Продолжим о средневековой лондонской полиции...

Лондонские стены лишь символически обозначали город; они изображались на городской печати, и кварталы, лежавшие за их пределами, считались «пригородом».

Помещения над воротами или вблизи ворот обычно занимали мелкие чиновники. Так, в 1375 г. один из лондонских сержантов, который тогда же взял в аренду на тридцать лет, за 10 шиллингов в год, участок земли с садом возле городской стены, получил также в пожизненное пользование домик над воротами, вместе с конюшней, примыкающей к воротам, при том условии, что он будет использовать часть своей «жилплощади» в качестве тюрьмы для арестантов, присылаемых городскими властями.
В том же году другой сержант получил в пожизненное пользование несколько строений, примыкающих к стене, а заодно – ближайшие ворота под свою ответственность; третий получил жилье вблизи Олдгейт, вместе с садом, и притом ему пообещали, что управляющий произведет весь необходимый ремонт за свой счет.

А у нас очередное познавательное видео! Если вам не лень, кликните лайк и напишите комментарий.

Бирка. Загадка предводителя викингов
Бирка (Birka) — крупнейший торговый центр шведских викингов в 800 — 975 гг., укреплённое торговое поселение, центр мира викингов, который упоминается в житии "северного апостола" святого Ансгара и в сочинениях Адама Бременского. С XIX века это легендарное поселение отождествляется с небольшим островком Бьёркё на озере Меларен, которое в эпоху викингов было заливом Балтийского моря. В X веке в Бирке проживало около 1000 жителей. У них были свои законы и свой тинг, в который входили представители знати и свободных людей поселения. На тинге разбирали споры и принимали важнейшие гражданские и военные решения.На острове обнаружено одно из крупнейших кладбищ викингов, насчитывающее к настоящему времени более трёх тысяч могил.


https://www.youtube.com/watch?v=ZYo2u-hVOWU&t=17s

За соблюдением порядка в средневековом городе следили так называемые констебли (где-то они назывались сержантами, где-то олдерменами), которые при необходимости могли призвать граждан к защите города и учредить дозоры. Если же в городе ловили преступника, в погоне должны были принять участие все законопослушные граждане под угрозой штрафа. Временем официального учреждения городской стражи можно считать 1242 год, когда король Генрих III издал указ, согласно которому в городах надлежало организовать стражу для поддержания порядка. Но на самом деле городская стража существовала задолго до этого указа. Так, в Ноттингеме, Йорке и Колчестере она упоминается в городских хартиях начиная с конца XII века. В Колчестере городской бейлиф собирал «честных и надежных людей», которым вменялось в обязанность патрулировать улицы в темное время суток и арестовывать всех нарушителей, которые затем представали перед городским магистратом. В Сент-Эдмунде еще в 1121-1138 гг. существовало обыкновение назначать восемь человек из числа жителей города в качестве блюстителей порядка, а в периоды особого оживления (на Рождество и в день св. Эдмунда) их количество удваивалось, чтобы стражники парами могли патрулировать город днем и ночью. Стража стояла у четырех городских ворот, и в дополнении к тому городские власти назначали привратников, каждый из которых в течение года отвечал за конкретные ворота.

Численность армии Карла Великого.

Считается (впрочем, не без некоторых разногласий между историками), что Карл Великий мог бы располагать, призвав к оружию своих прямых вассалов, а также вассалов графов, епископов и аббатов, которые держали от него землю, — армией приблизительно в 50 тысяч кавалеристов и 100 тысяч пехотинцев . Однако, как мы знаем, не все воины призывались на службу одновременно. Правда, прямые вассалы короля (vassi dominici) обязаны были служить ему постоянно и составляли отряды легкой конницы (scarrae). Вассалы графов формировали ополчение (l'ost), которое позднее будет названо «феодальным»; такое ополчение созывалось, по мере надобности, в районах, близких к театру боевых действий.

Немного о средневековой городской страже

Касательно городской стражи в Лондоне на Рождество, Пасху и Троицын день.
Большая стража должна состоять из 12 человек,средняя стража – 8 человек И малая стража – это 6 человек.Далее, должны быть избраны надзиратели (scavagers), который каждый день, с кануна Рождества до Богоявления, наблюдают за теми, кто несет стражу по ночам; это должны быть люди, способные оказывать сопротивление и должным образом вооруженные. Они должны приступать к своим обязанностям во время вечерни и расходиться по постам во время чтения Compline; всю ночь им следует мирно нести стражу и охранять улицы, пока так называемый «дневной колокол» не зазвонит к заутрене. Если же случится так, что какой-нибудь из стражников не выйдет на дежурство, надзиратель должен записать его имя и донести шерифу на первой же судебной сессии. Шериф может, по усмотрению, привести надзирателя к присяге, чтобы никто не давал ложных свидетельств и ничего не скрывал.

Лондонский статут 1282 г.

В средние века имелись воины, которые повиновались, никем не «управляя», которые не были связаны никакими нитями родства со старинными аристократическими фамилиями и не получили по наследству ни малейшей доли от публичной власти.

Это как раз случай milites с озера Раладрю начала XI века. Вот отзыв о них археологов: «крестьяне-рыцари, вооруженные колоны весьма неопределенного, социального статуса» были заняты весьма разнообразной деятельностью: землепашеством, скотоводством, рыболовством, многими ремесленными промыслами, но все же в первую очередь — войной, в которой они принимали участие всегда в конном строю. Не их ли имел в виду церковный собор в Ансе (1025) , когда высказывался о villani caballarii — «подлых рыцарях».Эти воины-крестьяне сумели воспользоваться смутами для того, чтобы навязать окрестным крестьянам свое вооруженное «покровительство» (разумеется, отнюдь не даром); впрочем, их социальный статус оставался более чем скромным, а их экономическое положение — весьма неустойчивым. В конце XI века один монах из Кайена в своей вставке в «Историю нормандских герцогов» Гильома из Жюмьежа (Guillaume de Jumièges) сообщает о щедрости герцога Робера по отношению к одному miles, который был настолько беден, что был не в состоянии делать какие-либо пожертвования в ходе воскресной мессы . Последний имел тем не менее «официальный» статус «miles» («рыцаря»), признанный герцогом. Опять в XII веке Ордерик Виталь делает намек на присутствие в армии короля до 3 тысяч рыцарей-крестьян (pagenses milites), которые, скорее всего, были рыцарями-кормленщиками весьма далекими от дворянства . 

Англичане, разделённые на три рати, совершенно спокойно сидели на земле, но лишь только увидели приближающихся французов — сразу поднялись на ноги и очень собранно, без малейшего страха построились к бою… Тогда арбалетчикам дали дорогу, но некоторые из них показали, что вовсе не горят желанием идти в бой, поскольку они уже совсем устали, пройдя шесть лье пешком и неся на себе свои арбалеты… Эти речи были переданы графу Алансонскому, который из-за них жестоко разгневался и сказал:«Поглядите! Приходится обременять себя таким сбродом! Они хороши только за столом! Убить их всех! От них больше помех, чем пользы!».Когда все генуэзцы собрались вместе и уже должны были наступать на англичан,они дружно, многими голосами начали вопить,чтобы напугать англичан… Они продвинулись ещё дальше, натянули тетивы своих арбалетов и начали стрелять. Когда английские лучники увидели, что происходит, то сделали один шаг вперёд и выпустили свои стрелы, которые стали падать и сыпаться на генуэзцев столь густо, что это напоминало снег…

Артиллерия в битве при Креси.

Фруассар пишет, что англичане, «чтобы напугать генуэзцев, разрядили несколько пушек, которые были в их войске».

Флорентийский историк Джованни Виллани подтверждает, что пушки нанесли опустошительный урон на поле боя, указывая при этом, что они продолжали стрелять и далее по ходу сражения, в том числе по французской коннице:

В дело вступили также бомбарды, сотрясавшие воздух и землю с таким шумом, что, казалось, разгневался бог-громовержец. Они наносили большой урон людям и опрокидывали лошадей… Сзади напирал отряд герцога Алансонского, который прижимал генуэзцев к повозкам, и те не могли ни остановиться, ни стрелять, находясь под огнём из луков и бомбард, так что потеряли множество убитых и раненых… Всадники всё время натыкались на трупы генуэзцев из первого полка, которыми было покрыто всё поле, а также на упавших и мёртвых лошадей, израненных стрелами и выстрелами из бомбард…

Случай с крестьянином по имени Стабилис, который около 970 года, гонимый нуждой из родной деревни, отправился на поиски удачи в Бургундию, в область Труа (Troyes). Там ему судьба улыбнулась: он разбогател и принялся жить, как рыцарь, на благородный манер, то есть в окружении слуг, лошадей и собак. Он и женился на женщине благородного происхождения. Вместе с тем он оставался сервом аббатства Сен-Бенуа, воздерживаясь от уплаты монастырю причитавшегося с него чинша — вероятно, по злонамеренной забывчивости. Монастырский прево велел его разыскать: он был найден, и ему были предъявлены все многолетние недоимки. Однако Стабилис высокомерно отверг претензии аббатства, настаивая на том, что он — человек свободный и к тому же дворянин. Прево передал дело в графский суд. За недостатком улик было решено представить его на суд Божий, Но Стабилис, «имевший от рыцаря лишь видимость» (spurius miles), попытался ускользнуть от судебного поединка, заявив, что это ниже его достоинства — сражаться с низким по рангу бойцом. Хитрость его, однако, не прошла. Взбешенный прево, выхватив из рук одного из монастырских бойцов его щит и палку, двинулся на самозванца с криком, что он, прево, не только человек свободный, но еще и отпрыск древнего дворянского рода… Стабилису пришлось всю недоимку уплатить .

Здесь важно то, что в ходе разбирательства речи не было о праве Стабилиса носить оружие, а все внимание суда сосредоточивалось на том, что он выдавал себя за свободного и отказывался платить подати. Как бы то ни было, фактом остается то, что беглый серв смог сойти за рыцаря и жить соответственно дворянскому стандарту.