Крутая шутка, которую можно показывать тем, кто будет вам затирать, что «если шутку нужно объяснять, значит, это плохая шутка»

Знаменитую мелодию для вступительных титров «Секретных материалов» — ту-ТУ-ту-ту-ТУ-ту — сочинил композитор Марк Сноу. Он говорит, что и слова написал:

The X Files is a show
With music by Mark Snow.

Продюсеры сериала почему-то использовали только музыку.

Джейсон Судейкис в байопике Климента Ворошилова когда

В этой сцене из «Маньчжурского кандидата» персонаж Фрэнка Синатры идеально описывает мои читательские привычки.

(После этого разговора начальник Синатры начинает всерьёз беспокоится о его душевном здоровье и приказывает ему взять больничный.)

Вообще я ожидал, что «Маньчжурский кандидат» окажется более прямолинейным высказыванием о злодейских коммунистах, которые управляют сознанием положительных американцев, но фильм в итоге произвёл более приятное впечатление.

Да, элемент агитки там, конечно, есть: русские и китайцы — опереточные злодеи, а американские военные — ну прям такие добропорядочные и добронамеренные, что невозможно. Но при этом центральная сюжетная линия «коммунисты превратили американца в своего зомби» — лишь одна реализация мотива контроля и подавления чужой воли. Кроме этого, там как минимум есть политик, который говорит то, что ему скажут; сын, который пишет и делает, что ему скажет мать; жених, который беспрекословно подчиняется невесте.

И такое нехитрое масштабирование основной темы сразу придаёт фильму глубины. Её же добавляет второстепенная и немного загадочная линия как раз с героем Синатры (хотя он вообще-то, наверное, главный персонаж): его страсть к чтению всего подряд и его странно-внезапный роман с женщиной, которая шутит странные шутки (сначала кажущиеся кодом), не вызывающие улыбки и смеха ни у героя, ни у неё самой.

Ещё большей странности добавляет и то, что сыграно и снято это всё, как фильм 1962 года, — то есть, например, с какой-то неестественной театральностью и наивностью манер и отчётливой и громкой артикуляцией реплик. То есть общий эффект остаётся немного диссонирующий: содержание (даже не содержание, а sensibility) у фильма вполне современное, а форма — архаичная.

Кстати, шутки при этом есть и неожиданно напоминающие гэги из «Симпсонов» (см. видео), да и в принципе интонация у фильма, скорее, иронично-остранённая.

Смотрим шведский сериал Modus. Героиня всё сделала по принципам крав мага: подобрала подручное средство, быстро переключилась на рукопашный бой, когда его выбили из рук, била в уязвимые точки, громко кричала и при возможности сразу убежала

Интересно, намекал ли Вудхауз в рассказе 1921 года на конкретных русских писателей? Причем если про Совьетски и Настикоффа никаких подробностей не приводится, то про Владимира Брусилоффа говорится, что это автор мрачно-безнадёжных романов, где ничего не происходит до 380 страницы, а потом the moujik решает совершить самоубийство.

(А также Вудхауз смешно демонстрирует принцип «сам не похвалишь — никто не похвалит»; хотя тут, конечно, с учётом говорящего персонажа это явная самоирония, а не самовосхваление.)

Отправляю сценарную заявку Чарли Брукеру

Очень милая страница с прекрасного сайта про «мир жуков и изучающих их учёных», который ведёт коллектив Отделения жесткокрылых Лаборатории систематики насекомых Зоологического института.

Как разработчики Google Gemini получили доступ к моему внутреннему монологу?

Тут предполагают, что наверняка кто-то уже написал про депрессивный AI. И как правильно отметили в другом месте, конечно, написал — и не кто-то, а Дуглас Адамс

Лучшее письмо в истории писем: мать объясняет 19-летнему Шопенгауэру, почему он душнила и всех достал

Марк Мэрон, конечно, говорит на моём языке

Если вы не можете придумать название для книги, просто помните, что Иван Иванович Дмитриев выпустил книгу стихов под названием «И мои безделки» вслед за Карамзиным, у которого «Мои безделки»

Mountainhead показался точной и злой, но дежурной сатирой на Маска-Цукерберга-Тиля-Олтмена; когда комический эффект держится на узнавании стереотипов, сложно сделать что-то выдающееся. С другой стороны, просто сделать и что-то совсем скучное, а Джесси Армстронг манипулирует своими одномерными персонажами изобретательно: засовывает их в хорошо придуманный механизм противоборствующих мотивов и раскручивает до абсурда. В общем, мастер скетчей пишет классицистическую комедию с моралью: тут даже три единства соблюдены, а у героев имена в духе Venis (venal+penis; то есть что-то типа Алчлен).

И хотя автор не сообщает ничего нового, он ярко формулирует известное; уже немало. Мне запомнился лобовой, но эффективный диалог:
— Do you believe in other people?
— I think one needs to.
— Yeah, but do you? Eight billion people as real as us?

Но больше всего я смеялся над попыткой посреди апокалипсиса унять мародёров-стримеров: Yeah, I asked them to knock it off, but the people in the chat are so pro-pillage at this point

Нет, спасибо, меня не проведёшь: я читал Стивена Кинга и не хочу цыганское проклятие, после которого я буду весить минус 10 кг