Написал об одном словоупотреблении, которое давно бесило. https://boronenko.wordpress.com/2016/09/09/%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D1%87%D0%BD%D0%BE/
Words, Jokes, and Stories
Иронично
Заметил, что в последнее время многие люди — особенно комики — стали странно использовать слово «иронично» и его производные. В духе: «вам не кажется ироничным, что» или «разве это не иронично, что…
Почему-то только сейчас прочитал этот гонзо-репортаж Леонида Марантиди о том, как он читал «Словарь русских писателей XVIII века». Довольно длинный, но читается на одном дыхании: смешно и познавательно! http://arzamas.academy/materials/666
Arzamas
Сикофант и коцебятина
Как провести время со словарем русских писателей
«"Плодовитым сынам эпохи"! Серьезно? Впрочем, пару часов назад в переписке написал другу, что он «беспечный любитель муз». А еще в мою речь вошли все эти ругательства вроде «клеврет», «сикофант» и «жалкий панегирист». Теперь ищу случая употребить красивое слово «коцебятина» — так, по имени популярного тогда драматурга Коцебу, называли стилистическую манерность».
Начали с Наташей смотреть «Crazy Ex-Girlfriend». В первой же серии была песня «The Sexy Getting Ready Song», над куском которой с 1:30 по 2:00 я так сильно смеялся, как я ни над чем уже давно не смеялся. На «I’m gonna go apologize to some bitches» я вообще чуть не умер.
Читаю описания фильмов из программы Амфеста. Дочитал до фильма о Майлзе Дэвисе:
Обсуждения оскорбительных шуток (все же слышали про Aviasales?) часто сводятся к фразам со смыслом «шутка — это всего лишь шутка» и «why so serious». По этому поводу внезапно вспомнил фрагмент из довлатовского «Соло на ундервуде», чего я давно не делал, хотя лет в 19 цитатами оттуда практически разговаривал. Он, скорее, не про оскорбительные шутки, а про странное (слово «странный» в последнее время стало моим главным эвфемизмом) отношение к юмору вообще. И про людей, которые бесят.
«Встретил я экономиста Фельдмана. Он говорит:
- Вашу жену зовут Софа?
- Нет, - говорю, - Лена.
- Знаю. Я пошутил. У вас нет чувства юмора. Вы, наверное, латыш?
- Почему латыш?
- Да я же пошутил. У вас совершенно отсутствует чувство юмора. Может, к логопеду обратитесь?
- Почему к логопеду?
- Шучу, шучу. Где ваше чувство юмора?».
- Вашу жену зовут Софа?
- Нет, - говорю, - Лена.
- Знаю. Я пошутил. У вас нет чувства юмора. Вы, наверное, латыш?
- Почему латыш?
- Да я же пошутил. У вас совершенно отсутствует чувство юмора. Может, к логопеду обратитесь?
- Почему к логопеду?
- Шучу, шучу. Где ваше чувство юмора?».
А потом — вдогонку — ещё один фрагмент, который к тому же оказался вдогонку и к записи о шутках про «пидоров».
«Дело было в пивной. Привязался ко мне незнакомый алкаш.
- Какой, - спрашивает, - у тебя рост?
- Никакого, - говорю.
(Поскольку этот вопрос мне давно надоел.)
Слышу:
- Значит, ты педераст?!
- Что-о?!
- Ты скаламбурил, - ухмыльнулся пьянчуга, - и я скаламбурил!».
- Какой, - спрашивает, - у тебя рост?
- Никакого, - говорю.
(Поскольку этот вопрос мне давно надоел.)
Слышу:
- Значит, ты педераст?!
- Что-о?!
- Ты скаламбурил, - ухмыльнулся пьянчуга, - и я скаламбурил!».
Forwarded from isqoos
=== О нравственности. Что делать, если вам кажется, что художник изобразил что-то отвратительное, неэтичное, неприемлемое?*
1) Возможно, вам кажется. Посмотрите повнимательнее. Почитайте, что написано на бумажке.
2) Возможно, вам не кажется, и художник сам в шоке. Ну то есть – он как бы говорит: «Смотрите, какое фу!». Вы можете с ним согласиться.
3) Возможно, художник смакует порок, одобряет разврат и распространяет греховность. Вы можете с ним не согласиться. Вы вообще не обязаны соглашаться ни с одним художником на свете. Вы всегда можете сказать – себе, другим – нет, это неправильно потому-то и потому-то. И уйти с выставки.
4) Возможно, художник вообще ничего не пытается сказать. Будете вы с ним спорить или соглашаться – он останется в стороне, в состоянии возвышенного нейтралитета, а вас ждёт фрустрация. В этом случае полезно обратиться к эссе Сьюзан Сонтаг «О стиле», в котором она, в частности, затрагивает проблему соотношения эстетики и этики. Она отмечает, что для Западной культуры характерно их отождествление, а также отношение к произведению искусства как к высказыванию, которое мы можем оценить с точки зрения этики – то есть согласиться или не согласиться, одобрить или осудить. Происходит это потому, что этика представляется неким набором готовых решений, предписаний и табу. В том случае, если произведение искусства не соответствует нормативу, оно может быть сочтено подрывающим нравственность.
«Но если мы рассматриваем нравственность автономно, как принципиальное решение со стороны сознания, тогда наша реакция на искусство предстаёт «моральной» именно постольку, поскольку это переживание воодушевляет нашу восприимчивость и разум. Ведь именно восприимчивость питает нашу способность к нравственному выбору и побуждает к действию – если принять, что мы действительно делаем выбор (без чего поступок невозможно назвать нравственным), а не апатично и бездумно повинуемся. Искусство выполняет эту «моральную» задачу, поскольку качества, присущие как эстетическому опыту (бескорыстие, созерцательность, собранность, пробуждение чувств), так и эстетическому объекту (изящество, продуманность, экспрессия, энергия, чувственность) выступают основными составляющими нравственной реакции на события жизни.
В искусстве «содержание» является, так сказать, поводом, целью, приманкой, втягивающей сознание в формальный по существу процесс преображения.
Именно поэтому мы с чистой совестью можем ценить произведения искусства, которые с точки зрения только «содержания» выглядят морально предосудительными».
*Здесь не рассматриваются случаи, когда процесс производства/экспонирования произведения искусства связан с эксплуатацией третьих лиц.
1) Возможно, вам кажется. Посмотрите повнимательнее. Почитайте, что написано на бумажке.
2) Возможно, вам не кажется, и художник сам в шоке. Ну то есть – он как бы говорит: «Смотрите, какое фу!». Вы можете с ним согласиться.
3) Возможно, художник смакует порок, одобряет разврат и распространяет греховность. Вы можете с ним не согласиться. Вы вообще не обязаны соглашаться ни с одним художником на свете. Вы всегда можете сказать – себе, другим – нет, это неправильно потому-то и потому-то. И уйти с выставки.
4) Возможно, художник вообще ничего не пытается сказать. Будете вы с ним спорить или соглашаться – он останется в стороне, в состоянии возвышенного нейтралитета, а вас ждёт фрустрация. В этом случае полезно обратиться к эссе Сьюзан Сонтаг «О стиле», в котором она, в частности, затрагивает проблему соотношения эстетики и этики. Она отмечает, что для Западной культуры характерно их отождествление, а также отношение к произведению искусства как к высказыванию, которое мы можем оценить с точки зрения этики – то есть согласиться или не согласиться, одобрить или осудить. Происходит это потому, что этика представляется неким набором готовых решений, предписаний и табу. В том случае, если произведение искусства не соответствует нормативу, оно может быть сочтено подрывающим нравственность.
«Но если мы рассматриваем нравственность автономно, как принципиальное решение со стороны сознания, тогда наша реакция на искусство предстаёт «моральной» именно постольку, поскольку это переживание воодушевляет нашу восприимчивость и разум. Ведь именно восприимчивость питает нашу способность к нравственному выбору и побуждает к действию – если принять, что мы действительно делаем выбор (без чего поступок невозможно назвать нравственным), а не апатично и бездумно повинуемся. Искусство выполняет эту «моральную» задачу, поскольку качества, присущие как эстетическому опыту (бескорыстие, созерцательность, собранность, пробуждение чувств), так и эстетическому объекту (изящество, продуманность, экспрессия, энергия, чувственность) выступают основными составляющими нравственной реакции на события жизни.
В искусстве «содержание» является, так сказать, поводом, целью, приманкой, втягивающей сознание в формальный по существу процесс преображения.
Именно поэтому мы с чистой совестью можем ценить произведения искусства, которые с точки зрения только «содержания» выглядят морально предосудительными».
*Здесь не рассматриваются случаи, когда процесс производства/экспонирования произведения искусства связан с эксплуатацией третьих лиц.
Проблема редактора ЧГК, ведущего канал в телеграме о культуре, — по интересному факту хочется и вопрос сделать, и пост написать. Поэтому когда факт использовать для ЧГК не получается, я даже испытываю облегчение — можно написать в телеграм!
Так вот, крутую штуку недавно нашла Наташа: оказывается, в диснеевском «Геркулесе» куча отсылок к эдипу. Главный герой не знает своих родителей, и его растят крестьяне, у которых не было своих детей; он едет в Фивы, чтобы совершать подвиги, а в городе его окружают люди и жалуются на множество бедствий, обрушившихся на город. Как известно, после того, как Эдип стал мужем своей матери и, следовательно, царем Фив, в город пришла чума.
Ну и, собственно, реплика из гифки выше даёт понять, что создатели мультфильма делали все эти штуки сознательно. Зачем? Не совсем понятно. Скорее всего, это шутка ради шутки. Но смешная. Ещё забавно, что фильм маркирован «6+», хотя как раз к 6 годам Эдипов комплекс у мальчиков уже проходит свою активную фазу.
(Буду стараться о других неиспользованных — да и использованных тоже — фактах писать сюда чаще.)
Так вот, крутую штуку недавно нашла Наташа: оказывается, в диснеевском «Геркулесе» куча отсылок к эдипу. Главный герой не знает своих родителей, и его растят крестьяне, у которых не было своих детей; он едет в Фивы, чтобы совершать подвиги, а в городе его окружают люди и жалуются на множество бедствий, обрушившихся на город. Как известно, после того, как Эдип стал мужем своей матери и, следовательно, царем Фив, в город пришла чума.
Ну и, собственно, реплика из гифки выше даёт понять, что создатели мультфильма делали все эти штуки сознательно. Зачем? Не совсем понятно. Скорее всего, это шутка ради шутки. Но смешная. Ещё забавно, что фильм маркирован «6+», хотя как раз к 6 годам Эдипов комплекс у мальчиков уже проходит свою активную фазу.
(Буду стараться о других неиспользованных — да и использованных тоже — фактах писать сюда чаще.)
Forwarded from Слова и деньги
Новиков говорит: «Проблема в том, что пиратство угрожает российским писателям. Когда они перестают получать доход, то, как люди талантливые, уходят заниматься чем-то другим: писать сценарии, преподавать… В первую очередь уходят самые талантливые и востребованные».