Вплоть до XIII века никто самозванно не присваивал себе звания «дворянин» («благородный»). В этот термин (употребляемый, кстати, почти всегда в форме прилагательного, а не существительного) церковные источники вкладывали в высшей мере моральное содержание, почти синонимичное с «респектабельностью» и «престижем». В глазах клириков, этих составителей юридических актов, самое в человеке главное — его отношение к Церкви. От аристократических фамилий ожидалось: поведение примерное, поступки похвальные, пожертвования щедрые, оказываемое Церкви покровительство — энергичное и действенное. Сама святость, казалось, искала удобного случая, чтобы распуститься благоуханным цветком именно в аристократических семьях, «благородных» уже в силу этого свершившегося факта. Она затем передавалась и боковым линиям родства, менее престижным, а потому — в несколько ослабленном виде . Итак, благородство — это моральное качество, которое представляется у аристократии естественным, почти даже врожденным.

После проведения всех инженерных мероприятий (полная блокада замка, проведение траншей для осушения рвов и закладки мин) осаждающие войска обычно предпринимали попытку штурмом взять стены через проделанные артиллерией или минами бреши или через разрушенные ворота. Иногда прибегали к приступу с использованием штурмовых лестниц и осадных башен. В обоих случаях для прикрытия идущих на штурм солдат использовались передвижные башни и щиты – «кошки» и мантелеты (mantelets). За ними скрывались пушки, а также лучники и арбалетчики которые подавляли своим огнем действия вражеских стрелков.

Вот как выглядит такая тактика в описании штурма Нейса (1474-75), оставленном Христианом Вирстрайтом:

"«В первое воскресенье декабря произошло тяжелое столкновение перед Главными воротами: враги наступали и катили пред собою тяжелую «кошку»; и при том они были хорошо вооружены. Ровная местность позволила им подвести «кошку» к засыпанному рву перед бульваром, который возвышался перед Нейсом. <…> Они продвигались вперед ко рву, дабы, таким образом, захватить бульвар. <…> На бульваре и куртинах нейсцы потрясали оружием, подобные могучим медведям; [бургундская] пехота неуклонно и смело наступала, прикрываясь «кошкой». Говоря по правде, сражение там началось с обеих сторон беспощадное, открытый бой. <…> Нейсцы немедля схватили солому, огонь и факела, дабы поджечь «кошку» и щит. Выстрелы попадали в головы, в мозги, в шеи и животы. Отовсюду раздавался сильный грохот боя. Гремели трубы, и все, кто был с обеих сторон, бросались в битву – много славных пало на траву. Немедленно нейсские мужи устремились в контратаку: энергичным приступом они подожгли «кошку». Враги смело держались под мощным натиском у «кошки», и сие вызывало удивление, ибо они пребывали в тяжелом положении, поскольку «кошка» опасно горела. Посреди этих боевых действий, в то время, пока враги приветствовались выстрелами и огнем, нейсские военные слуги укрывались неподалеку, в пороховой мельнице, что между воротами и местом атаки. Ах, там 7 [из них] были разорваны выстрелом на много кусков! Жаль, что они, таким образом, пролили кровь; кроме них, я полагаю, еще 12 смелых товарищей остались в тот день на поле боя: это явилось тяжким ударом для добродетельных жителей Нейса. И все же, несмотря на такие потери, они в конце концов одержали победу, и враги вынуждены были после этого оставить ров »."

цит. по Куркин А.В.

Благородство — это такое наследственное свойство, которое получается и передается вместе с кровью. По общепринятому взгляду, благородными рождаются, но не становятся. По какой же линии благородство передается? По этому вопросу консенсус среди ученых отсутствует. Л. Веррьест и, с некоторыми оговорками, Л. Женико высказываются в том смысле, что благородство передается по женской линии. Большинство историков придерживаются противоположной точки зрения, отстаиваемой с разной мерой категоричности. «Средневзвешенное» мнение сводится к следующему: отцовская линия начинает преобладать над материнской, теснит и в конечном счете подавляет ее в ходе процесса милитаризации аристократии; с середины XI века аристократия становится полностью военной, а потому термин miles (лат. «воин», но только в ед. ч.!) и термин nobiles (лат. «благородный» ) и по объему, и по содержанию совпадают, становятся синонимами .