Гомер Симпсон — образец для подражания Томаса Пинчона.

Как известно, Пинчон дважды появлялся в «Симпсонах». Сегодня узнал, что свои реплики для серии, в которой все писали восторженные отзывы на еду Мардж, Пинчон отредактировал: в частности ему не понравилась фраза «Мардж прекрасно готовит — неудивительно, что у Гомера такая жирная задница», потому что: «Простите, ребята. Гомер — мой образец для подражания, и я не могу плохо о нём говорить».

Ну и по мелочи добавил плохих каламбуров, отсылающих к его романам: «Yeah, Vi-licious!» и «And those potato pancakes of hers! I ate 4 dozen once and was suddenly inspired by the Frying of Latke 49».

Это какое-то очень обаятельное сочетание очень серьёзного отношения к чужому и массовому (хотя и не тупому) искусству и ироничного, лёгкого отношения к своему и стопроцентно элитарному (хотя и не снобскому) искусству. Впрочем, я легко себе могу представить, например, Беккета в такой же ситуации — жалко, что он не дожил до расцвета «Симпсонов»: он умер спустя 5 дней после пилотной серии.

https://www.theguardian.com/books/2014/sep/04/thomas-pynchon-edited-homer-simpsons-episode

Сергей Миронов адаптирует мюзикл «Гамильтон»!

Ну то есть мне бы очень хотелось думать, что на участие в «дебаттле» (!) под псевдонимом OxxxyMironov (!!) политика вдохновили именно Cabinet Battles из «Гамильтона». Но вряд ли.

http://ria.ru/election2016/20160803/1473492648.html

Если вы не посмотрели Stranger Things, срочно бегите смотреть (это круто), потом бегите обратно и включайте это видео Uproxx (там спойлеры), объясняющее интерпретацию, согласно которой Эл не просто так однажды говорит Майку: «I am the monster».

Странно, кстати, что интерпретации сериалов и вообще современных произведений почему-то принято называть «фанатскими теориями». Впрочем, этот термин можно на всё распространить: фанатские теории об авторстве произведений Шекспира; : фанатская теория Эйхенбаума о «Шинели»; фанатская теория Эко о творчестве Джойса; т.д.

Сегодня день рождения у Стивена Фрая, одного из умнейших, остроумнейших и вообще лучших людей на Земле. Мимо этого нельзя пройти мимо, надо что-то написать. Ну вот, например, дам ссылку подбору на The Guardian лучших фраевских моментов из QI — одной из лучших телепередач в мире, ведущим которой Фрай, к сожалению, перестал быть в начале этого года. У меня бы, наверное, получилась другая подборка, но великий момент про Акрополь есть.

Минутка продуктивности, мотивации, успешности, саморазвития и самосовершенствования в этом канале.

Во вторник после почти полугодового перерыва выступил со стендапом — сходил на открытый микрофон в «Алиби». Получилось на удивление неплохо, учитывая, что проверял почти исключительно новый материал: многое просто зашло, что-то — очень хорошо зашло. Сегодня поймал себя на том, что воспроизвожу отдельные удачные моменты выступления в памяти, и по этому поводу вспомнил “The 11 O’Clock Rule” («Правило 11 утра») комедиантки Сары Милликан: ты можешь позволить себе испытывать какие-либо сильные положительные или отрицательные эмоции после выступления, но только до 11 утра следующего дня. Провал — грусти, плачь, считай себя ничтожеством. Крутое выступление — веселись, радуйся, думай, что ты Бог комедии. Но только до 11 утра следующего дня. После — нужно забыть и move on. Иначе если ты с этим грузом подойдёшь к следующему выступлению, то точно ничего хорошего не выйдет (особенно это относится к мысли, что ты Бог комедии).

Мне кажется, что это правило применимо не только к комедии, но и вообще к какой угодно деятельности: совсем никак эмоционально не реагировать на свои успехи и неудачи — глупо, но и делать далеко идущие выводы о собственной гениальности или собственном ничтожестве (более частый случай в моей жизни) на основании одного результата — не менее глупо.

В общем, как пелось в одной мотивирующей песне о саморазвитии, успешности, продуктивности и самосовершенствовании: «nothing so ridiculously teenage and desperate // Nothing so childish // At a better pace, slower and more calculated».

И ещё хотел написать по следам открытого микрофона на прошлой неделе. Я за полгода как-то успел забыть, что один из главных панчлайнов в отечественном стендапе — слово «пидор». Серьёзно, в прошлый вторник в пяти-шести выступлениях, которые я увидел, его использовали несколько раз — к нему либо вели как к основному смыслу шутки, либо его использовали в качестве неожиданного завершения. Что характерно, каждый раз это работало — люди смеялись. Меня это огорчает, во-первых, потому что это лениво: зачем придумывать оригинальную шутку, если можно в нужный момент внезапно сказать слово «пидор», и люди будут смеяться. Во-вторых, потому что неэтично: это шутки, высмеивающие или использующие в качестве комического материала совсем не ту группу людей, над которой нужно смеяться. Смеяться над теми, кто в этом обществе занимает слабую и незащищённую позицию, — это фу. И даже если комик не гомофоб и не имеет своей шуткой в виду никакого гомофобного смысла, само использование этого оскорбительного наименования делает шутку гомфобной, если она не помещена в соответствующий контекст, который даёт понять, что комик не гомофоб. Это сложно, ну так это только кажется, что шутить вообще и шутить о сексуальности и гендере легко. О религии, сексуальности, гендере, национальности шутить сложнее всего — для того чтобы шутка получилась по-настоящему хорошей, нужно быть большим мастером: если не выстраивать контекст, получится обычное оскорбление. Над которым, к сожалению, определенная аудитория в определенных обстоятельствах будет смеяться и поощрять таким образом комика.

(Вообще я уже давно хочу написать большой текст об оскорбительном юморе, вот найду свободное время и ух как напишу.)

Простой, но эффектный анализ от Nerdwriter'a того, как просто, но эффективно отвечает на неудобные вопросы Дональд Трамп: короткие слова, повторы, мощные концовки предложений, обращение к слушателю, ссылки на несуществующих друзей. Ещё почему-то не отметили любовь Трампа к третьему лицу: собственно, одно из его любимых слов — «Трамп». https://www.youtube.com/watch?v=_aFo_BV-UzI

Я ни тут, ни в паблике, ни в блоге почти не пишу о «Что? Где? Когда?», хотя это очень важная для меня штука: играю я уже больше 10 лет, пишу вопросы примерно столько же, а более-менее регулярно редактирую пакеты для турниров — последние лет 6.

Мы с Наташей наконец подготовили свой спешл — синхронный турнир «Нейробеккет». Играть его будут в эти выходные, заявить площадку можно здесь: http://goo.gl/7yC82x. Ну или там же посмотреть, есть ли площадка в вашем городе.

Вопросы получились хорошие, мы старались. Но особенно нам удались название и обложка, конечно.

(К вечеру, надеюсь, допишу текст о другом спешле.)

(via Михаил Назаренко)

В общем, сначала я просто послушал выпуск Blitz and Chips о комедии и хотел вклиниться в разговор ребят с довольно очевидной мыслью, что мета у Бёрнэма — это не пустой gimmick, а идеальный medium для его message. Но чот разошёлся: http://goo.gl/Ohnm0x.

Написал об одном словоупотреблении, которое давно бесило. https://boronenko.wordpress.com/2016/09/09/%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D1%87%D0%BD%D0%BE/

Почему-то только сейчас прочитал этот гонзо-репортаж Леонида Марантиди о том, как он читал «Словарь русских писателей XVIII века». Довольно длинный, но читается на одном дыхании: смешно и познавательно! http://arzamas.academy/materials/666

Вот, например, фрагмент, который дал название тексту.

«"Плодовитым сынам эпохи"! Серьезно? Впрочем, пару часов назад в переписке написал другу, что он «беспечный любитель муз». А еще в мою речь вошли все эти ругательства вроде «клеврет», «сикофант» и «жалкий панегирист». Теперь ищу случая употребить красивое слово «коцебятина» — так, по имени популярного тогда драматурга Коцебу, называли стилистическую манерность».