Cr: @ sillyrecluse on X

Cr: @ ton_4sh on Tik Tok

Cr: @ sleepyheadken on X

Cr: @ nectarinemeow on Tik Tok

Cr: @ dimented_goose on Tik Tok

Cr: @ z3nfully on Tik Tok

Cr: @ glorianell_art on X

Cr: @ prostpwkobl on Tok Tok

Cr: @ im_no_one.2 on Tik Tok

привет дочь , зять и весь кф

трапы

Cr: @ ichanceslop on X

Cr: @ purplekitti_ on X

Cr: @ yuridoctrine69 on X

Чем больше времени он находится тут, тем тише музыка. Словно это не простое совпадение, а то, сто и должно быть.
При воспоминаниях о начале вечера остаётся лишь странная и тяжёлая пустота — когда-то давно в кругу своих друзей, он, и вправду любимый всеми Айтраппед, был в какой-то мере, но и вправду счастливым. Улыбка притворства в такие моменты менялась на искреннюю, не такую приторную, конечно же, но по-особенному тёплую. Никак не идёт с его холодным образом, да? Но тот вечер не был пропитан той любовью, что была раньше у него. В абсолютной тишине тот впервые поднял стакан с виски, будто демонстративно заставляя лёд биться о хрусталь. Словно привлекая внимание к тому, что у него есть сейчас. Но какой ценой? Это вопрос второй. Раньше виски было наслаждение в компании знакомых, где можно было и положиться на них. Но что теперь?

Он открывает глаза с трудом, пытается оглядеть местность вокруг себя. Тихо и пусто. На его удивление пусто. Будто просто все клиенты испарились, а музыка остановилась. Это ведь не может быть его реальностью, верно?

Слабый хлопок по плечу заставляет юношу поднять голову, но не откликнуться на чьё-то внезапное присутствие рядом. В любом случае, его ранее чудесные и шелковистые длинные волосы и не могли позволить ему увидеть того, кто ему помешал. Да и не то, чтобы Айтраппед и вправду бы заботился о том, кто его дёрнул в этот момент.

Чудесная дрёма накатывала с головой — кажется, Кто-то выпил больше, чем стоит. Вот же бедолага. Импульсивные действия чреваты последствиями, которые никто не захочет разбирать. В полусонном состоянии он, кажется, пытается взять свой телефон. Один лишь номер в контактах. Сообщения до других не доходят, кажется, будто его оставили прямо в этом месте совершенно одного. Один лишь звонок. Быстро набирая пальцами тот самый номер, вызов все-таки не проходит. Раз. Два. Три. В четвёртый, последний раз, он решается оставить сообщение. Или же как его другу там нравилось? Аж бошка раскалывается, если попытаться это вспомнить. Ах, да.. В таком-то состоянии он тоже в силах притвориться вновь, что всё хорошо.

— Доброй ночи, *. Мне... Знаешь, мне и вправду неловко о таком говорить, но ты бы не мог мне помочь сейчас? Боюсь, просить мне больше некого, да. — глоток обжигающе холодного напитка был слышен даже в трубке. — Да, ты же мой лучший друг, я тебе доверяю, ценю тебя.. Ты поможешь мне? В любом случае, я также попытаюсь сделать всё сам.. Но я буду рад увидеть тебя сейчас, ладно?

И сообщение... Не доставилось. Вот и идиот!, его первой мыслью было то, что Шанс настолько был увлечён своими глупыми делами в казино вновь, что даже не соизволил ответить своему «лучшему другу». Ну и черт с ним! Айтраппед, в конце концов, может сделать всё сам, верно? Это имя не для слабых, а сам юноша далеко не считал себя хрустальным и хрупким, как его представляли его близкие.

Осталось... Осталось лишь встать и вправду уйти.

Ещё один хлопок по плечу лишь стал отправной точкой той ненависти и раздражимости, что позже сменилась бы на абсолютную пустоту вновь.

—Чего? — он оборачивается на человека, что стоял сзади него. На того, кто помешал ему.
... Одного взгляда было недостаточно. Нет, это не может быть он. Айтраппед помнит, он точно уверен в том, что всё тогда было наяву: белая рубашка и голубой костюм окрасились в темно-бордовый цвет. Он ему никогда не нравился, никогда не шёл под его яркие глаза. С рук капала жидкость с металлическим запахом — любого бы стошнило от картины, что тогда была перед юношей. Он был мертв, но тогда почему он стоял прямо сзади того, кто его и предал?

И нет, взгляд друга не был полон ненависти. Сняв тёмные очки, которые всегда скрывали истинный взгляд, тот обеспокоенно посмотрел на своего лучшего друга и накинул на его плечи голубую мантию, а позже и сам приблизился.