Я часто шучу в своей профессии, что "если ты не знаешь ни одного человека на этой фотографии, то мне не о чем с тобой говорить". Сейчас все заняты американской повесткой. Изучают, критикуют и ждут, когда гегемон падет (сам по себе? вряд ли).

А я доделываю презентацию на завтрашнюю конференцию, где расскажу, как использовался ислам в политических целях сначала в ЧИАССР, а потом в новой России, как его потрепали вооруженные действия, и во что это вылилось сейчас. О коммеморативных практиках в Чечне.

И снова: если вы не знаете никого на этой фотографии, то у нас мало общего. 🗣

Память и международные отношения
〰️〰️
Пока я не подвела итоги конференции в Санкт-Петербурге, спешу напомнить о том, что сегодня становится популярным изучение памяти в международных отношениях. Причем на примере самого "безопасного" и востребованного кейса -- Балканского региона.

3 декабря 2024 г. в Библиотеке им. Ф.М. Достоевского состоится городской завтрак РСМД, посвященный политическому использованию прошлого в отношениях России и стран Балканского региона.

🙂Каковы особенности исторической политики на Балканах? Каковы контуры взаимодействия главных акторов исторической политики в регионе? И какие российские исторические нарративы воспринимаются балканскими странами наиболее активно?

Спикеры:

🔘Дмитрий Ефременко, заместитель директора по научной работе ИНИОН РАН;
🔘Анастасия Понамарева, старший научный сотрудник Центра междисциплинарных исследований ИНИОН РАН;
🔘Даниил Растегаев, программный координатор, выпускающий редактор печатных изданий РСМД.

Модератором выступит программный координатор РСМД Милан Лазович.
На городском завтраке будет представлена рабочая тетрадь РСМД «Историческая память в российско-сербских отношениях».

Обещаю сделать исследовательскую рефлексию по итогам завтрака.

Вся основная информация и регистрация на мероприятие здесь.

#рсмд
#память
#политикапамяти
#международныеотношения

Что пишет об исторической памяти Международный центр обороны и безопасности в Эстонии? (часть 1)
〰️〰️
Я как-то уже писала об Эстонии и исторической памяти. В мае 2024 г. Международный центр обороны и безопасности (ICDS) опубликовал небольшую и важную статью -- "Память против истории: война России против Украины" (дословный перевод). Центр позиционируется как ведущий в Эстонии, специализирующийся на вопросах внешней политики, безопасности и обороны. Автором статьи стала Дж. МакГлинн, научный сотрудник факультета военных исследований King's College London.

📕 Предлагаю разобраться.

🟢МакГлинн в первом же предложении утверждает, что "война" России с Украиной на 2024 г. продолжается уже 10 лет. И ведется она за идентичность. При этом автор подкрепляет тезис сложной, но интересной конструкцией:

"Роль Украины в российской историографии - ее значение для претензий России на Киевскую Русь, для якобы присущего ей статуса великой державы и для ее цивилизационной идентичности - сделала Украину важным элементом в самоконцептуализации России".

🟢автор не рассматривает никаким образом историческое прошлое Украины, обвиняя в одностороннем порядке Россию:

Когда начались протесты Евромайдана, наготове был уже готовый репертуар мифов и интерпретационных схем - наследие имперских и советских мифов об украинском предательстве и экстремизме, которые еще больше укрепились во время попытки Украины обрести независимость в 1991 году и Оранжевой революции 2004 года.

Очевидны отсылки к обретению независимости постоянно стигматизируемой Украины со стороны "империи" и затем "советского соседа". При этом МакГлинн не подкрепляет это самое "предательство" никакими ссылками и историческими кейсами. Главное -- постоянно и односторонне повторять, кто виноват и в чем.

🟢МакГлинн пишет:

Манипулирование историческими нарративами со стороны России для оспаривания суверенитета Украины - это многогранная стратегия, глубоко укоренившаяся в национальной идентичности России и ее геополитических амбициях.

Попробуем перевернуть этот тезис в точности наоборот. Получается?
Далее автор использует фигуру Степана Бандеры, не приводя ни одного тезиса в пользу его деятельности, но продолжая настаивать на том, что Россия -- ничто иное, как зло, а Бандера "изображается не просто как историческая фигура, а как символ того, что Россия считает худшими чертами украинского национализма". У МакГлинн все поделено на черное и белое. Черное -- Россия, а Украина может стать белой (хорошей) только в подчинении у России.

🟢Хороший vs плохой. МакГлинн умело манипулирует вниманием читателя, подстраивая его пытливый ум под две простые категории: "хороший" и "плохой". Это необходимо для того, чтобы обвиняемый "плохой" выглядел еще хуже. Она объясняет: "Дихотомия между «хорошей» и «плохой» Украиной способствует укреплению российской национальной идентичности, которая определяется в оппозиции к враждебному «Другому»".
Тезисы МакГлинн кажутся вполне адекватными на первый взгляд (если рассуждать с позиции западного специалиста). Однако в тексте она допускает ключевую ошибку -- зачем-то акцентирует внимание на победе 1945 г. и смешивает ее с настоящим:

В международных отношения Россия агрессивно продвигает свой избирательный взгляд на нацизм как на все антироссийское, присваивая себе общую победу в 1945 году для демонстрации своего права совершать всевозможные военные преступления.

В середине статьи МакГлинн окончательно запутывает читателя, все еще разделяя на "хороших" и "плохих", противопоставляя нацизм России (что на самом деле верно), подвергая сомнению вклад СССР в победу 1945 г. и называя победу "общей".

Но самое важное: МакГлинн дает рекомендации в области контрстратегии, а именно в том, как Западу противостоять "стратегическому использованию России исторических нарративов". Знали бы региональные историки, что они создают такую непобедимую стратегию, удивились бы. Об этом во второй части.

#международныеотношения
#политикапамяти
#память

Что пишет об исторической памяти Международный центр обороны и безопасности в Эстонии? (часть 2)
〰️〰️
Начало в этом посте. МакГлинн предлагает несколько контрстратегий:

✔️История vs память: «в то время как Россия защищает свою идентичность через историю, демократические страны должны избегать подобных конфронтаций». Нужно продвигать объединяющий нарратив (без участия России, очевидно), признающий различные точки зрения. "В регионах, где это имеет неизбежные геополитические последствия, например, в Восточной Европе, необходимо специально рассматривать спорные исторические вопросы, не морализируя их".

✔️Работа с исторической правдой: "в России часто смешивают правду с нарративом (советский подход 60% правды / 40% лжи)"*. Далее она приводит очень аморфный тезис: "Продвижение сбалансированного взгляда на историю, поддерживающего демократические ценности и права личности, - задача, подходящая для гражданского общества и журналистики".

* -- мне просто любопытно, как МакГлинн так разделила в процентном соотношении, где правда и где ложь. Удобный инструмент для введения читателя в заблуждение.

✔️Проактивное образование: "вместо того, чтобы просто противостоять дезинформации, сосредоточьтесь на просвещении с помощью увлекательного контента. Снимайте документальные фильмы и разрабатывайте интерактивные СМИ -- видеоигры, в которых в информативной форме рассматриваются такие важные исторические события, как Прибалтика во время Второй мировой войны или Голодомор". Или пишите такие вот статьи, как МакГлинн, уберите вообще из исторического прошлого СССР, выкиньте Россию, и развлекательный контент будет готов.

✔️Устранение корней пропаганды: "пропаганда процветает благодаря восприимчивости аудитории, а не просто интересному контенту. Боритесь с социальными условиями - одиночеством, отчуждением и экономическими трудностями, - которые способствуют восприимчивости к пропаганде". Поэтому такие статьи, как у МакГлинн, не читайте в одиночестве. Иначе окажетесь склонны к восприятию этой пропаганды.

✔️Поддержка образовательных инициатив: "поощрять критическое отношение к истории среди молодого поколения как в евроатлантическом, так и в российском контексте. Это может включать поддержку интересных и популярных цифровых платформ -- YouTube, TikTok и Telegram-каналы". Как вам разделение на "хорошего" (евроатлантический) и "плохого" (российский)?

✔️Стратегия контрпропаганды: "понять, почему российская пропаганда находит отклик, и удовлетворить эти эмоциональные и информационные потребности. Вместо того чтобы продвигать стандартный западный нарратив, адаптируйте контент так, чтобы он отвечал интересам и потребностям аудитории, даже если они не совпадают с нашими собственными. Для этого российская оппозиция должна играть другую роль, которая заключается в том, что она пытается наладить контакт с россиянами, неоднозначно относящимися к войне или поддерживающими ее, а не утверждать, что это война Путина. Это потребует отхода от ориентации на эмигрантскую аудиторию и западных политиков". Здесь я не смогла сократить, потому что этот длинный пассаж отражает главный тезис: Запад не видит эффективность работы на эмигрантскую среду.

✔️Войны памяти: здесь МакГлинн совсем запуталась, потому что она считает, что "страны, часто становящиеся мишенью для атаки агрессивной российской памяти, должны стараться не реагировать на российские провокации". Конечно, именно по этой причине в этом посте я показала, насколько селективное и агрессивное восприятие исторического прошлого в той же Эстонии.

#международныеотношения
#политикапамяти
#память

"А Дагестан находится в Чечне?" и другие вопросы поискового алгоритма Google
〰️〰️
Не смогла пройти мимо: Google по теме моего поискового запроса предложил ряд вопрос с уже готовыми нарративами ответами.

🟢Вопрос: "Чечня безопасна для посещения?"

Отвечает Александр Друзь правительство Канады и раздел "Путешествия и туризм". Дата обновленной информации - 8 ноября 2024 г. Ссылку и скриншоты специально размещаю здесь.

Ответ в переводе:

Северо-Кавказский регион
Ситуация с безопасностью во многих регионах Северо-Кавказского региона нестабильна и непредсказуема.

Республики Чечня, Дагестан, Ингушетия и Ставропольский край

В республиках Чечня, Дагестан и Ингушетия, а также в Ставропольском крае часто происходят теракты. Регулярно происходят взрывы, совершаемые террористами-смертниками, а также заказные убийства. Широко распространены неразорвавшиеся мины и боеприпасы. Также распространены похищения людей с целью получения выкупа.

Для въезда в некоторые районы и регионы необходимо получить специальное разрешение Министерства внутренних дел.

🟢Вопрос: "Могут ли иностранцы посещать Чечню?"

Отвечает на этот раз правительство США:

Местные преступные группировки похищают иностранцев, в том числе граждан США, с целью получения выкупа. В Чеченской Республике местные власти могут проявлять особую враждебность к путешественникам из США. Не посещайте Чечню или любые другие районы Северокавказского региона.

🟢Вопрос: "Почему Чечня так важна для России?"

Отвечает на этот раз Wiki:

Северный Кавказ, горный регион, включающий Чечню, простирается или находится вблизи важных торговых и коммуникационных путей между Россией и Ближним Востоком, за контроль над которыми различные державы боролись на протяжении тысячелетий.

Вопросы "Почему так много мусульман в Чечне?" "Похож ли чеченский язык на русский?" "Чеченцы - белые?" "Что безопаснее -- Чечня или Дагестан?" отражают представления людей по ту сторону всех границ.

Впрочем. Часто меня спрашивают граждане России (нет, не жители Москвы, а жители Ростова-на-Дону), безопасно ли в Чечне сейчас. Этот разрыв в восприятии Кавказа среди собственных граждан стран куда катастрофичнее дикого восприятия Кавказа среди большинства иностранцев.

#кавказ
#чечня
#интерпретация

Историки и "память": беседа с Д.Блайтом
〰️〰️
В 2002 г. американский журнал Common-place о ранней американской истории и культуре до 1900 г. опубликовал выдержки из разговора с Д. Блайтом, автором книги «Раса и воссоединение: гражданская война в американской памяти» (Cambridge, 2001). Цель беседы -- узнать о различиях между воспоминаниями и анализом прошлого.

«Память часто [кому-то] принадлежит, а история интерпретируется. Память передается из поколения в поколение, история пересматривается».

На момент выхода публикации более 10 лет историки из многих регионов и стран изучали прошлое сквозь призму «памяти». Одни говорят, что историки «перешли на сторону врага» постструктурализма, но большинство (и Блайт в том чисе) почувствовали тягу к изучению того, как общества помнят, к исследованию «мифов», определяющих культуру, к переходу в сферу общественного, коллективного исторического сознания во всех его проявлениях.

Запомненное прошлое -- это гораздо более широкая категория, чем записанное прошлое. Дж. Лукач, 1968 г.

Привожу несколько ключевых тезисов Д.Блайта:

⏪История - это то, чем занимаются профессиональные историки, аргументированная реконструкция прошлого, основанная на научных исследованиях. Она склонна к критике и скептическому отношению к человеческим мотивам и действиям, а потому более светская, чем то, что люди обычно называют памятью. История может быть прочитана каждым или принадлежать каждому. Она более относительна и зависит от места, хронологии и масштаба.

Если история является общей и светской, то к памяти часто относятся как к священному набору абсолютных значений и [частных] историй, как к наследию или идентичности сообщества. Памятью часто владеют, а историю интерпретируют. Память передается из поколения в поколение, а история пересматривается. Память часто объединяется в объекты, места и памятники. История стремится понять контекст во всей его сложности. История утверждает авторитет академической подготовки и канонов доказательств. Память несет в себе зачастую более непосредственный авторитет членства в сообществе и опыта.

Б.Бейлин определил привлекательность памяти:

«Ее отношение к прошлому - это объятия... в конечном счете эмоциональные, а не интеллектуальные».

Ученые, изучающие память, не менее привержены традиционным источникам: оценка всевозможных индивидуальных воспоминаний (реальный запомненный опыт) в письмах, мемуарах, речах, дебатах и автобиографиях. Но в первую очередь стоит неуловимая проблема коллективной памяти - способы, с помощью которых группы, народы или нации создают версии прошлого и используют их для самопонимания и завоевания власти в постоянно меняющемся настоящем. Ожесточенные дебаты по поводу национальных стандартов истории в начале 1990-х гг. оказались не только определяющзими в «культурных войнах» Америки, но и общекультурным уроком политики отношения истории к коллективной памяти.

Историки изучают память, потому что она была чрезвычайно важным современным инструментом власти. Процесс, посредством которого общества или нации коллективно вспоминают, сам по себе в основе обладает историей.

К памяти обычно обращаются от имени нации, этноса, расы, религии или от имени ощущаемой потребности в народности или виктимности. Она часто процветает за счет обид, а ее жизненной силой являются мифос и телос.

Изучение памяти отчасти подпитывается потребностью мира после Холокоста и холодной войны оценить истории выживших после геноцида, травм или тоталитарного контроля над историческим сознанием.⏩

Весь текст на английском языке здесь.

#коллективнаяпамять
#историческаяпамять
#память

Связь в сфере законодательного регулирования исторической памяти в Латинской Америке и Восточной Азии
〰️〰️
Расширяем рамки изучения политики памяти в мире. В 2024 г. ученые из Латинской Америки и Восточной Азии впервые собрались вместе, чтобы сравнить правовое регулирование истории.

🟥Проект MEMOCRACY ("Мемократия") собрал ученых из этих регионов в Гааге для выработки новых решений в области правового регулирования истории с помощью «законов памяти» - законов, регулирующих историческую память. Они могут быть:
🟢 "карательными", предусматривающими уголовное наказание за отрицание исторического факта,
🟢"некарательными", обычно декларативными или мемориальными.

В аннотации проекта говорится о том, что это исследование дополняет уже собранные данные в рамках проекта по странам Балтии, Германии, Венгрии и Польши, России и Украины.

🟥Приведу несколько тезисов из описания проекта.

1️⃣Национальный нарратив против критического самоанализа

Поскольку проект ориентирован на европейскую аудиторию, то аннотация раскрывает, что злоупотребление законами и политикой в области памяти может подорвать европейские ценности. В некоторых случаях законы, регулирующие историческую память, сыграли ключевую роль в создании или восстановлении суверенного государства. Проект не проясняет этот тезис. Подобные законы также могут препятствовать общественным дискуссиям и способности критически осмысливать прошлое. В частности, в Центральной и Восточной Европе они могут усиливать авторитаризм. Как показали страновые исследования проекта «Мемократия», с 2010-х гг. в Центральной и Восточной Европе растет число законодательных запретов на исторический нарратив. Эта проблема не является исключительно региональной.

Например, Федеральный конституционный суд Германии был вынужден принять решение о конституционном запрете отрицания Холокоста.

Проясню, что уголовное преследование отрицания Холокоста — система криминализации отрицания Холокоста в рамках более общих законов о запрете национал-социализма, неонацизма и расизма, существующая в ряде стран, в первую очередь в странах Европы, пострадавших от идеологии и практики национал-социалистических режимов периода Второй мировой войны.

🔴Законы, прямо запрещающие публичное отрицание, преуменьшение, одобрение или оправдание преступлений, совершённых нацистами, приняты в Австрии, Бельгии, Германии, Литве, Люксембурге, Молдове, Польше, России, Словении, Франции, Швейцарии, а также в Канаде и Израиле. Аналогичные законы действуют в Лихтенштейне, Португалии, Чехии и Словакии. В 2010 г. закон, карающий за отрицание преступлений тоталитарных режимов, был принят в Венгрии.

🔴В США отрицание Холокоста ненаказуемо, поскольку свободное выражение своих взглядов защищено Первой поправкой к Конституции. В 2011 г. аналогичный подход был принят Верховным судом Испании. В Дании и Норвегии отрицание также не запрещено.

О борьбе с отрицанием Холокоста можно прочитать в электронной Энциклопедии Холокоста (США).

2️⃣Глобальное явление

Большинство исследований, посвященных законам памяти, до сих пор были довольно европоцентричными, что упускало из виду значительные изменения в других странах. Благодаря этому семинару проект "Мемократии" открывает новые научные горизонты за пределами Европы, где этот феномен комплексно изучен.

🟥В России многие специалисты преимущественно уделяют внимание либо национальной памяти США (это мейнстрим), либо мемориальным процессам в Восточной Европе и, конечно же, исторической памяти, связанной с Великой Отечественной войной, минуя нарратив о Второй мировой войне.

#историческаяпамять
#политикапамяти
#холокост

Политические риски и коллективная память
〰️〰️
Сегодня серфила телеграм-ленту и прочитала пост американиста Максима Сучкова, который выделил топ-5 политических рисков в 2025 г.

🔴Оценка странового риска в любом случае касается будущего, о котором мы мало что знаем. В 2022 г. я все же защитила диссертацию о политических рисках, где подробно рассматривала различные методики их оценки, чтобы понять, почему различные конторы по анализу страновых рисков обращаются к будущему и не основываются на прошлом. Главное, что я вынесла из этого всего, так это субъективность мнений относительно всей сферы оценки политических рисков.

🔴"Анализ страновых рисков: больше чем постмодернистская дисциплина" (2014) рассуждает о том, что если история - это открытая страница для диагностики, то будущее человечества следует рассматривать как еще не написанное по разным сценариям. Один из ключей к будущему кроется в представлениях людей о прошлом. Автор статьи ссылается на антиутопический роман «1984» Дж. Оруэлла, где Уинстон Смит, работающий в Министерстве правды (MiniTrue), предлагает тост «За прошлое!». Прошлое важнее, -- заключают герои романа. Для будущего важны коллективные воспоминания народов мира, часто скрытые идеи, на которых строится политика правительства, поведение и стратегии корпоративных лидеров или идеи ключевых правителей.

🔴В работе "Восприятие политических рисков. Северный Поток-2 -- риск или шанс?" (2021) упоминается понятие региональной памяти. В политологическом ключе. На странице 34 говорится о том, что:

"региональная память восточных стран ЕС влияет на восприятие рисков национальной безопасности. Интересы поддержки соседей ЕС в буферных зонах ЕС по отношению к «угрожающим странам», таким как Россия, разделяются рядом членов ЕС".

Речь идет о том, что страны Восточной Европы совершенно иначе могут интерпретировать политические риски для них, поскольку на это влияет (как пишет автор) близость к "угрожающей" России. Прошло 3 года, но ситуация не потеряла актуальность в европейских работах.

На странице 37 все того же документа приводится важный тезис о том, что

ни один менеджер по управлению рисками не сможет заменить компетентность 27 стран-членов, которые обладают индивидуальной культурной и политической памятью, что приводит к индивидуальному восприятию шансов и рисков.

🟥При оценке политических рисков многие специалисты рассматривают только их страновой уровень (что проще сделать). И выдают готовые перечни для того, чтобы человечество окончательно впало в панику или в депрессию. С академической точки зрения это свидетельствует о необходимости учитывать культурную и политическую память для более точного прогнозирования и оценки рисков.

#историческаяпамять
#политическиериски
#культурнаяпамять
#политикапамяти
#память

"Война другими средствами" в США
〰️〰️
Благодаря заставшей врасплох американской повестке теперь весь мир знает, кто такой Кит Келлогг. Генерал-лейтенанта (в отставке) Келлога назначили на пост спецпосланника по Украине. Возможно даже слышали, что в 2021 г. он опубликовал книгу "Война другими средствами. Генерал в Белом доме Трампа".

В ее аннотации сказано, что генерал Келлогг представил один из немногих достоверных отчетов о деятельности администрации Д.Трампа с первых дней кампании 2016 г. и до конца его первого президентского срока.

✔️Как это связано с памятью? И что мы знаем о культуре памяти США?

Избегая контекста и спойлера, я обнаружила на 176 странице этой книги, как Келлогг сокрушается по поводу culture war against our past (культурная война против нашего прошлого), которая велась против

"традиционных американских героев, против американского патриотизма и консерватизма в широком их понимании, в рамках смысла сохранения нашей культуры и почитания и извлечения уроков из нашей истории".

🔴Он описывает протесты лета 2020 г., когда многие города США были в буквальном смысле охвачены запалом борьбы, а статуи американских героев -- от Х. Колумба до У.С.Гранта, от Б.Франклина до А.Линкольна, от Т.Джефферсона до Э.Джексона -- оказались испорчены или и вовсе опрокинуты. Далее он умело и с подобстрастием рассуждает в духе военного американского патриота о том, что обучался в различных учреждениях, названных в честь конфедератов. Например, в честь генерал-офицера Конфедерации во время Гражданской войны в США Г.Л.Беннинга. Форт Беннинг был назван в его честь до 2023 г., когда его переименовали в Форт Мур. Правда, Келлог не упоминает, что Беннинг значится в американской истории как...сепаратист.

🔴На 176 странице Келлогг цитирует Т.Рузвельта в контексте формирования комиссии по переименованию в период его нахождения близко к телу Трампа версии 1.0. Опять же не стану спойлерить, зачем Келлогг обращается к прошлому, но на страницах его книги прослеживается категорическое отношение к сancel culture по поводу американского прошлого. Он так и пишет -- "cancel culture" и упоминает "mystic chords of memory" (мистические аккорды памяти). Генерал как раз выступает за то, что национальная история США зиждется на всех ее сюжетах, включая героев Юга, а не только Севера. Пусть и тех, о которых неприятно вспоминать на официальном уровне сегодня.

Впрочем, вы сами можете удостовериться и открыть его книгу по ссылке в социальной сети VK с целью ознакомления.

#культурнаяпамять
#память
#сша

Фильм "После войны" (Чеченская Республика)
〰️〰️
Я догадывалась, что не останусь незамеченной в этой республике. Но начинать важный фильм "После войны" я никак не планировала. Это случилось еще до того, как мы с Аббазом Осмаевым выиграли грант в конце 2022 г.

Автор фильма Элиза Музуева на 3 минуте возвращает зрителя на 30 лет назад. После моего вопроса и моего феерического появления на Эсамбаева. В довоенные условия распада СССР и Чечни.

На 21 минуте Элиза рассказывает частную историю. Трагическую историю жителя села Замай-Юрт (Ножай-Юртовский район), который потерял 5 человек: жену, трех дочерей и единственного сына. С тех пор Джалиль Магомаев известен на все село -- с момента потери он раздает всем прохожим шоколад в надежде, что эта садака (милостыня) все же дойдет до его родных. Когда Элиза приехала в это село, местные спросили ее: "Ты понимаешь, что за последние 20 лет ты -- единственная, кто приехал спросить нас, что произошло здесь?..." С ним произошло то, о чем не принято говорить на большой земле.

В фильме много повествований на чеченском. Это то, с чем я часто сталкивалась при записи интервью: респонденту-чеченцу проще говорить о потерях (если вообще об этом легко говорить) на чеченском, чем на русском. Но находятся те немногие, которые терпеливо для меня переводят или расшифровывают запись с чеченского на русский.

О фильме я узнала только вчера. Он отправлен на конкурс в Москву. И я очень надеюсь, что Элиза Музуева победит.
Да, там много об Ахмате Кадырове. Наверное, не понимая контекста тех событий, многие вздохнут. Другие просто не поймут. Или откажутся понимать. Я тоже поначалу не понимала, пока не начала работать в этом поле.

#чеченскаяреспублика
#культурнаяпамять
#память
#чечня

И еще один фильм о Чечне "После войны" (2013): о другой стороне воевавших
〰️〰️
Сейчас очень многие рассуждают о войнах и конфликтах, потому что это модно, востребованно и кормит в прямом смысле. Но что такое война? И каковы ее последствия?

В прошлом посте я поделилась ссылкой на фильм чеченской журналистски Элизы Музуевой. Он снят недавно. Но существует и другой одноименный фильм -- "После войны", снятый еще в 2013 г.

🔴Документальный фильм режиссеров Евгения Голынкина и Вероники Соловьевой рассказывает о ветеранах, которые пострадали во время второй чеченской войны. Герои киноленты поделились воспоминаниями о своей службе и сослуживцах, а еще о том, как получили ранения. Съемки фильма проходили в Центре патологии речи и нейрореабилитации в Москве. По словам сотрудницы центра логопеда Юли Рудометовой, эти «ребята, которые стали инвалидами в 20 лет» определили ее карьеру. Зрители увидят, как восстанавливаются пострадавшие военные и как непросто им возвращаться к нормальной жизни.

🔴Картина стала лучшим документальным фильмом Х Международного православного Сретенского кинофестиваля «Встреча» и получила золотой диплом XXIV МКФ «Золотой витязь» — «За призыв к милосердию и помощи воинам, получившим увечия в боях».

🟥Проблема инвалидизации в результате вооруженного насилия остается нерешенной, поскольку реабилитация включает не только физическое восстановление, но и в первую очередь -- психологическое. Когда я собирала интервью с теми, кто принимает действия в сегодняшних вооруженных действиях, то задавала вопрос о необходимости и (или) желании пройти реабилитацию. Многим было рекомендовано и предписано обратиться к психологу. Никто из мною опрошенных не согласился пройти долгосрочную психологическую реабилитацию. Поэтому опыт воспроизводства насилия и "жизни в условиях войны" сохраняется. Это практическая сторона изучения коллективной памяти в условиях войн и конфликтов.

Ссылка на фильм здесь.

#чеченскаяреспублика
#культурнаяпамять
#память
#чечня

Интервью главы СПЧ: Чечня и перенос "Соловецкого камня"
〰️〰️
Изучая политику памяти (не в общем разговоре о международных отношениях, как это стало популярным в последнее время), с трудом удается оставаться в стороне от самой политики.

Сегодня было опубликовано резонансное интервью главы СПЧ Валерия Фадеева. Обращу внимание исключительно на несколько его тезисов.

1️⃣Чечня.

Вопрос Валерию Фадееву:
-- Как сейчас вы работаете в Чечне?
— Никак.

У меня нет ресурсов работать сегодня с Чечней. Меня приглашают в Чечню, я даже время от времени собираюсь, но пока не еду. На днях меня пригласил муфтий Чечни, на это приглашение я, скорей всего, откликнусь.

Но когда вы говорите об этих инцидентах... Да, они есть. У вас есть решение? У меня нет.

Требуется очень долгое время, чтобы преодолеть травму, которая была получена за две войны в Чечне и чеченским народом, и всей страной. Преодоление такой исторической травмы занимает много времени. Она преодолевается постепенно — могли ли мы представить какое-то время назад, что чеченцы будут биться на фронтах на Украине вместе с другими народами России? Совсем недавно ведь война была, 20 с небольшим лет назад, сколько там было жертв, там только солдат и офицеров российской армии погибло 15 тыс., а сколько погибло мирных жителей, никто толком не считал. Это глубокая травма. И тем не менее чеченцы воюют вместе со всеми другими народами. Это значит, травма постепенно преодолевается.

Вы говорите, что там бывают такие инциденты. Да, бывают. Надо терпеливо идти по этому пути, терпеливо. Через какое-то время ситуация будет меняться, она уже меняется. Почти не осталось людей других национальностей в Чечне, хотя в Грозном когда-то половина населения была русской. Теперь я вижу, что появляются признаки возвращения туда русских и других людей, которые там жили. Глядишь, пройдет лет 50 и будет по-другому. Но еще раз, здесь нельзя размахивать шашкой. Здесь надо терпеть, работать, и результат будет.

2️⃣Соловецкий камень.

30 октября, в День памяти жертв политических репрессий, мы как раз с Романом Романовым возлагали цветы к мемориалу на углу Садового кольца и проспекта Сахарова. У мемориала не было никого, кроме нас. И потом я ехал обратно, проезжал мимо Лубянской площади, и там было несколько десятков человек. Они общались, цветы, наверное, возлагали к Соловецкому камню. Вот у меня вопрос. Эти самые люди требовали создания большого памятника в Москве.

И он был создан. Президент лично открывал памятник на проспекте Сахарова. Ну так если вы хотели памятник, ну так и собирайтесь там тогда.

— Но есть просто традиционные места, поэтому там и собираются.
— Они же требовали этого.

Власть откликнулась, проявила антисталинистский характер и создала памятник по требованию этих людей.

Но люди фактически проводят не акцию памяти, а акцию против сотрудников здания на Лубянке — ФСБ, КГБ, НКВД. Они говорят: мы здесь, мы все помним, а вы такие же.
— Памятный камень же там стоит.
— Значит,

надо перенести в конце концов памятный камень. Еще раз — это акция не памяти, а политическая акция. Как бы упрек тем людям, которые сидят в здании на Лубянке.

🔴Думаю, что такой грубый подход к политике памяти в современной России вызывает опасения. Поскольку сохранение "мест памяти" в мемориальном ландшафте одного города (и Соловецкий камень и памятник на проспекте Сахарова) в прямом смысле слова "примиряет" разные сегменты общества и сегменты самой "длинной памяти" (по А.Ассман).

🔴По поводу Чечни. Предположу, что глава СПЧ неполностью понимает особенности чеченского общества, которое консолидируется по этническому и религиозному признаку в первую очередь. И готовность воевать чеченцу и русскому вместе, как утверждает В.Фадеев, свидетельствует вовсе не о преодолении глубокой травмы чеченской войны.

#культурнаяпамять
#политикапамяти
#память
#чечня

Советские воспоминания как часть региональных репертуаров "полезного прошлого" в современной России: анализ экспертных интервью
〰️〰️
Название для поста -- так себе. Длинное, громоздкое и напоминает название академического текста.

Но именно так и есть, поскольку это название только что опубликованной статьи профессора и д.полит.н., сотрудника НИУ ВШЭ О.Ю.Малиновой. Предупреждаю: дальше сугубо сложночитаемый неспециалистом академический текст о usable past.

В статье демонстрируется, насколько официальные схемы увековечивания советского исторического прошлого в России совпадают с их местными проекциями. Основываясь на интервью с экспертами из 27 регионов и другими полевыми материалами, статья показывает разнообразие мемориальных программ по всей России. Сосредоточившись на насильственных аспектах советской истории, она описывает текущие конфигурации полезного прошлого, важные для местной идентичности и заметно используемые региональными властями и другими мнемоническими акторами с течением времени.

Эти "репертуары полезного прошлого" зависят от культурной инфраструктуры, которая формировалась в течение долгого времени, а также от усилий мнемонических акторов, которые продвигают конкретные воспоминания. Утверждается, что, хотя в региональных подходах к увековечиванию исторического прошлого явно доминирует официальный федеральный нарратив, местные видения общей истории далеко не единообразны. Аспекты, которые преуменьшаются или замалчиваются на федеральном уровне, могут быть незаменимы для региональной и местной идентичности. Экспертные интервью показывают, что столкновения между нарративами, циркулирующими на разных уровнях, как правило, не перерастают в открытые конфликты.

К сожалению, статья отсутствует в открытом доступе. Опубликована в авторитетном англоязычном журнале Communist and Post-Communist Studies (2024) 57 (3): 16–40. В аннотации не приводится информация о количестве экспертных интервью. Не описывается характер интервью. Но от этого не менее интересно ознакомиться с текстом, который в скором времени (уверена) появится в открытом доступе.

Ссылка на статью здесь.

#историческаяпамять
#советскоепрошлое
#культурнаяпамять
#политикапамяти
#память

О нашем проекте РНФ написали в чеченской газете
〰️〰️
4 декабря вышла статья в газете "Вести Чеченской Республики".

Второй год в Комплексном научно-исследовательском институте им.Х.И.Ибрагимова Российской академии наук (КНИИ РАН) выполняется проект Российского научного фонда (РНФ) «Институционализация коллективной памяти в постконфликтный период в Чечне: динамика и закономерности».

В реализации проекта участвуют доктор исторических наук А. Осмаев и кандидат политических наук Е. Горюшина (Центр комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ). В первый год реализации в команде работала научный сотрудник КНИИ РАН З.Алхастова.

Текст большой, но я лучше прикреплю оригинал. На первой странице, конечно же, Р.Кадыров, дальше бойцы СВО. И на третьей -- мы.

Там описано, что мы делали, куда ездили, кого и почему фотографировали.

Ссылка здесь.

#новостигрантодержателей
#коллективнаяпамять
#чеченскаяреспублика
#память
#РНФ