not in our name

брошенные герои

в Израиле есть день памяти павших солдат. есть и воинственный дух, и весь этот пафос горечи перед смертью, крайне подло и цинично не бьющийся с политикой.

они погибли. они удобный предлог для любого слогана, они уже не выскажут свое ни за, ни против.

а есть живые. те, кому повезло не умереть, но не повезло справиться с пережитым, увиденным, содеянным.

проблема посттравмы — сложность жить мирную, «нормальную» жизнь. работать, спать, находиться в общественных местах, оставаться наедине с самим собой, общаться с людьми, быть в безопасности — все это становится тяжелым испытанием; человек не может найти себе места в этой жизни. возвращение в условия войны, безусловно, вредит еще больше, но ощущается спокойнее и логичнее, расставляет все по местам, дает ощущение контроля и временное облегчение. ведь мысли, реакции, образ поведения наконец оказываются соответствующими обстановке, словно проблемы и нет.

значимая часть населения страны на протяжении двадцати с лишним лет жизни отдает свое время, честь, совесть и здоровье военным прихотям правительства. многие сталкиваются с психологическими последствиями и в поисках выхода уходят в наркозависимость, некоторые оканчивают жизнь самоубийством, а кто-то находит в себе мужество признать проблему и героически продолжает воевать — но теперь уже с израильской бюрократией: сражается за право получить диагноз, лечение и поддержку от государства, которое некогда забирало у человека все, а теперь не готово хоть как-то возместить нанесенный ущерб. помимо того, что это настоящее предательство и незаслуженное унижение, это просто очень тяжело — месяцами добиваться помощи, когда она нужна экстренно (и во многих случаях уже давно), когда каждое — даже самое базовое для здорового человека — действие дается с трудом.

оккупация и войны приносят с собой не только смерти, оторванные конечности, ранения и разрушения. это еще и незаметный крах тысяч жизней. странно и как-то паршиво, что страну, построенную на войне и поющую хвалебные гимны своим мертвым героям, судьба этих живых не особо волнует и трогает.

К сожалению, День Иерусалима вновь проходит в атмосфере насилия и провокаций. Он стал праздником одного сектора - каханистов, которые приезжают в город с тем, чтобы пройтись по улицам Мусульманского квартала с криками "Пусть сгорит ваша деревня" и "Кахане был прав".
Хулиганов от жителей отделяют добровольцы движения "Омдим бе-яхад".

Восточный Синдром
ПОДПИСАТЬСЯ

сукины детки

Активисты движения «Омдим беяхад» сопровождают пожилого жителя Старого города Иерусалима под улюлюканья толпы и крики «Давай, в Газу»

была на защитном присутствии. ничего не было.

был сильный ночной ветер и разговоры с бедуинами. вот примерная выжимка:

до 7 октября многие получали разрешения и работали в Израиле, поэтому говорят на иврите, никакой идеологической нелюбви ни к евреям, ни к израильтянам не питают.

а потом возможность работы закрылась. а активная беспроглядная травля со стороны поселенцев началась. бедуины начали заниматься овцами (каждая стоит целое состояние!..) — поселенцы воруют овец при помощи/несопротивлении армии, портят купленный для них корм. устраивают пожары в домах; пугают детей, открывая по ночам окна в домах, где те спят; заявляются на частную территорию. в общем, делают все возможное, чтобы обогатиться за счет бедуинов или хотя бы пустить их траты и имущество на ветер; запугать и унизить.

эти ребята не грезят о государстве. им вообще идея государственности (любой) неблизка. они всего лишь хотят перестать быть бесправными грушами для битья и чтобы не было нужды постоянно охранять безопасность своих детей и имущества. хотят, чтобы их просто оставили в покое на их собственной земле и не лишали нажитого в пользу жестоких идейных хулиганов. запросы вроде не космические…

отдельно — не уставая повторять — выражу восхищение и благодарность людям, которые тратят свое время и силы (рискуя при этом здоровьем) на исправление ошибок своего государства и сограждан. ну и позор этой бесчеловечной системе, бесконечный позор.

не все в израильской армии правые и кровожадные

среди людей, непосредственно столкнувшихся с войной и противником, таких ожидаемо немного. ведь появляется представление о том, как все обстоит на самом деле, — и живой контакт, что зачастую разрушает красивые категоричные фразы пропаганды. понятное дело, каждый выходит из армии с разными взглядами: в зависимости от изначальной позиции, пережитого за время службы и метода последующей рефлексии; кто-то ловит осознание произошедшего позже, в более сознательном возрасте.

затем начинается резервистская служба, куда идут уже в основном из-за сплоченного коллектива. быть несогласным и не идти — мучаться совестью из-за товарищей; идти — тоже, но по другому поводу. этот путь начинается в юном возрасте, и сойти с него потом морально непросто. система выстроена психологически грамотно; армия социально одобряется и открывает много возможностей; состоять в ней выгодно, почетно, «правильно».

в целом перед левыми встает выбор: служить и быть на своем маленьком месте человеком, не служить и тем самым позволить армии стать более правой (плюс немного тюрьмы), служить, но не в боевых войсках — и все равно быть частью системы.

каждый из вариантов плохой, потому что не решает проблемы в нужных масштабах. поэтому многие люди продолжают рисковать жизнью и исполнять приказы в интересах правительства, с которым они не солидарны, в ожидании политических перемен (по моему мнению, тем самым отдаляя и так неблизкую их возможность).

немного про «согласных жить в мире под израильской властью в хуй не дующих арабов» и остальных, видимо, дующих

во-первых, это могло бы стать аргументом хоть для чего-то, если бы араб мог выбрать быть ему или не быть израильским, — но это не так. Израиль дал гражданство части населения, которой — как показала история — посчастливилось некогда не убежать от войн и при этом выжить. на территориях и даже в Восточном Иерусалиме у людей нет израильского гражданства, лишь у некоторых есть вид на жительство (который легко могут забрать). никто не собирается встраивать их в израильское общество, — потому происходящее и является оккупацией.

если бы Израиль дал право на возвращение палестинцам (которое он дает таким людям, как я) и сделал гражданство выбором, еврейское большинство в Израиле перестало бы существовать, а люди с документами на недвижимость смогли бы вернуться в некогда свои дома (или хотя бы имели право продать их). сюжет нереалистичный, оставим его. возьмем отдельно «израильских арабов, которым хорошо живется».

в целом, жизнь в обществе с итак запредельным — и еще постоянно культивируемым — уровнем ненависти к твоему народу сложно назвать хорошей. понятное дело, это не такое бесправное положение, как в случае, например, их же родственников на территориях или в Газе, но это тоже сносы домов и сложность получения разрешений на их строительство, низкий уровень зарплат (более чем на 50% по сравнению с еврейским в 2023 году), абсолютно неразвитая инфраструктура в арабских городах (транспортная доступность, городское освещение, детские площадки, дороги и тд.), неконтролируемая государством преступность и так далее.

арабский язык с 2018 года не является официальным языком в Израиле. помимо символического «вы здесь чужие», это еще и сильное препятствие для части арабоязычного населения: от бытовых взаимодействий с государственными и частными организациями до сложностей в образовании и построении карьеры. по сути, местное арабоязычное население находятся в положении мигрантов у себя же дома.

есть еще много разных нюансов, по типу унизительных проверок в аэропорту, невозможности натурализовать неизраильских супругов и кучи другого, про что лично я просто не слышала.

еще один важный аспект для самоощущения — свобода слова. в случае с арабским населением она прекращается там, где начинаются самые важные и чувствительные для него темы. жест солидарности с народом может вылиться если не в преследование государством, то в увольнение или исключение из вуза. в том числе поэтому я считаю, что на нас — еврейской части населения Израиля— лежит повышенная ответственность быть голосом: и за себя, и за них — ведь для нас это пока еще безопасно.

«никогда не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по тебе».

Общественное это не народное, есть разница. Газовчане сами чётко показали что жить вместе в мире под израильской властью они не хотят, это только логично. Хотя вот их братишки по кайфу двигаются по аялону, живут и в хуй не дуют, на бэхах катаются, наташек и сарочек поебывают. Как сказала авторка канала, главное не что говорится, а что делается. со всем нашим правым дохуя правительством, быть чебуреком тут выгодней чем например олимом из СНГ

на мой взгляд, всю суть религиозного понимания причинности можно свести к одной фразе

человеческой мысли свойственно впадать в крайности. есть люди, не верящие ни во что, кроме собственных сил. это слишком нервно: что-то случилось не так, как я хотел, — а принять это нет достойной причины.

есть, как ни странно, фаталисты, которые вообще отрицают возможность и выбора, и изменения мира изнутри. честно, мне кажется, во-первых, жить так страшно, а во-вторых, — особенно на примере небольших бытовых вещей — это как-то алогично. можно сказать, что личный вклад и диапазон свободы критически малы (и это часто так, учитывая сколько людей сосуществуют и делают выборы одновременно), но чтобы полностью их отрицать…

а религия говорит: есть и божий замысел, и свобода воли. базисная ошибка с точки зрения человеческой логики, которая и создает этот наш сложный небинарный мир. есть бог, и это значит, что все сложится так и тогда, как этому дóлжно быть. есть я, которого бог привел в этот мир, и это налагает на меня ответственность делать благо для себя, и для мира, и для окружающих.

быть свободным, а значит ответственным; быть человеком, а значит неравнодушным. чаще выбирать правдивое и правильное. реже думать, что беда «меня не касается», потому что в конечном счете это и моя — и в первую очередь моя — проблема и ответственность.

вот такой вот баланс противоречий. или одной фразой — которая их снимает — на русском (и латыни), «делай что должно, и будь что будет».

они напали на Иран, чтобы опять отменить гей-парад🏳️‍🌈🤬🏳️‍⚧️

в любой непонятной ситуации, которую сам создал: призвать больше резервистов

השם אשם
היום איום
עונשים — אנשים

и все-таки есть в этом мире как минимум одно завидное постоянство: люди не перестают строить планы, чтобы товарищу богу было над чем посмеяться

на память о том, что глаза у страха красивые, если в них смотреть

расследование окончено