была я в этом странном Хевроне
и были заборы, были посты, были улицы без присутствия арабов, были заброшенные дома и заваренные двери, были разговоры с солдатами, с бывшим солдатом, с местным палестинцем, рассказы про насилие поселенцев при со-непротиво-действии армии и полиции. и это все будто, увы, ожидаемо и понятно.
но еще был горный азан, крутой подъем и невероятно красивая девочка в розовом платьишке, которая бежала ко мне по старому мусульманскому кладбищу. как все эти дети, с улыбкой, полным доверием и радостью — и еще со всеми своими знаниями английского на пару вопросов (Ната, из Израиля). пожала ей ее милую ручку, а сейчас жалею, что не обняла; послала в конце воздушный поцелуй; поплакала.
я уехала из Хеврона, а она — там осталась.
ps: помимо этого родного живого чуда мне показалось в процессе, что какой-то несильной получилась поездка. но я лишь сейчас понимаю, в чем состоит впечатление. я приехала, смотрю на людей, детей здесь — а в голове звенит и трещит один вопрос: «какого хуя?!»
и были заборы, были посты, были улицы без присутствия арабов, были заброшенные дома и заваренные двери, были разговоры с солдатами, с бывшим солдатом, с местным палестинцем, рассказы про насилие поселенцев при со-непротиво-действии армии и полиции. и это все будто, увы, ожидаемо и понятно.
но еще был горный азан, крутой подъем и невероятно красивая девочка в розовом платьишке, которая бежала ко мне по старому мусульманскому кладбищу. как все эти дети, с улыбкой, полным доверием и радостью — и еще со всеми своими знаниями английского на пару вопросов (Ната, из Израиля). пожала ей ее милую ручку, а сейчас жалею, что не обняла; послала в конце воздушный поцелуй; поплакала.
я уехала из Хеврона, а она — там осталась.
ps: помимо этого родного живого чуда мне показалось в процессе, что какой-то несильной получилась поездка. но я лишь сейчас понимаю, в чем состоит впечатление. я приехала, смотрю на людей, детей здесь — а в голове звенит и трещит один вопрос: «какого хуя?!»
❤🔥10🕊3❤1
дисклеймер: пост не содержит никаких моральных выдержек и написан для читателя израильтянина, о положении Израиля. отдельно упомяну в начале, что страдание и смерть любого человека ужасны, трагедия народа важна сама по себе и должна прекратиться, но текст не об этом.
основные возражения израильской пропаганды и некоторые параллели, которые мне бросаются в глаза:
1. посмотрите, что говорят их официальные лица и их религия, они хотят нас всех убить
в таком случае, можно соответственно заключить, что все израильское общество солидарно с расистскими мнениями представителей действующего правительства (которое, в отличие от, было выбрано на недавних свободных демократических выборах) и лидерами мнений.
однако это, конечно и слава богу, не так как с одной, так и с другой стороны. есть много международных еврейских и израильских общественных организаций, которые стремятся установить культурный межэтнический диалог, транслируют израильтянам отличное от официального понимание происходящего и заявляют о необходимости политических изменений (1, 2, 3, …), в их числе — бывшие израильские солдаты (1, 2).
также существует замечательная инициатива израильтян по защитному присутствию на территориях для ограждения палестинцев от произвола поселенцев, документации подобных случаев, помощи в сборе урожая и тд. (например, такая прекрасная, и что особо приятно, религиозная организация с адекватным пониманием иудаизма). помимо того, что посторонне присутствие снижает вероятность и агрессивность атак, отлично это уже тем, что палестинцы своими глазами видят евреев и израильтян, которые не агрессивны и не против них; выбирают не разрушать, а созидать; высказываются и действуют против навязанного «своего» ради объективно верного.
а насчет религиозного радикализма — мне тоже, как слегка религиозному еврею из постсоветского пространства больно и отвратительно, что современный Израиль эксплуатирует важные для меня и изначально чистые темы иудаизма и Холокоста — и, переворачивая все с ног на голову, играет с их помощью на низших чувствах, творит под этим прикрытием абсолютно противоречащие морали, урокам и того, и другого вещи — то, что нельзя делать никогда и ни с кем.
2. они все за хамас, а значит все априори виноваты
стоит упомянуть, во-первых, планомерную деятельность Израиля по дискредитации всех сил, которые были настроены на политический диалог с Израилем, ослабление имиджа власти палестинской автономии, так как разговор на равных крайне невыгоден правительству, в отличие от затяжной войны. к сожалению, хамас в том числе вследствие давнишней израильской политики и отсутствия политических решений конфликта стал силой, которая хоть каким-то образом заявляет об интересах палестинцев.
сколько-нибудь ориентироваться на опросы в Газе, еще и в последнее время, кажется сомнительным. однако согласно опросам поддержка хамаса на Западном берегу и в Газе составляет примерно 40%, а видение вооруженной борьбы в качестве выхода из конфликта — 53%, что ровно соответствует доле поддержки правого военизированного правительства среди израильского общества. новый опрос говорит о поддержке чуть более половиной населения правой коалиции даже после всего, что случилось за два последние года в стране и вокруг.
параллельно с еженедельными протестами в Израиле антиправительственные протесты проходят в Газе, опросы говорят о солидарности с протестами почти половины населения.
при этом 75% опрошенных в Газе заявляют, что минимум один их родственник был ранен/убит начиная с 7 октября 2023 (а есть семьи, где об этом сказать уже некому). это не то, что рождает доверие и настраивает людей на мирный диалог (нужно при этом помнить, что у многих израильских арабов есть родственники как на западном берегу, так и в Газе — и семья для них не пустой звук).
основные возражения израильской пропаганды и некоторые параллели, которые мне бросаются в глаза:
1. посмотрите, что говорят их официальные лица и их религия, они хотят нас всех убить
в таком случае, можно соответственно заключить, что все израильское общество солидарно с расистскими мнениями представителей действующего правительства (которое, в отличие от, было выбрано на недавних свободных демократических выборах) и лидерами мнений.
однако это, конечно и слава богу, не так как с одной, так и с другой стороны. есть много международных еврейских и израильских общественных организаций, которые стремятся установить культурный межэтнический диалог, транслируют израильтянам отличное от официального понимание происходящего и заявляют о необходимости политических изменений (1, 2, 3, …), в их числе — бывшие израильские солдаты (1, 2).
также существует замечательная инициатива израильтян по защитному присутствию на территориях для ограждения палестинцев от произвола поселенцев, документации подобных случаев, помощи в сборе урожая и тд. (например, такая прекрасная, и что особо приятно, религиозная организация с адекватным пониманием иудаизма). помимо того, что посторонне присутствие снижает вероятность и агрессивность атак, отлично это уже тем, что палестинцы своими глазами видят евреев и израильтян, которые не агрессивны и не против них; выбирают не разрушать, а созидать; высказываются и действуют против навязанного «своего» ради объективно верного.
а насчет религиозного радикализма — мне тоже, как слегка религиозному еврею из постсоветского пространства больно и отвратительно, что современный Израиль эксплуатирует важные для меня и изначально чистые темы иудаизма и Холокоста — и, переворачивая все с ног на голову, играет с их помощью на низших чувствах, творит под этим прикрытием абсолютно противоречащие морали, урокам и того, и другого вещи — то, что нельзя делать никогда и ни с кем.
2. они все за хамас, а значит все априори виноваты
стоит упомянуть, во-первых, планомерную деятельность Израиля по дискредитации всех сил, которые были настроены на политический диалог с Израилем, ослабление имиджа власти палестинской автономии, так как разговор на равных крайне невыгоден правительству, в отличие от затяжной войны. к сожалению, хамас в том числе вследствие давнишней израильской политики и отсутствия политических решений конфликта стал силой, которая хоть каким-то образом заявляет об интересах палестинцев.
сколько-нибудь ориентироваться на опросы в Газе, еще и в последнее время, кажется сомнительным. однако согласно опросам поддержка хамаса на Западном берегу и в Газе составляет примерно 40%, а видение вооруженной борьбы в качестве выхода из конфликта — 53%, что ровно соответствует доле поддержки правого военизированного правительства среди израильского общества. новый опрос говорит о поддержке чуть более половиной населения правой коалиции даже после всего, что случилось за два последние года в стране и вокруг.
параллельно с еженедельными протестами в Израиле антиправительственные протесты проходят в Газе, опросы говорят о солидарности с протестами почти половины населения.
при этом 75% опрошенных в Газе заявляют, что минимум один их родственник был ранен/убит начиная с 7 октября 2023 (а есть семьи, где об этом сказать уже некому). это не то, что рождает доверие и настраивает людей на мирный диалог (нужно при этом помнить, что у многих израильских арабов есть родственники как на западном берегу, так и в Газе — и семья для них не пустой звук).
❤5
о боге и обо мне
дисклеймер: пост не содержит никаких моральных выдержек и написан для читателя израильтянина, о положении Израиля. отдельно упомяну в начале, что страдание и смерть любого человека ужасны, трагедия народа важна сама по себе и должна прекратиться, но текст…
3. они все террористы
при отсутствии государственности и официальной армии любой, занимающийся и нападением, и защитой, будет назван «террористом» по мнению одной стороны и «борцом за свободу» по мнению другой.
вовлеченность израильского общества в армейскую систему составляет примерно половину населения призывного возраста, включая женщин (и исключая отказников, людей с заболеваниями, ортодоксальных, арабов и тд.), что в любом случае несоизмеримо больше процента вовлеченных в неорганизованную силовую борьбу с палестинской стороны.
помимо официальных сил израильской армии и полиции, силовыми методами пользуются поселенцы. соответственно израильской официальной позиции, это не является терроризмом, хотя зачастую выражается ровно в тех же самых действиях. при этом палестинцы не защищены, а наказание для поселенцев обычно не применяется (на подобные вызовы полиция либо не реагирует, либо задерживает пострадавших, поэтому зачастую это бессмысленный для палестинца шаг). при аналогичных действиях со стороны палестинца его либо уничтожают на месте, либо сажают.
4. терроризм — причина оккупации, а не реакция на нее
международным решением конфликта признается независимость Палестины. при отсутствии политического диалога терроризм — это, увы, ожидаемая форма реакции.
до создания еврейского государства (хотя и не только до, но и после) абсолютно такой же деятельностью, включая массовые убийства, занимались радикальные сионисты. они добились своего, и их деятельность никогда не была поводом для официального коллективного наказания израильтян (так, например, следствием убийства 29 и ранения более ста молящихся террористом Борухом Гольдштейном стали еще более строгие ограничения для палестинцев, а не какое-либо наказание для поселенцев).
в израильских тюрьмах находится множество палестинцев (на конец 2024 года — 3327 человек) без приговора (большинству из них срок задержания продлевают или повторяют задержание позднее). это невиновные люди, задержанные вооруженными представителями другого государства и лишенные свободы.
также преследуются люди, выбравшие несиловые методы борьбы с оккупацией: активисты, документирующие насилие и несправедливость журналисты, затрагивающие тему оккупации режиссеры, высказывающие солидарность со своим народом палестинцы.
это происходит из-за терроризма или терроризм из-за этого?
5. оккупация — ради безопасности и дает безопасность
военная оккупация была временной мерой до политического решения ситуации, сложившейся после 1967 года. при отсутствии политического решения вопроса оккупация начала использоваться как тактика по вытеснению палестинского населения из зон B и C (с ходом времени это превратилось в 80% Палестины).
многие силовые инструменты на оккупированных территориях служат не целям безопасности, как это объясняет официальная пропаганда, а применяются для ухудшения жизни жителей территорий, внушения страха и увеличения неравенства — для «добровольного» ухода с них палестинцев (ограничение водоснабжения, недоступность мед.помощи и образования, немотивированные проверки документов, ночные рейды и тд.)
при этом оккупация настоящая: жители территорий и восточного Иерусалима не получают израильского гражданства, соответственно не голосуют за свою фактическую власть, не имеют свободы перемещения (в том числе для поездок за границу), естественно не имеют права на ношения оружия в регионе, где окружающие его имеют. Израиль может объявить дом незаконной постройкой или территорию военной зоной.
в современном исполнении это рождает только рост ненависти и насилия, но никак не заявленную Израилем безопасность. люди живут в ухудшающихся с каждым днем условиях, без какой-либо надежды на изменение ситуации, при этом решение проблемы уже даже не обсуждается, ситуация стала восприниматься как статус-кво.
при отсутствии государственности и официальной армии любой, занимающийся и нападением, и защитой, будет назван «террористом» по мнению одной стороны и «борцом за свободу» по мнению другой.
вовлеченность израильского общества в армейскую систему составляет примерно половину населения призывного возраста, включая женщин (и исключая отказников, людей с заболеваниями, ортодоксальных, арабов и тд.), что в любом случае несоизмеримо больше процента вовлеченных в неорганизованную силовую борьбу с палестинской стороны.
помимо официальных сил израильской армии и полиции, силовыми методами пользуются поселенцы. соответственно израильской официальной позиции, это не является терроризмом, хотя зачастую выражается ровно в тех же самых действиях. при этом палестинцы не защищены, а наказание для поселенцев обычно не применяется (на подобные вызовы полиция либо не реагирует, либо задерживает пострадавших, поэтому зачастую это бессмысленный для палестинца шаг). при аналогичных действиях со стороны палестинца его либо уничтожают на месте, либо сажают.
4. терроризм — причина оккупации, а не реакция на нее
международным решением конфликта признается независимость Палестины. при отсутствии политического диалога терроризм — это, увы, ожидаемая форма реакции.
до создания еврейского государства (хотя и не только до, но и после) абсолютно такой же деятельностью, включая массовые убийства, занимались радикальные сионисты. они добились своего, и их деятельность никогда не была поводом для официального коллективного наказания израильтян (так, например, следствием убийства 29 и ранения более ста молящихся террористом Борухом Гольдштейном стали еще более строгие ограничения для палестинцев, а не какое-либо наказание для поселенцев).
в израильских тюрьмах находится множество палестинцев (на конец 2024 года — 3327 человек) без приговора (большинству из них срок задержания продлевают или повторяют задержание позднее). это невиновные люди, задержанные вооруженными представителями другого государства и лишенные свободы.
также преследуются люди, выбравшие несиловые методы борьбы с оккупацией: активисты, документирующие насилие и несправедливость журналисты, затрагивающие тему оккупации режиссеры, высказывающие солидарность со своим народом палестинцы.
это происходит из-за терроризма или терроризм из-за этого?
5. оккупация — ради безопасности и дает безопасность
военная оккупация была временной мерой до политического решения ситуации, сложившейся после 1967 года. при отсутствии политического решения вопроса оккупация начала использоваться как тактика по вытеснению палестинского населения из зон B и C (с ходом времени это превратилось в 80% Палестины).
многие силовые инструменты на оккупированных территориях служат не целям безопасности, как это объясняет официальная пропаганда, а применяются для ухудшения жизни жителей территорий, внушения страха и увеличения неравенства — для «добровольного» ухода с них палестинцев (ограничение водоснабжения, недоступность мед.помощи и образования, немотивированные проверки документов, ночные рейды и тд.)
при этом оккупация настоящая: жители территорий и восточного Иерусалима не получают израильского гражданства, соответственно не голосуют за свою фактическую власть, не имеют свободы перемещения (в том числе для поездок за границу), естественно не имеют права на ношения оружия в регионе, где окружающие его имеют. Израиль может объявить дом незаконной постройкой или территорию военной зоной.
в современном исполнении это рождает только рост ненависти и насилия, но никак не заявленную Израилем безопасность. люди живут в ухудшающихся с каждым днем условиях, без какой-либо надежды на изменение ситуации, при этом решение проблемы уже даже не обсуждается, ситуация стала восприниматься как статус-кво.
❤5
о боге и обо мне
3. они все террористы при отсутствии государственности и официальной армии любой, занимающийся и нападением, и защитой, будет назван «террористом» по мнению одной стороны и «борцом за свободу» по мнению другой. вовлеченность израильского общества в армейскую…
6. все можно решить силовым путём
воевать с раздробленной территорией без армии — это сильно, однако до сих пор эта затея не привела ровно ни к чему: терроризм и смерти людей на месте, дорогая в плане человеческих и денежных ресурсов оккупация — ради все растущего, но сих пор небольшого процента поселенцев — на месте, международное давление на месте, небезопасность для евреев по всему миру в ответ на действия Израиля сохраняется.
по официальной версии, за 2024 год в Израиле было совершено 1900 действий, признанных терактами, в сторону евреев: «в 2024 году было совершено 1900 других терактов, в том числе бросание камней и бутылок с зажигательной смесью, наезды с использованием транспортных средств, стрельбу, использование холодного и огнестрельного оружия, взрывных устройств и т.п.» для сравнения: за тот же год зафиксировано(!) 1400 случаев таких же атак поселенцев в адрес палестинцев (что не включает насильственные действия армии, полиции).
7. поселенцы — это безопасно для Израиля
поселенцы — это группа зачастую радикальных и агрессивных людей(?), не только настроенная против палестинцев (на что Израилю выгодно закрывать глаза), но и неподконтрольная полиции и власти (часть поселений признается незаконными не только международным правом, но и самим Израилем). как любые экстремисты они с самого начала и по сей день создают проблемы безопасности, последствия которых приходится решать армии, и репутации государства Израиль, которые никто в целом и не решает (или даже не считает проблемами).
это люди с идеологией жечь, крушить, бросаться камнями и бить палками, а Израиль оставляет их безнаказанными и отдает на их защиту своих солдат. ежедневная поселенческая агрессия — вкупе с действиями политиков и армии — вызывает ответную со стороны палестинцев, от чего впоследствии может пострадать любой израильтянин.
собственно, в чем вывод?
во всех негативных проявлениях прослеживаются параллели или «лидирует» Израиль. однако в наличии государства, независимости, прав, свобод, юридического статуса, безопасности, уважения к собственности и перед законом — равенства нет.
коллективная ответственность существует для одной стороны, для второй зачастую не существует и личной.
современная политика Израиля не за мир и не ради мира, — она против палестинцев и создания Палестины, а ее последствия потенциально опасны для всех израильтян, поэтому происходящее выгодно исключительно поселенцам, религиозным фанатикам и наживающимся на войне.
«мир невозможен» — позиция, которая уже не раз в истории Израиля оказалась на поверку лживой; как говорится, «стоит только захотеть».
убить или выгнать всех палестинцев невозможно; силовой путь не работает. если оставить все как есть, не прибегая к политическому решению, проблема останется проблемой; помимо того, что это аморально и за наши деньги, — это плохой путь вникуда. и чем дальше, тем сложнее будет размотать этот клубок — а это единственный существующий выход; можно выбрать только будет ли эта тяжелая трансформация проведена как можно раньше или через еще поколения войны, оккупации, терактов, новых национальных героев и прочего тупика и безысходности.
этот конфликт — это не борьба евреев с палестинцами или Израиля с Палестиной или солдат с террористами. деление происходит по другому признаку: одним выгодно оставить все как есть, другие хотят, чтобы всем стало лучше и безопаснее. одни готовы жертвовать в том числе своими интересами, только чтобы навредить другому, вторые хотят жизни и блага для себя и готовы смириться с тем же у соседа. голоса против оккупации — это борьба не только за права палестинцев, но и за безопасное и мирное будущее израильтян.
ну и главное: что делать?
можно узнавать, можно говорить, можно участвовать в мирных инициативах, можно съездить и посмотреть своими глазами и нужно — организованно голосовать за демократов.
воевать с раздробленной территорией без армии — это сильно, однако до сих пор эта затея не привела ровно ни к чему: терроризм и смерти людей на месте, дорогая в плане человеческих и денежных ресурсов оккупация — ради все растущего, но сих пор небольшого процента поселенцев — на месте, международное давление на месте, небезопасность для евреев по всему миру в ответ на действия Израиля сохраняется.
по официальной версии, за 2024 год в Израиле было совершено 1900 действий, признанных терактами, в сторону евреев: «в 2024 году было совершено 1900 других терактов, в том числе бросание камней и бутылок с зажигательной смесью, наезды с использованием транспортных средств, стрельбу, использование холодного и огнестрельного оружия, взрывных устройств и т.п.» для сравнения: за тот же год зафиксировано(!) 1400 случаев таких же атак поселенцев в адрес палестинцев (что не включает насильственные действия армии, полиции).
7. поселенцы — это безопасно для Израиля
поселенцы — это группа зачастую радикальных и агрессивных людей(?), не только настроенная против палестинцев (на что Израилю выгодно закрывать глаза), но и неподконтрольная полиции и власти (часть поселений признается незаконными не только международным правом, но и самим Израилем). как любые экстремисты они с самого начала и по сей день создают проблемы безопасности, последствия которых приходится решать армии, и репутации государства Израиль, которые никто в целом и не решает (или даже не считает проблемами).
это люди с идеологией жечь, крушить, бросаться камнями и бить палками, а Израиль оставляет их безнаказанными и отдает на их защиту своих солдат. ежедневная поселенческая агрессия — вкупе с действиями политиков и армии — вызывает ответную со стороны палестинцев, от чего впоследствии может пострадать любой израильтянин.
собственно, в чем вывод?
во всех негативных проявлениях прослеживаются параллели или «лидирует» Израиль. однако в наличии государства, независимости, прав, свобод, юридического статуса, безопасности, уважения к собственности и перед законом — равенства нет.
коллективная ответственность существует для одной стороны, для второй зачастую не существует и личной.
современная политика Израиля не за мир и не ради мира, — она против палестинцев и создания Палестины, а ее последствия потенциально опасны для всех израильтян, поэтому происходящее выгодно исключительно поселенцам, религиозным фанатикам и наживающимся на войне.
«мир невозможен» — позиция, которая уже не раз в истории Израиля оказалась на поверку лживой; как говорится, «стоит только захотеть».
убить или выгнать всех палестинцев невозможно; силовой путь не работает. если оставить все как есть, не прибегая к политическому решению, проблема останется проблемой; помимо того, что это аморально и за наши деньги, — это плохой путь вникуда. и чем дальше, тем сложнее будет размотать этот клубок — а это единственный существующий выход; можно выбрать только будет ли эта тяжелая трансформация проведена как можно раньше или через еще поколения войны, оккупации, терактов, новых национальных героев и прочего тупика и безысходности.
этот конфликт — это не борьба евреев с палестинцами или Израиля с Палестиной или солдат с террористами. деление происходит по другому признаку: одним выгодно оставить все как есть, другие хотят, чтобы всем стало лучше и безопаснее. одни готовы жертвовать в том числе своими интересами, только чтобы навредить другому, вторые хотят жизни и блага для себя и готовы смириться с тем же у соседа. голоса против оккупации — это борьба не только за права палестинцев, но и за безопасное и мирное будущее израильтян.
ну и главное: что делать?
можно узнавать, можно говорить, можно участвовать в мирных инициативах, можно съездить и посмотреть своими глазами и нужно — организованно голосовать за демократов.
❤7👍2🕊1💔1🤓1👨💻1
о боге и обо мне pinned «дисклеймер: пост не содержит никаких моральных выдержек и написан для читателя израильтянина, о положении Израиля. отдельно упомяну в начале, что страдание и смерть любого человека ужасны, трагедия народа важна сама по себе и должна прекратиться, но текст…»
брошенные герои
в Израиле есть день памяти павших солдат. есть и воинственный дух, и весь этот пафос горечи перед смертью, крайне подло и цинично не бьющийся с политикой.
они погибли. они удобный предлог для любого слогана, они уже не выскажут свое ни за, ни против.
а есть живые. те, кому повезло не умереть, но не повезло справиться с пережитым, увиденным, содеянным.
проблема посттравмы — сложность жить мирную, «нормальную» жизнь. работать, спать, находиться в общественных местах, оставаться наедине с самим собой, общаться с людьми, быть в безопасности — все это становится тяжелым испытанием; человек не может найти себе места в этой жизни. возвращение в условия войны, безусловно, вредит еще больше, но ощущается спокойнее и логичнее, расставляет все по местам, дает ощущение контроля и временное облегчение. ведь мысли, реакции, образ поведения наконец оказываются соответствующими обстановке, словно проблемы и нет.
значимая часть населения страны на протяжении двадцати с лишним лет жизни отдает свое время, честь, совесть и здоровье военным прихотям правительства. многие сталкиваются с психологическими последствиями и в поисках выхода уходят в наркозависимость, некоторые оканчивают жизнь самоубийством, а кто-то находит в себе мужество признать проблему и героически продолжает воевать — но теперь уже с израильской бюрократией: сражается за право получить диагноз, лечение и поддержку от государства, которое некогда забирало у человека все, а теперь не готово хоть как-то возместить нанесенный ущерб. помимо того, что это настоящее предательство и незаслуженное унижение, это просто очень тяжело — месяцами добиваться помощи, когда она нужна экстренно (и во многих случаях уже давно), когда каждое — даже самое базовое для здорового человека — действие дается с трудом.
оккупация и войны приносят с собой не только смерти, оторванные конечности, ранения и разрушения. это еще и незаметный крах тысяч жизней. странно и как-то паршиво, что страну, построенную на войне и поющую хвалебные гимны своим мертвым героям, судьба этих живых не особо волнует и трогает.
в Израиле есть день памяти павших солдат. есть и воинственный дух, и весь этот пафос горечи перед смертью, крайне подло и цинично не бьющийся с политикой.
они погибли. они удобный предлог для любого слогана, они уже не выскажут свое ни за, ни против.
а есть живые. те, кому повезло не умереть, но не повезло справиться с пережитым, увиденным, содеянным.
проблема посттравмы — сложность жить мирную, «нормальную» жизнь. работать, спать, находиться в общественных местах, оставаться наедине с самим собой, общаться с людьми, быть в безопасности — все это становится тяжелым испытанием; человек не может найти себе места в этой жизни. возвращение в условия войны, безусловно, вредит еще больше, но ощущается спокойнее и логичнее, расставляет все по местам, дает ощущение контроля и временное облегчение. ведь мысли, реакции, образ поведения наконец оказываются соответствующими обстановке, словно проблемы и нет.
значимая часть населения страны на протяжении двадцати с лишним лет жизни отдает свое время, честь, совесть и здоровье военным прихотям правительства. многие сталкиваются с психологическими последствиями и в поисках выхода уходят в наркозависимость, некоторые оканчивают жизнь самоубийством, а кто-то находит в себе мужество признать проблему и героически продолжает воевать — но теперь уже с израильской бюрократией: сражается за право получить диагноз, лечение и поддержку от государства, которое некогда забирало у человека все, а теперь не готово хоть как-то возместить нанесенный ущерб. помимо того, что это настоящее предательство и незаслуженное унижение, это просто очень тяжело — месяцами добиваться помощи, когда она нужна экстренно (и во многих случаях уже давно), когда каждое — даже самое базовое для здорового человека — действие дается с трудом.
оккупация и войны приносят с собой не только смерти, оторванные конечности, ранения и разрушения. это еще и незаметный крах тысяч жизней. странно и как-то паршиво, что страну, построенную на войне и поющую хвалебные гимны своим мертвым героям, судьба этих живых не особо волнует и трогает.
🙏12😢1
Forwarded from Восточный Синдром (kseniasvetbot)
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
К сожалению, День Иерусалима вновь проходит в атмосфере насилия и провокаций. Он стал праздником одного сектора - каханистов, которые приезжают в город с тем, чтобы пройтись по улицам Мусульманского квартала с криками "Пусть сгорит ваша деревня" и "Кахане был прав".
Хулиганов от жителей отделяют добровольцы движения "Омдим бе-яхад".
Восточный Синдром
ПОДПИСАТЬСЯ
Хулиганов от жителей отделяют добровольцы движения "Омдим бе-яхад".
Восточный Синдром
ПОДПИСАТЬСЯ
Forwarded from Первый Дан | Израиль | Новости | Мнения (Dan Goldman)
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Активисты движения «Омдим беяхад» сопровождают пожилого жителя Старого города Иерусалима под улюлюканья толпы и крики «Давай, в Газу»
🤬9
была на защитном присутствии. ничего не было.
был сильный ночной ветер и разговоры с бедуинами. вот примерная выжимка:
до 7 октября многие получали разрешения и работали в Израиле, поэтому говорят на иврите, никакой идеологической нелюбви ни к евреям, ни к израильтянам не питают.
а потом возможность работы закрылась. а активная беспроглядная травля со стороны поселенцев началась. бедуины начали заниматься овцами (каждая стоит целое состояние!..) — поселенцы воруют овец при помощи/несопротивлении армии, портят купленный для них корм. устраивают пожары в домах; пугают детей, открывая по ночам окна в домах, где те спят; заявляются на частную территорию. в общем, делают все возможное, чтобы обогатиться за счет бедуинов или хотя бы пустить их траты и имущество на ветер; запугать и унизить.
эти ребята не грезят о государстве. им вообще идея государственности (любой) неблизка. они всего лишь хотят перестать быть бесправными грушами для битья и чтобы не было нужды постоянно охранять безопасность своих детей и имущества. хотят, чтобы их просто оставили в покое на их собственной земле и не лишали нажитого в пользу жестоких идейных хулиганов. запросы вроде не космические…
отдельно — не уставая повторять — выражу восхищение и благодарность людям, которые тратят свое время и силы (рискуя при этом здоровьем) на исправление ошибок своего государства и сограждан. ну и позор этой бесчеловечной системе, бесконечный позор.
был сильный ночной ветер и разговоры с бедуинами. вот примерная выжимка:
до 7 октября многие получали разрешения и работали в Израиле, поэтому говорят на иврите, никакой идеологической нелюбви ни к евреям, ни к израильтянам не питают.
а потом возможность работы закрылась. а активная беспроглядная травля со стороны поселенцев началась. бедуины начали заниматься овцами (каждая стоит целое состояние!..) — поселенцы воруют овец при помощи/несопротивлении армии, портят купленный для них корм. устраивают пожары в домах; пугают детей, открывая по ночам окна в домах, где те спят; заявляются на частную территорию. в общем, делают все возможное, чтобы обогатиться за счет бедуинов или хотя бы пустить их траты и имущество на ветер; запугать и унизить.
эти ребята не грезят о государстве. им вообще идея государственности (любой) неблизка. они всего лишь хотят перестать быть бесправными грушами для битья и чтобы не было нужды постоянно охранять безопасность своих детей и имущества. хотят, чтобы их просто оставили в покое на их собственной земле и не лишали нажитого в пользу жестоких идейных хулиганов. запросы вроде не космические…
отдельно — не уставая повторять — выражу восхищение и благодарность людям, которые тратят свое время и силы (рискуя при этом здоровьем) на исправление ошибок своего государства и сограждан. ну и позор этой бесчеловечной системе, бесконечный позор.
❤13💔8🤡1
не все в израильской армии правые и кровожадные
среди людей, непосредственно столкнувшихся с войной и противником, таких ожидаемо немного. ведь появляется представление о том, как все обстоит на самом деле, — и живой контакт, что зачастую разрушает красивые категоричные фразы пропаганды. понятное дело, каждый выходит из армии с разными взглядами: в зависимости от изначальной позиции, пережитого за время службы и метода последующей рефлексии; кто-то ловит осознание произошедшего позже, в более сознательном возрасте.
затем начинается резервистская служба, куда идут уже в основном из-за сплоченного коллектива. быть несогласным и не идти — мучаться совестью из-за товарищей; идти — тоже, но по другому поводу. этот путь начинается в юном возрасте, и сойти с него потом морально непросто. система выстроена психологически грамотно; армия социально одобряется и открывает много возможностей; состоять в ней выгодно, почетно, «правильно».
в целом перед левыми встает выбор: служить и быть на своем маленьком месте человеком, не служить и тем самым позволить армии стать более правой (плюс немного тюрьмы), служить, но не в боевых войсках — и все равно быть частью системы.
каждый из вариантов плохой, потому что не решает проблемы в нужных масштабах. поэтому многие люди продолжают рисковать жизнью и исполнять приказы в интересах правительства, с которым они не солидарны, в ожидании политических перемен (по моему мнению, тем самым отдаляя и так неблизкую их возможность).
среди людей, непосредственно столкнувшихся с войной и противником, таких ожидаемо немного. ведь появляется представление о том, как все обстоит на самом деле, — и живой контакт, что зачастую разрушает красивые категоричные фразы пропаганды. понятное дело, каждый выходит из армии с разными взглядами: в зависимости от изначальной позиции, пережитого за время службы и метода последующей рефлексии; кто-то ловит осознание произошедшего позже, в более сознательном возрасте.
затем начинается резервистская служба, куда идут уже в основном из-за сплоченного коллектива. быть несогласным и не идти — мучаться совестью из-за товарищей; идти — тоже, но по другому поводу. этот путь начинается в юном возрасте, и сойти с него потом морально непросто. система выстроена психологически грамотно; армия социально одобряется и открывает много возможностей; состоять в ней выгодно, почетно, «правильно».
в целом перед левыми встает выбор: служить и быть на своем маленьком месте человеком, не служить и тем самым позволить армии стать более правой (плюс немного тюрьмы), служить, но не в боевых войсках — и все равно быть частью системы.
каждый из вариантов плохой, потому что не решает проблемы в нужных масштабах. поэтому многие люди продолжают рисковать жизнью и исполнять приказы в интересах правительства, с которым они не солидарны, в ожидании политических перемен (по моему мнению, тем самым отдаляя и так неблизкую их возможность).
❤6👏2
немного про «согласных жить в мире под израильской властью в хуй не дующих арабов» и остальных, видимо, дующих
во-первых, это могло бы стать аргументом хоть для чего-то, если бы араб мог выбрать быть ему или не быть израильским, — но это не так. Израиль дал гражданство части населения, которой — как показала история — посчастливилось некогда не убежать от войн и при этом выжить. на территориях и даже в Восточном Иерусалиме у людей нет израильского гражданства, лишь у некоторых есть вид на жительство (который легко могут забрать). никто не собирается встраивать их в израильское общество, — потому происходящее и является оккупацией.
если бы Израиль дал право на возвращение палестинцам (которое он дает таким людям, как я) и сделал гражданство выбором, еврейское большинство в Израиле перестало бы существовать, а люди с документами на недвижимость смогли бы вернуться в некогда свои дома (или хотя бы имели право продать их). сюжет нереалистичный, оставим его. возьмем отдельно «израильских арабов, которым хорошо живется».
в целом, жизнь в обществе с итак запредельным — и еще постоянно культивируемым — уровнем ненависти к твоему народу сложно назвать хорошей. понятное дело, это не такое бесправное положение, как в случае, например, их же родственников на территориях или в Газе, но это тоже сносы домов и сложность получения разрешений на их строительство, низкий уровень зарплат (более чем на 50% по сравнению с еврейским в 2023 году), абсолютно неразвитая инфраструктура в арабских городах (транспортная доступность, городское освещение, детские площадки, дороги и тд.), неконтролируемая государством преступность и так далее.
арабский язык с 2018 года не является официальным языком в Израиле. помимо символического «вы здесь чужие», это еще и сильное препятствие для части арабоязычного населения: от бытовых взаимодействий с государственными и частными организациями до сложностей в образовании и построении карьеры. по сути, местное арабоязычное население находятся в положении мигрантов у себя же дома.
есть еще много разных нюансов, по типу унизительных проверок в аэропорту, невозможности натурализовать неизраильских супругов и кучи другого, про что лично я просто не слышала.
еще один важный аспект для самоощущения — свобода слова. в случае с арабским населением она прекращается там, где начинаются самые важные и чувствительные для него темы. жест солидарности с народом может вылиться если не в преследование государством, то в увольнение или исключение из вуза. в том числе поэтому я считаю, что на нас — еврейской части населения Израиля— лежит повышенная ответственность быть голосом: и за себя, и за них — ведь для нас это пока еще безопасно.
«никогда не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по тебе».
во-первых, это могло бы стать аргументом хоть для чего-то, если бы араб мог выбрать быть ему или не быть израильским, — но это не так. Израиль дал гражданство части населения, которой — как показала история — посчастливилось некогда не убежать от войн и при этом выжить. на территориях и даже в Восточном Иерусалиме у людей нет израильского гражданства, лишь у некоторых есть вид на жительство (который легко могут забрать). никто не собирается встраивать их в израильское общество, — потому происходящее и является оккупацией.
если бы Израиль дал право на возвращение палестинцам (которое он дает таким людям, как я) и сделал гражданство выбором, еврейское большинство в Израиле перестало бы существовать, а люди с документами на недвижимость смогли бы вернуться в некогда свои дома (или хотя бы имели право продать их). сюжет нереалистичный, оставим его. возьмем отдельно «израильских арабов, которым хорошо живется».
в целом, жизнь в обществе с итак запредельным — и еще постоянно культивируемым — уровнем ненависти к твоему народу сложно назвать хорошей. понятное дело, это не такое бесправное положение, как в случае, например, их же родственников на территориях или в Газе, но это тоже сносы домов и сложность получения разрешений на их строительство, низкий уровень зарплат (более чем на 50% по сравнению с еврейским в 2023 году), абсолютно неразвитая инфраструктура в арабских городах (транспортная доступность, городское освещение, детские площадки, дороги и тд.), неконтролируемая государством преступность и так далее.
арабский язык с 2018 года не является официальным языком в Израиле. помимо символического «вы здесь чужие», это еще и сильное препятствие для части арабоязычного населения: от бытовых взаимодействий с государственными и частными организациями до сложностей в образовании и построении карьеры. по сути, местное арабоязычное население находятся в положении мигрантов у себя же дома.
есть еще много разных нюансов, по типу унизительных проверок в аэропорту, невозможности натурализовать неизраильских супругов и кучи другого, про что лично я просто не слышала.
еще один важный аспект для самоощущения — свобода слова. в случае с арабским населением она прекращается там, где начинаются самые важные и чувствительные для него темы. жест солидарности с народом может вылиться если не в преследование государством, то в увольнение или исключение из вуза. в том числе поэтому я считаю, что на нас — еврейской части населения Израиля— лежит повышенная ответственность быть голосом: и за себя, и за них — ведь для нас это пока еще безопасно.
«никогда не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по тебе».
❤19🤡3🏆2
Forwarded from Nickolai
Общественное это не народное, есть разница. Газовчане сами чётко показали что жить вместе в мире под израильской властью они не хотят, это только логично. Хотя вот их братишки по кайфу двигаются по аялону, живут и в хуй не дуют, на бэхах катаются, наташек и сарочек поебывают. Как сказала авторка канала, главное не что говорится, а что делается. со всем нашим правым дохуя правительством, быть чебуреком тут выгодней чем например олимом из СНГ
❤2😁1
на мой взгляд, всю суть религиозного понимания причинности можно свести к одной фразе
человеческой мысли свойственно впадать в крайности. есть люди, не верящие ни во что, кроме собственных сил. это слишком нервно: что-то случилось не так, как я хотел, — а принять это нет достойной причины.
есть, как ни странно, фаталисты, которые вообще отрицают возможность и выбора, и изменения мира изнутри. честно, мне кажется, во-первых, жить так страшно, а во-вторых, — особенно на примере небольших бытовых вещей — это как-то алогично. можно сказать, что личный вклад и диапазон свободы критически малы (и это часто так, учитывая сколько людей сосуществуют и делают выборы одновременно), но чтобы полностью их отрицать…
а религия говорит: есть и божий замысел, и свобода воли. базисная ошибка с точки зрения человеческой логики, которая и создает этот наш сложный небинарный мир. есть бог, и это значит, что все сложится так и тогда, как этому дóлжно быть. есть я, которого бог привел в этот мир, и это налагает на меня ответственность делать благо для себя, и для мира, и для окружающих.
быть свободным, а значит ответственным; быть человеком, а значит неравнодушным. чаще выбирать правдивое и правильное. реже думать, что беда «меня не касается», потому что в конечном счете это и моя — и в первую очередь моя — проблема и ответственность.
вот такой вот баланс противоречий. или одной фразой — которая их снимает — на русском (и латыни), «делай что должно, и будь что будет».
человеческой мысли свойственно впадать в крайности. есть люди, не верящие ни во что, кроме собственных сил. это слишком нервно: что-то случилось не так, как я хотел, — а принять это нет достойной причины.
есть, как ни странно, фаталисты, которые вообще отрицают возможность и выбора, и изменения мира изнутри. честно, мне кажется, во-первых, жить так страшно, а во-вторых, — особенно на примере небольших бытовых вещей — это как-то алогично. можно сказать, что личный вклад и диапазон свободы критически малы (и это часто так, учитывая сколько людей сосуществуют и делают выборы одновременно), но чтобы полностью их отрицать…
а религия говорит: есть и божий замысел, и свобода воли. базисная ошибка с точки зрения человеческой логики, которая и создает этот наш сложный небинарный мир. есть бог, и это значит, что все сложится так и тогда, как этому дóлжно быть. есть я, которого бог привел в этот мир, и это налагает на меня ответственность делать благо для себя, и для мира, и для окружающих.
быть свободным, а значит ответственным; быть человеком, а значит неравнодушным. чаще выбирать правдивое и правильное. реже думать, что беда «меня не касается», потому что в конечном счете это и моя — и в первую очередь моя — проблема и ответственность.
вот такой вот баланс противоречий. или одной фразой — которая их снимает — на русском (и латыни), «делай что должно, и будь что будет».
❤8
в любой непонятной ситуации, которую сам создал: призвать больше резервистов
😢9❤1👍1👻1
и все-таки есть в этом мире как минимум одно завидное постоянство: люди не перестают строить планы, чтобы товарищу богу было над чем посмеяться
💯5❤1