анатомия объятий.

к чему все эти разговоры, когда уместен лишь поцелуй ?

я обжигаю каждого, кто смел со мной соприкоснуться.

вы вызываете у меня странное чувство. словно нас с вами связывает тонкая нить. она тянется у меня откуда-то из груди. я очень боюсь, что если вы уедете, то нить оборвется. я начну изнутри истекать кровью, а вы меня просто забудете.

за тобой
через года
иду,
не колеблясь.
если ты —
провода,
я —
троллейбус.

все мои предыдущие влюблённости были всего лишь черновиками,

ты стала шедевром.

ты превосходишь всех, о ком я когда-либо мечтал.

возьми ж на радость дикий мой подарок —
невзрачное сухое ожерелье
из мертвых пчёл, мёд превративших в солнце.

не важно, есть ли у тебя стиль, репутация или деньги, если у тебя нет доброго сердца, ты ничего не стоишь.

в основном, свободу человек проявляет только в выборе своей зависимости.

— ты не забыл, что завтра вечером мы встречаемся ?

— я забыл всё, кроме этого.

«если бы только моё сердце было таким холодным, какой я притворяюсь,
возможно, я смогла бы пережить это».

страшнее нет одиночества,
чем одиночество в толпе,

когда безумно всем хохочется,
а плакать хочется тебе.

сердце надо беречь.

и не только свое.

сердце у меня превратилось в комок тонких резинок, которые рвались одна за другой.

мало кто знает, но в старину пираты, отправляясь в дальнее путешествие, набивали на своём теле то, чего боялись больше всего — умереть далеко от суши.

именно поэтому их символ — черепа и кости. люди оставляли отпечатки своих страхов на своём теле, как бы признавая их существование. это позволяло принять свой страх.

я набью твоё имя, поскольку больше всего на свете я боюсь тебя потерять. твоя нелюбовь мне сродни страха смерти.

мне постоянно хочется говорить с тобой.

вы дороги мне. но — мне просто нечем больше дышать с Вами.

я думаю, нас подарили друг другу, и в самое подходящее время. мы до боли заждались друг друга. у нас было слишком много прошлого и совершенно никакого будущего. да мы и не хотели его. надеялись на него, наверное, иногда, может быть — ночами, когда жизнь истаивает росой и уносит тебя по ту сторону реальности, к непознанным морям забытых сновидений.

очень любимая, давай никогда не умирать.

красавица, возбуждающая и пропащая, с высоко поднятыми бровями и лицом, тайна которого состояла в его открытости. оно ничего не скрывало и тем самым ничего не выдавало. оно не обещало ничего и тем самым — все.