Папа римский Лев IX, обеспокоенный намерениями норманнов относительно его земель, попытался объединить всех недовольных в союз и тем самым свести угрозу к нулю. Набрав воинов в германских землях, присоединив их к собственным войскам и отрядам византийцев, он повел их в битву против норманнов.
Решающее сражение состоялось 17 июня 1053 года при Чивитате. Папские войска потерпели полный разгром: массированная атака норманнских рыцарей, объединивших свои усилия по этому случаю, сотворила настоящее чудо; во главе с Робертом Гвискардом они обратили в бегство одних, уничтожили других и взяли в плен папу. Понтифик скончался через несколько месяцев, после того как признал за норманнами законные права на завоеванные ими земли. В обмен на это норманны провозгласили себя «верными слугами Святого престола». Таким образом, норманны из захватчиков превратились в защитников папства.
Решающее сражение состоялось 17 июня 1053 года при Чивитате. Папские войска потерпели полный разгром: массированная атака норманнских рыцарей, объединивших свои усилия по этому случаю, сотворила настоящее чудо; во главе с Робертом Гвискардом они обратили в бегство одних, уничтожили других и взяли в плен папу. Понтифик скончался через несколько месяцев, после того как признал за норманнами законные права на завоеванные ими земли. В обмен на это норманны провозгласили себя «верными слугами Святого престола». Таким образом, норманны из захватчиков превратились в защитников папства.
👍7❤2
Замок Кастель-дель-Монте
На холме, лежащем на высоте 540 м над уровнем моря, над западной частью плато Мурдже в Апулии, высится каменная корона. Это Кастель-дель-Монте - замок, возведенный императором Фридрихом II около 1240 года
Замок-крепость возведен в соответствии с безупречно строгой геометрической и математической планировкой.
Микеле Ското придумал для замка систему каминов и цистерн для сбора воды, расположенных таким образом, что они образуют пятиугольную звезду с пиком, устремлённым вверх. Эта гидравлическая система обеспечивала постоянное наполнение большой цистерны, располагавшейся под двором там, где находился восьмиугольный бассейн. Бассейн напоминал собой крестильную купель. Стоит вспомнить и о том, что Фридрих уделял огромное внимание очищению своего тела водой, о чем свидетельствуют документы того времени, а также - трактаты по гигиене, посвященные императору. (Схема показана на 2 фото).
Благодаря продуманному расположению замка в определенные периоды года, например, в дни солнцестояния и равноденствия, в нем создается особая игра света и тени.. В каждый фасад из прочного известняка с кварцем врезаны на уровне первого яруса одночастные окна, а второй ярус украшен двухчастными окнами, за исключением одного трехчастного. В наши дни интерьер замка, внутренний объем которого сформирован крестовыми или бочарными сводами, лишен декоративного убранства, украшавшего его в былые времена. Остались лишь следы мрамора и мозаик, большая часть которых утрачена вследствие многовекового запустения и вандализма.
Снаружи Кастель дель Монте не только оставляет ощущение замкнутости, но и закрытости от внешнего мира: в массивных башнях нет ни окон, ни дверей, и даже привычных глазу бойниц. Фасады гладкие и простые, без всяких украшений, в каждой из стен есть только два маленьких окошка, расположенных одно над другим. Примерно на середине высоты вдоль всех фасадов башен и трактов проходит карниз, который словно скрепляет башни вместе. Благодаря такой архитектуре замок выглядит устрашающим и неприступным, хотя он не является оборонительным сооружением. В Кастель-дель-Монте нет рва, вала, подъемного моста, помещений для припасов, конюшен, отдельной кухни, помещений для слуг. Замок был облицован мрамором, а убранство помещений было чересчур богатым для охотничьего «домика». Винтовые лестницы в замке странным образом закручены в другом направлении, нежели в обычных замках: не вправо, что удобнее для обороны, а влево. Маленькие комнаты замка не были приспособлены для приема большого количества гостей и пышных банкетов.
Изнутри оба яруса замка соединены через башни с винтовыми лестницами, ступеньки в которых, в отличие от других оборонительных сооружений той эпохи, идут против часовой стрелки. В связи с отсутствием коридоров некоторые ученые считают, что в старину на уровне второго этажа проходила внутренняя галерея, обеспечивавшая отдельный доступ в залы.
На холме, лежащем на высоте 540 м над уровнем моря, над западной частью плато Мурдже в Апулии, высится каменная корона. Это Кастель-дель-Монте - замок, возведенный императором Фридрихом II около 1240 года
Замок-крепость возведен в соответствии с безупречно строгой геометрической и математической планировкой.
Микеле Ското придумал для замка систему каминов и цистерн для сбора воды, расположенных таким образом, что они образуют пятиугольную звезду с пиком, устремлённым вверх. Эта гидравлическая система обеспечивала постоянное наполнение большой цистерны, располагавшейся под двором там, где находился восьмиугольный бассейн. Бассейн напоминал собой крестильную купель. Стоит вспомнить и о том, что Фридрих уделял огромное внимание очищению своего тела водой, о чем свидетельствуют документы того времени, а также - трактаты по гигиене, посвященные императору. (Схема показана на 2 фото).
Благодаря продуманному расположению замка в определенные периоды года, например, в дни солнцестояния и равноденствия, в нем создается особая игра света и тени.. В каждый фасад из прочного известняка с кварцем врезаны на уровне первого яруса одночастные окна, а второй ярус украшен двухчастными окнами, за исключением одного трехчастного. В наши дни интерьер замка, внутренний объем которого сформирован крестовыми или бочарными сводами, лишен декоративного убранства, украшавшего его в былые времена. Остались лишь следы мрамора и мозаик, большая часть которых утрачена вследствие многовекового запустения и вандализма.
Снаружи Кастель дель Монте не только оставляет ощущение замкнутости, но и закрытости от внешнего мира: в массивных башнях нет ни окон, ни дверей, и даже привычных глазу бойниц. Фасады гладкие и простые, без всяких украшений, в каждой из стен есть только два маленьких окошка, расположенных одно над другим. Примерно на середине высоты вдоль всех фасадов башен и трактов проходит карниз, который словно скрепляет башни вместе. Благодаря такой архитектуре замок выглядит устрашающим и неприступным, хотя он не является оборонительным сооружением. В Кастель-дель-Монте нет рва, вала, подъемного моста, помещений для припасов, конюшен, отдельной кухни, помещений для слуг. Замок был облицован мрамором, а убранство помещений было чересчур богатым для охотничьего «домика». Винтовые лестницы в замке странным образом закручены в другом направлении, нежели в обычных замках: не вправо, что удобнее для обороны, а влево. Маленькие комнаты замка не были приспособлены для приема большого количества гостей и пышных банкетов.
Изнутри оба яруса замка соединены через башни с винтовыми лестницами, ступеньки в которых, в отличие от других оборонительных сооружений той эпохи, идут против часовой стрелки. В связи с отсутствием коридоров некоторые ученые считают, что в старину на уровне второго этажа проходила внутренняя галерея, обеспечивавшая отдельный доступ в залы.
👍8❤2
🤔8👍7
Очень часто можно услышать тех с о том, что крестоносцы отправились в святую землю за богатствами. С целью огромной выгоды. Вот я и решил опубликовать немного фактов противоречащих данному тезису.
Так, чтобы финансировать свой поход, Готфрид Бульонский продал земли и заложил свою крепость Бульон за 1500 ливров. Роберт Нормандский отдал под залог свое герцогство и принял от своего брата 10 000 марок серебром. Раймунд Сен-Жильский, граф Тулузский, без сомнения, самый богатый из всех предводителей крестоносного воинства, тоже прибегнул к различным уступкам в пользу церквей. В целом все крестоносцы предоставляли уступки церквям и монастырям — на деле же речь шла о продажах или займах.Крестовый поход действительно обошелся участникам очень дорого. Его стоимость для рыцаря, отправившегося в Первый крестовый поход, в четыре или пять раз превышала его годовой доход . Вероятно, предводителям, имевшим на своем попечении вассалов, рыцарей, дома, пеших воинов и многочисленных слуг, пришлось пойти на гораздо большие траты. Возраставшие издержки вынуждали семью крестоносца влезать в долги, что ставит под сомнение былой тезис, согласно которому крестовый поход был удобным выходом из положения для безземельных «младших сыновей». Очевидно, что это мероприятие не было «доходным»; к тому же большинство крестоносцев вовсе не являлись младшими отпрысками в своих семьях. Сегодня все историки, занимающиеся крестовыми походами, допускают, что основными побудительными причинами крестоносцев являлись причины религиозного порядка.
Так, чтобы финансировать свой поход, Готфрид Бульонский продал земли и заложил свою крепость Бульон за 1500 ливров. Роберт Нормандский отдал под залог свое герцогство и принял от своего брата 10 000 марок серебром. Раймунд Сен-Жильский, граф Тулузский, без сомнения, самый богатый из всех предводителей крестоносного воинства, тоже прибегнул к различным уступкам в пользу церквей. В целом все крестоносцы предоставляли уступки церквям и монастырям — на деле же речь шла о продажах или займах.Крестовый поход действительно обошелся участникам очень дорого. Его стоимость для рыцаря, отправившегося в Первый крестовый поход, в четыре или пять раз превышала его годовой доход . Вероятно, предводителям, имевшим на своем попечении вассалов, рыцарей, дома, пеших воинов и многочисленных слуг, пришлось пойти на гораздо большие траты. Возраставшие издержки вынуждали семью крестоносца влезать в долги, что ставит под сомнение былой тезис, согласно которому крестовый поход был удобным выходом из положения для безземельных «младших сыновей». Очевидно, что это мероприятие не было «доходным»; к тому же большинство крестоносцев вовсе не являлись младшими отпрысками в своих семьях. Сегодня все историки, занимающиеся крестовыми походами, допускают, что основными побудительными причинами крестоносцев являлись причины религиозного порядка.
👍11❤1
Какова численность войска, собранного Боэмундом в Первом крестовом походе?
По словам Анны Комниной, он высадился на албанском берегу «вместе с многочисленными графами и с войском, ни с чем не сравнимым по величине». Сказано очень расплывчато; скорее всего, это дань стилю. Альберт Ахенский сообщил, что в войске было 10 000 рыцарей и огромное множество пеших воинов, что, возможно, преувеличено, как и все общие оценки численности средневековых армий. То же самое относится и к общей численности войск, принимавших участие в крестовом походе, — в этом случае цифры варьируются от 300 000 до 600 000 человек. Тем не менее они представляют интерес, несмотря на неточность оценок: они точны не более, чем современная статистика участников многолюдных манифестаций, расхождение в подсчетах может составлять от одного до восьми и даже до десяти человек, согласно оценочным критериям.
Цифры, используемые хронистами, никоим образом не являются воображаемыми, аллегорическими или мистическими; в них заложен очевидный информативный посыл. Неточность в подсчетах — действительно существующая — объясняется прежде всего неспособностью хронистов перевести в цифры «неисчислимые толпы», которые, к тому же, никому из них не доводилось узреть целиком. Эта неточность становится менее выраженной — или вообще пропадает, — когда хронисты рассказывают о не столь крупных воинских отрядах, которые они привыкли видеть и могли сосчитать. Еще более точными были подсчеты погибших, которых нередко пересчитывали. Таким образом, эти цифры могут оказаться полезными, однако принимать их на веру не следует.
Согласно предположению Джонатана Райли-Смита в Никее армия крестоносцев после некоторых потерь насчитывала 20 000 конных воинов, включая сержантов и оруженосцев; среди них было 5000 рыцарей, к которым стоило бы добавить и пехотинцев. Бернард С. Бахрах, напротив, оценил силы христианской армии в Антиохии примерно в 100 000 — вероятно, это завышенная оценка, если учитывать предшествующие потери.
Хронисты, безусловно, были не в состоянии подсчитать общее количество воинов в воинстве крестоносцев, но могли довольно точно воспроизвести соотношение сил между различными группами. Альберт Ахенский, указал на то, что армия Боэмунда насчитывала 10 000 рыцарей и огромное количество пеших бойцов. Соотношение между рыцарями и пехотинцами в армиях Западной Европы в целом было следующим: один рыцарь на пять-десять пеших воинов. Но крестовые походы также были и паломничеством, поэтому соотношение сил, вероятно, было иным, с перевесом в сторону пеших групп.
#познавательное
По словам Анны Комниной, он высадился на албанском берегу «вместе с многочисленными графами и с войском, ни с чем не сравнимым по величине». Сказано очень расплывчато; скорее всего, это дань стилю. Альберт Ахенский сообщил, что в войске было 10 000 рыцарей и огромное множество пеших воинов, что, возможно, преувеличено, как и все общие оценки численности средневековых армий. То же самое относится и к общей численности войск, принимавших участие в крестовом походе, — в этом случае цифры варьируются от 300 000 до 600 000 человек. Тем не менее они представляют интерес, несмотря на неточность оценок: они точны не более, чем современная статистика участников многолюдных манифестаций, расхождение в подсчетах может составлять от одного до восьми и даже до десяти человек, согласно оценочным критериям.
Цифры, используемые хронистами, никоим образом не являются воображаемыми, аллегорическими или мистическими; в них заложен очевидный информативный посыл. Неточность в подсчетах — действительно существующая — объясняется прежде всего неспособностью хронистов перевести в цифры «неисчислимые толпы», которые, к тому же, никому из них не доводилось узреть целиком. Эта неточность становится менее выраженной — или вообще пропадает, — когда хронисты рассказывают о не столь крупных воинских отрядах, которые они привыкли видеть и могли сосчитать. Еще более точными были подсчеты погибших, которых нередко пересчитывали. Таким образом, эти цифры могут оказаться полезными, однако принимать их на веру не следует.
Согласно предположению Джонатана Райли-Смита в Никее армия крестоносцев после некоторых потерь насчитывала 20 000 конных воинов, включая сержантов и оруженосцев; среди них было 5000 рыцарей, к которым стоило бы добавить и пехотинцев. Бернард С. Бахрах, напротив, оценил силы христианской армии в Антиохии примерно в 100 000 — вероятно, это завышенная оценка, если учитывать предшествующие потери.
Хронисты, безусловно, были не в состоянии подсчитать общее количество воинов в воинстве крестоносцев, но могли довольно точно воспроизвести соотношение сил между различными группами. Альберт Ахенский, указал на то, что армия Боэмунда насчитывала 10 000 рыцарей и огромное количество пеших бойцов. Соотношение между рыцарями и пехотинцами в армиях Западной Европы в целом было следующим: один рыцарь на пять-десять пеших воинов. Но крестовые походы также были и паломничеством, поэтому соотношение сил, вероятно, было иным, с перевесом в сторону пеших групп.
#познавательное
👍9
ВООРУЖЕНИЕ БУРГУНДСКОГО ЖАНДАРМА
Наступательное вооружение было прописано в нескольких указах, в частности, в Сен-Максиминском ордонансе:
«[жандармы] должны иметь длинный и легкий эсток (estoc), [копье (lance)], кинжал (couteau), висящий с левой стороны и булаву для руки (masse a une main), висящую с правой стороны».
Рассмотрим оружие жандарма в очередности, заданной процитированным документом.
Эстоком (в русскоязычной традиции – кончаром) принято именовать меч с узким и граненым (почти крестообразным в сечении) клинком, часто с S-образной крестовиной, который в качестве дополнительного оружия привешивался с левой стороны седла. Эстоком нужно было не рубить, а колоть, нанося противнику ранения через стыки доспеха и в щели между латными пластинами.
В коллекции музея Виван-Денон в Шалон-сюр-Сон хранится бургундский эсток XV в. (инв. 73.1.6), имеющий следующие параметры: общая длина 0,83 м; длина клинка 0,63 м; ширина клинка у основания 5,25 см; масса 1,007 кг. Немецкий эсток начала XVI в. из коллекция оружия Кливлендского Художественного музея (инв. 125): общая длина –156,6 см; длина клинка –125,3 см; масса –1,6 кг. Предположительно немецкий эсток первой трети XVI в. из арсенала Немецкого Исторического музея в Берлине (инв. 7403): общая длина –1,26 м; длина клинка –0,99 м; ширина клинка у крестовины – 4 см; масса –1,34 кг. Похожий меч XV в. с рукоятью «в полторы руки» хранится в Собрании оружия Лондонского Тауэра (инв. IX).
Сохранились и обычные бургундские мечи. Так, в упомянутом музее Виван-Денон экспонируется хорошо сохранившийся меч конца XIV – начала XV вв. для действия одной рукой. Общая длина оружия составляет 0,865 м; ширина клинка у крестовины 4,3 см, толщина 0,6 см. Еще один бургундский меч XV в. из коллекции музея монстыря Сен-Жермен в Осерре (инв. Y 313 X1366) имеет следующие параметры: общая длина 0,915 м; длина клинка 0,721 м; ширина клинка у крестовины 6,17 см; толщина 0,76 см, масса 0,962 кг. В Муртенском Городском музее хранится бургундский меч, захваченный в ходе Муртенского сражения (1476 г.): общая длина 1,075 м; длина клинка 0,84 м; ширина клинка у крестовины 5,1 см. Лезвия клинка по прямой сходятся к острию, что свидетельствует о том, что данный меч служил для нанесения колющих ударов . В Немецком Историческом музее хранится меч середины XV в. (инв. 1843) похожей формы: общая длина –1,185 м; длина клинка –0,915 м; ширина клинка у крестовины 3,8 см; масса 1,09 кг.
Копье являлось древковым оружием колющего действия. Древко копья имело форму вытянутого ассиметричного веретена с рукоятью (утоньшением для кистевого хвата в самом широком месте древка), иногда защищенной дисковидным металлическим щитком. Позади рукояти, в месте, где древко укладывалось на опорный крюк фокр, копье было снабжено металлической муфтой с зубцами – граппой (grappe), которая не давала древку в момент удара соскользнуть с фокра . Древко было снабжено бронебойным втульчатым наконечником с ромбовидным в сечении узким пером. Как правило, древко копья изготавливалось из ясеня (по свидетельству Коммина, итальянцы, для облегчения веса, древки копий делали полыми), а общая длина оружия в среднем составляла около 4,5 м. На марше жандармы могли везти копья в обозе или, исходя из «буквы ордонанса», доверять их пажам.
Третья часть шпалерной камеры «История Юлия Цезаря» демонстрирует пажа с копьем своего сеньора (самого Цезаря), при помощи специального ремня притороченного к стремени. Шлем сеньора, позолоченный и декорированный жемчугом, паж носит прямо на своей голове – сразу же вспоминается описанная Оливье де Ла Маршем сцена выступления Филиппа Доброго в Люксембургский поход и пажи герцога, одним из которых был сам Ла Марш, везущие (вероятно, на головах) роскошные салады своего господина.
В случае повышенной боеготовности копья держали при себе, либо вертикально, упирая вток в основание передней луки седла, либо (чаще всего), склонив их назад и положив на плечо .
Наступательное вооружение было прописано в нескольких указах, в частности, в Сен-Максиминском ордонансе:
«[жандармы] должны иметь длинный и легкий эсток (estoc), [копье (lance)], кинжал (couteau), висящий с левой стороны и булаву для руки (masse a une main), висящую с правой стороны».
Рассмотрим оружие жандарма в очередности, заданной процитированным документом.
Эстоком (в русскоязычной традиции – кончаром) принято именовать меч с узким и граненым (почти крестообразным в сечении) клинком, часто с S-образной крестовиной, который в качестве дополнительного оружия привешивался с левой стороны седла. Эстоком нужно было не рубить, а колоть, нанося противнику ранения через стыки доспеха и в щели между латными пластинами.
В коллекции музея Виван-Денон в Шалон-сюр-Сон хранится бургундский эсток XV в. (инв. 73.1.6), имеющий следующие параметры: общая длина 0,83 м; длина клинка 0,63 м; ширина клинка у основания 5,25 см; масса 1,007 кг. Немецкий эсток начала XVI в. из коллекция оружия Кливлендского Художественного музея (инв. 125): общая длина –156,6 см; длина клинка –125,3 см; масса –1,6 кг. Предположительно немецкий эсток первой трети XVI в. из арсенала Немецкого Исторического музея в Берлине (инв. 7403): общая длина –1,26 м; длина клинка –0,99 м; ширина клинка у крестовины – 4 см; масса –1,34 кг. Похожий меч XV в. с рукоятью «в полторы руки» хранится в Собрании оружия Лондонского Тауэра (инв. IX).
Сохранились и обычные бургундские мечи. Так, в упомянутом музее Виван-Денон экспонируется хорошо сохранившийся меч конца XIV – начала XV вв. для действия одной рукой. Общая длина оружия составляет 0,865 м; ширина клинка у крестовины 4,3 см, толщина 0,6 см. Еще один бургундский меч XV в. из коллекции музея монстыря Сен-Жермен в Осерре (инв. Y 313 X1366) имеет следующие параметры: общая длина 0,915 м; длина клинка 0,721 м; ширина клинка у крестовины 6,17 см; толщина 0,76 см, масса 0,962 кг. В Муртенском Городском музее хранится бургундский меч, захваченный в ходе Муртенского сражения (1476 г.): общая длина 1,075 м; длина клинка 0,84 м; ширина клинка у крестовины 5,1 см. Лезвия клинка по прямой сходятся к острию, что свидетельствует о том, что данный меч служил для нанесения колющих ударов . В Немецком Историческом музее хранится меч середины XV в. (инв. 1843) похожей формы: общая длина –1,185 м; длина клинка –0,915 м; ширина клинка у крестовины 3,8 см; масса 1,09 кг.
Копье являлось древковым оружием колющего действия. Древко копья имело форму вытянутого ассиметричного веретена с рукоятью (утоньшением для кистевого хвата в самом широком месте древка), иногда защищенной дисковидным металлическим щитком. Позади рукояти, в месте, где древко укладывалось на опорный крюк фокр, копье было снабжено металлической муфтой с зубцами – граппой (grappe), которая не давала древку в момент удара соскользнуть с фокра . Древко было снабжено бронебойным втульчатым наконечником с ромбовидным в сечении узким пером. Как правило, древко копья изготавливалось из ясеня (по свидетельству Коммина, итальянцы, для облегчения веса, древки копий делали полыми), а общая длина оружия в среднем составляла около 4,5 м. На марше жандармы могли везти копья в обозе или, исходя из «буквы ордонанса», доверять их пажам.
Третья часть шпалерной камеры «История Юлия Цезаря» демонстрирует пажа с копьем своего сеньора (самого Цезаря), при помощи специального ремня притороченного к стремени. Шлем сеньора, позолоченный и декорированный жемчугом, паж носит прямо на своей голове – сразу же вспоминается описанная Оливье де Ла Маршем сцена выступления Филиппа Доброго в Люксембургский поход и пажи герцога, одним из которых был сам Ла Марш, везущие (вероятно, на головах) роскошные салады своего господина.
В случае повышенной боеготовности копья держали при себе, либо вертикально, упирая вток в основание передней луки седла, либо (чаще всего), склонив их назад и положив на плечо .
👍8❤1