Приглашаем в гости! 🏠
Варя, менеджер нашей студии звукозаписи, засняла для вас самые необычные предметы, которые можно найти в офисе «Левши». А ещё это видеооткрытка для наших коллег, которые работают удаленно и скучают по офисной атмосфере. Уютно у нас всё-таки, правда? 😊

Кто ты по образованию и когда тебе в голову впервые пришла мысль стать звукорежиссером?
Я филолог, специализация — историческая грамматика русского языка. Сразу после МГУ я работала корректором, редактором, а затем решила попробовать себя в индустрии игр. Прошла онлайн-курс Антона Гашенко localization project manager и пришла на эту позицию в «Левшу». Поначалу я работала только с текстовыми проектами, а студия звукозаписи казалась таинственным местом, поэтому меня туда страшно тянуло. Когда в офис приходили актеры, они часто сидели с Ромой [главный звукорежиссер «Левши» с 2009 по 2024 год] на кухне, шутили, а я слушала их манящие голоса.
И вот мне впервые достался звуковой проект, Neverwinter, появился повод прийти на его записи. Дальше я продолжила ходить и не на свои проекты. Сначала сидела как мышка и слушала, а потом начала встревать с комментариями: где ударение поправить, где подачу, чтобы соответствовала сюжету игры, как поменять неуклюжую реплику из скрипта. В какой-то момент Рома сказал: «Ты хорошо чувствуешь, как скрипт должен звучать в игре».

Какими были твои первые шаги в обучении?
Я ходила по совету Ромы на курс по технике речи для актеров и дикторов. Это помогло мне понять, как описывать актерам задачу и давать обратную связь.
В основном же мое обучение строилось на наблюдении за Ромой и Настей, еще одним режиссером; я задавала много вопросов.
Что было сложно: первые полгода я вообще не слышала “грязи” (когда актер говорит реплику, и на ней слышны слюни, клики). В этой ситуации всегда нужен технический дубль, потому что легче не чистить эти эффекты при постобработке, а сразу переписать качественно. Рома и Саня, наш звукооператор, слышали “грязь” из огромных студийных колонок, а я нет. Но с опытом всё пришло. Теперь я замечаю такие дефекты не только в работе, но и на чужих подкастах, в речи выступающих по ТВ — это своеобразное проклятие.

Во время всего процесса обучения ты верила, что ты сможешь стать звукорежиссером, или в какой-то момент казалось, что ничего не выйдет?
У меня не было цели стать звукорежиссером. Просто всё так сложилось, и я этому рада. Я кайфовала на студии от этой магии: видишь перед собой текст, а потом талантливый актер в будке дает персонажу голос — это просто невероятно! Потом пришло понимание, как же здорово видеть результат своей работы: запускаешь игру, а там озвучка, над которой я трудилась.
Я никогда не сидела и не думала: «Стану звукорежиссером»! В какой-то момент Рома сказал: «что сидишь без дела? А ну давай управляй процессом!». Поначалу я очень боялась пропустить какой-нибудь косяк, который не пропустил бы опытный режиссер. Работала в паре с Саней и очень на него рассчитывала с технической точки зрения. А вот с художественной составляющей мне всегда было гораздо проще. Рома мне давал пример свободы: «Я художник, я так вижу, и у нас с актером есть свобода решить, как именно мы запишем реплики».

Каким был твой первый проект? Всё ли получилось?
Помню, как мы писали FIFA Online с Уткиным и Шнякиным. Строго говоря, это всё еще был Ромин проект, но я записала примерно треть материала. На этом проекте я уже чувствовала себя комфортно и уверенно, в том числе и в футбольном мире, и в работе с непрофессиональными актерами, хоть здесь речь о дикторах, которые прекрасно владеют голосом и всю жизнь комментируют спортивные матчи. Не проект, а кайф!

Есть ли какие-нибудь неожиданные навыки, которые ты получила, осваивая профессию?
Пожалуй, умение налаживать связи с людьми: строить искренние отношения с актерами, менеджерами, звуковиками. В творческих проектах очень важно, чтобы между вами не было напряжения: оно и так придет извне в виде правок, дедлайнов, дополнительных строк на дозапись. Поэтому сложные проекты от проблемных заказчиков вас объединяют.

Всегда ли одинаково легко найти с актерами общий язык, направить их так, чтобы они тебя понимали?
В основном все профессионалы. Очень редко встречаешь у человека такое эго, которое мешает услышать указания звукорежиссера. Тогда может возникнуть напряжение, негатив, который слышен в голосе. Но в основном все понимают, как устроен процесс, и когда перед вами стоит четкая задача, это помогает сфокусироваться и выдать классный результат.

С записями на каком языке тебе больше нравится работать?
Ну конечно на русском. Дело в том, что русский мы пишем на студии, а английский - удаленно, по зуму. Работу вживую не заменит ничто. Еще у нас большая база невероятно талантливых русскоговорящих актеров с огромным опытом. Русский текст проще править, менять его так, чтобы он красиво звучал. С английским языком у меня большой опыт, но это все равно не чутье нейтива. Поэтому часто на записи мне приходится просить совета у актеров-носителей, естественно ли звучит та или иная фраза на английском или других языках.

Расскажи, чем отличается запись на студии и запись по зуму.
На студии ты видишь актера, как он стоит у микрофона, как дышит, устал ли. Поэтому такая работа идет быстрее и качественнее. По зуму ты не всегда можешь рассчитывать на качество звука, который слышишь: у некоторых актеров идеально настроен сетап в их домашних студиях, а некоторые транслируют звук чуть ли не через динамик телефона, и качество совсем плохое. Ты часто не видишь волну, а это значит, что работаешь вслепую — у тебя есть только твои уши. Поэтому при работе по зуму приходится писать больше дублей на всякий случай.