Воин-гриффон — микенский Властелин Колец
Немного из недавних археологических находок. В 2015 году неподалеку от Пилоса, одного их крупнейших микенских дворцов Греции, была обнаружена гробница воина бронзового века возрастом более 3000 лет, в которой также найдены уникальные украшения и оружие. Сначала захоронение неофициально нарекли гробницей Воина Грифона, так как у ног покойного лежала табличка из слоновой кости с изображением этого мифического существа. Его весьма выразительное лицо, реконструированное исследователями, можно увидеть на картинке ниже. А по ссылке — интерактивная карта захоронения с местами расположения предметов, очень классно, кстати, сделанная.
В гробнице находилось более 2000 драгоценных предметов, в том числе бронзовый меч с ручкой из слоновой кости, кинжал с золотой рукоятью, зеркало в бронзовой оправе. Археологи также обнаружили 50 каменных печатей с замысловатой резьбой с богинями, львами, сценами битв и тавромахии.
Но спустя некоторое время археологи переименовали воина во «Властелина колец», поскольку четыре золотых перстня с печатками оказались чуть ли не самой нашумевшей находкой в этом регионе за последние полсотни лет.
Они действительно уникальные, но сегодня я хотела бы рассказать поподробнее о другом артефакте из этого захоронения, открывшегося нам во всей красоте только в прошлом году. Реставраторами наконец была очищена печатка, теперь по праву считающаяся одним из самых выдающихся образцов искусства доисторической Греции.
На ней изображена сцена битвы, где один воин наносит другому смертельный удар мечом. Детальная проработка тел воинов, мускулатуры, то, как передано движение — ничего подобного мы не увидим в этом регионе еще 1000 дет, до самого до расцвета культуры классической Греции.
Еще более удивительно, что эта сцена в мельчайших подробностях вырезана на камешке размером всего 3,6 сантиметра в длину. Действительно, многие детали геммы, такие как замысловато украшенное оружие, развивающиеся волосы, узоры на ткани, можно во всех подробностях разглядеть только через объектив мощной специализированной камеры для микросъёмки.
Также ученые считают, что изображенная сцена явно относится к общему, известному минойцам и микенцам популярному мифологическому сюжету. Конечно, нам в первую очередь вспоминается «Иллиада» и битва за Трою. Может и древний воин был фанатом чего-то на подобии 22-ой песни «Умерщвление Гектора»:
Помимо того, что эта находка в очередной раз говорит нам о высочайшем уровне мастерства минойских мастеров, она подтверждает и другое интересное мнение. Я вслед за рядом миноистов склонна верить в то, что микенцы, возможно, и не завоевывали Крит, а если и воевали, то точно не все несколько сотен лет их совместного существования на исторической карте. В могиле воина-грифона находятся вперемешку чисто минойские по технике и собственно микенские артефакты, говорящие об общности традиций, в том числе в области погребального культа. Мне кажется очень вероятным, что в течение некоторого времени взаимоотношения этих двух государств были вполне мирными, а микенцы активно перенимали достижения островной державы минойцев.
#Пилос
Немного из недавних археологических находок. В 2015 году неподалеку от Пилоса, одного их крупнейших микенских дворцов Греции, была обнаружена гробница воина бронзового века возрастом более 3000 лет, в которой также найдены уникальные украшения и оружие. Сначала захоронение неофициально нарекли гробницей Воина Грифона, так как у ног покойного лежала табличка из слоновой кости с изображением этого мифического существа. Его весьма выразительное лицо, реконструированное исследователями, можно увидеть на картинке ниже. А по ссылке — интерактивная карта захоронения с местами расположения предметов, очень классно, кстати, сделанная.
В гробнице находилось более 2000 драгоценных предметов, в том числе бронзовый меч с ручкой из слоновой кости, кинжал с золотой рукоятью, зеркало в бронзовой оправе. Археологи также обнаружили 50 каменных печатей с замысловатой резьбой с богинями, львами, сценами битв и тавромахии.
Но спустя некоторое время археологи переименовали воина во «Властелина колец», поскольку четыре золотых перстня с печатками оказались чуть ли не самой нашумевшей находкой в этом регионе за последние полсотни лет.
Они действительно уникальные, но сегодня я хотела бы рассказать поподробнее о другом артефакте из этого захоронения, открывшегося нам во всей красоте только в прошлом году. Реставраторами наконец была очищена печатка, теперь по праву считающаяся одним из самых выдающихся образцов искусства доисторической Греции.
На ней изображена сцена битвы, где один воин наносит другому смертельный удар мечом. Детальная проработка тел воинов, мускулатуры, то, как передано движение — ничего подобного мы не увидим в этом регионе еще 1000 дет, до самого до расцвета культуры классической Греции.
Еще более удивительно, что эта сцена в мельчайших подробностях вырезана на камешке размером всего 3,6 сантиметра в длину. Действительно, многие детали геммы, такие как замысловато украшенное оружие, развивающиеся волосы, узоры на ткани, можно во всех подробностях разглядеть только через объектив мощной специализированной камеры для микросъёмки.
Также ученые считают, что изображенная сцена явно относится к общему, известному минойцам и микенцам популярному мифологическому сюжету. Конечно, нам в первую очередь вспоминается «Иллиада» и битва за Трою. Может и древний воин был фанатом чего-то на подобии 22-ой песни «Умерщвление Гектора»:
Грянулся в прах он, — и громко вскричал Ахиллес, торжествуя:
«Гектор, Патрокла убил ты — и думал живым оставаться!
Ты и меня не страшился, когда я от битв удалялся,
Враг безрассудный! Но мститель его, несравненно сильнейший,
Нежели ты, за судами ахейскими я оставался,
Я, и колена тебе сокрушивший! Тебя для позора
Птицы и псы разорвут, а его погребут аргивяне».
Помимо того, что эта находка в очередной раз говорит нам о высочайшем уровне мастерства минойских мастеров, она подтверждает и другое интересное мнение. Я вслед за рядом миноистов склонна верить в то, что микенцы, возможно, и не завоевывали Крит, а если и воевали, то точно не все несколько сотен лет их совместного существования на исторической карте. В могиле воина-грифона находятся вперемешку чисто минойские по технике и собственно микенские артефакты, говорящие об общности традиций, в том числе в области погребального культа. Мне кажется очень вероятным, что в течение некоторого времени взаимоотношения этих двух государств были вполне мирными, а микенцы активно перенимали достижения островной державы минойцев.
#Пилос
👍6🔥4
Субботнее несерьезное: современная жизнь древних украшений
Дизайнеры — люди впечатлительные, поэтому неудивительно, что минойское и микенское искусство ни раз вдохновляло современных кутюрье на создание особенных образов, проникнутых духом ушедших эпох.
Мне, например, очень импонируют копии древних ювелирных украшений, которые часто продаются в магазинах при музеях. Но есть и настоящие именитые мастера, такие как Илиас Лалаунис, создающие целые коллекции украшений, являющихся репликами или сделанные по мотивам минойских. Его украшения можно было увидеть на Элизабет Тейлор, Шарлиз Терон и других звездах, да и модные журналы не обходят такую красоту стороной.
Большая коллекция произведений недавно почившего автора представлена в музее в Афинах, который я, конечно, рекомендую при случае посетить. Там есть и Троянская серия, и минойская, и много чего еще интересного. А пасхальное яйцо-подвеску с цветком а-ля фреска из Акротири, которую можно увидеть на картинке, дизайнеры его студии презентовали совсем недавно, в прошлую пятницу.
И вот вроде понятно, что копии, но мне такие штуки доставляют настоящее эстетическое удовольствие, а также радует осознание того, что тысячелетнее искусство оживает и начинает функционировать в пространстве современной популярной культуры, и это всегда ужасно интересно.
Дизайнеры — люди впечатлительные, поэтому неудивительно, что минойское и микенское искусство ни раз вдохновляло современных кутюрье на создание особенных образов, проникнутых духом ушедших эпох.
Мне, например, очень импонируют копии древних ювелирных украшений, которые часто продаются в магазинах при музеях. Но есть и настоящие именитые мастера, такие как Илиас Лалаунис, создающие целые коллекции украшений, являющихся репликами или сделанные по мотивам минойских. Его украшения можно было увидеть на Элизабет Тейлор, Шарлиз Терон и других звездах, да и модные журналы не обходят такую красоту стороной.
Большая коллекция произведений недавно почившего автора представлена в музее в Афинах, который я, конечно, рекомендую при случае посетить. Там есть и Троянская серия, и минойская, и много чего еще интересного. А пасхальное яйцо-подвеску с цветком а-ля фреска из Акротири, которую можно увидеть на картинке, дизайнеры его студии презентовали совсем недавно, в прошлую пятницу.
И вот вроде понятно, что копии, но мне такие штуки доставляют настоящее эстетическое удовольствие, а также радует осознание того, что тысячелетнее искусство оживает и начинает функционировать в пространстве современной популярной культуры, и это всегда ужасно интересно.
👍2❤1
Каждый сам себе минотавр
Я тут в последнее время довольно много читаю/слушаю аудиокниг по теме писательства. Сегодня вот засела за очередной вагон рутинной работы по SEO и по совету знающего человека (спасибо!) включила «Тысячеликого героя» Джозефа Кэмпбелла, знаменитого американского (но он таки ирландец, что вдвойне приятно) мифолога и религиоведа, чьи исследования, изложенные в этой монографии, вдохновили Джорджа Лукаса на создание «Звездных воин».
Читать толковых мифологов для меня отдельный восторг, так что немного процитирую:
Так-то, знающие люди говорят, а не только я со своей дилетантской колокольни. Тут хочется добавить мем-картинку типа «Это минотавр. Не будь как минотавр», но я сдержусь. Зато напомню тем, кто читал, и посоветую тем, ко не читал рассказ Фридриха Дюрренматта «Минотавр» (я по его малой прозе даже диплом защищала). Автор написал его за пять дней до смерти, в 1985 году, и назвал балладой. Полный текст я приведу для удобства на сайте—, а мысли по этому поводу здесь.
Рассказ-метафора, рассказ-парбола, в котором каждый непременно узнает себя. Человек у Дюрренмата блуждает в лабиринте своего сознания, он «одновременно исключенный и заключенный», и весь мир наполнен его собственными отражениями. И еще здесь подтверждаются недавние мои размышления про танец, как универсальный, своеобразный протоязык общения с миром и Богом.
Дюрренматт любил изображать минотавра и в рисунках, он, как и Пикассо, создал целый их цикл, два черно-белых я поместила на подборке ниже, а Пикассо не поместила, ибо не люблю, зато люблю картины современного художника Charles-Louis La Salle, это те, что будто сплетенные из цветных лент, и еще там нашлось место для чудесного парижского стрит-арта авторства тоже Чарльза, но с фамилией Leval. Кстати и его рекомендую к ознакомлению, прямо таки французский Бэнкси.
#мифология #minoanstoday
Я тут в последнее время довольно много читаю/слушаю аудиокниг по теме писательства. Сегодня вот засела за очередной вагон рутинной работы по SEO и по совету знающего человека (спасибо!) включила «Тысячеликого героя» Джозефа Кэмпбелла, знаменитого американского (но он таки ирландец, что вдвойне приятно) мифолога и религиоведа, чьи исследования, изложенные в этой монографии, вдохновили Джорджа Лукаса на создание «Звездных воин».
Читать толковых мифологов для меня отдельный восторг, так что немного процитирую:
Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по — своему». Этими пророческими словами граф Лев Толстой начал свой роман о духовном расколе героини его современности, Анны Карениной. На протяжении семи десятилетий, прошедших с тех пор, как эта пришедшая в полное смятение супруга, мать, охваченная слепой страстью женщина бросилась под колеса поезда — жестом, символизирующим то, что уже произошло с ее душой, завершая трагедию дезориентации — потоки романов, газетных сообщений и не запечатленных воплей отчаяния, сливаясь в неистовый дифирамб, воспевают быка — демона лабиринта — гневного, разрушительного, сводящего с ума, воплощающего в себе того же самого бога, который, в милосердии своем, являет собой обновляющее начало мира. Современный роман, подобно греческой трагедии, воспевает таинство расчленения, каковым и является жизнь во времени.
Так-то, знающие люди говорят, а не только я со своей дилетантской колокольни. Тут хочется добавить мем-картинку типа «Это минотавр. Не будь как минотавр», но я сдержусь. Зато напомню тем, кто читал, и посоветую тем, ко не читал рассказ Фридриха Дюрренматта «Минотавр» (я по его малой прозе даже диплом защищала). Автор написал его за пять дней до смерти, в 1985 году, и назвал балладой. Полный текст я приведу для удобства на сайте—, а мысли по этому поводу здесь.
«Минотавр танцевал среди своего Лабиринта, среди мира своих отражений, танцевал, как чудовищное дитя, как его собственный чудовищный отец, как чудовищный бог среди вселенной своих отражений».
Рассказ-метафора, рассказ-парбола, в котором каждый непременно узнает себя. Человек у Дюрренмата блуждает в лабиринте своего сознания, он «одновременно исключенный и заключенный», и весь мир наполнен его собственными отражениями. И еще здесь подтверждаются недавние мои размышления про танец, как универсальный, своеобразный протоязык общения с миром и Богом.
Дюрренматт любил изображать минотавра и в рисунках, он, как и Пикассо, создал целый их цикл, два черно-белых я поместила на подборке ниже, а Пикассо не поместила, ибо не люблю, зато люблю картины современного художника Charles-Louis La Salle, это те, что будто сплетенные из цветных лент, и еще там нашлось место для чудесного парижского стрит-арта авторства тоже Чарльза, но с фамилией Leval. Кстати и его рекомендую к ознакомлению, прямо таки французский Бэнкси.
#мифология #minoanstoday
Ритоны-тритоны: священные сосуды морских божеств
Я уже немного рассказывала про то, что минойцы и вслед за ними микенцы прекрасно управлялись с камнем и умудрялись вырезать совершенно невероятные по красоте и сложности исполнения вещи из змеевика, стеатита, полосатого агата, оранжевого сердолика, гематита, яшмы, халцедона, лазурита, горного хрусталя, аметиста, обсидиана и пр.
Среди имеющихся в нашем распоряжении артефактов той эпохи, особое место занимают ритоны — священные сосуды воронкообразной формы с широким горлом. Часто они выполнялись в форме звериных голов, и вы наверняка видели ритон в форме головы быка из Кноссоса. Возможно такие ритоны наполнялись именно кровью жертвенных животных. Так или иначе, эти сосуды использовались в религиозных обрядах для возлияний (вина, воды, крови, масла) и часто были снабжены дополнительным отверстием в нижнем, более узком конце.
Сложно сказать, когда и где появились первые сосуды такой причудливой формы. В музейных коллекциях есть несколько конических древнеегиптских, зооморфных мессопотамских, но Крит и Микены подарили нам подлинное разнообразие форм и стилей ритонов, а затем, конечно, их в огромном количества и очень искусно делают в классической Греции и Риме.
Сегодня я покажу вам самые свои любимые — в форме морских раковин, а точнее таких, которые биологи называют «рог тритона». Некоторые из них просто украшены тонкой резьбой по камню, повторяющей природные линии, а на некоторых, таких как ритон из Малии, были изображены ритуальные сцены.
Мы не знаем, каким именно богам поклонялись минойцы, но можем предположить, что многие из них, а возможно и центральные фигуры пантеона, были связаны с водной стихией, с морем, ведь от него зависела жизнь и благополучие этой талассократии. Замечу только, что помимо Посейдона в микенских табличках встречается и Posidaeia (po-si-da-e-ja), возможно представляющая женскую ипостась морского бога. Вы же помните, у минойцев, по-видимому, был мартиархат, ну и верховные божества как минимум парные, а лучше совсем женские.
К сожалению, как и во многих других областях исследования этой культуры, мы имеем множество иллюстраций в виде фресок, печатей, украшений, глиняных изделий и других произведений искусства, но не имеем «подписей к ним», то есть письменности, корпуса текстов, объясняющих картинки, как в Древнем Египте. Мы можем только догадываться, что море в религии минойского Крита всегда было самым непосредственным образом связано с комплексом представлений о загробном мире. Богини или жрицы в лодках, корабли и морские существа многократно появляются во всех видах росписей. В общем, не буду больше строить догадки, а предлагаю вам просто насладиться прекрасными минойскими ритонами. Я их несколько кучно накидала, но вы держите в голове, что они совсем не маленькие, литров на 5-7 хорошего критского вина и вырезаны из камня(!).
#Крит
Я уже немного рассказывала про то, что минойцы и вслед за ними микенцы прекрасно управлялись с камнем и умудрялись вырезать совершенно невероятные по красоте и сложности исполнения вещи из змеевика, стеатита, полосатого агата, оранжевого сердолика, гематита, яшмы, халцедона, лазурита, горного хрусталя, аметиста, обсидиана и пр.
Среди имеющихся в нашем распоряжении артефактов той эпохи, особое место занимают ритоны — священные сосуды воронкообразной формы с широким горлом. Часто они выполнялись в форме звериных голов, и вы наверняка видели ритон в форме головы быка из Кноссоса. Возможно такие ритоны наполнялись именно кровью жертвенных животных. Так или иначе, эти сосуды использовались в религиозных обрядах для возлияний (вина, воды, крови, масла) и часто были снабжены дополнительным отверстием в нижнем, более узком конце.
Сложно сказать, когда и где появились первые сосуды такой причудливой формы. В музейных коллекциях есть несколько конических древнеегиптских, зооморфных мессопотамских, но Крит и Микены подарили нам подлинное разнообразие форм и стилей ритонов, а затем, конечно, их в огромном количества и очень искусно делают в классической Греции и Риме.
Сегодня я покажу вам самые свои любимые — в форме морских раковин, а точнее таких, которые биологи называют «рог тритона». Некоторые из них просто украшены тонкой резьбой по камню, повторяющей природные линии, а на некоторых, таких как ритон из Малии, были изображены ритуальные сцены.
Мы не знаем, каким именно богам поклонялись минойцы, но можем предположить, что многие из них, а возможно и центральные фигуры пантеона, были связаны с водной стихией, с морем, ведь от него зависела жизнь и благополучие этой талассократии. Замечу только, что помимо Посейдона в микенских табличках встречается и Posidaeia (po-si-da-e-ja), возможно представляющая женскую ипостась морского бога. Вы же помните, у минойцев, по-видимому, был мартиархат, ну и верховные божества как минимум парные, а лучше совсем женские.
К сожалению, как и во многих других областях исследования этой культуры, мы имеем множество иллюстраций в виде фресок, печатей, украшений, глиняных изделий и других произведений искусства, но не имеем «подписей к ним», то есть письменности, корпуса текстов, объясняющих картинки, как в Древнем Египте. Мы можем только догадываться, что море в религии минойского Крита всегда было самым непосредственным образом связано с комплексом представлений о загробном мире. Богини или жрицы в лодках, корабли и морские существа многократно появляются во всех видах росписей. В общем, не буду больше строить догадки, а предлагаю вам просто насладиться прекрасными минойскими ритонами. Я их несколько кучно накидала, но вы держите в голове, что они совсем не маленькие, литров на 5-7 хорошего критского вина и вырезаны из камня(!).
#Крит
❤🔥2❤1👍1🔥1
Минойские гении и египетская богиня
Вчера в посте про ритуальные сосуды-раковины я упомянула ритон 15-го века до н.э. из Малии. Он представляет отдельный интерес, потому что на его внешней поверхности изображена любопытная сцена с участием странных антропоморфных существ, которых принято называть минойскими гениями.
На прорисовке видно, что эти гении совершают возлияние, и в подобной роли они часто встречаются на печатях, керамике и даже фресках. Минойцы вообще подарили нам немало изображений фантастических существ: минотавры, грифоны, сфинксы, люди с телами или головами различных зверей, птиц и другие причудливые создания, бывшие не просто порождениями бурной фантазии художников, а скорее частью той самой незаписанной минойской мифологической системы.
Несколько устрашающие образы гениев имеют сходство с египетской богиней Тауэрт (голубая фаянсовая статуэтка на картинке ниже), которая изображалась в виде стоящей самки гиппопотама или крокодила с львиными ногами. Эта тема — конек замечательной исследовательницы из Британской школы в Афинах Judith Weingarten, и её статьи cо сравнением прорисовок минойских гениев и египетских божеств вполне доступны на академии.
Но вообще-то, они производят впечатление довольно мирных, хлопотливых и в целом скорее благодетельных, чем вредоносных существ. Они показаны как участники сакральных церемоний, эдакие помощники, которые совершают возлияния, ведут на заклание жертвенных животных или тащат их туши, а также усердно ухаживают за побегами каких-то растений, скорее всего деревьев. Возможно, их культ связан с той ипостасью минойского женского божества, которую иногда называют «Владычица зверей» и которая, возможно, является прообразом греческой Артемиды.
Известный отечественной исследователь минойской культуры Ю.В. Андреев считал также, что раз гении охраняют древо, мировую ось, то они не просто подчиненные божества низшего порядка, а возможно, могучие стражи, отве¬чающие за гармонию и порядок во вселенной. Тем более что в египетской Тауэрт воплощены черты блюстительницы космического порядка и вместе с тем хранительницы и опекунши воплощающего. Именно она считалась защитницей новорожденного солнечного бога Ра и отражала угрожающие ему силы тьмы в тот момент, когда он появлялся на свет из вод предвечного океана Нуна. Характерно, что в сценах на печатях «гении» часто сопутствуют мужскому божеству, причем в некоторых из них они активно помогают юному богу в его героических деяниях.
Также нельзя не отметить возможную связь образов гениев с куретами и тельхинами, не мене таинственными персонажами древнегреческой мифологии. Куреты защищают и сопровождают юного Зевса, а тельхины напоминают «гениев» своей зверообразностью. Их способность уничтожать все живое и делать землю бесплодной, поливая ее водой из Стикса, может быть понята как результат расщепления типичной пары мифических оппозиций — «живой и мертвой воды».
Вчера в посте про ритуальные сосуды-раковины я упомянула ритон 15-го века до н.э. из Малии. Он представляет отдельный интерес, потому что на его внешней поверхности изображена любопытная сцена с участием странных антропоморфных существ, которых принято называть минойскими гениями.
На прорисовке видно, что эти гении совершают возлияние, и в подобной роли они часто встречаются на печатях, керамике и даже фресках. Минойцы вообще подарили нам немало изображений фантастических существ: минотавры, грифоны, сфинксы, люди с телами или головами различных зверей, птиц и другие причудливые создания, бывшие не просто порождениями бурной фантазии художников, а скорее частью той самой незаписанной минойской мифологической системы.
Несколько устрашающие образы гениев имеют сходство с египетской богиней Тауэрт (голубая фаянсовая статуэтка на картинке ниже), которая изображалась в виде стоящей самки гиппопотама или крокодила с львиными ногами. Эта тема — конек замечательной исследовательницы из Британской школы в Афинах Judith Weingarten, и её статьи cо сравнением прорисовок минойских гениев и египетских божеств вполне доступны на академии.
Но вообще-то, они производят впечатление довольно мирных, хлопотливых и в целом скорее благодетельных, чем вредоносных существ. Они показаны как участники сакральных церемоний, эдакие помощники, которые совершают возлияния, ведут на заклание жертвенных животных или тащат их туши, а также усердно ухаживают за побегами каких-то растений, скорее всего деревьев. Возможно, их культ связан с той ипостасью минойского женского божества, которую иногда называют «Владычица зверей» и которая, возможно, является прообразом греческой Артемиды.
Известный отечественной исследователь минойской культуры Ю.В. Андреев считал также, что раз гении охраняют древо, мировую ось, то они не просто подчиненные божества низшего порядка, а возможно, могучие стражи, отве¬чающие за гармонию и порядок во вселенной. Тем более что в египетской Тауэрт воплощены черты блюстительницы космического порядка и вместе с тем хранительницы и опекунши воплощающего. Именно она считалась защитницей новорожденного солнечного бога Ра и отражала угрожающие ему силы тьмы в тот момент, когда он появлялся на свет из вод предвечного океана Нуна. Характерно, что в сценах на печатях «гении» часто сопутствуют мужскому божеству, причем в некоторых из них они активно помогают юному богу в его героических деяниях.
Также нельзя не отметить возможную связь образов гениев с куретами и тельхинами, не мене таинственными персонажами древнегреческой мифологии. Куреты защищают и сопровождают юного Зевса, а тельхины напоминают «гениев» своей зверообразностью. Их способность уничтожать все живое и делать землю бесплодной, поливая ее водой из Стикса, может быть понята как результат расщепления типичной пары мифических оппозиций — «живой и мертвой воды».
🔥3
Акротири: минойские Помпеи на Санторини
Мне часто приходится упоминать #Акротири, но, наверное, не всем очевидно, что я имею в виду не деревеньку на Санторини, а одноименную археологическую зону, самую большую и богатую на находки после Кноссоса.
Я немножко рассказывала про неё, когда мы с вами говорили про Атлантиду, потому что до сих пор самая реалистичная версия дислокации этого легендарного государства приводит нас на Тиру (греческое название острова, а островом Святой Ирины его окрестили венецианцы, но как-то прижилось). Вкратце повторю, что что в 1939 году греческий археолог Спиридон Мaринатос предположил, что извержение, произошедшее на острове, известное сейчас как Минойское извержение, и породило миф об Атлантиде.
Когда же команда Маринатоса обнаружила на Тире минойский город, скрытый под слоями вулканического пепла, и стало ясно, что он был частью богатой, высокоразвитой цивилизации, многие ученые стали задумываться о том, не могло ли это древнее извержение так поразить современников, что стало основой множества мифов.
Итак, Акротири, больше 3000 лет пролежал под слоями вулканического пепла, а когда археологи полезли туда со своими совочками и щеточками, перед ними предстал действительно прекрасный феникс — город с улицами (опять же со сложными дренажными системами и канализацией), площадями, -двух и –трёхэтажными зданиями построенными с учетом сейсмической активности. Внутри некоторых из них сохранились прекрасные фрески, керамика и даже мебель. Я там внизу на картинке поместила столик, это слепок по форме, оставшейся в вулканическом пепле, но даже в таком виде он напоминает о барочных изгибах мебели в стиле Людовика XIV.
Но фрески из Акротири это и правда что-то невероятное. Антилопы, боксирующие мальчики, флотилия, собирательницы шафрана и моя любимая весна с её ласточками — это настолько тонкие, прочувствованные и эмоционально наполненные образы, что у меня каждый раз мурашки по коже, когда на них смотрю. Ради них в первую очередь каждый приезд в Афины чуть ли не первым делом бегу в Археологический музей, там им выделен целый этаж на котором мне лично хотелось бы остаться пожить на денек-другой.
Хотя основной шок и трепет, конечно, на Санторини. Вы можете увидеть эти улицы своими глазами, разглядеть каждый пиксель краски на фресках, прикоснуться к камням и плитам из вулканического туфа, из которых был построен и которыми был вымощен древний город. В общем, если вдруг вас, как всякого путешествующего по греческим островам туриста, занесет на Санторини — пожалуйста, не ограничивайтесь красными-желтыми-черными пляжами, фешенебельными отелями, катанием на осликах и созерцанием заката в Кальдере за стаканчиком винсанто. Там же для вас целый бронзового века город раскопали!
Тем боле что его посещение снова стало возможным в том числе и благодаря известной каждому русскоговорящему человеку Лаборатории Касперского. Серьезно, не поверите, но там одно время была прямо беда с финансированием, крыша над раскопанной частью обрушилась, все работы заморозили, и как-то туда нагрянул Евгений Касперский и расстроился по этому поводу. А в 2016-ом дал денег и вуаля — раскопки и реставрационные работы возобновились, а Касперский, в смысле компания, теперь – главный спонсор, там даже табличка есть.
Я вот когда в начале двухтысячных сисадмином работала, прям люто Касперского ненавидела и называла не иначе как антивирусом Кашпировского, потому что проблемы с зависанием и всяческим затупленем подвластных мне компов происходили в том числе и из-за него. А теперь вот благодарна ему всячески. Если серьезно, ужасно радуюсь, когда такие вещи слышу, потому что большому бизнесу, тем более отечественному, на культуру по большей плевать, а тут совсем наоборот вышло.
В качестве бонуса — видео c 3D-реконструкций одного из домов Акротири. А побольше фоток в ближайшее пару дней накидаю в отдельную галерейку на сайте.
Мне часто приходится упоминать #Акротири, но, наверное, не всем очевидно, что я имею в виду не деревеньку на Санторини, а одноименную археологическую зону, самую большую и богатую на находки после Кноссоса.
Я немножко рассказывала про неё, когда мы с вами говорили про Атлантиду, потому что до сих пор самая реалистичная версия дислокации этого легендарного государства приводит нас на Тиру (греческое название острова, а островом Святой Ирины его окрестили венецианцы, но как-то прижилось). Вкратце повторю, что что в 1939 году греческий археолог Спиридон Мaринатос предположил, что извержение, произошедшее на острове, известное сейчас как Минойское извержение, и породило миф об Атлантиде.
Когда же команда Маринатоса обнаружила на Тире минойский город, скрытый под слоями вулканического пепла, и стало ясно, что он был частью богатой, высокоразвитой цивилизации, многие ученые стали задумываться о том, не могло ли это древнее извержение так поразить современников, что стало основой множества мифов.
Итак, Акротири, больше 3000 лет пролежал под слоями вулканического пепла, а когда археологи полезли туда со своими совочками и щеточками, перед ними предстал действительно прекрасный феникс — город с улицами (опять же со сложными дренажными системами и канализацией), площадями, -двух и –трёхэтажными зданиями построенными с учетом сейсмической активности. Внутри некоторых из них сохранились прекрасные фрески, керамика и даже мебель. Я там внизу на картинке поместила столик, это слепок по форме, оставшейся в вулканическом пепле, но даже в таком виде он напоминает о барочных изгибах мебели в стиле Людовика XIV.
Но фрески из Акротири это и правда что-то невероятное. Антилопы, боксирующие мальчики, флотилия, собирательницы шафрана и моя любимая весна с её ласточками — это настолько тонкие, прочувствованные и эмоционально наполненные образы, что у меня каждый раз мурашки по коже, когда на них смотрю. Ради них в первую очередь каждый приезд в Афины чуть ли не первым делом бегу в Археологический музей, там им выделен целый этаж на котором мне лично хотелось бы остаться пожить на денек-другой.
Хотя основной шок и трепет, конечно, на Санторини. Вы можете увидеть эти улицы своими глазами, разглядеть каждый пиксель краски на фресках, прикоснуться к камням и плитам из вулканического туфа, из которых был построен и которыми был вымощен древний город. В общем, если вдруг вас, как всякого путешествующего по греческим островам туриста, занесет на Санторини — пожалуйста, не ограничивайтесь красными-желтыми-черными пляжами, фешенебельными отелями, катанием на осликах и созерцанием заката в Кальдере за стаканчиком винсанто. Там же для вас целый бронзового века город раскопали!
Тем боле что его посещение снова стало возможным в том числе и благодаря известной каждому русскоговорящему человеку Лаборатории Касперского. Серьезно, не поверите, но там одно время была прямо беда с финансированием, крыша над раскопанной частью обрушилась, все работы заморозили, и как-то туда нагрянул Евгений Касперский и расстроился по этому поводу. А в 2016-ом дал денег и вуаля — раскопки и реставрационные работы возобновились, а Касперский, в смысле компания, теперь – главный спонсор, там даже табличка есть.
Я вот когда в начале двухтысячных сисадмином работала, прям люто Касперского ненавидела и называла не иначе как антивирусом Кашпировского, потому что проблемы с зависанием и всяческим затупленем подвластных мне компов происходили в том числе и из-за него. А теперь вот благодарна ему всячески. Если серьезно, ужасно радуюсь, когда такие вещи слышу, потому что большому бизнесу, тем более отечественному, на культуру по большей плевать, а тут совсем наоборот вышло.
В качестве бонуса — видео c 3D-реконструкций одного из домов Акротири. А побольше фоток в ближайшее пару дней накидаю в отдельную галерейку на сайте.
❤1
Субботнее несерьезное: благодарности + древние тренды современной моды
Во-первых, друзья, большое спасибо, что вас уже целая тысяча и вы со мной! Я, конечно, всегда в тайне надеялась инфицировать своей любовью к минойскому Криту и микенской Греции как можно больше людей, но не ожидала таких темпов. Отдельное спасибо сайту «Отвратительные мужики» сначала за название (оно прекрасно!), а потом за то, что я каким-то чудом попала в вашу подборку лучших каналов об истории. Ужасно рада и крайне польщена!
Во-вторых, о заявленном в теме. В прошлом субботнем посте ( а я все-таки категорически решила писать по субботам всякие несерьезности) речь шла о современных репликах древних украшений. Но, как вы могли догадаться, модные кутюрье не подкачали и в вопросе одежды.
«Мода на старину» как будто не проходит, а просто периодически обостряется. Что касается собственно крито-микенской стилистки, началось всё еще в первом десятилетии XX века, когда открытия Шлимана и Эванса сделали эту тему чрезвычайно модной.
Тогда испано-итальянский дизайнер Мариано Фортуни (если хотите прекрасного – погуглите, он правда гений от моды) одним из первых обратился к древнегреческим корням. Он, кстати, создавал знаменитые плиссированные шелковые туники «дельфос», в которых чаще всего предстает на фотографиях недавно упоминавшаяся Айседора Дункан, и которые Марсель Пруст неоднократно описывает в своем романе «В поисках утраченного времени» как образец тонкого вкуса. Недавно о Мариано Фортуни подробно написала обожаемая мной Антония Байетт в книге 2016 года Peacock & Vine: On William Morris and Mariano Fortuny, но у меня её пока нет, хотя добавила себе в вишлист.
Так вот он воплощал древнегреческий идеал женской красоты не только через форму, крой, но и в деталях. В январе этого года в парижском Музей моды Гальера была выставка "Fortuny, un espagnol à Venise", и там можно было увидеть, например, пробный отпечаток орнамента (цветок на фото ниже) для шали, которая так и называлась «Кноссос». Она же демонтируется на фото, надетая в виде туники, где отчетливо виден орнамент, скопированный с минойской вазы. В 1908 году Фортуни был настолько очарован Критом, что даже изменил логотип, поместив свое имя на знаменитую монету с лабиринтом.
Карл Лагерфельд отдал дань минойскому наследию в весенней коллекции 1994 года, и вернулся к меандрам и туникам в круизной коллекции этого (2018) года для Chanel под названием Modernite de l’Antiquite (я фотки пометила логотипчиком с профилем и годами для понятности). Еще из недавних примеров: знаменитая создательница модных образов Мэри Катранзу в весенней коллекции 2017 года активно использовала минойские орнаменты, хотя, как по мне, менее удачно из всех.
В общем, если я временами кажусь вам (и сама себе) эдаким адвентистом седьмого дня, зазывающим всех в свою минойскую секту, перед тем как осудить, вспомните, что эта болезнь поражала и более достойных представителей человечества.
Во-первых, друзья, большое спасибо, что вас уже целая тысяча и вы со мной! Я, конечно, всегда в тайне надеялась инфицировать своей любовью к минойскому Криту и микенской Греции как можно больше людей, но не ожидала таких темпов. Отдельное спасибо сайту «Отвратительные мужики» сначала за название (оно прекрасно!), а потом за то, что я каким-то чудом попала в вашу подборку лучших каналов об истории. Ужасно рада и крайне польщена!
Во-вторых, о заявленном в теме. В прошлом субботнем посте ( а я все-таки категорически решила писать по субботам всякие несерьезности) речь шла о современных репликах древних украшений. Но, как вы могли догадаться, модные кутюрье не подкачали и в вопросе одежды.
«Мода на старину» как будто не проходит, а просто периодически обостряется. Что касается собственно крито-микенской стилистки, началось всё еще в первом десятилетии XX века, когда открытия Шлимана и Эванса сделали эту тему чрезвычайно модной.
Тогда испано-итальянский дизайнер Мариано Фортуни (если хотите прекрасного – погуглите, он правда гений от моды) одним из первых обратился к древнегреческим корням. Он, кстати, создавал знаменитые плиссированные шелковые туники «дельфос», в которых чаще всего предстает на фотографиях недавно упоминавшаяся Айседора Дункан, и которые Марсель Пруст неоднократно описывает в своем романе «В поисках утраченного времени» как образец тонкого вкуса. Недавно о Мариано Фортуни подробно написала обожаемая мной Антония Байетт в книге 2016 года Peacock & Vine: On William Morris and Mariano Fortuny, но у меня её пока нет, хотя добавила себе в вишлист.
Так вот он воплощал древнегреческий идеал женской красоты не только через форму, крой, но и в деталях. В январе этого года в парижском Музей моды Гальера была выставка "Fortuny, un espagnol à Venise", и там можно было увидеть, например, пробный отпечаток орнамента (цветок на фото ниже) для шали, которая так и называлась «Кноссос». Она же демонтируется на фото, надетая в виде туники, где отчетливо виден орнамент, скопированный с минойской вазы. В 1908 году Фортуни был настолько очарован Критом, что даже изменил логотип, поместив свое имя на знаменитую монету с лабиринтом.
Карл Лагерфельд отдал дань минойскому наследию в весенней коллекции 1994 года, и вернулся к меандрам и туникам в круизной коллекции этого (2018) года для Chanel под названием Modernite de l’Antiquite (я фотки пометила логотипчиком с профилем и годами для понятности). Еще из недавних примеров: знаменитая создательница модных образов Мэри Катранзу в весенней коллекции 2017 года активно использовала минойские орнаменты, хотя, как по мне, менее удачно из всех.
В общем, если я временами кажусь вам (и сама себе) эдаким адвентистом седьмого дня, зазывающим всех в свою минойскую секту, перед тем как осудить, вспомните, что эта болезнь поражала и более достойных представителей человечества.
👍2
Ненаучный вестник: выпуск первый
У меня за время изучения всего вот этого минойского, накопилось некоторое количество несуразностей, почерпнутых из разных научных и научно-популярных книжек по теме. Вообще, я для себя давно уяснила, что профессиональная деформация неизбежна в любой области, и если стоматолог всегда смотрит на зубы, то собиратель фольклора из любой беседы может вытянуть материал для анализа. Но бывают такие деформации, что прям любо-дорого, буду их собирать и периодически выдавать на гора, ибо и смешно, и про «живую ткань бытия», так сказать. Но начну не с мемов археологов, хотя они иногда очень жгут, а с более близкого всякому человеку гуглящему, с Википедии.
История 1: про всезнающую Википедию
Итак, наверное, все вы когда-нибудь сталкивались с тем, что в Вики «пишут всякую ересь», ну потому что она же свободная, редактируемая и всё-такое. Я вот очень за то, чтобы так и оставалось, сама часто что-то дописываю-допиливаю там, но, думаю, все понимают, что достоверность инфы оттуда надо проверять по источникам и умным книжкам.
Однажды, лет пару назад что-то меня дернуло открыть викистатью про трезубец. Не помню, по что он мне был нужен, но по прочтении глаза мои расширились, брови стали стремительно приблжаться к линии роста волос, испохабив морщинами и так вечно невысыпающееся лицо, а речевой аппарат бесконтрольно издал несколько не очень цензурных последовательностей звуков на немецком языке. Фраза в статье звучала так «Трезубец — эмблема древней минойской цивилизации (обнаружен в Кноссе и Фесте).» Понимаете, это ж для меня как кофе в среднем роде, звОнишь и моЕ день рождениЕ вместе взятые. В общем, я пережила весьма экзистенциально насыщенный момент, почти как Энн из зеленых крыш, резонно заметившая: «А вы разве можете есть, когда вы в бездне отчаяния?».
Справившись с собой, я этот ужас-ужас затерла, написала объяснение для админов, а параллельно поняла, что фраза там появилась не случайно. Источник бед, скорее всего, — довольно популярный среди всяких нердов типа меня сериал Warehouse 13! В одной из последних его серий, когда сценаристы явно выдохлись, Хелена, которая really-hot-Герберт-Уэлс, вооружается неким трезубцем Миноса в эпической попытке вызвать извержение Йеллоустоунского вулкана, которое повлекло бы за собой новый ледниковый период. Видимо, кто-то бодренько срастил в голове знания о лабрисах, которые минойские топоры, и более понятном и наглядно показанном трезубце и решил, что человечество не должно лишиться столь ценной информации.
Мораль сей басни такова: информация сейчас доступна, её очень много, но именно поэтому она всегда требует дополнительной верификации. Я если юзаю вики, стараюсь сравнивать русскую, английскую и немецкую версии, а потом уже лезу в источники, чаще всего даже такое крупное сито помогает отсеивать хотя бы вопиющую отсебятину.
#ненаучный_вестник
У меня за время изучения всего вот этого минойского, накопилось некоторое количество несуразностей, почерпнутых из разных научных и научно-популярных книжек по теме. Вообще, я для себя давно уяснила, что профессиональная деформация неизбежна в любой области, и если стоматолог всегда смотрит на зубы, то собиратель фольклора из любой беседы может вытянуть материал для анализа. Но бывают такие деформации, что прям любо-дорого, буду их собирать и периодически выдавать на гора, ибо и смешно, и про «живую ткань бытия», так сказать. Но начну не с мемов археологов, хотя они иногда очень жгут, а с более близкого всякому человеку гуглящему, с Википедии.
История 1: про всезнающую Википедию
Итак, наверное, все вы когда-нибудь сталкивались с тем, что в Вики «пишут всякую ересь», ну потому что она же свободная, редактируемая и всё-такое. Я вот очень за то, чтобы так и оставалось, сама часто что-то дописываю-допиливаю там, но, думаю, все понимают, что достоверность инфы оттуда надо проверять по источникам и умным книжкам.
Однажды, лет пару назад что-то меня дернуло открыть викистатью про трезубец. Не помню, по что он мне был нужен, но по прочтении глаза мои расширились, брови стали стремительно приблжаться к линии роста волос, испохабив морщинами и так вечно невысыпающееся лицо, а речевой аппарат бесконтрольно издал несколько не очень цензурных последовательностей звуков на немецком языке. Фраза в статье звучала так «Трезубец — эмблема древней минойской цивилизации (обнаружен в Кноссе и Фесте).» Понимаете, это ж для меня как кофе в среднем роде, звОнишь и моЕ день рождениЕ вместе взятые. В общем, я пережила весьма экзистенциально насыщенный момент, почти как Энн из зеленых крыш, резонно заметившая: «А вы разве можете есть, когда вы в бездне отчаяния?».
Справившись с собой, я этот ужас-ужас затерла, написала объяснение для админов, а параллельно поняла, что фраза там появилась не случайно. Источник бед, скорее всего, — довольно популярный среди всяких нердов типа меня сериал Warehouse 13! В одной из последних его серий, когда сценаристы явно выдохлись, Хелена, которая really-hot-Герберт-Уэлс, вооружается неким трезубцем Миноса в эпической попытке вызвать извержение Йеллоустоунского вулкана, которое повлекло бы за собой новый ледниковый период. Видимо, кто-то бодренько срастил в голове знания о лабрисах, которые минойские топоры, и более понятном и наглядно показанном трезубце и решил, что человечество не должно лишиться столь ценной информации.
Мораль сей басни такова: информация сейчас доступна, её очень много, но именно поэтому она всегда требует дополнительной верификации. Я если юзаю вики, стараюсь сравнивать русскую, английскую и немецкую версии, а потом уже лезу в источники, чаще всего даже такое крупное сито помогает отсеивать хотя бы вопиющую отсебятину.
#ненаучный_вестник
👍2
Талоc – «медный трижды гигант» острова Крит
В истории древних цивилизаций есть множество тем, касаясь которых можно начинать речь с фразы «мы никогда не…», потому что мы и правда никогда не услышим минойскую или древнеегипетскую речь, никогда не узнаем как звучала древняя музыка и не увидим, как в действительности выглядела тавромахия. К этой же печальной категории гипотетических знаний можно отнести и минойскую скульптуру.
Делали ли минойцы статуи?
Ни в Кноссосе, ни в других дворцах мы не находим гигантских каменных изваяний и барельефов, как в Египте и Месопотамии. Бронзовые и терракотовые статуэтки довольно малы и не тянут на гордое звание статуй, хотя и очень интересны для изучения.
Но существуют некоторые, хоть и очень скудные, археологические находки, позволяющие нам предположить, что крупная скульптурная форма на Крите все-таки существовала. Во-первых, это найденные в Кноссосе выточенные их камня волосы, которые могли надеваться на деревянные или глиняные скульптуры, не дошедшие до нас по объективным причинам, ведь эти материалы намного более хрупкие. В последнюю поездку в Ираклионском музее я обнаружила второе подтверждение этой теории — внушительного размера глиняные ноги из святилища в Арханесе. Они также могли быть частью большого деревянного изображения юного царя-жреца, аналогично знаменитой фигурке куроса из Палеокастро, о которой я обязательно расскажу поподробнее отдельно.
Ну и еще одна причина моих смелых выводов о наличии у минойцев скульптуры, это, конечно, мифология. В цикл критских мифов входит сюжет о бронзовом воине Талосе, которого Зевс подарил Европе для защиты острова. Этот страж трижды в день обегал остров и метал камни в неприятельские корабли, завидев их на горизонте, или, по другой версии, раскалялся и сжигал их в своих объятиях. По Симониду Кеосскому он даже, злобно смеясь, сжег таким образом сардинцев и от этого якобы произошло выражение «сардонический смех».
Апполоний Родосский называет Талоса последним из «медных ясенеродных», в Орфической Органвтике он именуется «медным трижды гигантом» . По преданию, единственным местом, куда его можно было ранить, была пятка, где находилась жила, наполненная ихором (кровью богов). Умирает он либо обманутый Медей, вытащившей медный гвоздь, закрывающих эту жилу, либо сраженный стрелой в пятку. На картинке ниже — монетка с Талосом, родом, кстати, из Феста.
Мне кажется, на основании этого мифа тоже можно предположить существование на Крите хотя бы одной большой бронзовой статуи, производившей неизгладимое впечатление на иностранцев и породившей эти мифы. Была ли она уничтожена намеренно в ходе какой-нибудь религиозной реформы по типу эхнатоновской, либо переплавлена на мечи, как в современной истории «колокола на пули», остается только гадать. А вот небольшие бронзовые статуэтки найдены в достаточном количестве, чтобы утверждать, что традиция бронзового литья человеческих фигур у минойцев точно существовала.
#Крит #фантастические_твари
В истории древних цивилизаций есть множество тем, касаясь которых можно начинать речь с фразы «мы никогда не…», потому что мы и правда никогда не услышим минойскую или древнеегипетскую речь, никогда не узнаем как звучала древняя музыка и не увидим, как в действительности выглядела тавромахия. К этой же печальной категории гипотетических знаний можно отнести и минойскую скульптуру.
Делали ли минойцы статуи?
Ни в Кноссосе, ни в других дворцах мы не находим гигантских каменных изваяний и барельефов, как в Египте и Месопотамии. Бронзовые и терракотовые статуэтки довольно малы и не тянут на гордое звание статуй, хотя и очень интересны для изучения.
Но существуют некоторые, хоть и очень скудные, археологические находки, позволяющие нам предположить, что крупная скульптурная форма на Крите все-таки существовала. Во-первых, это найденные в Кноссосе выточенные их камня волосы, которые могли надеваться на деревянные или глиняные скульптуры, не дошедшие до нас по объективным причинам, ведь эти материалы намного более хрупкие. В последнюю поездку в Ираклионском музее я обнаружила второе подтверждение этой теории — внушительного размера глиняные ноги из святилища в Арханесе. Они также могли быть частью большого деревянного изображения юного царя-жреца, аналогично знаменитой фигурке куроса из Палеокастро, о которой я обязательно расскажу поподробнее отдельно.
Ну и еще одна причина моих смелых выводов о наличии у минойцев скульптуры, это, конечно, мифология. В цикл критских мифов входит сюжет о бронзовом воине Талосе, которого Зевс подарил Европе для защиты острова. Этот страж трижды в день обегал остров и метал камни в неприятельские корабли, завидев их на горизонте, или, по другой версии, раскалялся и сжигал их в своих объятиях. По Симониду Кеосскому он даже, злобно смеясь, сжег таким образом сардинцев и от этого якобы произошло выражение «сардонический смех».
Апполоний Родосский называет Талоса последним из «медных ясенеродных», в Орфической Органвтике он именуется «медным трижды гигантом» . По преданию, единственным местом, куда его можно было ранить, была пятка, где находилась жила, наполненная ихором (кровью богов). Умирает он либо обманутый Медей, вытащившей медный гвоздь, закрывающих эту жилу, либо сраженный стрелой в пятку. На картинке ниже — монетка с Талосом, родом, кстати, из Феста.
Мне кажется, на основании этого мифа тоже можно предположить существование на Крите хотя бы одной большой бронзовой статуи, производившей неизгладимое впечатление на иностранцев и породившей эти мифы. Была ли она уничтожена намеренно в ходе какой-нибудь религиозной реформы по типу эхнатоновской, либо переплавлена на мечи, как в современной истории «колокола на пули», остается только гадать. А вот небольшие бронзовые статуэтки найдены в достаточном количестве, чтобы утверждать, что традиция бронзового литья человеческих фигур у минойцев точно существовала.
#Крит #фантастические_твари
❤1
Грозное оружие древних богов
Друзья, совместно с каналом По ту сторону вымысла мы решили подготовить серию материалов о двух родственных символах, которые обретают особую значимость в совершенно разных на первый взгляд культурах — минойского Крита и германо-скандинавской мифологической традиции. Я расскажу вам про судьбу топора-лабриса от неолита до классической Греции и Рима, а может и чуть дальше. А Игорь Мокин, лекции которого вы, кстати, всегда можете послушать в клубе «Скандинавия», напишет о мифологии древней Северной Европы, откуда к нам через века, через сотни комиксов и серию блокбастеров пришел молот Тора.
Друзья, совместно с каналом По ту сторону вымысла мы решили подготовить серию материалов о двух родственных символах, которые обретают особую значимость в совершенно разных на первый взгляд культурах — минойского Крита и германо-скандинавской мифологической традиции. Я расскажу вам про судьбу топора-лабриса от неолита до классической Греции и Рима, а может и чуть дальше. А Игорь Мокин, лекции которого вы, кстати, всегда можете послушать в клубе «Скандинавия», напишет о мифологии древней Северной Европы, откуда к нам через века, через сотни комиксов и серию блокбастеров пришел молот Тора.
❤1
Часть I: От неолита до минойского Крита
Начнем с этимологии. Видимо, слово «лабрис» (λάβρυς) является собственно минойским, в таком виде перетекает в микенский вариант древнегреческого языка и далее везде. В лувийском (был распространён в XV—X веках до н. э. в южной части Хеттского царства) присутствует семантически родственный глагол lawar — «ломать», а в позднейшем родственном ему ликийском имеется слово labra, которое значит 'каменная плита’. Также интересен титул хеттских царей labarna, возможно, происходящий от имени основателя Хеттского царства Лабарна/Табарна (XVII в. до н.э.).
Что касается иконографии, история этого символа восходит еще к эпохе неолита. Относящиеся к этому времени изображения двулезвийного топора дошли до нас из Чатал-Хююка (древнейшее поселение городского типа на территории современной Турции, датируемое примерно 7400 - 5600 гг. до н.э) — настенная живопись и сами топоры; на керамике из Статенице, Чехия; в виде изготовленных из глины или кости амулетов из Арпачии (Сирия, халафская культура); каменные топоры найдены в Тепе Сиалке (Иран) и многих других местах. На многих мегалитических изображениях топор также является священным атрибутом, для примера приведу Стол Торговцев в Локмариекере 3900— 3800гг. до н.э.
Нельзя не заметить, что очертания минойского лабриса повторяют форму бычьих рогов, а поклонение богу в облике этого могучего животного мы как раз находим в Чатал-Хююке. Кстати, и каменные диоритовые топоры там тоже находят, и вполне возможно, они были ритуальными, поскольку параллельно там же обнаруживаются обсидиановые орудия, значительно лучше подходящие для того, чтобы что-либо резать.
В древнеегипетской же иероглифике изображение топора соответствовало слову ntr, «нечер» — бог. В северной Месопотамии и Анатолии двойной топор стал символом и одновременно оружием хеттско-хурритского бога грозы Тешуба. Вероятно, у него он был заимствован в более позднее время карийским божеством, которое греки называли «Зевсом Лабрандеем», к тем же корням относится и название города Лабранда.
Минойский лабрис
Но, конечно, минойцы бьют все рекорды по количеству изображений лабриса и его вариантов: из золота и меди, из кости и глины, на фресках, вазах, печатях, украшениях. Этим символом пронизана вся жизнь крито-микенского общества.
Археологи находят лабрисы самых разных размеров: от огромных, в несколько человеческих ростов, до маленьких печатей с изображениями топора. Они могут быть частью декора ваз и чаш, могут сочетаться с изображениями бычьей головы, рогов и священного узла, символа не менее загадочного и еще труднее поддающегося идентификации.
Также интересно, что лабрис у минойцев часто трансформируется и даже «оживает». Можно увидеть цветущие лабрисы на минойских вазах, например, на большой амфоре из Псиры.
На некоторых изображениях мы можем наблюдать, как топор приобретает облик уже не растения, а живого, иногда определенно антропоморфного существа. Так, на кувшине из «дома фресок» в Кноссе мы видим лабрисы, своими очертаниями отдаленно напоминающие птицу или бабочку, а на другом рисунке на вазе с острова Мохлос он наделен еще и человеческими руками, простертыми кверху в характерном благословляющем жесте.
Этот процесс очеловечивания или скорее обожествления двойного топора завершается появлением на некоторых геммах позднеминойского периода вполне человекообразной богини, голову которой заменяет сложная конструкция, состоящая в том числе из лабриса. Однако отсюда еще не следует, что на Крите лабрис уже изначально представлял собой всего лишь символическую замену или одну из ипостасей верховного женского божества; скорее всего, он воспринимался как самостоятельный сакральный объект.
Начнем с этимологии. Видимо, слово «лабрис» (λάβρυς) является собственно минойским, в таком виде перетекает в микенский вариант древнегреческого языка и далее везде. В лувийском (был распространён в XV—X веках до н. э. в южной части Хеттского царства) присутствует семантически родственный глагол lawar — «ломать», а в позднейшем родственном ему ликийском имеется слово labra, которое значит 'каменная плита’. Также интересен титул хеттских царей labarna, возможно, происходящий от имени основателя Хеттского царства Лабарна/Табарна (XVII в. до н.э.).
Что касается иконографии, история этого символа восходит еще к эпохе неолита. Относящиеся к этому времени изображения двулезвийного топора дошли до нас из Чатал-Хююка (древнейшее поселение городского типа на территории современной Турции, датируемое примерно 7400 - 5600 гг. до н.э) — настенная живопись и сами топоры; на керамике из Статенице, Чехия; в виде изготовленных из глины или кости амулетов из Арпачии (Сирия, халафская культура); каменные топоры найдены в Тепе Сиалке (Иран) и многих других местах. На многих мегалитических изображениях топор также является священным атрибутом, для примера приведу Стол Торговцев в Локмариекере 3900— 3800гг. до н.э.
Нельзя не заметить, что очертания минойского лабриса повторяют форму бычьих рогов, а поклонение богу в облике этого могучего животного мы как раз находим в Чатал-Хююке. Кстати, и каменные диоритовые топоры там тоже находят, и вполне возможно, они были ритуальными, поскольку параллельно там же обнаруживаются обсидиановые орудия, значительно лучше подходящие для того, чтобы что-либо резать.
В древнеегипетской же иероглифике изображение топора соответствовало слову ntr, «нечер» — бог. В северной Месопотамии и Анатолии двойной топор стал символом и одновременно оружием хеттско-хурритского бога грозы Тешуба. Вероятно, у него он был заимствован в более позднее время карийским божеством, которое греки называли «Зевсом Лабрандеем», к тем же корням относится и название города Лабранда.
Минойский лабрис
Но, конечно, минойцы бьют все рекорды по количеству изображений лабриса и его вариантов: из золота и меди, из кости и глины, на фресках, вазах, печатях, украшениях. Этим символом пронизана вся жизнь крито-микенского общества.
Археологи находят лабрисы самых разных размеров: от огромных, в несколько человеческих ростов, до маленьких печатей с изображениями топора. Они могут быть частью декора ваз и чаш, могут сочетаться с изображениями бычьей головы, рогов и священного узла, символа не менее загадочного и еще труднее поддающегося идентификации.
Также интересно, что лабрис у минойцев часто трансформируется и даже «оживает». Можно увидеть цветущие лабрисы на минойских вазах, например, на большой амфоре из Псиры.
На некоторых изображениях мы можем наблюдать, как топор приобретает облик уже не растения, а живого, иногда определенно антропоморфного существа. Так, на кувшине из «дома фресок» в Кноссе мы видим лабрисы, своими очертаниями отдаленно напоминающие птицу или бабочку, а на другом рисунке на вазе с острова Мохлос он наделен еще и человеческими руками, простертыми кверху в характерном благословляющем жесте.
Этот процесс очеловечивания или скорее обожествления двойного топора завершается появлением на некоторых геммах позднеминойского периода вполне человекообразной богини, голову которой заменяет сложная конструкция, состоящая в том числе из лабриса. Однако отсюда еще не следует, что на Крите лабрис уже изначально представлял собой всего лишь символическую замену или одну из ипостасей верховного женского божества; скорее всего, он воспринимался как самостоятельный сакральный объект.
👍7
Forwarded from По ту сторону вымысла
Один из самых узнаваемых в наши дни символов древнескандинавской культуры — это молот Тора. Бог грома не расстается со своим оружием и всегда готов обрушить его на врагов-великанов — или же на собственного родича, бога-обманщика Локи. В "Перебранке Локи" тот по очереди бранит всех богов без исключения, которым не хватило ума не поддаваться на троллинг; только появление Тора и угроза его молота заставляют Локи спасаться бегством.
Молот Тора хорошо засвидетельствован в изображениях и в археологических находках эпохи викингов. Он использовался как амулет и, вероятно, стал популярен благодаря появлению христиан с их нательными крестами; молот был как бы ответом старой религии на символ новой. Современные изделия, которые можно купить в сувенирных лавках или заказать у ювелира, довольно точно воспроизводят характерную форму этих древних украшений, но о связанных с ними представлениях и обрядах у нас почти нет сведений.
Молот Тора появляется также на надмогильных памятниках — рунических камнях. Опять-таки, он помещается на том месте, которое в иных случаях занимает крест: большой молот по центру или же маленький в начале или конце надписи; иногда рядом есть формула, которую можно перевести как "Тор да освятит", в параллель к христианской молитве "Боже, помоги душе его" на других камнях.
У молота есть свое имя — Мьёльнир. Это название является отголоском древних мифологических представлений, бытовавших, судя по всему, еще у древних индоевропейцев несколько тысяч лет тому назад. Язык индоевропейцев — предок множества языков от Исландии до Цейлона; поэтому родственные "Мьёльниру" слова можно найти, например, в валлийском и даже в далеком и очень древнем хеттском. Русские "молот", "перемолоть" и "молния" — тоже его родственники, причем идеально отражающие предполагаемый древний образ: это одновременно молот и молния, перемалывающий врагов божества грозы.
В наши дни популярности Мьёльниру еще добавил комиксовый Тор (Крис Хемсворт). Здесь перед нами довольно редкий случай, когда поп-версия довльно точно передает мифологический образ. Киношный Мьёльнир летает, как молния, и помогает Тору вызывать грозу. Единственное отличие: в мире фильмов "Марвел" молот нельзя украсть или подменить, потому что он подчиняется только Тору — и то даже Тор должен был в первом фильме доказывать свое право на оружие; никто другой не может и поднять молот. А вот в древнескандинавском мифе все было не совсем так, о чем вы узнаете из следующего материала.
Молот Тора хорошо засвидетельствован в изображениях и в археологических находках эпохи викингов. Он использовался как амулет и, вероятно, стал популярен благодаря появлению христиан с их нательными крестами; молот был как бы ответом старой религии на символ новой. Современные изделия, которые можно купить в сувенирных лавках или заказать у ювелира, довольно точно воспроизводят характерную форму этих древних украшений, но о связанных с ними представлениях и обрядах у нас почти нет сведений.
Молот Тора появляется также на надмогильных памятниках — рунических камнях. Опять-таки, он помещается на том месте, которое в иных случаях занимает крест: большой молот по центру или же маленький в начале или конце надписи; иногда рядом есть формула, которую можно перевести как "Тор да освятит", в параллель к христианской молитве "Боже, помоги душе его" на других камнях.
У молота есть свое имя — Мьёльнир. Это название является отголоском древних мифологических представлений, бытовавших, судя по всему, еще у древних индоевропейцев несколько тысяч лет тому назад. Язык индоевропейцев — предок множества языков от Исландии до Цейлона; поэтому родственные "Мьёльниру" слова можно найти, например, в валлийском и даже в далеком и очень древнем хеттском. Русские "молот", "перемолоть" и "молния" — тоже его родственники, причем идеально отражающие предполагаемый древний образ: это одновременно молот и молния, перемалывающий врагов божества грозы.
В наши дни популярности Мьёльниру еще добавил комиксовый Тор (Крис Хемсворт). Здесь перед нами довольно редкий случай, когда поп-версия довльно точно передает мифологический образ. Киношный Мьёльнир летает, как молния, и помогает Тору вызывать грозу. Единственное отличие: в мире фильмов "Марвел" молот нельзя украсть или подменить, потому что он подчиняется только Тору — и то даже Тор должен был в первом фильме доказывать свое право на оружие; никто другой не может и поднять молот. А вот в древнескандинавском мифе все было не совсем так, о чем вы узнаете из следующего материала.
👍1
Иногда на рунических камнях молот Тора занимает центральное место. Впрочем, в Скандинавии времен викингов бывали и «перестраховщики» (а может, «многостаночники»): так, одна форма для отливки позволяла изготовлять и кресты, и молоты, а на оборотной стороне другого камня символы двух религий оказались прямо рядом, вместе с неграмотной версией латинского in nomine iesu - «во имя Иисуса». А на марке Фарерских островов вождь викингов Транд из Гаты машет молотом Тора назло наступающему флоту норвежского короля, который идет с огнем, мечом и крестом.
👍2❤1
Очень Древняя Греция pinned «Грозное оружие древних богов Друзья, совместно с каналом По ту сторону вымысла мы решили подготовить серию материалов о двух родственных символах, которые обретают особую значимость в совершенно разных на первый взгляд культурах — минойского Крита и германо…»
Каменные подписи минойцев
Поскольку в следующем посте хочу поговорить об одном интересном сюжете минойских печатей, хочу напомнить о том, что это вообще такое, потому что судя по количеству прочтений ранних материалов, терпения докручивать до них хватает не у многих=)
Итак, искусство резьбы по драгоценным и полудрагоценным камням, то есть глиптика, является вторым по значимости источником информации о минойской цивилизации. А по количественному показателю найденных артефактов этот вид произведений искусства сильно опережает любые другие археологические находки на Крите.
Большое количество печатей или, как принято называть их в англоязычной терминологии, sealstones, объясняется в первую очередь тем, что они выполняли очень важную функцию и были широко распространены в минойском обществе. По сути эти маленькие геммы были эквивалентом личной подписи. Их носили на кожаном или текстильном шнурке на запястье или на шее, чтобы, например, любой мастер мог маркировать свою продукцию, подписать договор или пометить товар. Так могли «запечатываться» двери и сундуки, глиняные сосуды с вином, маслом или косметикой. Особенно распространены каменные геммы или золотые ювелирные украшения схожей функциональности были среди придворных, чиновников, высших слоев минойского общества. Это круглые, овальные, миндалевидные и даже цилиндрические геммы из разных материалов: кости, стеатита, полосатого агата, оранжевого сердолика, гематита, яшмы, халцедона, лазурита, горного хрусталя, аметиста, обсидиана и других.
Застывшая красота момента
Минойские геммы, особенно среднеминойского и позднеминойского периодов, когда мастерство резчиков достигло своего расцвета, можно назвать миниатюрными картинами, запечатлевшими важные для их обладателей темы и сюжеты. Часто они связаны с природой — это животные, растения, травы и элементы пейзажа, но также часто встречаются и сцены с участием людей – танцы, ритуалы, шествия, знаменитая тавромахия и даже сцены битв, а многие геммы испещрены до сих пор не расшифрованными иероглифами.
Камни говорят
Научное сообщество до сих пор активно изучает уже найденные геммы, в то время как раскопки поднимают на свет новые образцы. Многие изображенные на них картины позволяют нам чуть лучше понять культуру, создавшую столь удивительные произведения.
Большое количество прорисовки минойских печатей я сложила на сайте - http://knossoslab.ru/minoans/heritage/sealstones
Поскольку в следующем посте хочу поговорить об одном интересном сюжете минойских печатей, хочу напомнить о том, что это вообще такое, потому что судя по количеству прочтений ранних материалов, терпения докручивать до них хватает не у многих=)
Итак, искусство резьбы по драгоценным и полудрагоценным камням, то есть глиптика, является вторым по значимости источником информации о минойской цивилизации. А по количественному показателю найденных артефактов этот вид произведений искусства сильно опережает любые другие археологические находки на Крите.
Большое количество печатей или, как принято называть их в англоязычной терминологии, sealstones, объясняется в первую очередь тем, что они выполняли очень важную функцию и были широко распространены в минойском обществе. По сути эти маленькие геммы были эквивалентом личной подписи. Их носили на кожаном или текстильном шнурке на запястье или на шее, чтобы, например, любой мастер мог маркировать свою продукцию, подписать договор или пометить товар. Так могли «запечатываться» двери и сундуки, глиняные сосуды с вином, маслом или косметикой. Особенно распространены каменные геммы или золотые ювелирные украшения схожей функциональности были среди придворных, чиновников, высших слоев минойского общества. Это круглые, овальные, миндалевидные и даже цилиндрические геммы из разных материалов: кости, стеатита, полосатого агата, оранжевого сердолика, гематита, яшмы, халцедона, лазурита, горного хрусталя, аметиста, обсидиана и других.
Застывшая красота момента
Минойские геммы, особенно среднеминойского и позднеминойского периодов, когда мастерство резчиков достигло своего расцвета, можно назвать миниатюрными картинами, запечатлевшими важные для их обладателей темы и сюжеты. Часто они связаны с природой — это животные, растения, травы и элементы пейзажа, но также часто встречаются и сцены с участием людей – танцы, ритуалы, шествия, знаменитая тавромахия и даже сцены битв, а многие геммы испещрены до сих пор не расшифрованными иероглифами.
Камни говорят
Научное сообщество до сих пор активно изучает уже найденные геммы, в то время как раскопки поднимают на свет новые образцы. Многие изображенные на них картины позволяют нам чуть лучше понять культуру, создавшую столь удивительные произведения.
Большое количество прорисовки минойских печатей я сложила на сайте - http://knossoslab.ru/minoans/heritage/sealstones
❤2
Охота как упорядочивание хаоса
Заранее прошу прощения за схематичность повествования, тема очень широкая, и пока я просто набросаю контуры. Сцены охоты — это один из самых древних и часто встречающихся в доисторических культурах сюжетов. Наверное, большинство из вас помнит учебники по истории, главу про охотников и собирателей, иллюстрированную какой-нибудь сценой наскальной живописи со схематичными фигурками гонящихся за добычей людей с копьями. Обычное объяснение звучала примерно так: древние люди много охотились, а потому часто изображали сей увлекательный процесс.
Но мой взгляд на произведения древнейшего искусства изменился давно и бесповоротно в том числе после прочтения «Истории религий» Андрея Зубова, в которой он пытается реконструировать религиозные представления древнего человека (палеолит, неолит, мегалитическая религия). Не то чтобы я согласна абсолютно со всеми допущениями автора, но одна мысль кажется мне категорически верной: такие колоссальные по трудозатратам и эмоциональной наполненности действия, как строительство гигантских сооружений, запечатления чего-либо в виде петроглифов или коллективные «охоты» на опаснейших зверей, не совершаются просто «от нечего делать». Нет никакого рационального смысла в том, чтобы древним ирландцам строить колоссальные курганы Бруга-на-Бойне, египтянам свои Пирамиды, а жителям Чатал-Хююка городить где ни попадя свои буркании (бычьи рога).
Чем древнее общество, тем оно менее защищено и расслаблено, а силы его членов тратятся только на важное, ибо «зима близко», в смысле смерть во всех её проявлениях. Так вот, чаще всего, если мы видим в древних культурах что-то вопиюще иррациональное, значит оно было чрезвычайно важно для носителей, отражало какие-то глубокие религиозные представления, далекие от утилитарного «нашел-поймал-съел».
Зубов, например, говоря об неандертальском охотничьем культе сообщает, что памятники поклонения медведю того периода обнаружены на пространствах от испанских Пиренеев до нашего Кавказа. Питаться неандертальцы предпочитали безобидными копытными или грызунами, с помощью ловчих ям довольно безопасно могли ловить шерстистых носорогов и даже мамонтов, а вот отправиться же в глубину пещер на медвежью охоту их могли заставить иные, не связанные с пропитанием, но жизненно важные цели. Судя по тому, как обращались с останками убитых медведей, не культ медведя был следствием охоты, но охота на медведя была следствием культа.
Заранее прошу прощения за схематичность повествования, тема очень широкая, и пока я просто набросаю контуры. Сцены охоты — это один из самых древних и часто встречающихся в доисторических культурах сюжетов. Наверное, большинство из вас помнит учебники по истории, главу про охотников и собирателей, иллюстрированную какой-нибудь сценой наскальной живописи со схематичными фигурками гонящихся за добычей людей с копьями. Обычное объяснение звучала примерно так: древние люди много охотились, а потому часто изображали сей увлекательный процесс.
Но мой взгляд на произведения древнейшего искусства изменился давно и бесповоротно в том числе после прочтения «Истории религий» Андрея Зубова, в которой он пытается реконструировать религиозные представления древнего человека (палеолит, неолит, мегалитическая религия). Не то чтобы я согласна абсолютно со всеми допущениями автора, но одна мысль кажется мне категорически верной: такие колоссальные по трудозатратам и эмоциональной наполненности действия, как строительство гигантских сооружений, запечатления чего-либо в виде петроглифов или коллективные «охоты» на опаснейших зверей, не совершаются просто «от нечего делать». Нет никакого рационального смысла в том, чтобы древним ирландцам строить колоссальные курганы Бруга-на-Бойне, египтянам свои Пирамиды, а жителям Чатал-Хююка городить где ни попадя свои буркании (бычьи рога).
Чем древнее общество, тем оно менее защищено и расслаблено, а силы его членов тратятся только на важное, ибо «зима близко», в смысле смерть во всех её проявлениях. Так вот, чаще всего, если мы видим в древних культурах что-то вопиюще иррациональное, значит оно было чрезвычайно важно для носителей, отражало какие-то глубокие религиозные представления, далекие от утилитарного «нашел-поймал-съел».
Зубов, например, говоря об неандертальском охотничьем культе сообщает, что памятники поклонения медведю того периода обнаружены на пространствах от испанских Пиренеев до нашего Кавказа. Питаться неандертальцы предпочитали безобидными копытными или грызунами, с помощью ловчих ям довольно безопасно могли ловить шерстистых носорогов и даже мамонтов, а вот отправиться же в глубину пещер на медвежью охоту их могли заставить иные, не связанные с пропитанием, но жизненно важные цели. Судя по тому, как обращались с останками убитых медведей, не культ медведя был следствием охоты, но охота на медведя была следствием культа.
❤1
Охота у минойцев и микенцев
Простите за долгую преамбулу, теперь по делу. В Крито-микенской культуре мы находим множество сцен охоты: на печатях, украшениях, погребальных ларнаках и фресковой живописи, и по-моему, смысл их явно не в том, чтобы просто запечатлеть «удаль молодецкую».
Ведь охота — это всегда некая проверка на удачу, на милость богов. Мне кажется, что, отправляясь на опасную охоту вместо того чтобы просто довольствоваться мясом домашних животных или вовсе растительной пищей, человек должен верить в некий высший смысл такого риска. Наверное, это не прямое равенство типа удача на охоте=боги мне сопутствуют, но осознание собственной смертности не может не привести к подобным умозаключениям. Для критян же самым опасным и потому самым ценным с этой точки зрения противником был, конечно, бык.
Например, на шкатулке из слоновой кости из Катсамбаса (1600-1450 гг. до н.э.) мы видим сцену охоты на быка в декорациях естественного природного ландшафта, но при этом один из охотников выполняет традиционный для тавромахии прыжок через быка. То есть сцена фиксирует как раз понимание сакрального смысла «пляски с быком» как священной охоты. Похожая сцена присутствует на упоминавшемся мной кубке их Вафио, который мы можем увидеть в руках Тириона Ланистера в «Игре престолов». У микенцев же бычья охота дополняется образом охоты на не менее грозного и величественного льва или дикого кабана, как на фреске из Тиринфа.
И второй важный момент, мне кажется возможным более четко вербализировать, обратившись опять же к египетской традиции. Наверное, многие видели "Охоту на птиц в зарослях папируса" из гробницы Небамона (1390 г. до н.э.). Давайте вспомним, что в гробницах (как и на минойских глинянных гробах-ларнаках) изображались сюжеты, которые должны были помочь душе усопшего проделать свой путь к бессмертию, а значит дело здесь не просто в охоте как факте земной жизни. В Египте образ предвечных болот Ахбит описывает мир в его досотворённом, неупорядоченном состоянии и именно отсюда будет восставать видимая форма творящего божества в образе солнца. Разлетающиеся кричащие птицы, пытающиеся избежать сетей охотника – это и отсылка к образу Великого Гоготуна, декларирующему торжество жизни и победу над смертью. Но самое главное символическое значение этой сцены охоты — пленение сил хаоса, и дух умершего Небамона здесь как бы помогает солнечному божеству поддерживать космический миропорядок. Фреска с охотящейся на уток синей кошкой из #Акротири мне лично кажется созвучной этому сюжету. Особенно в контексте значения синего цвета. На картинке ниже справа – описанная выше египетская сцена, слева и на подложке – фрески из Акротири.
И последняя ремарка касательно охоты на сегодня — про Артемиду. Прообраз богини охоты мы видим в так называемой минойской «Владычице Зверей», одной из трех главнейших ипостасей великой богини, а в микенских табличках линейного письма Б уже есть вполне читаемая a-ti-mi-te, и она также, как мне кажется, намного сложнее и больше того упрощенного образа, что мы читаем в классической античной мифологии, о чем я непременно напишу позже.
#Египет #Тиринф #museum
Простите за долгую преамбулу, теперь по делу. В Крито-микенской культуре мы находим множество сцен охоты: на печатях, украшениях, погребальных ларнаках и фресковой живописи, и по-моему, смысл их явно не в том, чтобы просто запечатлеть «удаль молодецкую».
Ведь охота — это всегда некая проверка на удачу, на милость богов. Мне кажется, что, отправляясь на опасную охоту вместо того чтобы просто довольствоваться мясом домашних животных или вовсе растительной пищей, человек должен верить в некий высший смысл такого риска. Наверное, это не прямое равенство типа удача на охоте=боги мне сопутствуют, но осознание собственной смертности не может не привести к подобным умозаключениям. Для критян же самым опасным и потому самым ценным с этой точки зрения противником был, конечно, бык.
Например, на шкатулке из слоновой кости из Катсамбаса (1600-1450 гг. до н.э.) мы видим сцену охоты на быка в декорациях естественного природного ландшафта, но при этом один из охотников выполняет традиционный для тавромахии прыжок через быка. То есть сцена фиксирует как раз понимание сакрального смысла «пляски с быком» как священной охоты. Похожая сцена присутствует на упоминавшемся мной кубке их Вафио, который мы можем увидеть в руках Тириона Ланистера в «Игре престолов». У микенцев же бычья охота дополняется образом охоты на не менее грозного и величественного льва или дикого кабана, как на фреске из Тиринфа.
И второй важный момент, мне кажется возможным более четко вербализировать, обратившись опять же к египетской традиции. Наверное, многие видели "Охоту на птиц в зарослях папируса" из гробницы Небамона (1390 г. до н.э.). Давайте вспомним, что в гробницах (как и на минойских глинянных гробах-ларнаках) изображались сюжеты, которые должны были помочь душе усопшего проделать свой путь к бессмертию, а значит дело здесь не просто в охоте как факте земной жизни. В Египте образ предвечных болот Ахбит описывает мир в его досотворённом, неупорядоченном состоянии и именно отсюда будет восставать видимая форма творящего божества в образе солнца. Разлетающиеся кричащие птицы, пытающиеся избежать сетей охотника – это и отсылка к образу Великого Гоготуна, декларирующему торжество жизни и победу над смертью. Но самое главное символическое значение этой сцены охоты — пленение сил хаоса, и дух умершего Небамона здесь как бы помогает солнечному божеству поддерживать космический миропорядок. Фреска с охотящейся на уток синей кошкой из #Акротири мне лично кажется созвучной этому сюжету. Особенно в контексте значения синего цвета. На картинке ниже справа – описанная выше египетская сцена, слева и на подложке – фрески из Акротири.
И последняя ремарка касательно охоты на сегодня — про Артемиду. Прообраз богини охоты мы видим в так называемой минойской «Владычице Зверей», одной из трех главнейших ипостасей великой богини, а в микенских табличках линейного письма Б уже есть вполне читаемая a-ti-mi-te, и она также, как мне кажется, намного сложнее и больше того упрощенного образа, что мы читаем в классической античной мифологии, о чем я непременно напишу позже.
#Египет #Тиринф #museum
👍2❤1🔥1
Лабрис в Древней Греции и вытеснение матриархата
Вторая часть моего рассказа о лабрисах начнется с микенского времени. В табличке ΚΝ Gg 702 с линейным письмом B из Кноссоса уже можно прочесть da-pu2-ri-to-jo-po-ti-ni-ja. Что соответствует греческому λαβυρίνθοιο πότνια ("госпожа лабиринта"). Не буду углубляться в образ лабиринта как такового, лишь еще раз обращу ваше внимание на то, что символ переходит к микенцам как атрибут именно женского верховного божества.
Только спустя почти десять веков двулезвийный топор «прирастает» Зевсу, и на примере этого символа можно наблюдать переход от матриархата к патриархату в религиозной жизни древних греков. Зевс Лабрандей, почитаемый не только в самой Древней, но и в Лидии, Карии, Фригии, и по всей Малой Азии, удивительным образом сохраняет некоторые черты минойской богини.
Особенно этот культ процветал в Карии, в местечке Лабранда, около Миласы (монеты с вооруженным топором Зевсом оттуда – на картинке ниже), где был найден и описан и соответствующий храм.
Интересно, что Плутарх, объясняя причину наличия топора вместо перуна у карийского Зевса, говорит, что Геракл, сразив Ипполиту, захватил среди прочего её вооружения боевой топор, который затем попал в Карию и стал частью статуи Зевса. Напомню, что Ипполита — это та самая королева амазонок, которую Геракл побеждает в ходе 9-го подвига, так что и здесь через амазономахию мы видим мифическое осмысление борьбы мужского и женского во времена уже классической античности. Именно с лабрисом чаще всего и изображают Ипполиту в сценах амазономахии.
А сам Зевс из Лабранды отличается как раз своими хтоническими чертами, изначально свойственными женскому божеству. Например, Элиан говорит о происхождении имени Лабрандея от «бурного дождя», отражая одно из повсеместных воззрений на Зевса как на осеменяющую влагу. Кроме того, один из рельефов, найденных в Миласе, изображает безбородого Зевса в странном головном уборе calathos на голове (такие мы видим на женщинах в Микенах), с ожерельем на шее, с двойным топором в одной руке и со скипетром в другой, с четырьмя рядами женских грудей и с ногами, стянутыми сетчатым одеянием. Мягко говоря, необычный вид для сугубо маскулинного божества.
В Аркадии, в Тегее был найден другой рельеф: бородатый Зевс в хитоне и гиматии, с двойным топором в правой руке и с копьем в левой, с ожерельем; из-под хитона видны шесть выпуклостей, напоминающих женскую грудь. Такие же изображения Зевса с бородой и с женской грудью были найдены и во многих других местах, например, в Каппадокии.
Помните, кстати, какую богиню греки изображали многогрудой? Правильно, Артемиду Эфесскую, покровительницу амазонок. И именно в её знаменитом святилище в Эфесе в 1993 году археологи также нашли несколько бронзовых лабрисов, что по мнению ряда ученых подтверждает наличие здесь более раннего крито-микенского святилища.
Вторая часть моего рассказа о лабрисах начнется с микенского времени. В табличке ΚΝ Gg 702 с линейным письмом B из Кноссоса уже можно прочесть da-pu2-ri-to-jo-po-ti-ni-ja. Что соответствует греческому λαβυρίνθοιο πότνια ("госпожа лабиринта"). Не буду углубляться в образ лабиринта как такового, лишь еще раз обращу ваше внимание на то, что символ переходит к микенцам как атрибут именно женского верховного божества.
Только спустя почти десять веков двулезвийный топор «прирастает» Зевсу, и на примере этого символа можно наблюдать переход от матриархата к патриархату в религиозной жизни древних греков. Зевс Лабрандей, почитаемый не только в самой Древней, но и в Лидии, Карии, Фригии, и по всей Малой Азии, удивительным образом сохраняет некоторые черты минойской богини.
Особенно этот культ процветал в Карии, в местечке Лабранда, около Миласы (монеты с вооруженным топором Зевсом оттуда – на картинке ниже), где был найден и описан и соответствующий храм.
Интересно, что Плутарх, объясняя причину наличия топора вместо перуна у карийского Зевса, говорит, что Геракл, сразив Ипполиту, захватил среди прочего её вооружения боевой топор, который затем попал в Карию и стал частью статуи Зевса. Напомню, что Ипполита — это та самая королева амазонок, которую Геракл побеждает в ходе 9-го подвига, так что и здесь через амазономахию мы видим мифическое осмысление борьбы мужского и женского во времена уже классической античности. Именно с лабрисом чаще всего и изображают Ипполиту в сценах амазономахии.
А сам Зевс из Лабранды отличается как раз своими хтоническими чертами, изначально свойственными женскому божеству. Например, Элиан говорит о происхождении имени Лабрандея от «бурного дождя», отражая одно из повсеместных воззрений на Зевса как на осеменяющую влагу. Кроме того, один из рельефов, найденных в Миласе, изображает безбородого Зевса в странном головном уборе calathos на голове (такие мы видим на женщинах в Микенах), с ожерельем на шее, с двойным топором в одной руке и со скипетром в другой, с четырьмя рядами женских грудей и с ногами, стянутыми сетчатым одеянием. Мягко говоря, необычный вид для сугубо маскулинного божества.
В Аркадии, в Тегее был найден другой рельеф: бородатый Зевс в хитоне и гиматии, с двойным топором в правой руке и с копьем в левой, с ожерельем; из-под хитона видны шесть выпуклостей, напоминающих женскую грудь. Такие же изображения Зевса с бородой и с женской грудью были найдены и во многих других местах, например, в Каппадокии.
Помните, кстати, какую богиню греки изображали многогрудой? Правильно, Артемиду Эфесскую, покровительницу амазонок. И именно в её знаменитом святилище в Эфесе в 1993 году археологи также нашли несколько бронзовых лабрисов, что по мнению ряда ученых подтверждает наличие здесь более раннего крито-микенского святилища.
👍1
Forwarded from По ту сторону вымысла
В продолжение рассказа о молоте Тора есть смысл вспомнить последний фильм серии - "Рагнарек", в котором Тор и Локи действуют вместе, несмотря на недавнюю вражду. Оказывается, в настоящей скандинавской мифологии тоже есть похожий, совершенно комиксовый сюжет - "Песнь о Трюме" (или Триме) из "Старшей Эдды", в которой сюжет строится как раз вокруг молота.
Она начинается с того, что Тор просыпается и обнаруживает, что Мьёльнир пропал. Да, в оригинальной мифологии молот может поднять и злоумышленник, не только сам бог грозы. С помощью Локи Тор устанавливает, что молот похитил великан Трюм; более того, как настоящий террорист, великан теперь требует в обмен на возврат молота выкуп: богиню Фрейю в жены. Никто из богов - и прежде всего сама Фрейя - не согласен на такое, и на совете мудрый бог-вестник Хеймдалль придумывает хитрость: надо переодеть в невесту самого Тора и отвезти к великану. Пусть на пиру "невеста" попросить показать молот, ну а как только он окажется в руках Тора, все проблемы решатся сами собой.
Тора удается убедить, и вот они вдвоём с Локи отправляются к Трюму. Тот настолько уверен в победе, что легко поддаётся обману и закатывает свадебный пир. Правда, он задаёт пару вопросов наподобие "отчего у тебя такой аппетит и красные глаза?", но находчивый Локи тут же придумывает подходящие ответы: невеста восемь дней есть не могла от волненья, все только плакала. Когда же в зал торжественно вносят главный трофей - молот Мьёльнир, то, как и предсказывали боги, все заканчивается очень быстро.
Как видите, этот миф можно превратить в комикс или комедийный боевик со спецэффектами практически кадр за кадром. Настоящий роуд-муви, в котором два напарника не выносят друг друга, но должны действовать вместе; злодей, который хочет навредить богам; изрядная доза комедии и грандиозное рубилово в конце. Для нас интерес в этой истории очевиден, но для исследователей мифологии не все ясно.
Например, почему именно самый мужественный из богов должен переодеваться в женское платье? Тор сам протестует и говорит, что его "бабой окличут", а хуже этого для средневекового скандинава нет ничего. В эпоху викингов мужественность - главная ценность (заметим, впрочем, что понимается она совершенно по-дворовому, как и вообще в традиционных культурах: кто назовет меня девчонкой, тому расквашу нос). На мой взгляд, самое убедительное толкование состоит в том, что в этом и похожих сюжетах показан как бы "мир навыворот", в котором больше всего смеются над тем, что обычно больше всего уважают. Силу и власть богов такое осмеяние не подрывает, а только укрепляет.
Она начинается с того, что Тор просыпается и обнаруживает, что Мьёльнир пропал. Да, в оригинальной мифологии молот может поднять и злоумышленник, не только сам бог грозы. С помощью Локи Тор устанавливает, что молот похитил великан Трюм; более того, как настоящий террорист, великан теперь требует в обмен на возврат молота выкуп: богиню Фрейю в жены. Никто из богов - и прежде всего сама Фрейя - не согласен на такое, и на совете мудрый бог-вестник Хеймдалль придумывает хитрость: надо переодеть в невесту самого Тора и отвезти к великану. Пусть на пиру "невеста" попросить показать молот, ну а как только он окажется в руках Тора, все проблемы решатся сами собой.
Тора удается убедить, и вот они вдвоём с Локи отправляются к Трюму. Тот настолько уверен в победе, что легко поддаётся обману и закатывает свадебный пир. Правда, он задаёт пару вопросов наподобие "отчего у тебя такой аппетит и красные глаза?", но находчивый Локи тут же придумывает подходящие ответы: невеста восемь дней есть не могла от волненья, все только плакала. Когда же в зал торжественно вносят главный трофей - молот Мьёльнир, то, как и предсказывали боги, все заканчивается очень быстро.
Как видите, этот миф можно превратить в комикс или комедийный боевик со спецэффектами практически кадр за кадром. Настоящий роуд-муви, в котором два напарника не выносят друг друга, но должны действовать вместе; злодей, который хочет навредить богам; изрядная доза комедии и грандиозное рубилово в конце. Для нас интерес в этой истории очевиден, но для исследователей мифологии не все ясно.
Например, почему именно самый мужественный из богов должен переодеваться в женское платье? Тор сам протестует и говорит, что его "бабой окличут", а хуже этого для средневекового скандинава нет ничего. В эпоху викингов мужественность - главная ценность (заметим, впрочем, что понимается она совершенно по-дворовому, как и вообще в традиционных культурах: кто назовет меня девчонкой, тому расквашу нос). На мой взгляд, самое убедительное толкование состоит в том, что в этом и похожих сюжетах показан как бы "мир навыворот", в котором больше всего смеются над тем, что обычно больше всего уважают. Силу и власть богов такое осмеяние не подрывает, а только укрепляет.
👍1
Сообщение технического характера: поскольку нам с вами, друзья, выпало жить что называется «в интересные времена», приходится заранее готовить плацдармы для отступления. В случае «Очень Древней Греции» таковых три:
1. После долгих мук и сомнений я решила остановиться на Яндекс-Дзене как основной альтернативе. Почему? Это сервис мне кажется перспективным, динамично развивающимся, интересным с точки зрения архитектуры, они стараются действительно придумать что-то новое и полезное, а мне приятно тестить такого рода штуки. Там я точно буду постить всё новое и даже обязуюсь научиться делать красивые нарративы, хотя меня как филолога от этого слова до сих пор подбрасывает и представляется укоризненный взгляд и недоумение на лице Ролана Барта с его неизменной сигаретой, выпадающей от удивления изо рта.
2. Фейсбук, но вообще-то я его категорически недолюбливаю за отсутствие форматирования, в телеграме вот всегда можно прикрутить бот, а там функции настолько минимальны, что вгоняют меня в тоску. А еще фаршмачная лента, и реклама, всё это печально и совершенно неудобно.
3. Мой сайтик http://knossoslab.ru/, где я могу делать что хочу, прикрутить что хочу и вообще там у меня полная анархия и Республика ШКИД, но понимаю, что кто ж его будет открывать, чтобы прочитать пару статей в неделю, а потом по меню ползать и чего-то еще искать. Короче, пока там в основном невлезающие в посты фоточки и всякие полезности в виде научных статей для совсем уж отмороженных миноефилов.
Но еще я положу здесь на всякий случай две волшебных ссылки, по которым вы в пару кликов сможете настроить прокси для Телеграма:
• http://12345.opentg.us
• http://12345.fuckrkn.us
P.S.Ну и вы всегда можете выразить свое мнение по поводу указанных площадок, душевную боль от неудобоваримости моих материалов или одобрение оных в чате, пока он вместе с Телеграмом еще работает.
1. После долгих мук и сомнений я решила остановиться на Яндекс-Дзене как основной альтернативе. Почему? Это сервис мне кажется перспективным, динамично развивающимся, интересным с точки зрения архитектуры, они стараются действительно придумать что-то новое и полезное, а мне приятно тестить такого рода штуки. Там я точно буду постить всё новое и даже обязуюсь научиться делать красивые нарративы, хотя меня как филолога от этого слова до сих пор подбрасывает и представляется укоризненный взгляд и недоумение на лице Ролана Барта с его неизменной сигаретой, выпадающей от удивления изо рта.
2. Фейсбук, но вообще-то я его категорически недолюбливаю за отсутствие форматирования, в телеграме вот всегда можно прикрутить бот, а там функции настолько минимальны, что вгоняют меня в тоску. А еще фаршмачная лента, и реклама, всё это печально и совершенно неудобно.
3. Мой сайтик http://knossoslab.ru/, где я могу делать что хочу, прикрутить что хочу и вообще там у меня полная анархия и Республика ШКИД, но понимаю, что кто ж его будет открывать, чтобы прочитать пару статей в неделю, а потом по меню ползать и чего-то еще искать. Короче, пока там в основном невлезающие в посты фоточки и всякие полезности в виде научных статей для совсем уж отмороженных миноефилов.
Но еще я положу здесь на всякий случай две волшебных ссылки, по которым вы в пару кликов сможете настроить прокси для Телеграма:
• http://12345.opentg.us
• http://12345.fuckrkn.us
P.S.Ну и вы всегда можете выразить свое мнение по поводу указанных площадок, душевную боль от неудобоваримости моих материалов или одобрение оных в чате, пока он вместе с Телеграмом еще работает.
👍1