Болеслав Храбрый

Дорогие подписчики, решил сделать рубрику средневековых правителей Польши. Про первого правителя Мешко наверное всем известно, именно при нем произошла христианизация Польши.

Болеслав был сыном Мешко I и Добравы. Он родился в 966 или 967 году. Когда он был ребенком, его отдали в заложники императорскому двору Священной Римской империи, он соприкоснулся с большой политикой и научился искусству управления государством.

В 992 году он стал преемником своего отца и объединил земли, разделенные между его сводными братьями. По его инициативе чешский епископ Войцех взял на себя миссию христианизации язычников в Пруссии. Однако, она закончилась убийством миссионера, тело которого купил Болеслав, причем вес выплаченного золота равнялся весу мощей великомученика, и похоронил в Гнезно. Вскоре епископ был канонизирован, а его могила стала местом посещения многих верующих.
Культ мученика поднял авторитет Церкви в Польше. В 1000 году император Оттон III совершил паломничество в Гнезно. Его визит имел прежде всего политическое значение. Для князя Пястов Гнезненский съезд стал возможностью продемонстрировать внешнему миру мощь и богатство Польши.

Затем Болеслав был символически коронован императором. Результатом Гнезненского съезда стало учреждение Гнезненского архиепископства и трех новых епископств: в Кракове, Колобжеге и Вроцлаве.

Дружеские отношения с империей были прерваны смертью Оттона III в 1002 году. Болеслав, воспользовавшись кризисом, вызванным этим событием, захватил Мейсен, Лужицу и Мильско. Год спустя он расширил свою власть, включив в состав королевства Чехию. Растущая мощь государства Пястов обеспокоила нового императора Генриха II, который дошёл до Познани со своей армией.

Наконец, в 1018 году конфликт завершился Будишинским миром. По Будишинскому миру император уступал Польше Лужицы (Лужицкая марка, Лаузиц) и признавал власть польского князя над Моравией. Болеслав I в свою очередь отказывался от притязаний на Маркграфство Мейсен.

После окончания войны с Германией Болеслав организовал экспедицию на Русь и занял Киев. Легенда гласит, что, ударив в Золотые ворота Киева, он сломал лезвие своего меча. Поэтому меч назвали Щербец – знак королей династии Пястов.

Кульминацией правления Болеслава стала его коронация королем Польши. Он умер вскоре после этого, 17 июня 1025 года. Прозвище Храбрый, было дано ему во время правления его сына Мешко II.

Будет либо хорошо, либо плохо. Средневековые предсказания краковских астрологов

Краков рубежа XV и XVI веков славился астрологическими предсказаниями. Они были одними из самых популярных печатных изданий и приносили печатникам огромную прибыль. Их начали составлять, первоначально в рукописном виде, в середине XV века, когда в Краковском университете открылась кафедра астрологии.

В обязанности профессора, возглавлявшего кафедру, входило составление трех ежегодных прогнозов. Первым был профессиональный прогноз для специалистов — астрономов и астрологов, который содержал бы ссылки на признанные научные авторитеты. Второй прогноз был адресован членам коллегии университета, а также городскому совету Кракова. Третий был предназначен для всех остальных, куда более многочисленных необразованных читателей. Все прогнозы должны быть схожими в общих деталях. Подробные рекомендации для их составления содержались в документе под названием «Инструкции для профессора астрологии, а также одобрение увеличения оплаты этой должности, произведенное Матвеем Меховским».

Старейшим прогнозом считается латинский альманах (то есть календарь) Calendarium cracoviense за 1474 год. Его издал немецкий печатник Каспер Штраубе, который обосновался в Кракове. Первоначально издания подобного типа выходили на латинском и немецком языке, а также — для нужд южного соседа — на чешском. Со временем они стали выходить и на польском языке. Польский ученый XVI века Миколай Прокопович объяснял это необходимостью того, чтобы и «обычный польский человек мог читать знамения небес».

Авторами прогнозов становились как выдающиеся краковские мастера, так и анонимные члены Краковского университета. Огромной популярностью пользовались произведения Яна Глоговчика, Михала Фалькенера из Вроцлава, Валентина из Зелена-Гуры и Станислава Былицы из Олькуша. Даже выдающийся астроном XV века — Войцех Брудзевский — составлял прогнозы на 1487 и 1488 года. Последний сохранился до наших дней в списке Стефана Росслейна из Аугсбурга, который учился в Краковском университете и, вероятно, был учеником астронома. Такова же ситуация с великим астрономом Николаем Коперником, который оказался автором альманаха на 1536 год.

Альманахи предоставляли в основном метеорологические прогнозы. В них подробно описывалось расположение отдельных небесных тел и общие свойства погоды в данном году. Затем давалось описание четырех сезонов и двенадцати месяцев. Предсказание Миколая Прокоповича на 1528 год гласит:

(...) Новолуние в пятницу перед днем св. Бенедикта принесет после 19-го и 20-го сухие, ветреные и ранние летние дни. Но сперва тепло прервут небольшие облака. В воскресенье с утра заморозки, после этого будет ранний летний день, но в понедельник пойдут холодные дожди с градом, затем придут ранние летние дни, но иногда будет ветрено. В день Благовещения Пресвятой Богородицы облака принесут холодный дождь. Град и снег продлятся в течение трех дней.

Еще одной, чрезвычайно важной группой советов, включенных в предсказания, были консультации медицинского и гигиенического характера. Они были ключевым элементом не только обширных альманахов, но и календарей, — по той причине, что вера в связь медицины с астрологией была распространена в соответствии с действующей с античных времен теорией макро- и микрокосмоса. За основу всех соображений бралась гуморальная теория. Она заключалась в том, что в теле человека текут четыре основные жидкости (гуморы), которые подвержены влиянию планет. Расположение небесных тел определяло, когда и какие лекарства следует принимать (а каких следует избегать) чтобы выздороветь.

В первом изданном на польских землях календаре на 1474 год автор сосредоточился на указании оптимальных дат для кровопускания. Эта процедура рассматривалась как универсальное лечебное средство, возвращающее «баланс жидкостям». Эти советы были расписаны по месяцам и ориентировались на календарь церковных праздников.

«Мадонна с Младенцем и святыми Домиником и Ауреей»

Автор триптиха — Дуччо ди Буонинсенья, человек, известный не только своими художественными достижениями (он приумножил славу сиенской школы и объединил в своей работе достижения византийской и готической традиции), но и скандальным характером и многочисленными штрафами — за занятия магией, отказ служить в армии и платить налоги. Он написал десятки изображений Мадонны — покровительницы Сиены. На номинированном триптихе, который датируют 1312–1315 годами, кроме Мадонны с Младенцем в окружении четырех ангелов изображены святые Доминик и Аурея; отдельного упоминания заслуживает ультрамариновая накидка Мадонны — источником этого пигмента был минерал лазурит, который в то время добывался только в Бадахшане (современный Афганистан); добывали его в небольших количествах, сам процесс очистки и экстракции был очень трудоемок, везти было далеко, поэтому стоил ультрамариновый пигмент страшно дорого и использовался только для самых драгоценных частей картин и икон.

В январе 1315 года, в присутствии многочисленных студентов-медиков и зевак в Болонье 45-летний хирург, врач в третьем поколении и университетский преподаватель Мондино де Люцци впервые осуществил публичное вскрытие трупа, за что был назван «реставратором анатомии».

По некоторым сведениям, процедура происходила под музыку, для нее специально сооружали деревянные помосты — вероятно, тогда появилось выражение «анатомический театр».

Операция была сделана с разрешения Ватикана, в качестве объекта исследования был использован труп женщины, казненной за преступление. Де Люцци стал первым, кто сделал изучение анатомии и вскрытие частью медицинского образования: спустя год он написал первый учебник по анатомии, который на протяжении почти трех веков был главным источником сведений о строении человеческого тела. В нем, в частности, утверждается, что части тела различаются по степени благородства и должны исследоваться в строгой иерархии: начинать резать следует с желудка как с наименее благородного.

В средние века общая система судопроизводства и материального права предусматривала в отношении представителей разных национальностей различные процедуры. Так, например, единая юстициарная система, с общей концепцией свидетельских показаний, могла тем не менее лишать некоторых граждан права выступать свидетелями в суде на основании их национальной принадлежности. Примером могли бы служить те версии закона Любека, которые запрещали славянам быть в суде свидетелями по делам, связанным с физическим насилием или нарушением общественного порядка, или существовавшее во французской Морее правило, что «сервы-греки не могут свидетельствовать против вассала по уголовному делу об убийстве или увечьях».
В последнем случае налицо сочетание этнической и социальной дискриминации. С другой стороны, мог иметь место и более широкий дуализм, когда для каждой этнической группы действовала своя система судопроизводства и материального права.

Такой тип юстиции существовал, например, в городе Толедо, отвоеванном у мусульман в 1085 году. После этого Толедо имел самостоятельные правовые режимы в отношении всех трех основных этнических групп христиан, отныне населявших город. Мосарабы, арабоязычные христиане, которые либо жили в Толедо при мусульманах, либо пришли туда из других исламских государств Пиренейского полуострова, в 1101 году получили хартию прав от Альфонса VI Кастильского. Этот документ был адресован «всем мосарабам Толедо». Тот же король жаловал права кастильским переселенцам и франкам, то есть иммигрантам из-за Пиренейского хребта. Правда, эти документы известны только по более поздним ссылкам и ратификациям. Адресовались они «всем кастильцам города Толедо» и «вам, всем франкам Толедо». Таким образом, судебно-правовая жизнь великого города Реконкисты была несомненно отмечена наличием трех этнически четко очерченных групп, каждая из которых имела свой закон.

Поводом для издания Альфонсом VI хартии 1101 года в отношении мосарабов стала прокатившаяся по городу волна имущественных тяжб. Они, повелел монарх, подлежали четкому разрешению в судебной комиссии, в которую входили как мосарабы, так и кастильцы. Значение этого документа, однако, состоит в том, что в нем сформулированы также некоторые положения фундаментального и непреложного характера. Мосарабам гарантировалась их земельная собственность, которая отныне могла свободно отчуждаться; их педитам (pedites), то есть беднякам, служившим в пешем войске, гарантировалась социальная мобильность и освобождение от всех податей кроме королевских. Режим судопроизводства регламентировался двумя статьями, касавшимися судебных исков и прошений. Первая, особенно важная, не оставляет места для двусмысленных толкований: «если между ними возникают судебные разбирательства, дело подлежит рассмотрению в соответствии с древней Книгой Судей». Речь идет о книге Liber iudiciorum, или Fuero Iuzgo, кодексе законов, датируемом еще временами независимого вестготского королевства в Испании и содержавшем своего рода комбинацию римского и германского права. Довольно необычным здесь является и то обстоятельство, что различия в судопроизводстве в отношении разных этнических групп регламентировались ссылкой на письменный кодекс. Признавая, что законы мосарабов — это законы Книги Судей, Альфонс VI одновременно устанавливал для мосарабов равные с «проживающими в Толедо кастильцами» размеры денежных штрафов, которые надлежало взимать в соответствии с «положениями хартии кастильцев». Судя по всему, льготный порядок взимания штрафов и податей в равной степени распространялся и на романское, и на арабоязычное население, при том, что у последнего был свой, специфический для данной этнической группы кодекс материального и процессуального права.

Процедурные вопросы, такие, как судопроизводство в смешанных делах, надлежащая форма судебной присяги или доказательства, вопрос приемлемого свидетельства или языка судебного иска, решались не по принципу справедливости, а исходя из реального соотношения сил между этническими группами.

В 1315 году Раньери ди Заккария из Орвьетто, наместник короля Роберта во Флоренции, официально подтвердил декрет, согласно которому Данте Алигьери изгнан навечно из родной Флоренции — а если он вздумает вернуться, его ждет смертная казнь. Надежды Данте на возвращение домой рухнули.

Родители Данте происходили из почтенного дворянского рода и принадлежали к партии гвельфов, выступавшей против власти германских императоров. Это во многом предопределило политические воззрения самого Данте. Едва достигнув совершеннолетия, он стал принимать активное участие в военных предприятиях флорентийской коммуны и сражался на стороне гвельфов. В январе 1302 года Данте был приговорен к изгнанию по сфабрикованному обвинению во взяточничестве, должностных преступлениях и сопротивлении папе и Карлу Валуа и был вынужден покинуть родной город навсегда. Разлуку с Флоренцией Данте переживал всю оставшуюся жизнь — именно благодаря ей мы знаем фразу «горек хлеб изгнания». Он скончается в Равенне в ночь с 13 на 14 сентября 1321 года.

В средние века супружеские пары прибегали к самым разным позам во время секса. Нормой считалась миссионерская поза. Трактаты о сексуальном грехе, которые предназначались для мирян, для приходских священников, которые должны были наставлять их, или для юристов, которые обсуждали все эти вопросы в теории, считали любые другие позы противоестественными даже у супружеской пары.

Вильгельм Перальд в своем влиятельном трактате о грехе, на котором были основаны многие пасторские работы, различал грех против природы «в отношении формы» (любой сексуальный контакт, кроме вагинального) и против природы «в отношении сущности» – например, когда женщина находится сверху. Судя по литературным текстам, позиция «мужчина сверху» была более-менее синонимична половому акту. В одном из фаблио, когда мужчина шпионит за женой и видит, как она ему изменяет, он видит ее зад, хотя священник сверху: значит, такая позиция совершенно не означала, что женщина должна лежать на спине. Иудейская традиция также рассматривала миссионерскую позицию как нормативную. В «Алфавите Бен-Сиры», созданном в IX или X веках, рассказана история Лилит, первой жены Адама, которая бежала из Эдема и стала демоницей, поскольку Адам отказался заниматься с ней сексом, когда она сверху.

Столько разных текстов подчеркивают тот факт, что в сексе приемлема только миссионерская позиция, что мы можем заподозрить, что некоторых нужно было в этом убеждать. Среди всего прочего супружеские (или другие) пары могли предпочитать позицию «женщина сверху» потому, что они верили, что в такой позиции сложнее зачать ребенка. В покаянной книге Бурхарда Вормсского (XI век) было указано, что если муж занимался сексом с женой «сзади, по манере собак» или во время ее беременности или менструации, ему следовало поститься десять дней – столько же, сколько полагалось поститься за мастурбацию или блуд, если мужчина неженат. Наказание было вдвое строже за секс с беременной женой, если ребенок уже толкался: следовательно, запрет может быть отчасти связан с опасением навредить ребенку, но связь запрещенных позиций и времени, когда зачатие невозможно, указывает на то, что основной причиной было желание избежать секса ради удовольствия. сексуальная активность, которая не могла привести к зачатию детей – оральный и анальный секс, мануальные ласки – были христианам строго запрещены. Однако в отличие от позиции «женщина сверху» эти практики редко упоминались в контексте брачных отношений (даже в инструкциях о темах, подлежащих цензуре). Пенитенциалы раннего Средневековья представляют собой редкий пример текстов, которые порицают оральный секс, но при этом они не упоминают его участников (или даже их гендер). В сообщении о беременности, наступившей «содомистским образом, посредством пролития семени, а не введения инструмента» (возможно, имеется в виду анальный секс, но это не факт) речь идет не о чьей-то жене, а о монахине. Пенетрация может быть либо анальной, либо между бедер, но не оральной: оральный секс в Средние века, судя по всему, был весьма туманной концепцией.

Казимир I Восстановитель

После смерти Болеслава Храброго его сын Мешко II стал королем Польши и немедленно провел коронацию. За время его правления территориальные завоевания его предшественника были сведены на нет. Сам король был вынужден бежать за границу при драматических обстоятельствах. Вернувшись из ссылки, он взял на себя задачу восстановления государства. Однако его внезапная смерть в 1034 году помешала ему осуществить свои планы. В стране царил хаос, которым воспользовался чешский князь Бретислав, вторгшись в Польшу. Он разрушил Гнезно и увез мощи святого Войцеха в Прагу. Он также подчинил себе Силезию.

Император Священной Римской империи Генрих III, обеспокоенный ростом могущества Богемии, оказал вооруженную помощь сыну Мешко II Казимиру Справедливому (род. 25 июля 1016 г.). Из-за языческого бунта и мятежа знати князь Казимир ранее находился в изгнании в Венгрии и Германии. После вторжения Бжетислава он вернулся в страну во главе отряда из полутысячи немецких рыцарей. Он захватил Великую Польшу и Малую Польшу, а после того, как узрил, что Гнезно и Познань в руинах, сделал Краков столицей государства. Положение князя укрепилось женитьбой на Добронеге (в 1041 г.), сестре великого князя киевского Ярослава Мудрого. Благодаря поддержке своего зятя Казимир отобрал Мазовию у Мецлава, а затем восстановил правление Пястов в Восточной Померании.

Казимир, помимо восстановления территории своего государства, приступил к укреплению центральной власти. Всю страну он разделил на провинции, образовавшиеся вокруг крупнейших городов-крепостей, во главе которых поставил зависимых от него кастелянов. Кроме того, он восстановил вооруженные силы. Он также занимался восстановлением церковной организации. Хоть он и не воссоздал архиепархию в Гнезно, но восстановил прежние епископства. За заслуги в восстановлении страны его прозвали Восстановителем. Он умер 19 марта 1058 года.

Про предыдущего правителя Польши Болеслава Храброго можно прочесть здесь.

В средние века этническая принадлежность определялась не только нравами и языком, но и системой права. Принцип «персонифицированного права», когда независимо от области проживания и подчинения конкретному господину или правителю люди руководствовались теми или иными законами, готскими, франкскими или римскими, по принципу этнической принадлежности, был характерен не только для Раннего Средневековья. Он продолжал действовать на протяжении всего Высокого Средневековья и в первую очередь, конечно, в этнически неоднородных регионах. Четко детерминированный правовой статус был одним из способов осознания или формирования этнической самобытности.

Когда Собеслав II Чешский в 70-х годах XII века установил в специальной хартии особые права немецких жителей Праги, он мотивировал это обособление рассуждениями такого рода: «Точно так же, как немцы отличаются от чехов по национальности, так же они должны отличаться от чехов и законами своими и обычаями».

На границах Пруссии, Польши и Померании было заведено правило, что «если приезжающие сюда надолго либо проездом подлежат суду за любое преступление либо в связи с заключенным здесь договором, то они должны быть судимы по польскому обычаю, если поляки, и по немецкому обычаю — если немцы, в соответствии с практикой, существующей на земле Пруссии».

В регионах, где соседствовали разные этнические группы, отправление правосудия было деликатным моментом. В эпоху Высокого Средневековья в большинстве областей латинской Европы существовало по меньшей мере одно этническое меньшинство с обособленным правовым режимом — иудеи. Имелись специальные положения в отношении права иудеев возбуждать иски или давать в суде показания, точно оговаривавшие характер свидетельских показаний, необходимых для доказательства их обвинений либо для осуждения их самих, и форму присяги, которую они должны приносить в суде. Такие порядки не всегда носили дискриминационный характер, но неизменно исходили из разного подхода к представителям разных религиозно-этнических групп.

На границах латинского мира, где различные этнические общности повсеместно образовывали не замкнутые меньшинства, а многочисленные группы, можно было встретить еще более выраженный этно-правовой плюрализм. В завоеванных и заселенных регионах наподобие Испании или кельтских областей реальными были опасения, что господствующая этническая группа изменит на свой лад и в свою пользу механизмы правосудия. В королевствах Восточной Европы коренное население опасалось, что находящиеся в привилегированном положении колонисты могут уклоняться от строгих местных законов. И даже тогда, когда в общественном устройстве наблюдалось фактическое равновесие разных этнических групп, в унаследованном ими материальном и процессуальном праве сохранялись ощутимые различия.

Решение этих проблем определялось местными особенностями и конкретными историческими условиями, а значит, несмотря на то важное значение, какое национальный фактор всегда имел для правовых режимов в периферийных районах Европы, конкретная его роль могла быть очень различна. Иногда законы были равны для представителей любой национальности, что было прямо зафиксировано в документах. Так, в хартии, сопровождавшей основание нового города Зальцведеля в 1247 году, владетели города провозглашали: «мы желаем, чтобы кто бы ни пришел жить в этот новый город, будь то немецкие крестьяне или славяне, наши или чьи-либо еще держатели, по всем выдвинутым против них обвинениям являлись и держали ответ перед городским судьей».

В арагонском городе Дароке местные порядки предусматривали, что «христиане, иудеи и мусульмане руководствуются единым законом в делах, касающихся телесных повреждений и исков».

Как конвертировать средневековые деньги в современные?

20 000 пражских грошей в обмен на отказ люксембургцев от претензий на польскую корону в пользу основной линии династии Пястов в 1335 году. 50 000 флоринов заплатил Владислав Ягайло за покупку земли Добжинь у тевтонских рыцарей в 1405 году. И 100 000 флоринов выкупа, который должны были заплатить сами Тевтонские рыцари в результате Великой войны и поражения под Грюнвальдом. Что означали все эти суммы? Сколько вы могли бы купить за них? И можно ли их выразить простым способом в современных денежных единицах?

Историки любят разбрасываться подобными цифрами приведенными выше. Обычно они отмечают, что речь идет о значительных, даже впечатляющих суммах. Однако более подробные комментарии встречаются редко. И неудивительно. Деньги в Средние века были не такими, как сегодня, они имели явно иную функцию.

Это были еще не те времена, когда все товары и всякая деятельность выражались в валюте. В конце эпохи использование монет было, конечно, широко распространено, и делать покупки на городском рынке без звона металлических монет было практически невозможно. В эпоху позднего средневековья также были хорошо известны дневная и годовая заработная плата. Однако целые сферы жизни по-прежнему функционировали в отрыве от денег.

Оброк или дань также выплачивались натурой, а вознаграждением могли быть не только монеты, но и место в палате, еда, куски белья. Более того, труд был ключевой валютой, часто более важной, чем серебро.

Например, когда король устраивал свадьбу или другое грандиозное торжество, он не тратил целое состояние на покупку еды, а призывал своих подданных и слуг на большую охоту, участие в которой было обязательным... и бесплатным.

Кроме того, типичный дворянин не покупал продукты на рынке, а требовал их от крестьян, живущих в его имениях. Также феодал требовал обрабатывать его землю, собирать урожай, добывать топливо из его леса, ремонтировать его амбары и охранять его зернохранилища. Все это зачастую только в обмен на право жить на своей земле.

В средние века статус демонстрировался посредством большого количества услуг – не обязательно платных! На самом деле, даже князья и короли, например, из 11 века жили гораздо более аскетично, менее комфортно и просто, чем люди, которые сегодня в Польше зарабатывают среднюю зарплату по стране.

Вся эта аргументация приводит к одному неопровержимому выводу: точная конвертация средневековых денег в современные попросту невозможна, независимо от используемого метода.

Это, однако, не означает, что любые расчеты совершенно бессмысленны. В поисках ответов на вопросы о средневековых ценах и суммах необходимо помнить, что раньше означали деньги и какую роль они играли.

Поскольку средневековые монеты чеканились из серебра и золота, иногда предпринимаются попытки рассчитать их стоимость, исходя из цены содержащихся в них драгоценных металлов. Однако это неправильный путь.

Уже в средние века деньги были во многом абстрактным платежным инструментом, их стоимость менялась не только в зависимости от содержания металла, но и от доверия населения, решений властей и принятой торговой практики.

В свою очередь, дорогие металлы сегодня являются спекулятивным инструментом, их стоимость может увеличиваться и уменьшаться даже на десятки процентов из-за рыночных потрясений или изменения мировой экономической ситуации.

Тот факт, что в 2004 году золото стоило 300 евро за унцию, а в конце 2023 года уже 1900 евро, ничего не говорит о внутренней ценности этого металла.

Важность денег фактически выражалась в том, что за эти деньги можно было купить в данный момент.

Имея счета и документы той эпохи, мы можем, например, констатировать, что за 100 000 флоринов, которые Тевтонские рыцари согласились заплатить Владиславу Ягелю в 1411 году, в средневековом Кракове можно было купить 155 000 баррелей пива, 42 000 волов или более полумиллиона возов древесного угля.

В учебниках истории можно встретить немало подобных сравнений. Однако, они ни о чём не говорят, кроме того, что это были впечатляющие суммы.

Продолжение следует...

Как конвертировать средневековые деньги в современные?

В Средние века деньги не только портились (уменьшалась количество ценных металлов), но и сталкивались с постоянными колебаниями цен. На ситуацию на рынке влияли засухи, наводнения, войны и даже штормы на дальних морях. Достаточно было, скажем, одного корабля, полного перца, который в ходе рейса затонет, и цена на эту пряность взлетала.

Более того, в долгосрочной перспективе продолжало прогрессировать явление, известное сегодня и столь же неизбежное как в XII веке, так и в XXI веке, — инфляция.

Лучшее представление о прошлой ситуации могут дать обобщенные расчеты покупательной способности за отдельные годы и периоды.

Например, Банк Англии выкладывает в открытый доступ калькулятор инфляции за всю историю страны с 1209 года. Всего несколько кликов, и вы уже знаете, что 1000 британских фунтов сегодня примерно то же самое, что 0,8 фунта в 1250 году или 1,1. фунтов в 1350 г.

Для Средневековья и большей части современной эпохи калькулятор основан на индексе стоимости жизни, разработанном экономистом Грегом Кларком.

Кларк разработал таблицу средних реальных заработков с использованием одной фиксированной корзины товаров и услуг, основываясь на информации из документов XVIII века. Другими словами: он предполагал, что типичный житель Англии XIII века имел более или менее те же ежедневные потребности и расходы, что и его далекий потомок 500 лет спустя, живущий в эпоху ускоряющейся урбанизации и в тени фабрик. Более того, автор использовал сложную математическую формулу, которая не будет ни понятна, ни проверяема для большинства историков.

К теме можно подойти не только проще, но и так, чтобы лучше отражать исторические реалии. Доступные инструменты, материалы и проявления роскоши менялись на протяжении веков. Однако одна закономерность оставалась неизменной вплоть до XX века.

До тех пор, пока не наступила эра массового производства, типичный европейский гражданин посвящал большую часть своих усилий и доходов добыванию пищи, необходимой для выживания. Например, в Польше после Первой мировой войны более 50% бюджета средней семьи уходило на еду.

Человек из 12 века мог есть совершенно другие блюда, чем человек из 19 века, но им обоим требовалось одинаковое количество калорий в день при схожем образе жизни.

Зная эти детали, польский историк-экономист Збигнев Жабинский предложил определять реальную стоимость денег разных эпох и территорий по отношению к цене продуктов питания, необходимых для ежедневного питания. Он назвал эту меру "трофа".

Базовое значение, которое он принял, — это просто цена источника в 3000 калорий, разделенная на 450 граммов углеводов, 100 граммов жиров и 75 граммов белка, увеличенная на 20%, чтобы принять во внимание затраты на приготовление.

Используя то же «меню», которое использовал сам Жабинский, и данные текущих калькуляторов цен в магазинах, можно сделать вывод, что в настоящее время (конкретно в начале 2024 года) один трофей соответствует сумме 17,31 злотых.

Если мы подставим это число в расчеты профессора Жабинского, то выйдет примерно так:

•1 денар с 1000 = 225 злотых с 2024 года
•1 денар с 1075–1100 = 60,5 злотых с 2024 г.
•1 денар с 1100–1150 = 43 злотых с 2024 г.
•1 денар с 1150–1200 = 21,5 злотых с 2024 г.
•1 денар с 1200–1250 = 13 злотых с 2024 г.
•1 денар с 1250–1300 = 8,5 злотых с 2024 г.
•1 грош с 1300 = 104 злотых с 2024 года
•1 грош с 1370 = 86,5 злотых с 2024 года
•1 грош с 1385 = 78 злотых с 2024 года
•1 грош с 1400 = 60,5 злотых с 2024 года
•1 грош с 1450 = 52 злотых с 2024 года
•1 грош с 1490 = 78 злотых с 2024 года

Казимир Великий заплатил 1 200 000 грошей, чтобы обеспечить права на польскую корону, что, если принять стоимость денег от 1300, эквивалентно примерно 125 000 000 сегодняшних злотых.

Покупка Добжинской земли Владиславом Ягайло обошлась в 50 000 флоринов, т. е. примерно в 1,45 миллиона грошей. В 2024 году это составит почти 90 000 000 злотых. Тевтонский выкуп после Великой войны, установленный в размере 100 000 флоринов, был эквивалентен 180 000 000 злотых в сегодняшней валюте.