Ничто не утомляет так, как доклад на интересную тему, читаемый скучным монотонным голосом. Такие публичные выступления сродни китайской пытке капающей водой: вода монотонно капает не темечко истязаемого и постепенно доводит его до сумасшествия. Все слова сливаются в однообразный поток и по тональности речи нельзя понять, где заканчивается одно предложение и начинается другое. Монотонно бубнящие зануды быстро вызывают раздражение и усталость аудитории, слушатели еле сдерживаются, чтобы не начать зевать. Напротив, искусный оратор мастерски владеет своей речью. Чтобы держать публику «в тонусе» он постоянно варьирует громкость и силу своего голоса, придавая ему живости. Когда хочет вызвать напряженность и интерес, он заговорщически затихает и произносит слова чуть медленнее. Говоря громче, он выделяет главное в своем публичном выступлении. Когда нужно, он добавляет голосу значительности и драматизма.
Обратите внимание на звучание своей речи. Выделяете ли вы голосом ключевые моменты публичного выступления, цитаты, утверждения? Повышаете ли высоту звука в конце вопроса? Изменяется ли темп речи в зависимости от ее содержания? Выражайте голосом свои чувства и вы завоюете публику! Вы предстанете уверенным, энергичным и увлеченным темой человеком.
Ошибка 10: Отсутствие пауз
Новички в ораторском ремесле панически боятся пауз, неизбежно возникающих во время публичного выступления. Как правило они спешат заполнить их разной словесной чепухой и словами-паразитами («Ээээ... Значит так... Ээээ... Ну, что еще сказать... Ээээ...»). В результате публика думает: «Ээээ... Ну ничего себе! Когда же он закончит мычать?» Кто-то начинает считать, сколько раз вы скажете «Ээээ.. », кто-то погружается в свои мысли и начинает смотреть в окно не обращая на вас внимания, остальные мучаются и считают минуты до конца лекции.
Полезно помнить совет блистательной Джулии Ламберт из моэмовского «Театра»: «Главное — это умение держать паузу, лучше ее не делать, но если уж вышло — держи ее, сколько можешь». Когда нечего сказать — лучше помолчите, пока придут нужные слова. Иногда оратору необходимо время, чтобы подумать, сверится со своими записями, или же просто попить воды. А публике нужны паузы, чтобы осмыслить сказанное вами. Асы ораторского мастерства используют паузы целенаправленно, чтобы получить обратную связь от аудитории. Они активно пользуются интерпаузами, во время которых публика может обдумать сказанное, и нагнетающими обстановку интрапаузами, когда слушатели должны предугадать дальнейшее развитие повествования. Паузу можно использовать для установления визуального контакта, чтобы проконтролировать, правильно ли вас поняли; для усиления напряжения и драматизма; для возбуждения любопытства («...а что он скажет дальше?») и для многого другого. Поэтому не бойтесь делать паузы. Обычно публика воспринимает их длительность гораздо короче, чем это кажется самому докладчику.
Обратите внимание на звучание своей речи. Выделяете ли вы голосом ключевые моменты публичного выступления, цитаты, утверждения? Повышаете ли высоту звука в конце вопроса? Изменяется ли темп речи в зависимости от ее содержания? Выражайте голосом свои чувства и вы завоюете публику! Вы предстанете уверенным, энергичным и увлеченным темой человеком.
Ошибка 10: Отсутствие пауз
Новички в ораторском ремесле панически боятся пауз, неизбежно возникающих во время публичного выступления. Как правило они спешат заполнить их разной словесной чепухой и словами-паразитами («Ээээ... Значит так... Ээээ... Ну, что еще сказать... Ээээ...»). В результате публика думает: «Ээээ... Ну ничего себе! Когда же он закончит мычать?» Кто-то начинает считать, сколько раз вы скажете «Ээээ.. », кто-то погружается в свои мысли и начинает смотреть в окно не обращая на вас внимания, остальные мучаются и считают минуты до конца лекции.
Полезно помнить совет блистательной Джулии Ламберт из моэмовского «Театра»: «Главное — это умение держать паузу, лучше ее не делать, но если уж вышло — держи ее, сколько можешь». Когда нечего сказать — лучше помолчите, пока придут нужные слова. Иногда оратору необходимо время, чтобы подумать, сверится со своими записями, или же просто попить воды. А публике нужны паузы, чтобы осмыслить сказанное вами. Асы ораторского мастерства используют паузы целенаправленно, чтобы получить обратную связь от аудитории. Они активно пользуются интерпаузами, во время которых публика может обдумать сказанное, и нагнетающими обстановку интрапаузами, когда слушатели должны предугадать дальнейшее развитие повествования. Паузу можно использовать для установления визуального контакта, чтобы проконтролировать, правильно ли вас поняли; для усиления напряжения и драматизма; для возбуждения любопытства («...а что он скажет дальше?») и для многого другого. Поэтому не бойтесь делать паузы. Обычно публика воспринимает их длительность гораздо короче, чем это кажется самому докладчику.
13 советов от нейробиолога Станисласа Деана, которые помогут вашему ребенку лучше учиться
1. Адекватно оценивайте своих детей. При рождении младенцы обладают широчайшим диапазоном ключевых навыков и знаний. Представления о физических объектах, чувство числа, способность к языкам, знания о людях и их намерениях…Все эти основополагающие навыки позже пригодятся для изучения физики, математики, языков и философии. Если мы хотим извлечь максимальную пользу из интуитивных детских представлений, необходимо, чтобы все слова и символы, которыми овладевают дети, даже самые абстрактные, были связаны с уже существующим знанием. Именно эта связь и придает им смысл.
2. Старайтесь извлекать максимальную выгоду из сензитивных периодов в развитии мозга. В первые годы жизни каждый день создаются и разрушаются миллиарды синапсов. Эта бурная деятельность делает мозг ребенка крайне восприимчивым, особенно к овладению речью. Следовательно, обучение второму языку должно начинаться как можно раньше. Также имейте в виду, что нейропластичность сохраняется по меньшей мере до подросткового возраста. В течение всего этого периода изучение любого иностранного языка наиболее эффективно, ибо ведет к фактической трансформации мозга.
3. Обогащайте окружающую среду. В том, что касается научения, мозг ребенка — самый мощный из суперкомпьютеров. Помните об этом и снабжайте его нужными данными с самого раннего возраста.Это могут быть словесные игры, конструкторы, сказки или головоломки… Ведите с ребенком серьезные беседы, без колебаний отвечайте на вопросы (даже самые сложные), используя ≪недетский≫лексикон, рассказывайте о том, как устроен мир. Помните, что, обогащая среду малыша, особенно в плане языков, вы содействуете развитию его мозга и продлеваете период пластичности.
4. Перестаньте думать, что все дети разные. Идея, будто каждому из нас свойственен свой собственный, индивидуальный стиль научения, — миф. Нейровизуализационные исследования показывают, что все мы полагаемся на одни и те же нейронные сети и правила научения. Нейронные сети для чтения и математики одинаковы у всех, плюс-минус несколько миллиметров — даже у слепых детей. В научении все мы сталкиваемся с одинаковыми препятствиями и преодолеваем их одними и теми же способами. Индивидуальные различия, если они существуют, больше касаются имеющихся у детей знаний, мотивации и скорости, с которой они учатся. Точно определяйте текущий уровень каждого ребенка — это позволит выявить наиболее актуальные проблемы. Но главное — учителя и родители должны убедиться, что все дети овладели основами языка, грамоты и математики, которые нужны каждому.
5.Обращайте внимание на внимание. Внимание — это ключ к научению: запоминается только та информация, которая была предварительно амплифицирована вниманием и сознанием. Учителя должны уметь привлекать внимание своих учеников и направлять его на самое важное. Это подразумевает тщательное избавление от любых отвлекающих факторов: обильно иллюстрированные учебники и чрезмерно украшенные классы только отвлекают детей от их основной задачи и мешают им сосредоточиться.
6. Поддерживайте активность, любознательность, вовлеченность и автономию детей. Пассивные ученики мало чему научатся. Стимулируйте их активность. Задействуйте их интеллект так, чтобы их ум искрился любопытством и постоянно генерировал новые гипотезы. Но не ждите, что они обо всем узнают сами: придерживайтесь структурированной учебной программы.
7. Делайте так, чтобы каждый школьный день приносил радость. Система вознаграждения — важный модулятор нейропластичности. Чтобы ее активировать, вознаграждайте всякое усилие, а каждый урок превращайте в занимательное приключение. Все дети чувствительны к материальным наградам, однако их социальный мозг точно так же реагирует на улыбку и поощрение. Похвала и осознание собственного прогресса — награды сами по себе. Кроме того, избавьтесь от источников беспокойства и стресса, которые мешают научению, — особенно в математике.
1. Адекватно оценивайте своих детей. При рождении младенцы обладают широчайшим диапазоном ключевых навыков и знаний. Представления о физических объектах, чувство числа, способность к языкам, знания о людях и их намерениях…Все эти основополагающие навыки позже пригодятся для изучения физики, математики, языков и философии. Если мы хотим извлечь максимальную пользу из интуитивных детских представлений, необходимо, чтобы все слова и символы, которыми овладевают дети, даже самые абстрактные, были связаны с уже существующим знанием. Именно эта связь и придает им смысл.
2. Старайтесь извлекать максимальную выгоду из сензитивных периодов в развитии мозга. В первые годы жизни каждый день создаются и разрушаются миллиарды синапсов. Эта бурная деятельность делает мозг ребенка крайне восприимчивым, особенно к овладению речью. Следовательно, обучение второму языку должно начинаться как можно раньше. Также имейте в виду, что нейропластичность сохраняется по меньшей мере до подросткового возраста. В течение всего этого периода изучение любого иностранного языка наиболее эффективно, ибо ведет к фактической трансформации мозга.
3. Обогащайте окружающую среду. В том, что касается научения, мозг ребенка — самый мощный из суперкомпьютеров. Помните об этом и снабжайте его нужными данными с самого раннего возраста.Это могут быть словесные игры, конструкторы, сказки или головоломки… Ведите с ребенком серьезные беседы, без колебаний отвечайте на вопросы (даже самые сложные), используя ≪недетский≫лексикон, рассказывайте о том, как устроен мир. Помните, что, обогащая среду малыша, особенно в плане языков, вы содействуете развитию его мозга и продлеваете период пластичности.
4. Перестаньте думать, что все дети разные. Идея, будто каждому из нас свойственен свой собственный, индивидуальный стиль научения, — миф. Нейровизуализационные исследования показывают, что все мы полагаемся на одни и те же нейронные сети и правила научения. Нейронные сети для чтения и математики одинаковы у всех, плюс-минус несколько миллиметров — даже у слепых детей. В научении все мы сталкиваемся с одинаковыми препятствиями и преодолеваем их одними и теми же способами. Индивидуальные различия, если они существуют, больше касаются имеющихся у детей знаний, мотивации и скорости, с которой они учатся. Точно определяйте текущий уровень каждого ребенка — это позволит выявить наиболее актуальные проблемы. Но главное — учителя и родители должны убедиться, что все дети овладели основами языка, грамоты и математики, которые нужны каждому.
5.Обращайте внимание на внимание. Внимание — это ключ к научению: запоминается только та информация, которая была предварительно амплифицирована вниманием и сознанием. Учителя должны уметь привлекать внимание своих учеников и направлять его на самое важное. Это подразумевает тщательное избавление от любых отвлекающих факторов: обильно иллюстрированные учебники и чрезмерно украшенные классы только отвлекают детей от их основной задачи и мешают им сосредоточиться.
6. Поддерживайте активность, любознательность, вовлеченность и автономию детей. Пассивные ученики мало чему научатся. Стимулируйте их активность. Задействуйте их интеллект так, чтобы их ум искрился любопытством и постоянно генерировал новые гипотезы. Но не ждите, что они обо всем узнают сами: придерживайтесь структурированной учебной программы.
7. Делайте так, чтобы каждый школьный день приносил радость. Система вознаграждения — важный модулятор нейропластичности. Чтобы ее активировать, вознаграждайте всякое усилие, а каждый урок превращайте в занимательное приключение. Все дети чувствительны к материальным наградам, однако их социальный мозг точно так же реагирует на улыбку и поощрение. Похвала и осознание собственного прогресса — награды сами по себе. Кроме того, избавьтесь от источников беспокойства и стресса, которые мешают научению, — особенно в математике.
8. Поощряйте усилия. Приятный учебный опыт не есть синоним ≪не требующий усилий≫. Напротив, самые интересные вещи — чтение, математика или игра на музыкальном инструменте — требуют многолетней практики. Убеждение, будто все это дается без труда, можетсыграть с нами злую шутку. Некоторые дети неизбежно придут к выводу, что раз у них ничего не получается, они тупицы. Объясните им, что все ученики должны стараться изо всех сил — вот главный залог успеха. Делайте установку на рост, а не на данность.
9. Поощряйте мышление на более глубинном уровне. Чем глубже наш мозг обрабатывает информацию, тем лучше мы ее запоминаем. Никогда не довольствуйтесь поверхностным научением; всегда стремитесь к более глубокому пониманию.
10. Ставьте четкие цели. Дети учатся лучше, когда цель обучения сформулирована четко и ясно. Учащиеся должны знать: все, что они делают в данный конкретный момент, ведет к этой цели. Объясните, чего вы от них ждете, и сосредоточьтесь на поставленной задаче.
11. Признавайте и исправляйте ошибки. Чтобы обновлять ментальные модели, наши мозговые центры должны обмениваться сообщениями об ошибках. Следовательно, ошибка — неотъемлемое условие научения. Не наказывайте за ошибки, а быстро исправляйте их, предоставляя детям подробную, но не вызывающую стресса обратную связь.
12. Регулярно тренируйтесь. Однократного заучивания недостаточно — детям необходимо консолидировать то, чему они научились. Только так новый навык может приобрести автоматический, бессознательный и рефлексивный характер. Подобная рутинизация разгружает префронтальные и теменные сети нейронов. Наиболее эффективная стратегия состоит в ≪растягивании≫ процесса научения: по чуть-чуть каждый день. Это позволяет информации навсегда отпечататься в памяти.
13. Обеспечьте ученикам достаточное количество сна. Сон — важнейшая составляющая нашего алгоритма научения. Ночной и даже дневной сон идет мозгу только на пользу. Посему убедитесь, что ваши дети спят долго и крепко. Извлечь максимальную выгоду из бессознательной работы мозга во время ночного сна позволяет один простой прием — повторение учебного материала непосредственно перед засыпанием. А поскольку цикл сна у подростков сдвинут, не будите их слишком рано!
Из книги "Как мы учимся. Почему мозг учится лучше, чем любая машина… пока" Станисласа Деан
9. Поощряйте мышление на более глубинном уровне. Чем глубже наш мозг обрабатывает информацию, тем лучше мы ее запоминаем. Никогда не довольствуйтесь поверхностным научением; всегда стремитесь к более глубокому пониманию.
10. Ставьте четкие цели. Дети учатся лучше, когда цель обучения сформулирована четко и ясно. Учащиеся должны знать: все, что они делают в данный конкретный момент, ведет к этой цели. Объясните, чего вы от них ждете, и сосредоточьтесь на поставленной задаче.
11. Признавайте и исправляйте ошибки. Чтобы обновлять ментальные модели, наши мозговые центры должны обмениваться сообщениями об ошибках. Следовательно, ошибка — неотъемлемое условие научения. Не наказывайте за ошибки, а быстро исправляйте их, предоставляя детям подробную, но не вызывающую стресса обратную связь.
12. Регулярно тренируйтесь. Однократного заучивания недостаточно — детям необходимо консолидировать то, чему они научились. Только так новый навык может приобрести автоматический, бессознательный и рефлексивный характер. Подобная рутинизация разгружает префронтальные и теменные сети нейронов. Наиболее эффективная стратегия состоит в ≪растягивании≫ процесса научения: по чуть-чуть каждый день. Это позволяет информации навсегда отпечататься в памяти.
13. Обеспечьте ученикам достаточное количество сна. Сон — важнейшая составляющая нашего алгоритма научения. Ночной и даже дневной сон идет мозгу только на пользу. Посему убедитесь, что ваши дети спят долго и крепко. Извлечь максимальную выгоду из бессознательной работы мозга во время ночного сна позволяет один простой прием — повторение учебного материала непосредственно перед засыпанием. А поскольку цикл сна у подростков сдвинут, не будите их слишком рано!
Из книги "Как мы учимся. Почему мозг учится лучше, чем любая машина… пока" Станисласа Деан
Как работает мозг манипулятора
Манипуляторы, циники, лжецы, они презирают мораль и ни во что не ставят интересы других людей. Эта совокупность личностных особенностей в психологии называется макиавеллизм. А что это такое с точки зрения нейронауки?
У любого из нас, что греха таить, есть эгоистические цели: заработать побольше денег, сделать карьеру, победить в соревновании… список у каждого свой. Но все-таки мы в большинстве своем не забываем при этом о порядочности и время от времени ведем себя как альтруисты. Например, если кто-то помогает нам, мы постараемся ответить тем же, пожертвовав, если нужно, и своим временем, и деньгами.
Но есть люди, для которых этих правил не существует, те, кто рассматривает других лишь как инструмент для достижения своих целей. И здесь все средства хороши – будь то предательства, измена, удар в спину. Их принцип – каждый за себя, верить нельзя никому.
В психологии такую черту личности называют макиавеллизмом. Его особенности:
манипулятивное поведение,
беспринципность,
цинизм,
забота лишь о собственных интересах,
лживость.
Макиавеллизм входит (наряду с нарциссизмом и психопатией) в так называемую "темную триаду", объединяющую негативные, злонамеренные черты личности. Существует и специальный текст на уровень макиавеллизма, разработанный еще в 1970-х годах психологами Колумбийского университета Ричардом Кристи (Richard Christie) и Флоренс Гейс (Florence L. Geis). Он представляет собой набор утверждений, с которыми отвечающий может согласиться или не согласиться. Люди с высоким уровнем "макиавеллизма" чаще других признают верными утверждения вроде "Льстить важным людям – мудро" и "Лучший способ строить отношения с людьми – говорить им то, что они хотят слышать".
Недавно группа венгерских исследователей из Печского университета провела эксперимент с участием людей, прошедших этот тест. Испытуемые должны были играть в игру на доверие, а им в процессе игры сканировали мозг. Выяснилось, что мозг "макиавеллистов" начинал работать с удвоенной силой, когда они встречали партнера, который демонстрировал готовность играть честно и сотрудничать. Почему? Они немедленно начинали прикидывать, как извлечь из этой ситуации выгоду для себя.
В игре было четыре стадии, в ней участвовали студенты, часть из которых имела высокие, а часть – низкие баллы по шкале "макиавеллизма". Сначала участникам давали сумму денег, равную примерно 5$, и им требовалось решить, сколько "инвестировать" в своего партнера. Причем тот получал в три раза больше, чем они инвестировали. Затем партнер должен был решить, сколько денег вернуть обратно.
Хитрость состояла в том, что партнером в игре был не какой-то другой студент (как думали участники). Эту роль играл компьютер, который был запрограммирован на выбор одного из двух вариантов − "честного" (вернуть примерно ту же сумму плюс-минус 10%) или явно "нечестного" (вернуть на треть меньше). К примеру, если участник инвестировал в партнера $1,6, "честный партнер" возвращал около $1,71, а "нечестный" – около $1,25.
Затем партнеры менялись ролями. Теперь уже компьютер инвестировал определенную сумму, которая увеличивалась в три раза, а участник-человек решал, сколько вернуть. Соответственно, у него появлялся шанс наказать партнера за нечестное поведение или ответить взаимностью на его честное сотрудничество.
Нетрудно догадаться, что "макиавеллисты" в конце игры имели больше денег, чем остальные студенты. Вот как это произошло. С одной стороны, обе группы участников "наказывали" партнера за нечестную игру. Но "макиавеллисты", в отличие от других, вовсе не отвечали взаимностью на честную игру.
Манипуляторы, циники, лжецы, они презирают мораль и ни во что не ставят интересы других людей. Эта совокупность личностных особенностей в психологии называется макиавеллизм. А что это такое с точки зрения нейронауки?
У любого из нас, что греха таить, есть эгоистические цели: заработать побольше денег, сделать карьеру, победить в соревновании… список у каждого свой. Но все-таки мы в большинстве своем не забываем при этом о порядочности и время от времени ведем себя как альтруисты. Например, если кто-то помогает нам, мы постараемся ответить тем же, пожертвовав, если нужно, и своим временем, и деньгами.
Но есть люди, для которых этих правил не существует, те, кто рассматривает других лишь как инструмент для достижения своих целей. И здесь все средства хороши – будь то предательства, измена, удар в спину. Их принцип – каждый за себя, верить нельзя никому.
В психологии такую черту личности называют макиавеллизмом. Его особенности:
манипулятивное поведение,
беспринципность,
цинизм,
забота лишь о собственных интересах,
лживость.
Макиавеллизм входит (наряду с нарциссизмом и психопатией) в так называемую "темную триаду", объединяющую негативные, злонамеренные черты личности. Существует и специальный текст на уровень макиавеллизма, разработанный еще в 1970-х годах психологами Колумбийского университета Ричардом Кристи (Richard Christie) и Флоренс Гейс (Florence L. Geis). Он представляет собой набор утверждений, с которыми отвечающий может согласиться или не согласиться. Люди с высоким уровнем "макиавеллизма" чаще других признают верными утверждения вроде "Льстить важным людям – мудро" и "Лучший способ строить отношения с людьми – говорить им то, что они хотят слышать".
Недавно группа венгерских исследователей из Печского университета провела эксперимент с участием людей, прошедших этот тест. Испытуемые должны были играть в игру на доверие, а им в процессе игры сканировали мозг. Выяснилось, что мозг "макиавеллистов" начинал работать с удвоенной силой, когда они встречали партнера, который демонстрировал готовность играть честно и сотрудничать. Почему? Они немедленно начинали прикидывать, как извлечь из этой ситуации выгоду для себя.
В игре было четыре стадии, в ней участвовали студенты, часть из которых имела высокие, а часть – низкие баллы по шкале "макиавеллизма". Сначала участникам давали сумму денег, равную примерно 5$, и им требовалось решить, сколько "инвестировать" в своего партнера. Причем тот получал в три раза больше, чем они инвестировали. Затем партнер должен был решить, сколько денег вернуть обратно.
Хитрость состояла в том, что партнером в игре был не какой-то другой студент (как думали участники). Эту роль играл компьютер, который был запрограммирован на выбор одного из двух вариантов − "честного" (вернуть примерно ту же сумму плюс-минус 10%) или явно "нечестного" (вернуть на треть меньше). К примеру, если участник инвестировал в партнера $1,6, "честный партнер" возвращал около $1,71, а "нечестный" – около $1,25.
Затем партнеры менялись ролями. Теперь уже компьютер инвестировал определенную сумму, которая увеличивалась в три раза, а участник-человек решал, сколько вернуть. Соответственно, у него появлялся шанс наказать партнера за нечестное поведение или ответить взаимностью на его честное сотрудничество.
Нетрудно догадаться, что "макиавеллисты" в конце игры имели больше денег, чем остальные студенты. Вот как это произошло. С одной стороны, обе группы участников "наказывали" партнера за нечестную игру. Но "макиавеллисты", в отличие от других, вовсе не отвечали взаимностью на честную игру.
Мозговая активность в двух группах также существенно различалась. В частности, у "макиавеллистов" отмечался значительно больший всплеск мозговой активности, когда они обнаруживали, что партнер играет честно. У других все было наоборот: у них происходил значительно больший всплеск активности мозга, когда они видели, что партнер играет нечестно. На честность же партнера особой реакции не было – скорее всего, потому что они, как и большинство из нас, воспринимали как должность взаимную честность.
Как именно реагировали зоны мозга? Когда партнер играл честно, у "макиавеллистов" наблюдалась необычно высокая активность в областях, связанных со подавлением (дорсолатеральная префронтальная кора) и креативностью (средние височные извилины). По мнению авторов, объяснение в том, что они подавляли в себе естественный человеческий инстинкт отвечать честностью на честность, вытесняя любые эмоциональные реакции, и одновременно вычисляли, как лучше извлечь выгоду из честности партнера.
Впрочем, нейрофизиологи не любят подобные "обратные умозаключения", когда наблюдаемая активность мозга интерпретируется с помощью информации о том, за что отвечают его участки, полученной в прошлых исследованиях.
С другой стороны, наблюдения исследователей согласуются с их же прошлыми работами. К примеру, хотя психологи говорят, что у "макиавеллистов" плохо развита эмпатия (в частности, они не способны посмотреть на ситуацию глазами другого человека), есть свидетельства в пользу того, что они постоянно оценивают поведение других людей в социальных ситуациях, чтобы самим оказаться в выигрыше.
В общем и целом мозг "макиавеллистов" слабо реагирует на плохое отношение к ним – они ничего другого и не ожидают. Однако если они замечают признаки честности или склонности к сотрудничеству, то их мозг тут же активизируется и начинает придумывать, как можно это использовать в своих интересах.
На основе статьи T. Bereczkei et al. "The neural basis of the Machiavellians’ decision making in fair and unfair situations", Brain and Cognition, Vol. 98, August 2015.
Как именно реагировали зоны мозга? Когда партнер играл честно, у "макиавеллистов" наблюдалась необычно высокая активность в областях, связанных со подавлением (дорсолатеральная префронтальная кора) и креативностью (средние височные извилины). По мнению авторов, объяснение в том, что они подавляли в себе естественный человеческий инстинкт отвечать честностью на честность, вытесняя любые эмоциональные реакции, и одновременно вычисляли, как лучше извлечь выгоду из честности партнера.
Впрочем, нейрофизиологи не любят подобные "обратные умозаключения", когда наблюдаемая активность мозга интерпретируется с помощью информации о том, за что отвечают его участки, полученной в прошлых исследованиях.
С другой стороны, наблюдения исследователей согласуются с их же прошлыми работами. К примеру, хотя психологи говорят, что у "макиавеллистов" плохо развита эмпатия (в частности, они не способны посмотреть на ситуацию глазами другого человека), есть свидетельства в пользу того, что они постоянно оценивают поведение других людей в социальных ситуациях, чтобы самим оказаться в выигрыше.
В общем и целом мозг "макиавеллистов" слабо реагирует на плохое отношение к ним – они ничего другого и не ожидают. Однако если они замечают признаки честности или склонности к сотрудничеству, то их мозг тут же активизируется и начинает придумывать, как можно это использовать в своих интересах.
На основе статьи T. Bereczkei et al. "The neural basis of the Machiavellians’ decision making in fair and unfair situations", Brain and Cognition, Vol. 98, August 2015.
Триггеры, которые помогут вам читать больше
Триггеры — это любые стимулы, которые влияют на наше поведение. Триггером может стать всё, что провоцирует перемены в наших мыслях и действиях: люди, события и обстоятельства. Сами по себе стимулы не могут быть плохими или хорошими, они такие, какие есть. Главное, наша реакция на них. Выбегает ребенок на дорогу — мы жмем по тормозам. Звонит телефон — мы сразу же достаем его и смотрим на экран, даже если в этот момент с кем-то разговариваем. Триггеры, которые вызывают к отрицательной реакции, можно преодолеть. Я расскажу вам о том, как с помощью триггеров можно начать читать больше.
Как работает триггер?
Он работает циклично: Поведение » Последствие » Предпосылка » Поведение, и так далее. Например, если рассматривать привычку курения, то все выглядит так: мы нервничаем (предпосылка), курим сигарету (шаблон поведения), расслабляемся (последствие, награда). Если осознать, что является предпосылкой пагубной привычки, то изменить поведение становится легче.
Убеждения, которые нас тормозят
У каждого человека есть свои какие-то стереотипы и убеждения, которые тормозят любые изменения. Нам всегда легче продолжать делать то, что мы делаем, чем что-то изменить. Мы очень инертны, поэтому мы ищем оправдания тому, почему мы не достигаем желаемого. Наши внутренние убеждения становятся причиной неудачи еще до того, как она произойдет.
Например, мы верим в то, что какой-то день — особенный, а значит, в этот день можно «халявить». В день рождения можно съесть огромный кусок торта, даже если мы на диете. Сегодня футбольный матч, а значит, можно лечь спать попозже.
Или мы думаем, что должно случится нечто, и тогда жизнь начнет меняться сама. Например, на нас снизойдет озарение. Опыт показывает, что таких озарений недостаточно, чтобы в долгосрочной перспективе что-то изменить, и ждать их бессмысленно. Вы просто должны начать что-то менять каждый день.
Помимо наших отговорок или ложных убеждений, есть еще одна более масштабная причина, которая мешает нам меняться. Это среда обитания.
Наша среда обитания
Большинство людей даже не осознает, насколько наше поведение зависит от окружающей среды. Она — безостановочный триггер, чье влияние слишком сильно, чтобы игнорировать его. Самая разрушительная среда — та, которая заставляет нас идти на компромисс с тем, что мы считаем правильным.
Но все не так плохо. Окружающая среда может быть и нашим спасением и делать нас лучше. Самое главное, вы можете изменить свою среду. Если вы хотите читать больше книг, вы можете записаться в литературный кружок или начать общаться с людьми, которые читают больше вас. Новое окружение будет влиять на вас положительно и вам гораздо легче будет изменить свое поведение.
Наставник
Нашу личность можно разделить на две части: на «стратега», который намерен изменить нашу модель поведения, и «исполнителя» — та часть, которая ее меняет. Загвоздка только в одном: мы прекрасные стратеги и отвратительные исполнители. Мы обычно знаем, что нужно сделать, чтобы что-то изменить. Например, чтобы похудеть, мы можем запланировать бег по утрам и соблюдение правильного питания. Но утром мы не можем заставить себя проснуться на час раньше для пробежки и нам чертовски тяжело устоять перед маленькой конфеткой. И мы думаем: «Ладно, начну завтра».
Хорошей идеей будет завести себе наставника. Он работает с нашим стратегом, планируя эффективную схему изменения нашей жизни и одновременно с исполнителем, ожидая от нас действий. Он не даст вам поблажек и волей-неволей придется что-то менять в своем поведении. В чтении тоже можно найти себе наставника, который будет с вами обсуждать список книг, цели, которые вы хотите достигнуть, а также спрашивать с вас результат.
Триггеры — это любые стимулы, которые влияют на наше поведение. Триггером может стать всё, что провоцирует перемены в наших мыслях и действиях: люди, события и обстоятельства. Сами по себе стимулы не могут быть плохими или хорошими, они такие, какие есть. Главное, наша реакция на них. Выбегает ребенок на дорогу — мы жмем по тормозам. Звонит телефон — мы сразу же достаем его и смотрим на экран, даже если в этот момент с кем-то разговариваем. Триггеры, которые вызывают к отрицательной реакции, можно преодолеть. Я расскажу вам о том, как с помощью триггеров можно начать читать больше.
Как работает триггер?
Он работает циклично: Поведение » Последствие » Предпосылка » Поведение, и так далее. Например, если рассматривать привычку курения, то все выглядит так: мы нервничаем (предпосылка), курим сигарету (шаблон поведения), расслабляемся (последствие, награда). Если осознать, что является предпосылкой пагубной привычки, то изменить поведение становится легче.
Убеждения, которые нас тормозят
У каждого человека есть свои какие-то стереотипы и убеждения, которые тормозят любые изменения. Нам всегда легче продолжать делать то, что мы делаем, чем что-то изменить. Мы очень инертны, поэтому мы ищем оправдания тому, почему мы не достигаем желаемого. Наши внутренние убеждения становятся причиной неудачи еще до того, как она произойдет.
Например, мы верим в то, что какой-то день — особенный, а значит, в этот день можно «халявить». В день рождения можно съесть огромный кусок торта, даже если мы на диете. Сегодня футбольный матч, а значит, можно лечь спать попозже.
Или мы думаем, что должно случится нечто, и тогда жизнь начнет меняться сама. Например, на нас снизойдет озарение. Опыт показывает, что таких озарений недостаточно, чтобы в долгосрочной перспективе что-то изменить, и ждать их бессмысленно. Вы просто должны начать что-то менять каждый день.
Помимо наших отговорок или ложных убеждений, есть еще одна более масштабная причина, которая мешает нам меняться. Это среда обитания.
Наша среда обитания
Большинство людей даже не осознает, насколько наше поведение зависит от окружающей среды. Она — безостановочный триггер, чье влияние слишком сильно, чтобы игнорировать его. Самая разрушительная среда — та, которая заставляет нас идти на компромисс с тем, что мы считаем правильным.
Но все не так плохо. Окружающая среда может быть и нашим спасением и делать нас лучше. Самое главное, вы можете изменить свою среду. Если вы хотите читать больше книг, вы можете записаться в литературный кружок или начать общаться с людьми, которые читают больше вас. Новое окружение будет влиять на вас положительно и вам гораздо легче будет изменить свое поведение.
Наставник
Нашу личность можно разделить на две части: на «стратега», который намерен изменить нашу модель поведения, и «исполнителя» — та часть, которая ее меняет. Загвоздка только в одном: мы прекрасные стратеги и отвратительные исполнители. Мы обычно знаем, что нужно сделать, чтобы что-то изменить. Например, чтобы похудеть, мы можем запланировать бег по утрам и соблюдение правильного питания. Но утром мы не можем заставить себя проснуться на час раньше для пробежки и нам чертовски тяжело устоять перед маленькой конфеткой. И мы думаем: «Ладно, начну завтра».
Хорошей идеей будет завести себе наставника. Он работает с нашим стратегом, планируя эффективную схему изменения нашей жизни и одновременно с исполнителем, ожидая от нас действий. Он не даст вам поблажек и волей-неволей придется что-то менять в своем поведении. В чтении тоже можно найти себе наставника, который будет с вами обсуждать список книг, цели, которые вы хотите достигнуть, а также спрашивать с вас результат.
Планируйте свой день: расписывайте в ежедневнике краткосрочные задачи, цели и время их исполнения. Когда есть отлаженная структура того, что вы делаете и когда — вам не нужно постоянно вспоминать, а что же вы хотели сделать еще? Введение такой простой привычки позволит вам выделять больше времени на полезные и любимые дела. Гораздо легче встроить какое-то изменение плана, чем придумать новый. Двадцать минут чтения в день, но ежедневно и без пропусков — и новая привычка приживется очень крепко.
Активные вопросы
Есть один триггер, который работает как «волшебный ход» для изменения наших привычек. Это активные вопросы. Самоанализ — это настолько же простое, недооцененное и редко используемое средство, насколько и эффективное. Оно меняет все.
Есть разница между активными и пассивными вопросами. Пассивный вопрос — это когда он задается таким образом, что вы можете переложить ответственность на окружение. Например, это вопрос: «Читал ли я сегодня книгу?». Если нет, то вы легко можете спихнуть ответственность на других, сказав, что «Шеф на работе завалил работой и я не успел», или «Жена попросила помочь с готовкой». Поставьте вопрос по-другому: «Что я сделал для того, чтобы почитать сегодня?». Как видите, этот вопрос конкретно о том, сделали ли вы все возможное, чтобы как-то изменить свое поведение. Составьте список ежедневных активных вопросов по поводу чтения. Они будут стимулировать вас на следующий день изменить свое поведение и поддерживать новую привычку.
Изменить свое поведение и привычки просто, но это отнюдь нелегко. Вам понадобится сила воли, чтобы хоть что-то изменить. Но я вас обрадую, чем чаще вы будете что-то в себе менять, тем легче вам это будет даваться. А значит, достижение целей и успеха не за горами.
По материалам книги Маршалла Голдсмита "Триггеры"
Активные вопросы
Есть один триггер, который работает как «волшебный ход» для изменения наших привычек. Это активные вопросы. Самоанализ — это настолько же простое, недооцененное и редко используемое средство, насколько и эффективное. Оно меняет все.
Есть разница между активными и пассивными вопросами. Пассивный вопрос — это когда он задается таким образом, что вы можете переложить ответственность на окружение. Например, это вопрос: «Читал ли я сегодня книгу?». Если нет, то вы легко можете спихнуть ответственность на других, сказав, что «Шеф на работе завалил работой и я не успел», или «Жена попросила помочь с готовкой». Поставьте вопрос по-другому: «Что я сделал для того, чтобы почитать сегодня?». Как видите, этот вопрос конкретно о том, сделали ли вы все возможное, чтобы как-то изменить свое поведение. Составьте список ежедневных активных вопросов по поводу чтения. Они будут стимулировать вас на следующий день изменить свое поведение и поддерживать новую привычку.
Изменить свое поведение и привычки просто, но это отнюдь нелегко. Вам понадобится сила воли, чтобы хоть что-то изменить. Но я вас обрадую, чем чаще вы будете что-то в себе менять, тем легче вам это будет даваться. А значит, достижение целей и успеха не за горами.
По материалам книги Маршалла Голдсмита "Триггеры"
РАЗЛИЧИЯ МЕЖДУ МНЕНИЕМ, ОБОСНОВАННЫМ СУЖДЕНИЕМ И ФАКТОМ
Сравните следующие три утверждения.
Computereasy — это лучший персональный компьютер, который можно купить. Мне он нравится.
Computereasy — это лучший персональный компьютер, который можно купить дешевле, чем за 2000 долларов. Пользоваться им проще, чем пятью другими лучшими марками компьютеров, и для него годится все программное обеспечение, которым я пользуюсь.
Computereasy продается с жестким диском большой емкости и встроенным лазерным принтером, он полностью совместим со всем программным обеспечением, написанным для IBM, Apple и Apple Macintosh.
В первом примере я высказала мнение. Это простое утверждение о моих предпочтениях. Мне это нравится; я считаю это лучшим. Не приводится никаких причин, обосновывающих эту оценку. Мнения отражают, как индивидуум или группа оценивает точку зрения или товар — например, «Голосуйте за Макса Лэйка; он лучше всех подходит для этого поста!».
Во втором примере также высказано предпочтение, но здесь это предпочтение поддерживают доводы. Я предпочитаю X, потому что Y. Это пример обоснованного суждения.
Третье утверждение содержит фактические заявления. Факты имеют значение истинности, которое можно проверить, — например каша для завтрака Gravel-Os содержит 100% рекомендуемой дневной нормы железа. Хотя лично я не могу проверить истинность этих фактов, надежный авторитет (например, Служба качества продуктов питания и лекарств) проверил эти утверждения за меня. Иногда различия между фактами, мнениями и обоснованными суждениями являются довольно тонкими. Если мы говорим, что Gravel- Os — хорошая каша, потому что в ней содержится 100% рекомендуемой дневной нормы железа, то это обоснованное суждение, которое частично основано на несформулированном предположении, что полезно есть кашу, содержащую 100% рекомендуемой дневной нормы железа. Провести различия становится еще труднее, если вспомнить, что мнения могут служить посылками (доводами) в аргументации. Таким образом, если я скажу, что Gravel-Os — хорошая каша, потому что мне нравится ее ореховый вкус, и она полностью удовлетворяет мои дневные потребности в железе, то аргументация станет еще сильнее.
Часто бывает трудно получить «голые» факты, не окрашенные ничьим мнением. Возьмите, к примеру, газету, которую вы обычно читаете. Хотя журналисты обязаны сообщать читателям факты, их мнение, несомненно, оказывает влияние на то, о чем и как они пишут. Сравним, как две разные газеты освещают одно и то же событие. Одна газета пишет о нем крупными буквами в заголовке на первой странице, в результате чего это событие становится важной новостью, о которой прочтут многие люди; другая газета помещает сообщение о нем на последней странице петитом, и таким образом о событии узнает гораздо меньше читателей. Рассмотрим выражения, с помощью которых излагается одна и та же история. Статью о ситуации в Польше в период, когда там было введено военное положение, можно назвать «Польша навязывает народу военное положение» или «В Польше все спокойно». Оба эти заголовка фактически правильны, тем не менее, они по-разному представляют жизнь в Польше.
Сравните следующие три утверждения.
Computereasy — это лучший персональный компьютер, который можно купить. Мне он нравится.
Computereasy — это лучший персональный компьютер, который можно купить дешевле, чем за 2000 долларов. Пользоваться им проще, чем пятью другими лучшими марками компьютеров, и для него годится все программное обеспечение, которым я пользуюсь.
Computereasy продается с жестким диском большой емкости и встроенным лазерным принтером, он полностью совместим со всем программным обеспечением, написанным для IBM, Apple и Apple Macintosh.
В первом примере я высказала мнение. Это простое утверждение о моих предпочтениях. Мне это нравится; я считаю это лучшим. Не приводится никаких причин, обосновывающих эту оценку. Мнения отражают, как индивидуум или группа оценивает точку зрения или товар — например, «Голосуйте за Макса Лэйка; он лучше всех подходит для этого поста!».
Во втором примере также высказано предпочтение, но здесь это предпочтение поддерживают доводы. Я предпочитаю X, потому что Y. Это пример обоснованного суждения.
Третье утверждение содержит фактические заявления. Факты имеют значение истинности, которое можно проверить, — например каша для завтрака Gravel-Os содержит 100% рекомендуемой дневной нормы железа. Хотя лично я не могу проверить истинность этих фактов, надежный авторитет (например, Служба качества продуктов питания и лекарств) проверил эти утверждения за меня. Иногда различия между фактами, мнениями и обоснованными суждениями являются довольно тонкими. Если мы говорим, что Gravel- Os — хорошая каша, потому что в ней содержится 100% рекомендуемой дневной нормы железа, то это обоснованное суждение, которое частично основано на несформулированном предположении, что полезно есть кашу, содержащую 100% рекомендуемой дневной нормы железа. Провести различия становится еще труднее, если вспомнить, что мнения могут служить посылками (доводами) в аргументации. Таким образом, если я скажу, что Gravel-Os — хорошая каша, потому что мне нравится ее ореховый вкус, и она полностью удовлетворяет мои дневные потребности в железе, то аргументация станет еще сильнее.
Часто бывает трудно получить «голые» факты, не окрашенные ничьим мнением. Возьмите, к примеру, газету, которую вы обычно читаете. Хотя журналисты обязаны сообщать читателям факты, их мнение, несомненно, оказывает влияние на то, о чем и как они пишут. Сравним, как две разные газеты освещают одно и то же событие. Одна газета пишет о нем крупными буквами в заголовке на первой странице, в результате чего это событие становится важной новостью, о которой прочтут многие люди; другая газета помещает сообщение о нем на последней странице петитом, и таким образом о событии узнает гораздо меньше читателей. Рассмотрим выражения, с помощью которых излагается одна и та же история. Статью о ситуации в Польше в период, когда там было введено военное положение, можно назвать «Польша навязывает народу военное положение» или «В Польше все спокойно». Оба эти заголовка фактически правильны, тем не менее, они по-разному представляют жизнь в Польше.
Большинство средств массовой информации, которые передают новости (журналы, газеты, телевизионные выпуски новостей), склонны передавать ту информацию, которая «продается». СМИ часто сильно упрощают сложные проблемы и обращают основное внимание на противоречия, поскольку они интереснее, чем соглашения. В выпусках новостей часто пренебрегают обычными правилами строгих и обоснованных научных рассуждений, и вы узнаете новости, содержание которых определяется крайними сроками выхода газеты и интересом, которые они способны вызвать. Становится все труднее отличить факты от мнений. Как заметил Кинг ( King, 1994), многие телевизионные программы, вероятно, являются «инсценировками» реальных событий, но мы никогда не знаем, насколько они близки к правде. Если добавить некоторые «художественные» репортажи о жутких убийствах, произошедших в реальной жизни, и показ в развлекательных программах документальных кадров, запечатлевших арест преступников полицией, то ситуация становится еще более запутанной. Смутное различие между реальным и нереальным становится еще более неуловимым сейчас, когда с «настоящей реальностью» соперничает «виртуальная реальность» компьютерных программ. Мы вступаем в прекрасный новый мир, в котором критическое мышление нужнее, чем когда-либо прежде.
Возможно, вы думаете, что существует, по крайней мере, один источник правдивых фактов — ваши учебники. Хотя обычно можно уверенно предположить, что авторы учебников не хотят преднамеренно вводить учащихся в заблуждение, сообщаемые ими факты тоже можно интерпретировать по-разному. Количественная информация и факты, которые легко можно проверить, например, численность солдат, посланных в южно-американскую страну, или дефицит национального бюджета, вероятно, правильны или по возможности близки к истине, при условии, что не делалось преднамеренных попыток солгать. Другие факты, такие как последовательность и значимость событий, которые привели к началу войны, или стратегия проведения политических собраний, или объяснение причин существования нищеты в Америке, излагаются в интерпретации авторов учебников, которые решают, как их описывать. Используемые ими выражения, выбор изложенного и опущенного материала и объем предлагаемой информации — все это влияет на содержание публикуемой «фактической» информации. Личные предубеждения, конечно, тоже влияют на способ представления идей.
Как уже отмечалось, любая война может быть описана по-разному. Каждая из воюющих сторон имеет свою версию, которая редко совпадает с другими. К сожалению, в мире всегда где-то идет война, поэтому вы можете сами проверить это утверждение. Нередко каждая из сторон заявляет, что первой открыла огонь другая сторона, или обе стороны претендуют на победу в одном и том же сражении. Очевидно, при отсутствии поддающихся проверке фактов невозможно узнать, какая из сторон говорит правду и говорит ли правду хоть одна из сторон. Как и прежде, для оценки качества предлагаемой информации лучше всего выяснить, можно ли доверять данному журналисту. Я бы предпочла репортаж независимой третьей стороны, имеющей непосредственное и прямое знание предмета и соответствующий авторитет, а не репортаж представителей любой из сторон, участвующих в конфликте.
Мнения, замаскированные под факты, широко используются в рекламе. Рассмотрим рекламу средств от головной боли. Очень часто в ней показывают симпатичного мужчину в белом халате, который, очевидно, должен изображать врача. Он сообщает вам, что «Speedo быстро избавляет от головной боли». Хотя это кажется фактом, на самом деле это мнение. «Быстро» — понятие расплывчатое и поэтому должно быть обосновано в качестве суждения. Если бы соответствующие тесты с участием большого количества людей показали, что в среднем Speedo облегчает головную боль за 20 минут, то это была бы фактическая информация. Если вы сомневаетесь, является ли некая информация фактом или мнением, ищите неопределенные или оценочные слова (быстро, лучше, прелестнее и т. п.), а затем спросите себя, что подразумевается под оценочным термином и какие тесты проводились для обоснования утверждения.
Возможно, вы думаете, что существует, по крайней мере, один источник правдивых фактов — ваши учебники. Хотя обычно можно уверенно предположить, что авторы учебников не хотят преднамеренно вводить учащихся в заблуждение, сообщаемые ими факты тоже можно интерпретировать по-разному. Количественная информация и факты, которые легко можно проверить, например, численность солдат, посланных в южно-американскую страну, или дефицит национального бюджета, вероятно, правильны или по возможности близки к истине, при условии, что не делалось преднамеренных попыток солгать. Другие факты, такие как последовательность и значимость событий, которые привели к началу войны, или стратегия проведения политических собраний, или объяснение причин существования нищеты в Америке, излагаются в интерпретации авторов учебников, которые решают, как их описывать. Используемые ими выражения, выбор изложенного и опущенного материала и объем предлагаемой информации — все это влияет на содержание публикуемой «фактической» информации. Личные предубеждения, конечно, тоже влияют на способ представления идей.
Как уже отмечалось, любая война может быть описана по-разному. Каждая из воюющих сторон имеет свою версию, которая редко совпадает с другими. К сожалению, в мире всегда где-то идет война, поэтому вы можете сами проверить это утверждение. Нередко каждая из сторон заявляет, что первой открыла огонь другая сторона, или обе стороны претендуют на победу в одном и том же сражении. Очевидно, при отсутствии поддающихся проверке фактов невозможно узнать, какая из сторон говорит правду и говорит ли правду хоть одна из сторон. Как и прежде, для оценки качества предлагаемой информации лучше всего выяснить, можно ли доверять данному журналисту. Я бы предпочла репортаж независимой третьей стороны, имеющей непосредственное и прямое знание предмета и соответствующий авторитет, а не репортаж представителей любой из сторон, участвующих в конфликте.
Мнения, замаскированные под факты, широко используются в рекламе. Рассмотрим рекламу средств от головной боли. Очень часто в ней показывают симпатичного мужчину в белом халате, который, очевидно, должен изображать врача. Он сообщает вам, что «Speedo быстро избавляет от головной боли». Хотя это кажется фактом, на самом деле это мнение. «Быстро» — понятие расплывчатое и поэтому должно быть обосновано в качестве суждения. Если бы соответствующие тесты с участием большого количества людей показали, что в среднем Speedo облегчает головную боль за 20 минут, то это была бы фактическая информация. Если вы сомневаетесь, является ли некая информация фактом или мнением, ищите неопределенные или оценочные слова (быстро, лучше, прелестнее и т. п.), а затем спросите себя, что подразумевается под оценочным термином и какие тесты проводились для обоснования утверждения.