Добрый дьявол предпочитает ад обществу сварливой женщины, средневековый рассказ

Маастрихтский Часослов. Первая четверть XIV века. Нидерланды, Льеж.
Существуют средневековые предания и легенды о добром дьяволе.
Например, рассказ о том, как дьявол принял обличие человека и служил у одного купца приказчиком, которому так невероятно и во многом помог, что тот в нем души не чаял, сделал его своим наследником и выдал за него свою дочь. Однако год спустя новоявленный зять явился к своему тестю в своем подлинном обличие и сказал ему, что возвращается в ад, – лучше вечность в аду, чем жизнь хотя бы один год со сварливой женщиной!
Фигура дьявола противоречива: он - дух зла, но подчинен Богу и уже потому как божье творение не может быть абсолютно лишен положительного начала. По мысли теологов, частное зло служит победе абсолютного добра. В адресованных простонародью проповедях, exempla дьявол и бесы не только страшны, но и смешны.

Дева Мария вырывает у дьявола его контракт с Феофилом Киликийским. Инициал 'L'(evavi). Около 1240 года. Часослов де Брайлес.

Рукопись иллюстрировал (возможно не полностью) Уильям де Брель – две полностраничные миниатюры манускрипта подписаны. Уильям де Брель – один из двух английских художников XIII века, чьи работы с подтверждением авторства дошли до наших дней.
Феофил Аданский - христианский священнослужитель, который, по преданию, пошёл на сделку с дьяволом дабы получить высокое церковное положение. Его история небезынтересна потому, что является старейшим в истории договором с дьяволом и стала источником вдохновения для легенды о Фаусте.

Авторы сатир средних веков критиковали все ордены, не только военные. Жакмар Жьеле, автор «Нового Лиса», ополчается как на бенедиктинцев, так и на нищенствующие ордены, как на цистерцианцев, так и на военные ордены. Жьеле высмеивает как госпитальеров, так и тамплиеров, хотя более язвительной его критика становится в отношении последних. Храм воспринимается как орден чисто военный и занимает особое место в воображаемом мире: рыцарь Храма, особенно в куртуазных романах, считается образцом рыцаря; сочиняя своего «Парцифаля», Вольфрам фон Эшенбах вдохновлялся образами тамплиеров, когда описывал стражей Грааля.
Вновь вернулись и к уже давним упрекам: в гордыне, алчности. С именем Ричарда Львиное Сердце связывают такую притчу: решив выдать замуж трех своих дочерей, он отдает первую, Гордыню, тамплиерам и госпитальерам (историки систематически забывают о последних, цитируя эту фразу), вторую, Скупость, — цистерцианцам, а третью, Сладострастие, — бенедиктинцам.

Погребение Витовта. Иллюстрация из «Истории императора Сигизмунда»
Эберхарда Виндеке. Середина XV века.

Витовт внезапно умер 27 октября 1430 года в Троках в возрасте около 80 лет упав с коня. Его место захоронения неизвестно, что стало основой для народной легенды: Витовт вернётся в случае опасности, грозящей Литве. Сыновей у него не было, и титул великого князя литовского унаследовал Свидригайло Ольгердович, младший брат Ягайло, долгое время соперничавший с Ягайло за этот титул.

Королевство Польша во время правления Мешко II.

Проблема Польского королевства тех веков, заключалась в том, что созданная Болеславом военная монархия для успешного функционирования нуждалась в постоянных победоносных войнах, позволяющих захватить добычу — в противном случае содержание войска неподъёмным грузом ложилось на плечи населения.
В 1025 году умер Болеслав Храбрый. Королю наследовал его средний сын Мешко II. Мирное существование никак не устраивало Мешко, и он решил воспользоваться внутренними затруднениями своего западного соседа — императора Конрада II, который в это время находился в Италии, где решал проблемы коронации и сохранения своего влияния среди итальянцев. В 1028 году польская армия вторглась в Саксонию. Разорение было настолько масштабным, что, по словам хрониста, «после ухода войск Мешко трава перестала расти».

Дурак и дьявол. Около 1300. Инициал 'D'[ixit insipiens in corde suo: non est deus]: Псалом 52: "Сказал безумец в сердце своем: "нет Бога". Развратились они и совершили гнусные преступления; нет делающего добро...

Средневековая история о добром демоне

В средние века была история о «добром демоне» , а был он слугой у некоего рыцаря, помогал тому во всем и даже спас жену рыцаря от смертельной болезни, доставив ей за одну ночь из Аравии спасительное лекарство – молоко львицы; при этом он не только не вредил хозяевам, но, будучи изгнан после того, как они узнали о его бесовской сущности, отказался от жалования и просил потратить его на покупку колоколов для местной церкви.
А вот святой Седрик увидев, как бежит дьявол, держась за щеку, закричал ему: «Стой, дьявол, именем Господа заклинаю, скажи, откуда ты?» И выяснилось, что дьявол прорвался в женский монастырь и решил залезть под рясу к святой аббатисе, а та закатила ему хорошую оплеуху. И дьявол быстро бежал и при этом приговаривал: «Ну ладно, ну не хочет не надо, но зачем же сразу драться?!». Так что побороть дьявола, оказывается, можно не только различными аскетическими подвигами, можно и иначе.

Записки о Средневековье

В средневековой Европе черный цвет ассоциировался с первобытным хаосом, дьяволом и грехопадением. Темные лица и кожа грешников в иконографии олицетворяли тьму, царствующую в их душах. Иноверцев и других врагов не только изображали со смуглой, черной или даже синей кожей, но также добавляли им негроидные черты: широкий и плоский нос, толстые губы, курчавые волосы. Их духовное несовершенство выражалось через расовую инаковость.

На изображении: Кентерберийская псалтирь. Кентербери. Ок. 1200 г.

Люди XII века не боялись жизни и соблюдали библейскую заповедь: «плодитесь и размножайтесь». Ежегодная норма рождаемости составляла около 35 человек на тысячу. Многодетная семья считалась нормальным явлением для всех слоев общества. Впрочем, королевские пары подавали здесь пример: Людовик VI и Алике Савойекая, Генрих II и Алиенора Аквитанская, Людовик VII и Бланка Кастильская, произвели на свет по восемь детей каждая.

Так, в Пиккардии, как показывает исследование, количество «многодетных» (от 8 до 15 детей) семей в аристократических кругах составляло 12% в 1150 году, 30% в 1180 году и 42% в 1210 году. Таким образом, речь идет уже о значительном росте.

Иллюстрация из "Маастрихтского Часослова". Первая четверть XIV века. Нидерланды, Льеж.

«Матерь Божья, зачавшая без греха! Помоги мне грешить без зачатия!» – такая изумительная молитва одной молодой бретонской незамужней крестьянки была записана в начале Нового времени.

Друзья, сегодня приглашаю вас в увлекательное путешествие к средневековому городу и замку Освенцим. Многим город Освенцим известен лишь благодаря печальным событиям произошедшим тут во время Второй мировой войны. Однако, не многие знают, но в средние века это было независимое княжество, которое не подчинялось польской короне. Тут правили собственные князья пытавшиеся сохранить независимость своих земель, это был важный торговый центр, тут же находится одна из старейших оборонительных средневековых башен на территории Польши. За Освенцимское княжество боролись чешские и польские короли, его даже захватывали гуситы, а князь Освенцима состоял советником у самого императора Священной Римской империи!
Обо всем этом, в нашем новом видео.


Приятного просмотра:

https://youtu.be/80EwWcwZRak?si=x3XNSp_4IEP1rWnH

Святые творили чудеса, которые нам сегодня могли бы казаться смешными, но которые совсем не были смешными для тех, кого они наказывали, иногда они были просто жестокими.

Некий крестьянин из бенедиктинского аббатства не желал молиться в день святого Бенедикта, а работал, жал, и когда ему сказали, что он должен почтить святого, еще и обругал этого святого дурными словами. И что же? Тут же у него из рук выскочил серп и отрезал ему кисть руки!

Может быть менее страшное, но еще менее пристойное чудо сотворил святой Гангульф. Этот святой граф сражался с сарацинами, вел вполне достойный образ жизни, но никогда никаким аскетическими подвигами не отличался, хотя был чрезвычайно благочестив. А его подлая, неверная жена со своим любовником, кстати – монахом, его убила. Когда тело его на носилках несли хоронить, уже начали твориться всякие чудеса: парализованные начинали двигаться, слепые видеть. И вот служанка, будучи сему свидетельницей, прибежала к неверной жене и сказала: «У нас погиб святой!».

Жена же ответила: «Святой из него как из моей задницы». Однако этот святой сотворил-таки чудо: ежегодно, в тот самый день, когда он был убит, его неверная жена могла разговаривать только тем отверстием, которое было упомянуто выше!

Литовское государство в 13–15 веках.

Примерно на рубеже XIII–XIV ве­ков утвер­ждается новая династия, которая по имени одного из своих представите­лей, княжившего в первой половине XIV века, князя Гедимина, получила имя Геди­миновичей. И при первых князьях этой династии, при том же Гедимине в част­ности, в составе Литовского государства оказались земли современной Белорус­сии — Полоцкая, Витебская, Менская (то есть, говоря по-современному, Мин­ская). Судя по всему, в орбиту литовского влияния в той или иной степени попал и Киев, уже к 1331 году. Ну а в 1340 году пресеклась по женской линии династия галицко-волынских князей, это положило начало многим десятиле­тиям борьбы между Литвой, Польшей и Венгрией за галицко-волынское на­следство.
Приобретения продолжили сыновья Гедимина, прежде всего на Руси действо­вали Ольгерд и его брат Кейстут. И эти приобретения были сосредоточены глав­ным образом в чернигово-северских и смоленских землях.

В средние века, до 6—7 лет ребенок воспитывался няньками. Его занятия состояли из различных игр, таких, как прятки, жмурки, чехарда и т. п. и игрушек: шарики, кости, бабки, волчки, деревянные лошадки, тряпичные и кожаные мячи, куклы с двигающимися ручками и ножками, выструганные из дерева, миниатюрная посуда.
Похоже, что в Средние века взрослые проявляли определенное равнодушие к маленькому ребенку. Лишь в немногих документах и литературных произведениях можно встретить изображение родителей, очарованных, умиленных или взволнованных действиями своего потомства, не достигшего возраста обучения.

Кролики ловят, казнят охотника. Смитфилдские декреталии, Лондон, Англия, 1340-е года.

В реальной жизни кролики и зайцы — послушные животные, чаще всего они бедные жертвы. Но на декорированных полях средневековые художники часто изображали «мир, перевернутый вверх тормашками», где роли меняются местами и невозможное становится нормой. Итак, тут кролики — охотники, одержимые желанием наказать любого, кто совершил преступления против них.

Пожалуй, самый сложный пример темы кролика-убийцы можно найти в Смитфилдских декреталах, созданных в Лондоне в 1340-х годах. Эта рукопись содержит несколько серий маргинальных сцен, в которых истории разворачиваются на последовательных страницах, как в комиксе. В этой серии сцен мы видим, как группа гигантских мускулистых кроликов жестоко мстит охотнику. Сначала лучник-кролик стреляет охотнику в спину, затем кролики связывают его и тащат на суд к судье-кролику. После вынесения обвинительного приговора безжалостные кролики утаскивают охотника и обезглавливают его.

Иллюстрация из "Маастрихтского Часослова". Первая четверть XIV века. Нидерланды, Льеж.