление Макрона о готовности к диалогу с Москвой — комментарий Егора Сергеева:

• Стоит расценивать слова Макрона не как декларирование какого-то реального намерения сделать соответствующие внешнеполитические шаги, а именно как информационное тактическое действие и не более. Его заявления, как и слова других лидеров стран ЕС, не отражают реальных изменений позиций стран и не смогут повлиять на переговорный процесс по урегулированию на Украине.

• Заявление президента Франции отражает, прежде всего, изменение информационного фона, а не реальное изменение позиций страны. Очевидно, что сейчас Евросоюз в целом и Франция в частности находятся в некоторой подчинённой позиции по отношению ко всем основным процессам украинского урегулирования, происходящим на переговорном треке.

• Заявление Макрона стоит рассматривать в контексте того, что Франция не поддержала план Мерца по использованию замороженных российских активов в качестве гарантии для непринятого на саммите ЕС репарационного кредита в Украине. Сказанное можно трактовать как проявление несогласия в Евросоюзе.

Читать комментарий для @rian_ru

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇳🇴 Характер российско-норвежских отношений — комментарий Никиты Липунова @Northern_Affairs:

• Одна из причин отказа Норвегии от идеи строительства забора на границе с Россией — специфика политики Норвегии в области безопасности после Второй мировой войны. Осло стремится поддерживать баланс между военным сдерживанием Москвы по линии НАТО и сохранением с ней добрососедских отношений. Страна проводит достаточно умеренную политику и старается не провоцировать эскалацию военно-политической напряжённости в отношениях с Россией.

• Вторая причина состоит в исторически мирном характере двусторонних отношений. Крупнейшие боевые действия вокруг российско-норвежской границы в ХХ веке происходили во время Петсамо-Киркенесской операции, в ходе которой СССР освободил Северную Норвегию от немецко-фашистской оккупации. Кроме того, граница с России у Норвегии не такая протяжённая, как у соседней Финляндии.

• Пока идёт активная фаза конфликта на Украине, в целом ни о каком полноценном приграничном сотрудничестве со скандинавскими странами речи идти не может. Тем более что оно было свёрнуто именно по инициативе наших западных соседей, которые воспринимают Россию как источник потенциальных угроз национальной безопасности. По этой причине восстановление отношений в этой сфере в ближайшее время маловероятно.

Читать комментарий для @izvestia

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇧🇦 Мир после: итоги и уроки Дейтона-1995 | Елена Пономарева

Новый выпуск подкаста ИМИ «Внешняя политика» доступен на всех платформах.

Насколько эффективны Дейтонские соглашения? Можно ли было в 1995 году предложить иную, более функциональную модель? Какие возможны дальнейшие сценарии для Боснии и Герцеговины? Как бороться с попытками переписывания и фальсификации истории?

Гость выпуска: доктора политических наук, профессор Кафедры сравнительной политологии МГИМО, главный редактор телеграм-канала «Белый Филин» Елена Пономарева

Ведущая подкаста: младший научный сотрудник исследовательской программы ИМИ МГИМО «Отношения с Западом в меняющемся миропорядке», выпускающий редактор подкаста Софья Бабкина

Таймкоды:

01:37 Характеристики Дейтона-1995
02:41 Три главных урока Дейтонских соглашений
05:24 Эффективность Дейтонской конструкции
06:04 Дейтонская Босния — государство-фантом
07:51 «Настоящий историк всегда должен анализировать любую ситуацию так, как будто он не знает результатов произошедшего»
09:30 Можно ли было в 1995 году предложить иную, более функциональную модель?
11:52 Три сценария для БиГ — разъединение, поглощение Республики Сербской Федерацией, статус-кво
17:18 Стягивание «кольца натовластия» на Балканах
19:46 Дейтонская Босния как «государство переходного периода»
20:52 Ситуация вокруг Высокого представителя по Боснии и Герцеговине
24:57 «Дейтон — многоходовая операция»
26:06 Возможен ли следующий конфликт на Балканах и в Европе в целом?
29:51 Малоизученные сюжеты балканистики — криминальная экономика, политические кланы, роль международного терроризма
32:25 Как бороться с попытками переписывания истории?
36:14 Инструменты борьбы с фальсификацией истории
39:10 Блиц

Слушать подкаст:

Apple Podcasts | Яндекс.Музыка | Telegram-плеер | ВКонтакте | Mave

🇷🇺🇦🇿 Внешняя политика Азербайджана и отношения с Россией — дебаты с участием Сергея Маркедонова @DonskoyCossack:

• В поведении Азербайджана есть определённая черта: если есть возможность где-то пересечься с армянскими представителями, лучше это сделать тет-а-тет, чтобы не было намёка на некий посреднический формат. Чтобы не выстраивалось восприятие, что «старший брат» собрал, будет давать советы, а мы будем внимать. Азербайджан пытается по возможности избегать таких вещей.

• Вряд ли можно считать отсутствие Ильхама Алиева в Санкт-Петербурге на саммите лидеров СНГ критически опасным событием или трендом, который показывает, что всё будет сворачиваться. Если бы всё сворачивалось, не были бы приняты аргументы Владимира Путина в Душанбе, не было бы заявлений двух лидеров о преодолении кризиса. Но после Душанбе мы не видели ситуаций, сопоставимых с екатеринбургской историей — то есть нет поводов, которые говорят о необходимости обострения.

• У западных авторов есть конвенциональная мудрость, что Азербайджан — страна авторитарная, там нет общественного мнения. Возможно, эта страна и имеет авторитарные тенденции, но общественное мнение там есть, и оно может прорываться. Например, мы помним историю 2020 года: не будь выступлений в Баку во время коронавирусных ограничений, мы не знаем, как бы прошла 44-дневная война.

Смотреть запись дебатов для проекта «Эхо Баку»

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇺🇦 Приемлемость «плана Зеленского» для России — комментарий Николая Силаева:

• Перед раскрытием содержания мирного плана Зеленский, скорее всего, согласовал этот вопрос с Вашингтоном. Впрочем, этот документ по большому счёту не может служить базой для мирного плана, а является скорее переговорной позицией Киева.

• За основу же диалога могут быть взяты лишь те пункты, которые обсуждают представители России и США.
Предложенный Зеленским проект мирного плана содержит ряд неприемлемых для Москвы предложений.

• Во-первых, численность ВСУ в 800 тысяч человек перечеркивает одну из основных целей Москвы в конфликте — демилитаризацию Украины. Во-вторых, введение образовательных программ о толерантности в украинских школах — это еще не денацификация, для этого Киеву следует отменить ряд дискриминационных законов. Наконец, украинское руководство отказывается выводить свои войска из Донбасса, что также неприемлемо для российской стороны.

Читать комментарий для @vedomosti

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇧🇦 Мир после: итоги и уроки Дейтона-1995 | Елена Пономарева

Насколько эффективны Дейтонские соглашения? Можно ли было в 1995 году предложить иную, более функциональную модель? Какие возможны дальнейшие сценарии для Боснии и Герцеговины? Как бороться с попытками переписывания и фальсификации истории?

Гость выпуска: доктора политических наук, профессор Кафедры сравнительной политологии МГИМО, главный редактор телеграм-канала «Белый Филин» Елена Пономарева

Собрали также ключевые моменты подкаста в формате YouTube Shorts и VK Клипов.

Подкаст доступен на различных платформах:

Apple Podcasts | Яндекс.Музыка | Telegram-плеер | ВКонтакте | Mave

🇫🇷🇩🇪 Почему франко-германский тандем не проявил себя в рамках украинского конфликта — статья Артёма Соколова @GeRussia:

• Дискуссия о конфискации российских активов, проходившая на саммите ЕС в декабре 2025 года, закончилась безрезультатно. Предлагаемый Германией и рядом других стран план по использованию заблокированных российских средств не нашёл поддержки у значительного числа европейских руководителей.

• Как сообщает ряд источников, в решающий момент дискуссии против германского предложения выступила Франция, окончательно похоронив перспективу использования российских активов для помощи Киеву. Несмотря на то, что президент Макрон неоднократно выступал с разными по тональности заявлениями в отношении украинского конфликта, до последнего момента создавалось впечатление, что франко-германский тандем един в своём желании присвоить заблокированные в ЕС российские деньги. Смена позиции Парижа стала неприятным сюрпризом для немецкого руководства, где уже пригрозили французским партнёрам последствиями за их колебания.

• Рассинхронизированность европейской оси Париж — Берлин, наметившаяся ещё в последние годы канцлерства Ангелы Меркель, продолжает проявлять себя в подходах к решению украинского кризиса. Если ранее Париж и Берлин не могли договориться о параметрах нового этапа европейской интеграции, то теперь камнем преткновения стал вопрос вовлечённости вконфронтацию с Россией.

• Ещё предшественник Мерца — канцлер Олаф Шольц — объявил в феврале 2022 года начало периода Zeitenwende, обозначивший принципиальный поворот во внутренней и внешней политике ФРГ. Украинский кризис должен был выступать основным драйвером преобразований и, тем самым, неизбежно становиться неотъемлемой частью немецкой внутриполитической дискуссии. Французский подход отличился большей сдержанностью.

• После декабрьского саммита ЕС со стороны Парижа начали поступать сигналы о готовности восстановить диалог с официальными российскими представителями. Вне зависимости от реальной готовности Макрона к диалогу с Владимиром Путиным, даже сигналы о возможности подобной коммуникации идут вразрез с позицией Берлина, где считают общение с Москвой невозможным.

Читать статью для @expert_mag

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🌐 Проблемы и перспективы МТК «Север — Юг» и «маршрута Трампа» — интервью с Сергеем Маркедоновым @DonskoyCossack:

• Участок Решт — Астара долгие годы называли «пропущенной веткой»: недостающее звено делало проект МТК «Север — Юг» в целом проблемным. Ключевым тормозом был экономический аспект, затруднялось всё санкционными ограничениями, сложной реализацией. В мае 2023 года Россия и Иран подписали соглашение «О сотрудничестве по финансированию проектирования, строительства и поставок товаров и услуг для создания железной дороги Решт — Астара». Президенты двух стран «благословили» документ, и процесс пошёл.

• Задержка связывалась и с так называемым земельным вопросом — земельными выкупами, качественной работой по генподряду и прочими бюрократическими вещами. Ещё один момент — геополитический спрос, поскольку активизировались конкуренты с Запада. Здесь мы можем говорить о тех договорённостях, которые были достигнуты в Вашингтоне по «маршруту Трампа». Так в совокупности все эти факторы сложились, и получилось некоторое ускорение, которое мы сейчас наблюдаем.

• Администрация Байдена говорила о том, что американцы заинтересованы в работающем срединном коридоре в обход России, в нейтрализации влияния Москвы и Пекина. Вряд ли эта концепция поменялась при Трампе, ведь стратегическое целеполагание разных администраций во многом схоже.

• Появление каких-то внерегиональных акторов не приветствуется в Иране. Потому реальное ускорение того же коридора «Север — Юг» было бы хорошим фактором, работающим и для иранских, и для российских интересов. Однако, если опираться на предыдущий опыт, то создаётся ощущение, что «маршрут Трампа» может заработать быстрее — банально больше ресурсов и энергии. Впрочем, политэкономический туман вокруг него достаточно густой.

Читать интервью для @interfaxonline

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇺🇸🗣 «Матрица» американского переговорного поведения — подкаст с Максимом Сучковым @postamerica:

• Есть три подхода к американскому посредничеству. Первый подход заключается в том, что конфликтующим сторонам американцы предлагают ряд определённых пунктов, на которые они должны согласиться, а потом выступают в роли челноков между сторонами, поскольку стороны по разным причинам могут друг с другом напрямую не общаться или не хотеть общаться, или не иметь такой возможности. Эта посредническая стратегия нацелена на то, чтобы стороны так или иначе приняли, если не все, то максимальное количество тех пунктов, которые они предлагают. В чём-то мы наблюдаем это сегодня — ближневосточный трек, Россия-Украина.

• Вторая стратегия посредничества состоит в создании условий для самих сторон, чтобы они самостоятельно выработали для себя приемлемые условия завершения конфликта, а американцы выступают как создатели площадки и соответствующих политических и иных условий переговоров. В этой динамике Трамп тоже действовал в начале переговоров по украинской проблематике.

• Третья стратегия — когда американцы, грубо говоря, «запирают» конфликтующие стороны в комнате и не дают им оттуда выйти, пока они к чему-то не придут. То есть это силовое принуждение с конкретными дедлайнами, с определённым набором кнутов и пряников. И эту динамику мы тоже наблюдали по украинскому вопросу.

• Американские дипломаты очень напористы, неуступчивы, очень конкретны. Отличительная черта американской дипломатической школы — опора на технологии, координацию и коммуникацию. При этом на исполнительном уровне у них больше свободы действия — внутри у каждого исполнителя есть определённая свобода манёвра.

• Трамп живет по принципу «друзьям всё, врагам — закон». С одной стороны, это вырастает из общей традиции крайне правых, которые считают, что международные институты скорее работают на торпедирование американских интересов, чем на их укрепление, что институты слишком много от американцев требуют и слишком мало дают.

• Демократы с этим не согласны и считают, что разветвлённая сеть союзов и международные институты играют роль трансляторов американской мощи, идей и норм в широкое сообщество — это правильно, нужно и хорошо. И ООН выступает точкой концентрации всего негодования, которое есть и лично у Трампа, и у его сторонников.

Слушать подкаст МГИМО «Пере-talk-и»

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇺🇸🇻🇪 Военная кампания США против Венесуэлы — комментарий Максима Сучкова @postamerica:

• Начинать войну в год промежуточных выборов — предприятие рискованное, но не авантюрное. Рискованное, потому что всегда сохраняется шанс «увязнуть». Не авантюрное, потому что и в политическом, и в военном плане операция США против Венесуэлы выглядит продуманной.

• В политическом плане американцы заранее «отсекали» всякую внешнюю поддержку Николаса Мадуро — с Россией переговоры по Украине вступили в решающую фазу и расчёт на то, что конфликтовать с Вашингтоном Москва в таких условиях не решится, а с Китаем последние дни шли интенсивные конфиденциальные переговоры, в которых США ясно обозначили свою «сферу влияния».

• В военном плане Дональд Трамп, очевидно, рассчитывает на блицкриг. Но это блицкриг по-трамповски: прицельные удары по военным объектам, инфраструктуре и памятным местам (разрушение могилы Чавеса как символ удара по режиму и «пас» его идейным противникам внутри страны) сочетаются с массивной информационной кампанией. Всё по законам пресловутых «когнитивных войн» — надломить волю к сопротивлению и военных, и гражданских.

• Но «миропорядок по-трамповски» это не только классическая «сфера влияния» для Америки. В случае с Венесуэлой это мощный инструмент управления нефтяным рынком в глобальном масштабе. А это уже далеко выходит за «сферу» Латинской Америки и затрагивает российские интересы.

Читать комментарий для @kommersant

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Комментарий Максима Сучкова в авторском канале «Пост-Америка»

🇺🇸🇻🇪 Как США при Трампе продолжат угрожать странам Латинской Америки — комментарий Валерия Перунова @peruanov:

• Атака на Венесуэлу удивительна именно в современных хронологических рамках. В действительности подобных примеров можно привести много. Не зря Трампа иногда сравнивали с Теодором Рузвельтом, имея в виду его политику «большой дубинки». Стоял вопрос, насколько далеко Трамп способен зайти в своих угрозах.

• Вспомним предостережения Трампа в адрес Мексики, Кубы и Колумбии — США недвусмысленно посылают сигнал, что этим странам стоит готовиться к дальнейшей радикализации политики Вашингтона в регионе. Трамп не считает атаку на Венесуэлу каким-то вопиющим вторжением и нарушением международного права, так как рассматривает Латинскую Америку как «вотчину» США.

• В качестве возможных мер со стороны стран Латинской Америки в ответ на военную операцию США в Венесуэле можно выделить три пути: боливарианская солидарность, опора на внешние силы и военно-политическая автономия. Первый путь подразумевает, что латиноамериканские страны должны выступать единым фронтом, отстаивать свойственные им правовые принципы в международном общении, развивать региональную экономическую самодостаточность. Но этот проект никогда не удавалось реализовать.

• Сегодня ряд латиноамериканских государств (к примеру, Аргентина, Сальвадор) поддерживают любые действия США, ряд стран выступают против, но после переговоров ad hoc могут изменить свою позицию на нейтральную. Соединённые Штаты заинтересованы в разобщении региона, в его рыхлости, чтобы вести переговоры не по линии США — солидарные латиноамериканские государства, а по линиям США — Венесуэла, США — Бразилия.

• Опора на внешние силы, как это было в случае поддержки СССР Кубы, сопряжена с высокими рисками и в нынешних условиях маловероятна, поскольку реальные действия против интересов США рассматривались бы как прямая угроза их безопасности. Что касается военно-политической автономии, то подобные Венесуэле прецеденты могут подтолкнуть такие страны, как Бразилия, к перевооружению, но этот путь противоречит мирной традиции региона и тоже будет рассматриваться США как угроза нацбезопасности.

• В Латинской Америке продолжится рост панамериканского доминирования при главенствующей роли США. Венесуэла — пока лишь первый такой пример, во многом показательный, в первую очередь, для латиноамериканских правительств.

Читать комментарий для @tass_agency

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🌐 Внешние силы и внутренние процессы на Южном Кавказе — интервью с Сергеем Маркедоновым @DonskoyCossack:

• Уровень кооперации Баку и Анкары говорит о качественном усилении турецкого влияния. При этом у Турции с Арменией по-прежнему нет дипотношений: Анкара ожидает, что Азербайджан получит максимум в плане мирного урегулирования, и только тогда будет активизирован процесс нормализации с Ереваном. Турция также усиливает экономическое влияние в Грузии и пытается показать Грузии, что внутриполитическая грузинская повестка её мало интересует — интересует партнёрство в области экономики, безопасности.

• Кавказ также используется для усиления турецкого влияния в Центральной Азии. Даже сегодня мы можем говорить не о «Каспийской пятёрке», а уже о «шестёрке», имея в виду усиление турецко-азербайджанских связей. Поэтому, если до 2020 года или даже до 2023 года мы могли говорить о Южном Кавказе как сфере эксклюзивного влияния России, то сейчас Турция — это, если не равный, то очень важный игрок, влияющий на ситуацию на Кавказе.

• По значимости и влиянию на Кавказе, например, страны Евросоюза или Китай в обозримой перспективе сравнятся с Россией. Москва останется одним из лидирующих игроков, но абсолютного лидерства в ближайшей перспективе мы не увидим. Скорее всего, с КНР и Индией России вполне по силам и интересам взаимодействовать — к этому есть значительный интерес. Многие «желающие» говорят, что это бесповоротный уход России с Кавказа, но, скорее, это просто трансформация, реприоритизация интересов.

• После Брекзита Лондон взял курс на более широкую вовлечённость в международные дела вне рамок Евросоюза. В октябре 2025 года Британия сняла эмбарго по поставкам вооружений для Армении и Азербайджана, аргументируя это тем, что сама логика эмбарго утратила актуальность. BP является одним из крупнейших инвесторов в экономику Азербайджана. Мы наблюдаем определённую британскую самостоятельность сейчас и на Кавказе тоже — это часть более общих установок Лондона на активность на мировой арене.

• Пространство манёвра для малых и средних стран всегда ограничено. Но нельзя сказать, что Кавказ — это какая-то кукла, которую большие дяди и тёти берут и друг у друга вырывают из рук. Даже если какие-то внешние интересы приходят на Кавказ, они приходят в том числе и по зову внутренних игроков. Или потому, что внутренние игроки не в состоянии справиться с проблемой, заводят её в кризис. В любом случае, всякого рода вещи, связанные с геополитикой, имеют и внутреннюю основу.

Читать интервью для @sputnikossetia

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇹🇯 Ситуация на границе Таджикистана и Афганистана — комментарий Александра Князева @orientalreviewAK:

• Налицо планомерные действия по эскалации напряжённости. Но было бы абсолютно неверным считать эти действия какой-то самостоятельной инициативой тех международных террористических группировок, которые присутствуют в некоторых приграничных районах афганского северо-востока: в Бадахшане, Тахаре или Кундузе.

• Трудно говорить с уверенностью о какой-либо объективности всех внешних оценок: учитывая чрезвычайную сложность отношений внешних акторов к ситуации в Афганистане, а также широчайшую палитру их интересов в этой стране, самый простой вывод состоит в том, что любые внешние оценки угроз и рисков в этом регионе будут конъюнктурны. Остаётся ответить на вполне закономерный в подобных случаях вопрос: кому выгодна подобная эскалация напряжённости в представлениях о происходящем и некоего общественного страха?

• Сообщения о вооружённых столкновениях на афганско-таджикской границе, не имеющие перспектив перерасти во что-то масштабное, могут являться просто частью агитационно-пропагандистской операции, частью спектра психологической войны, целью которой в большом числе подобных случаев бывает создание управляемого общественного психоза, необходимого для достижения определённых целей. Немало войн в истории начиналось с локальных диверсионных акций, осуществлявшихся по заданиям спецслужб террористическими или просто криминальными группировками и становившихся casus belli.

• Обвинения Душанбе прозвучали на фоне только что наметившихся позитивных тенденций в двусторонних отношениях между Таджикистаном и Афганистаном. При этом во всех других странах региона давно сформировалось понимание того, что, как недавно говорил в интервью каналу India Today президент России Владимир Путин, «Талибан очевидно контролирует ситуацию в Афганистане… Нужно это признавать, потому что это реальность». Эта реальность, в частности, состоит и в определённой слабости государственных институтов в Афганистане, в силу чего недостаточен и контроль ряда регионов страны, как и контроль ситуации на отдельных участках границы.

• Слабость государства — не сугубо афганское явление, и оно относится не только к периоду, когда к власти в стране пришло движение талибов. Можно вспомнить, что на протяжении полутора десятков лет эту же границу со стороны Таджикистана охраняла российская пограничная группа и охраняла в гораздо более сложных, нежели нынешние, условиях шедшей тогда в республике гражданской войны. Синхронно с российской помощью создавалась и современная пограничная служба Таджикистана, а теперь самое время помочь Афганистану.

• Есть и ещё одна версия. Нынешние афганские госструктуры относительно стабилизировали ситуацию в верховьях реки Пяндж и её притоков, и там появилось много золотоискателей, в том числе и из Китая. Такие же золотоискатели работают на границе и со стороны Таджикистана. Между ними и идёт острая конкуренция за контроль над наиболее золотоносными притоками Пянджа. В эту версию очень убедительно ложится тот факт, что предыдущие нападения были направлены как раз на китайских золотодобытчиков.

Читать комментарий для @ng_ru

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇳🇵 Время перемен на «крыше мира» — статья Эрнеста Новинского @notonlyindia:

• Малые пригималайские государства Южной Азии — Непал и Бутан — редко появляются в ленте международных новостей. 2025 год стал в этой связи исключением — в сентябре все взгляды были прикованы к фотографиям горящего Катманду, где происходила «революция поколения Z».

• Хотя спусковым крючком сентябрьской «революции поколения Z» и стала блокировка на территории Непала всех основных мессенджеров и социальных сетей, недовольство у непальского населения копилось давно, а кардинального изменения ситуации в стране не происходило. В начале осени молодёжная аудитория уже была разогрета короткими роликами, в которых дети богатых и влиятельных непальцев демонстрировали роскошную заграничную жизнь (правда, как выяснилось позже, многие из этих творений были сгенерированы ИИ). Так что небольшой и, казалось бы, архаичный Непал продемонстрировал удивительную цифровизацию протеста.

• При этом судьбу кабинета К.П.Ш.Оли решил не акт цензуры, не новые технологии, а произошедшая 8 сентября трагедия — пытавшаяся штурмовать здания правительства толпа, состоявшая в основном из молодёжи и школьников, была расстреляна полицейскими силами из боевого оружия; насилие породило насилие, и на следующий день толпа выступала не столько против блокировок (к вечеру их оперативно отменили), сколько требовала наказания «убийц» из правительства.

• Сейчас Непал готовится к парламентским выборам (они намечены на 5 марта). В угоду «поколению Z» смягчили электоральное законодательство — расширили списки избирателей за счёт молодёжи, также планируется впервые разрешить голосовать тем гражданам Непала, которые постоянно проживают за границей.

• Дестабилизация Непала как для Индии, так и для Китая — крайне неприятный сценарий. Пекин потерял ключевого союзника в регионе в лице премьер-министра Оли — именно он форсировал реализацию в стране китайских проектов, в том числе инициативы «Пояса и пути». Их будущее теперь под вопросом. Для Нью-Дели нестабильный Непал может стать угрозой национальной безопасности.

• Какие-то капитальные изменения во внутренней и внешней политике страны маловероятны: что сентябрьские протесты продемонстрировали совершенно точно, так это устойчивость непальской бюрократии и её способность возвращать контроль над ситуацией даже в самых, казалось бы, безвыходных обстоятельствах. Так что не важно, кто выиграет парламентские выборы. В любом случае Непал вряд ли перестанет балансировать между двумя своими огромными соседями — Индией и Китаем.

Читать статью для @mgimo_university

🔗 Материал подготовлен для проекта «Эксперты МГИМО подводят итоги 2025 года»

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇪🇺 Почему идея о вступлении Украины в ЕС стала второстепенной — статья Артёма Соколова @GeRussia:

• Мирный план, представленный украинской стороной в качестве концептуальной рамки урегулирования конфликта, содержит пункт о возможности вступления Украины в ЕС. Конкретные временные рамки этого процесса вопреки желанию Киева пока не указаны. Членство в НАТО как перспектива в контурах мирного плана отсутствует, и мираж евроинтеграции выглядит утешительным призом.

• В самом ЕС формально приветствуют присоединение к союзу Украины. Однако даже внешне оптимистичная риторика европейских политиков периодически сменяется тезисами о необходимости для Киева провести основательную подготовительную работу, реальный объём которой еще предстоит оценить. Даже позиция России, которая не возражает против евроинтеграционных устремлений Киева, выглядит более последовательной и спокойной.

• Показательно, что вопрос членства Украины в ЕС, в значительной степени спровоцировавший начало украинского кризиса в 2013–2014 годах, с позиции сегодняшнего дня выглядит второстепенным. И дело не только в том, что сотни тысяч украинских граждан уже «евроинтегрировались» самостоятельно в инициативном порядке, осев после февраля 2022 года в Польше, Германии и других странах ЕС в качестве беженцев. Изменился сам статус Европейского союза.

• К середине 2020-х годов евроингтеграция достигла своего предела как к экстенсивном, так и в интенсивном измерении. ЕС не стал полноценным игроком во внутренней и внешней политике. Это наглядно продемонстрировали пандемия коронавируса, быстро вернувшая внутриевропейские границы, и украинский конфликт, показавший разновекторность базовых дипломатических подходов членов ЕС. Брекзит дал понять, что евроинтеграция принципиально обратима.

• На таком фоне перспектива вступления Украины в ЕС уже не рассматривается как судьбоносный исторический выбор Киева. Это малая часть системы постконфликтных компромиссов, которую все участники переговоров перекидывают друг другу как горячую картофелину. Не похоже, что её особенно стремятся поймать украинские и европейские представители.

Читать статью для @expert_mag

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»

🇷🇺🇳🇴 Российско-норвежские отношения — комментарий Никиты Липунова @Northern_Affairs:

• Пока идёт активная фаза конфликта на Украине, ни о каких положительных изменениях здесь говорить невозможно, поскольку политика норвежского правительства в отношении России напрямую зависит от широкой военно-политической динамики вокруг Киева. Осло в любом случае будет продолжать искать баланс между сдерживанием и поддержанием добрососедства.

• Тот факт, что, несмотря на протест ЕС, Норвегия всё-таки согласовала новые квоты на 2026 год и тем самым сохранила соглашение о рыболовстве с Россией, говорит о том, что для неё это важное направление взаимодействия с восточным соседом. Такое сотрудничество будет продолжаться даже в условиях политической турбулентности.

• Россия намерена сохранять и укреплять присутствие на Шпицбергене. Хотя в целом отношения Москвы и Осло остаются в непростом состоянии.

Читать комментарий для @izvestia

Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»