Второй день работы зоны IPQLab начался с воркшопа «Сделал видео, что дальше? Реализация, монетизация» от популярного YouTube-блогера Windy 31 (Андрея Виндяева). Он рассказал о том, какой путь проходит креативная идея от своего рождения до момента полноценной монетизации благодаря спонсорским интеграциям.
Все начинается с идеи. Windy31 отметил 2 основных источника разработки креативной концепции: первый — это ваши собственные интересы, убеждения или хобби; второй — изучение трендов социальных сетей, следование тем идеям, которые уже успешно монетизируются другими блогерами.
Когда идея есть, необходимо приступать к творческой реализации. «Не надо создавать контент в пустоту. Целевая аудитория сама вас не найдет. Активно продвигайте вашу идею на всех платформах, до которых доходят руки», — предупредил участников воркшопа молодой блогер.
Далее начинается самое интересное — период монетизации. В социальных сетях на данный момент существуют 2 вида заработка: доходы с пассивной рекламы, которую «крутит» в роликах блогеров сама платформа, и прямые рекламные интеграции. Windy31 заметил, что долгое время ничего не рекламировал на своем канале, но лояльность аудитории позволила ему приступить к активной монетизации своего творчества.
Как найти рекламодателя? На этот вопрос Windy31 ответил, что стоит обратиться к менеджерам, которые помогут творческому деятелю найти клиента. «Но у меня были ситуации, когда менеджер не всегда рассказывает о работе с рекламодателем, а иногда и вовсе удерживает ваши деньги», — вспомнил о своем опыте блогер.
Как сделать рекламу креативной? В этом Андрею помогает обычный листок бумаги. Он советует взять ключевое слово, вокруг которого будет строиться ваша интеграция. «Далее вы выписываете несколько десятков слов, которые формируют у вас ассоциации с ключевым словом. Так между словами постепенно рождается креативная идея, которую вы представляете рекламодателю».
Но есть и подводные камни. Многие компании до сих пор строят рекламу своей продукции на постоянном ее упоминании — везде и всюду, без разбору. «Рекламодатель всегда хочет, чтобы о его продукте говорили как можно чаще. Но время меняется, сейчас уже не работает подход, когда ты просто спамишь своего зрителя одними и теми же фразами. Зрители очень быстро уходят с такой рекламы». Поэтому креативная реклама — это благо, но, как подчеркнул Windy31, рекламодатели не всегда готовы пробовать те форматы, которые им предлагают молодые креаторы.
Блогер завершил воркшоп, повторив свою формулу создания контента: находите идею — проверяете ее, анализируя рынок, — продвигаете ее по всем социальным сетям — зарабатываете на пассивной рекламе — находите рекламодателя и реализуете креативный сценарий.
Все начинается с идеи. Windy31 отметил 2 основных источника разработки креативной концепции: первый — это ваши собственные интересы, убеждения или хобби; второй — изучение трендов социальных сетей, следование тем идеям, которые уже успешно монетизируются другими блогерами.
Когда идея есть, необходимо приступать к творческой реализации. «Не надо создавать контент в пустоту. Целевая аудитория сама вас не найдет. Активно продвигайте вашу идею на всех платформах, до которых доходят руки», — предупредил участников воркшопа молодой блогер.
Далее начинается самое интересное — период монетизации. В социальных сетях на данный момент существуют 2 вида заработка: доходы с пассивной рекламы, которую «крутит» в роликах блогеров сама платформа, и прямые рекламные интеграции. Windy31 заметил, что долгое время ничего не рекламировал на своем канале, но лояльность аудитории позволила ему приступить к активной монетизации своего творчества.
Как найти рекламодателя? На этот вопрос Windy31 ответил, что стоит обратиться к менеджерам, которые помогут творческому деятелю найти клиента. «Но у меня были ситуации, когда менеджер не всегда рассказывает о работе с рекламодателем, а иногда и вовсе удерживает ваши деньги», — вспомнил о своем опыте блогер.
Как сделать рекламу креативной? В этом Андрею помогает обычный листок бумаги. Он советует взять ключевое слово, вокруг которого будет строиться ваша интеграция. «Далее вы выписываете несколько десятков слов, которые формируют у вас ассоциации с ключевым словом. Так между словами постепенно рождается креативная идея, которую вы представляете рекламодателю».
Но есть и подводные камни. Многие компании до сих пор строят рекламу своей продукции на постоянном ее упоминании — везде и всюду, без разбору. «Рекламодатель всегда хочет, чтобы о его продукте говорили как можно чаще. Но время меняется, сейчас уже не работает подход, когда ты просто спамишь своего зрителя одними и теми же фразами. Зрители очень быстро уходят с такой рекламы». Поэтому креативная реклама — это благо, но, как подчеркнул Windy31, рекламодатели не всегда готовы пробовать те форматы, которые им предлагают молодые креаторы.
Блогер завершил воркшоп, повторив свою формулу создания контента: находите идею — проверяете ее, анализируя рынок, — продвигаете ее по всем социальным сетям — зарабатываете на пассивной рекламе — находите рекламодателя и реализуете креативный сценарий.
Вчера, 26 апреля, прошла панельная сессия «Музыка без музыканта», посвященная цифровой музыкальной индустрии.
Со приветственным словом выступила модератор сессии Валерия Брусникина, управляющая портфелем IT-проектов Ассоциации IPChain: «По прогнозу ReportCrux Market Research, в 2027 г. продукция ИИ будет иметь выручку в 16 млрд долларов. Технологии меняют индустрию. Еще недавно прорывом был печатный станок, а теперь нейросети активно генерируют контент. VR и AR используются в театрах, концертной деятельности, современном искусстве».
Будущее уже наступило. На рынке все чаще можно наблюдать музыку, написанную нейросетями. Она все более реалистичная и трудно отличимая от реальной, в ней уже есть осмысленный текст и вокал. Технологии уже прочно вошли в нашу жизнь, они анализируют наши предпочтения. Олег Пролубщиков, Fonmix, считает, что «мы живем в эпоху уникальных возможностей: по цене смартфона мы можем приобрести шлемы, которые будут сканировать наш мозг, наши реакции и эмоции». Это все имеет огромный потенциал для генерации контента.
Александр Кузяев, IPChain Lab, поделился своим мнением: «Надо знать, какую эмоцию несет музыка, почему слушатель на нее так реагирует. Это дает возможность не только заниматься оценкой аудиоконтента с эмоциональной точки зрения, но и перейти от анализа к синтезу». Уже сейчас оценивают фоны, шумы и тональность голоса. Это нужно для того, чтобы сделать речевой синтез максимально похожим на общение с реальным человеком.
Охрана изображения гражданина в соответствии с ГК может применяться и в случаях с цифровым контентом. Нейросеть не способна на интеллектуальную деятельность, сама она не создает, то есть не имеет права на авторское права, их может иметь только физическое лицо. По словам Натальи Полианчик, IPCodex, «в нейросети загружают работы исполнителя, и они могут выдать похожие композиции, однако это – синтез. Поэтому продуктом авторского права они быть не могут. Это объект смежных прав».
Кирилл Лупинос, Effective Records, рассказывает: «В условиях пандемии, которая свернула гастрольную деятельность, технологии позволяют создать виртуальный образ артиста, который можно интегрировать в рекламу или выступление». Компании создают виртуальную площадку, продюсеры оцифровывают персонажа/артиста, создавая из него медиапродукт. Если раньше этим занимался лейбл, теперь это делают и сторонние компании.
И все-таки ИИ делает компиляцию. Остро стоит вопрос, может ли музыка быть представлена аудитории без артиста. У нас и раньше были популярные виртуальные персонажи. Максим Власов, Universal Music Russia, поднимает важную тему: «Может ли виртуальный персонаж выстраивать отношения со слушателями? Ведь реальные артисты – еще и инфлюенсеры». Компьютер может подражать, но он не будет создавать.
Как в реале происходит процесс генерации? Большая группа людей выбирает из массы сделанных записей то, из чего потом и делают контент. Игорь Краев, TopHit, считает: «Самое сложное для нейросетей – не генерация контента, который мы создаем сами, на первый план выходит маркетинг. Акцент в современной цифровой музыкальной индустрии надо ставить на том, как продвигают контент».
Со приветственным словом выступила модератор сессии Валерия Брусникина, управляющая портфелем IT-проектов Ассоциации IPChain: «По прогнозу ReportCrux Market Research, в 2027 г. продукция ИИ будет иметь выручку в 16 млрд долларов. Технологии меняют индустрию. Еще недавно прорывом был печатный станок, а теперь нейросети активно генерируют контент. VR и AR используются в театрах, концертной деятельности, современном искусстве».
Будущее уже наступило. На рынке все чаще можно наблюдать музыку, написанную нейросетями. Она все более реалистичная и трудно отличимая от реальной, в ней уже есть осмысленный текст и вокал. Технологии уже прочно вошли в нашу жизнь, они анализируют наши предпочтения. Олег Пролубщиков, Fonmix, считает, что «мы живем в эпоху уникальных возможностей: по цене смартфона мы можем приобрести шлемы, которые будут сканировать наш мозг, наши реакции и эмоции». Это все имеет огромный потенциал для генерации контента.
Александр Кузяев, IPChain Lab, поделился своим мнением: «Надо знать, какую эмоцию несет музыка, почему слушатель на нее так реагирует. Это дает возможность не только заниматься оценкой аудиоконтента с эмоциональной точки зрения, но и перейти от анализа к синтезу». Уже сейчас оценивают фоны, шумы и тональность голоса. Это нужно для того, чтобы сделать речевой синтез максимально похожим на общение с реальным человеком.
Охрана изображения гражданина в соответствии с ГК может применяться и в случаях с цифровым контентом. Нейросеть не способна на интеллектуальную деятельность, сама она не создает, то есть не имеет права на авторское права, их может иметь только физическое лицо. По словам Натальи Полианчик, IPCodex, «в нейросети загружают работы исполнителя, и они могут выдать похожие композиции, однако это – синтез. Поэтому продуктом авторского права они быть не могут. Это объект смежных прав».
Кирилл Лупинос, Effective Records, рассказывает: «В условиях пандемии, которая свернула гастрольную деятельность, технологии позволяют создать виртуальный образ артиста, который можно интегрировать в рекламу или выступление». Компании создают виртуальную площадку, продюсеры оцифровывают персонажа/артиста, создавая из него медиапродукт. Если раньше этим занимался лейбл, теперь это делают и сторонние компании.
И все-таки ИИ делает компиляцию. Остро стоит вопрос, может ли музыка быть представлена аудитории без артиста. У нас и раньше были популярные виртуальные персонажи. Максим Власов, Universal Music Russia, поднимает важную тему: «Может ли виртуальный персонаж выстраивать отношения со слушателями? Ведь реальные артисты – еще и инфлюенсеры». Компьютер может подражать, но он не будет создавать.
Как в реале происходит процесс генерации? Большая группа людей выбирает из массы сделанных записей то, из чего потом и делают контент. Игорь Краев, TopHit, считает: «Самое сложное для нейросетей – не генерация контента, который мы создаем сами, на первый план выходит маркетинг. Акцент в современной цифровой музыкальной индустрии надо ставить на том, как продвигают контент».
26 апреля 2021 года в рамках потока «Медиа и цифровой контент» международного форума IPQuorum 2021: Tech for Content прошла панельная сессия «ИТ-система по управлению объектами интеллектуальной собственности компании».
Участники обсудили типичные проблемы, с которыми сталкиваются крупные и небольшие компании, имеющие в своем активе объекты интеллектуальной собственности.
Эксперты указали, что отсутствие единой системы учета, управления и защиты нематериальных активов влечет за собой значительные трудности.
В частности, затрудняет учет, защиту, получение аналитики, снижение рисков, оценку стоимости, да и в целом создание объектов интеллектуальной собственности.
«Задачи и проблемы те же, что и для материальных активов, но в мире неосязаемых объектов нет «накатанных» практик», – отметил модератор сессии, вице-президент по развитию бизнеса IPCodex Сергей Сараев.
Отсюда, как считают эксперты, неэффективное использование объектов интеллектуальной собственности, проблематичное подтверждение авторства, а также сложности с монетизацией и снижение капитализации компаний.
Однако одну из самых неочевидных проблем сформулировала вице-президент по правовым вопросам Ассоциации IPChain, заместитель генерального секретаря ЕАКОП Ирина Яковлева – несознательное отношение самих авторов к создаваемым ими объектам интеллектуальной собственности.
«Очень часто авторы халатно относятся к собственным произведениям. Создатели не всегда осознают коммерческую ценность объекта ИС и пренебрегают документальным оформлением прав», – пояснила Яковлева.
С Ириной Яковлевой согласился Антон Пушков, управляющий партнер Центра интеллектуальной собственности «Сколково».
«Стартаперы мало думают про защиту интеллектуальной собственности. Часто этого вопроса даже не касаются до момента столкновения с профессиональным инвестором, который в первую очередь поинтересуется, как защищена в компании интеллектуальная собственность», – отметил Пушков.
Несерьезное отношение к ИС свойственно и частным создателям, и компаниям. Хотя, как считают эксперты, защита результатов интеллектуальной деятельности – насущная необходимость для всех.
«Защита прав – не прерогатива крупных компаний. Сейчас это актуально и для частных персон», – подчеркнул Сергей Сараев.
Как заявил коммерческий директор цифрового сервиса n'RIS Григорий Туринцев, компаниям и частным создателям сегодня как никогда необходима единая ИТ-система защиты объекта ИС в разных юрисдикциях.
«Единые автоматизированные ИТ-решения помогут избежать «патентного троллинга» и кражи результатов интеллектуальной деятельности. Например, система НРИС позволяет создавать матрицу объекта – огромный массив информации об объекте ИС, по каждой стадии его формирования. Это позволяет защитить все компоненты объекта ИС, регулировать права доступа к нему, наблюдать весь цикл жизни объекта ИС и эффективно эксплуатировать его», – заявил Туринцев.
Подобным образом, согласно заявлению Григория Туринцева, в реестре НРИС на сегодняшний день хранится более 5000 объектов.
И тем не менее, как прозвучало на сессии, российское законодательство пока несовершенно в аспекте обращения с объектами ИС.
«Нормативное регулирование в отношении объектов ИС пока несовершенно. Его нужно менять, подтягивать», – считает управляющий партнер Центра интеллектуальной собственности «Сколково» Антон Пушков.
В свою очередь Ирина Яковлева добавила, что абсолютное большинство процессов обращения с объектами ИС и разнообразными нематериальными активами перейдет в онлайн-формат.
«Мы уходим от бумаги и двигаемся в сторону электронного оформления прав на объекты ИС. В ближайшее время все подобные операции перейдут в онлайн», – считает Ирина Яковлева.
Участники обсудили типичные проблемы, с которыми сталкиваются крупные и небольшие компании, имеющие в своем активе объекты интеллектуальной собственности.
Эксперты указали, что отсутствие единой системы учета, управления и защиты нематериальных активов влечет за собой значительные трудности.
В частности, затрудняет учет, защиту, получение аналитики, снижение рисков, оценку стоимости, да и в целом создание объектов интеллектуальной собственности.
«Задачи и проблемы те же, что и для материальных активов, но в мире неосязаемых объектов нет «накатанных» практик», – отметил модератор сессии, вице-президент по развитию бизнеса IPCodex Сергей Сараев.
Отсюда, как считают эксперты, неэффективное использование объектов интеллектуальной собственности, проблематичное подтверждение авторства, а также сложности с монетизацией и снижение капитализации компаний.
Однако одну из самых неочевидных проблем сформулировала вице-президент по правовым вопросам Ассоциации IPChain, заместитель генерального секретаря ЕАКОП Ирина Яковлева – несознательное отношение самих авторов к создаваемым ими объектам интеллектуальной собственности.
«Очень часто авторы халатно относятся к собственным произведениям. Создатели не всегда осознают коммерческую ценность объекта ИС и пренебрегают документальным оформлением прав», – пояснила Яковлева.
С Ириной Яковлевой согласился Антон Пушков, управляющий партнер Центра интеллектуальной собственности «Сколково».
«Стартаперы мало думают про защиту интеллектуальной собственности. Часто этого вопроса даже не касаются до момента столкновения с профессиональным инвестором, который в первую очередь поинтересуется, как защищена в компании интеллектуальная собственность», – отметил Пушков.
Несерьезное отношение к ИС свойственно и частным создателям, и компаниям. Хотя, как считают эксперты, защита результатов интеллектуальной деятельности – насущная необходимость для всех.
«Защита прав – не прерогатива крупных компаний. Сейчас это актуально и для частных персон», – подчеркнул Сергей Сараев.
Как заявил коммерческий директор цифрового сервиса n'RIS Григорий Туринцев, компаниям и частным создателям сегодня как никогда необходима единая ИТ-система защиты объекта ИС в разных юрисдикциях.
«Единые автоматизированные ИТ-решения помогут избежать «патентного троллинга» и кражи результатов интеллектуальной деятельности. Например, система НРИС позволяет создавать матрицу объекта – огромный массив информации об объекте ИС, по каждой стадии его формирования. Это позволяет защитить все компоненты объекта ИС, регулировать права доступа к нему, наблюдать весь цикл жизни объекта ИС и эффективно эксплуатировать его», – заявил Туринцев.
Подобным образом, согласно заявлению Григория Туринцева, в реестре НРИС на сегодняшний день хранится более 5000 объектов.
И тем не менее, как прозвучало на сессии, российское законодательство пока несовершенно в аспекте обращения с объектами ИС.
«Нормативное регулирование в отношении объектов ИС пока несовершенно. Его нужно менять, подтягивать», – считает управляющий партнер Центра интеллектуальной собственности «Сколково» Антон Пушков.
В свою очередь Ирина Яковлева добавила, что абсолютное большинство процессов обращения с объектами ИС и разнообразными нематериальными активами перейдет в онлайн-формат.
«Мы уходим от бумаги и двигаемся в сторону электронного оформления прав на объекты ИС. В ближайшее время все подобные операции перейдут в онлайн», – считает Ирина Яковлева.
Воркшоп на тему «Как защитить идею. Плагиат или цитирование» провел Константин Леонтьев – доцент Научно-образовательного центра интеллектуальной собственности и цифровой экономики Digital IP.
В рамках воркшопа он ответил на вопросы, что отличает идею от объекта авторского права и где проходит грань между допустимым заимствованием и копированием, а также рассказал, как правильно использовать фрагменты чужих произведений, не нарушая авторских прав.
Со временем вопрос о допустимом заимствовании меняется: в современном книгоиздательстве почти всех авторов признали плагиаторами. Примером этого является фраза В.А. Жуковского «Гений чистой красоты», которую без отсылки к автору использовал А.С. Пушкин в своем произведении. Сейчас даже за частичное копирование грозит уголовная ответственность, и единственный способ этого не допустить – это выстраивать договоренности.
Основываясь на судебной практике, объектом авторского права является только то, что создано творческим трудом: это могут быть произведения, включая условно приравниваемые к ним программы для ЭВМ. Авторское право, в свою очередь, распространяется не только на идею, но также и на все формы, в которые она будет трансформироваться. Например, персонаж Винни Пух приносил компании Disney до 26 миллиардов долларов в год за продажу одежды и предметов с использованием этого товарного знака.
Согласно гражданскому кодексу любое использование фрагментов чужого произведения или товарного знака позволено только с согласия его правообладателя. Но что такое использование в авторском праве, до сих пор остается вопросом без ответа, из чего следует, что в авторском праве практически невозможно избежать его нарушения, что является одной из основных проблем, которая пока не находит своего решения.
В рамках воркшопа он ответил на вопросы, что отличает идею от объекта авторского права и где проходит грань между допустимым заимствованием и копированием, а также рассказал, как правильно использовать фрагменты чужих произведений, не нарушая авторских прав.
Со временем вопрос о допустимом заимствовании меняется: в современном книгоиздательстве почти всех авторов признали плагиаторами. Примером этого является фраза В.А. Жуковского «Гений чистой красоты», которую без отсылки к автору использовал А.С. Пушкин в своем произведении. Сейчас даже за частичное копирование грозит уголовная ответственность, и единственный способ этого не допустить – это выстраивать договоренности.
Основываясь на судебной практике, объектом авторского права является только то, что создано творческим трудом: это могут быть произведения, включая условно приравниваемые к ним программы для ЭВМ. Авторское право, в свою очередь, распространяется не только на идею, но также и на все формы, в которые она будет трансформироваться. Например, персонаж Винни Пух приносил компании Disney до 26 миллиардов долларов в год за продажу одежды и предметов с использованием этого товарного знака.
Согласно гражданскому кодексу любое использование фрагментов чужого произведения или товарного знака позволено только с согласия его правообладателя. Но что такое использование в авторском праве, до сих пор остается вопросом без ответа, из чего следует, что в авторском праве практически невозможно избежать его нарушения, что является одной из основных проблем, которая пока не находит своего решения.
Как построить прозрачный рынок изобразительного искусства, рассказали участники сессии Art-Chain, прошедшей в конференц-зале «Казан». В качестве модератора выступила художница, заместитель председателя правления Федерации креативных индустрий (ФКИ) Вероника Пономарева-Коржевская.
Она начала дискуссию, отметив: «Новые технологии дают нам возможность сделать рынок искусства прозрачным, обеспечить его рост и привлечь инвестиции. В связи с этим встает вопрос, как масштабировать опыт цифровизации на весь рынок искусства».
Свои опытом поделился Владимир Определенов, заместитель директора по цифровому развитию ГМИИ им. А.С. Пушкина. Он рассказал, что музей активно оцифровывает свои фонды, в том числе 40% от всех оцифрованных музейных предметов — в очень хорошем качестве. «Для институтов памяти сегодня остро встает вопрос сохранения своего наследия. Но есть и цифровое культурное наследие, которое состоит из информационных ресурсов, материалов, созданных в цифровом виде, а также киномедиа и цифровых произведений искусства. Наша задача — создать пространство, где каждый наш цифровой «двойник» будет иметь уникальный цифровой паспорт».
Популярный художник с мировым именем Покрас Лампас, также присутствовавший на сессии Art-Chain в качестве спикера, считает, что цифровые копии объектов искусства открывают перед художниками новые возможности, в том числе благодаря рынку NFT-токенов. «Современный арт-рынок, включая NFT, предоставляет художникам так много инструментов для саморепрезентации, что традиционные галереи должны под это адаптироваться, иначе они пропадут. Ранее недооцененные артисты получают возможность монетизировать собственное творчество, а digital-художники стали больше зарабатывать благодаря открытой статистике продаж, доступной через блокчейн. NFT —это история не только о токенах, верифицирующих принадлежащий вам объект. Это концепция, по которой ты с самого начала можешь заложить в свои работы все доступные ценности, включая открытость и поддержку комьюнити».
Тематику сессии развила основатель ярмарки цифрового искусства Disartive.art Ольга Дворецкая. Она представила обзор современных проектов на блокчейне, позволяющих оцифровывать и продавать при помощи криптовалюты работы художников. По ее мнению, рынок NFT-токенов становится все более значимым для арт-индустрии. «Только за первый квартал этого года оборот NFT-рынка составил 740 млн долларов. Крупные бренды выходят на этот рынок, становясь его активными участниками. NFT — это новая роскошь. Раньше никто, например, не знал о проекте Cryptopunks, созданном в 2017 году. А сейчас их торговый оборот — больше 340 млн долларов, и они консультируют по вопросам цифрового искусства аукционный дом Christie’s».
К участникам дискуссии по видеосвязи подключился Алексей Фалин, основатель NFT-платформы Rarible. Он рассказал, как осуществляется защита объектов цифрового искусства в блокчейн-системах: «Есть блокчейн-эфиры, которые поддерживаются десятками тысяч компьютеров по всему миру, а каждый из этих компьютеров выступает как копия целого блокчейна. У каждого объекта также есть метаинформация с подробным описанием и ссылкой на картину».
В конце встречи заместитель председателя правления Федерации креативных индустрий Вероника Пономарева-Коржевская поинтересовалась у участников, каким они видят искусство будущего. Свой прогноз дал технокультуролог, научный руководитель Института проблем цифровизации Иван Карпушкин, отметив: «Прямо сейчас мы генерируем огромное количество информации, а в виртуальном мире создаем больше, чем в физическом. Поэтому главная для нас проблема состоит в том, как мы передадим следующим поколениям то огромное количество информации, которое у нас есть прямо сейчас».
Она начала дискуссию, отметив: «Новые технологии дают нам возможность сделать рынок искусства прозрачным, обеспечить его рост и привлечь инвестиции. В связи с этим встает вопрос, как масштабировать опыт цифровизации на весь рынок искусства».
Свои опытом поделился Владимир Определенов, заместитель директора по цифровому развитию ГМИИ им. А.С. Пушкина. Он рассказал, что музей активно оцифровывает свои фонды, в том числе 40% от всех оцифрованных музейных предметов — в очень хорошем качестве. «Для институтов памяти сегодня остро встает вопрос сохранения своего наследия. Но есть и цифровое культурное наследие, которое состоит из информационных ресурсов, материалов, созданных в цифровом виде, а также киномедиа и цифровых произведений искусства. Наша задача — создать пространство, где каждый наш цифровой «двойник» будет иметь уникальный цифровой паспорт».
Популярный художник с мировым именем Покрас Лампас, также присутствовавший на сессии Art-Chain в качестве спикера, считает, что цифровые копии объектов искусства открывают перед художниками новые возможности, в том числе благодаря рынку NFT-токенов. «Современный арт-рынок, включая NFT, предоставляет художникам так много инструментов для саморепрезентации, что традиционные галереи должны под это адаптироваться, иначе они пропадут. Ранее недооцененные артисты получают возможность монетизировать собственное творчество, а digital-художники стали больше зарабатывать благодаря открытой статистике продаж, доступной через блокчейн. NFT —это история не только о токенах, верифицирующих принадлежащий вам объект. Это концепция, по которой ты с самого начала можешь заложить в свои работы все доступные ценности, включая открытость и поддержку комьюнити».
Тематику сессии развила основатель ярмарки цифрового искусства Disartive.art Ольга Дворецкая. Она представила обзор современных проектов на блокчейне, позволяющих оцифровывать и продавать при помощи криптовалюты работы художников. По ее мнению, рынок NFT-токенов становится все более значимым для арт-индустрии. «Только за первый квартал этого года оборот NFT-рынка составил 740 млн долларов. Крупные бренды выходят на этот рынок, становясь его активными участниками. NFT — это новая роскошь. Раньше никто, например, не знал о проекте Cryptopunks, созданном в 2017 году. А сейчас их торговый оборот — больше 340 млн долларов, и они консультируют по вопросам цифрового искусства аукционный дом Christie’s».
К участникам дискуссии по видеосвязи подключился Алексей Фалин, основатель NFT-платформы Rarible. Он рассказал, как осуществляется защита объектов цифрового искусства в блокчейн-системах: «Есть блокчейн-эфиры, которые поддерживаются десятками тысяч компьютеров по всему миру, а каждый из этих компьютеров выступает как копия целого блокчейна. У каждого объекта также есть метаинформация с подробным описанием и ссылкой на картину».
В конце встречи заместитель председателя правления Федерации креативных индустрий Вероника Пономарева-Коржевская поинтересовалась у участников, каким они видят искусство будущего. Свой прогноз дал технокультуролог, научный руководитель Института проблем цифровизации Иван Карпушкин, отметив: «Прямо сейчас мы генерируем огромное количество информации, а в виртуальном мире создаем больше, чем в физическом. Поэтому главная для нас проблема состоит в том, как мы передадим следующим поколениям то огромное количество информации, которое у нас есть прямо сейчас».
26 апреля в рамках форума IPQuorum-2021: Tech for content президент Ассоциации IPChain Андрей Кричевский и Председатель правления Фонда «Сколково» Игорь Дроздов подписали соглашение, по итогу которого на территории Сколково появится первая лаборатория технологий в сфере креативных индустрий.
Лаборатория получит название IPChain Lab и в ней будут сосредоточены передовые технологии для развития креативных индустрий и экономики России.
Одно из ключевых направлений, в котором смогут применяться инструменты IPChain Lab, — мониторинг аудиовизуального контента с помощью искусственного интеллекта, благодаря которому повышается эффективность планирования и оценка эффективности рекламных кампаний. Также лаборатория сможет депонировать программный код и дизайн (Algo), что поможет защитить программы с точки зрения авторского права. Еще одно направление работы лаборатории — анализ музыки по критериям эмоционального воздействия (Emuse).
После подписания соглашения в зале «Казан» прошла презентация сервиса Emuse от IPChain Lab. В ней приняли участие Валерия Брусникина, управляющая портфелем IT-проектов Ассоциации IPChain, Александр Кузяев, руководитель проекта Emuse в IPChain Lab, и Мари Краймбрери, певица и автор песен.
Emuse — платформа для создания персонифицированных онлайн-нейросервисов на базе алгоритма оценки музыки по критериям эмоционального воздействия на слушателя. С ее помощью можно прогнозировать воздействие музыки на психоэмоциональный волновой фон мозга.
На сессии в live-режиме представители IPChain проанализировали песню «Золото» Марии Краймбрери и выяснили, что произведение на 34% состоит из трагичности, на 21% из тревоги и на 14% из отчаяния, а остальной 21% составляет десяток других эмоций.
С помощью сервиса Emuse можно прогнозировать эмоциональную реакцию человека на аудиопоток и использовать полученную информацию в любых сферах, где важна звуковая составляющая.
Лаборатория получит название IPChain Lab и в ней будут сосредоточены передовые технологии для развития креативных индустрий и экономики России.
Одно из ключевых направлений, в котором смогут применяться инструменты IPChain Lab, — мониторинг аудиовизуального контента с помощью искусственного интеллекта, благодаря которому повышается эффективность планирования и оценка эффективности рекламных кампаний. Также лаборатория сможет депонировать программный код и дизайн (Algo), что поможет защитить программы с точки зрения авторского права. Еще одно направление работы лаборатории — анализ музыки по критериям эмоционального воздействия (Emuse).
После подписания соглашения в зале «Казан» прошла презентация сервиса Emuse от IPChain Lab. В ней приняли участие Валерия Брусникина, управляющая портфелем IT-проектов Ассоциации IPChain, Александр Кузяев, руководитель проекта Emuse в IPChain Lab, и Мари Краймбрери, певица и автор песен.
Emuse — платформа для создания персонифицированных онлайн-нейросервисов на базе алгоритма оценки музыки по критериям эмоционального воздействия на слушателя. С ее помощью можно прогнозировать воздействие музыки на психоэмоциональный волновой фон мозга.
На сессии в live-режиме представители IPChain проанализировали песню «Золото» Марии Краймбрери и выяснили, что произведение на 34% состоит из трагичности, на 21% из тревоги и на 14% из отчаяния, а остальной 21% составляет десяток других эмоций.
С помощью сервиса Emuse можно прогнозировать эмоциональную реакцию человека на аудиопоток и использовать полученную информацию в любых сферах, где важна звуковая составляющая.