Так вот. По данным отраслевого отчета Федерального агентства по печати средствам массовой информации за 2016 год, средняя цена на книгу по рынку сооставляла 217 руб. Как правило, наценка книготорговых предприятий составляет от 37% до 100%. Примем 70% как реалистичное среднее. В таком случае средняя отпускная цена издательств за книгу — 128 руб. Обычное авторское роялти составляет 10% от отпускной цены. Отсюда несложно посчитать, что для того, чтобы автор книги получал в качестве гонорара хотя бы минимальный размер оплаты труда, принятый в России (6204 руб./месяц), реализованный тираж его книги должен быть не менее 5832 экз. Средний тираж книг в России, однако, в 2015 году был на уровне 4078 экз., а художественных книг — 3693 экз. Тиражи более 5 тыс. экз. в общем ассортименте имели долю 15,2%. Если же взять за точку отсчёта не МРОТ, а среднюю заработную плату по России — 31 325 руб., то для того, чтобы выплачивать автору эквивалентную ей сумму в течение года, издателю необходимо реализовать не менее примерно 30 тыс. экз. Поскольку доля книг с тиражом более 10 тыс. экз. в России — 7,2%, то долю тиражей более 30 тыс. можно осторожно оценить в 4%. Соответственно, только авторы 600–700 художественных книг могут рассчитывать хоть на какую-то убедительную оплату своего творческого труда. Следует отметить, что эта оценка являтся весьма осторожной и явно завышенной, поскольку во-первых, с увеличением тиражей уменьшается себестоимость производства и отпускная цена изданий, а значит — и размеры авторских роялти. Во-вторых, книги успешных авторов печатаются не по одному наименованию. В-третьих, около 10% изданий — это переводная литература. И, наконец, примерно 4% таких изданий выпускаются вообще без авторских отчислений — никто не платит наследникам Пушкина, Толстого и Достоевского, а их книги выходят более, чем заметными тиражами. Поэтому не будет преувеличением сказать, что российских писателей и их наследников, которые живут только и исключительно на гонорары за книжные публикации, вряд ли больше двух-трёх сотен. И в их число входят едва ли 20–30 наследников российских писателей.

И эта история, когда писатели в большинстве своём НЕ МОГУТ жить за счёт своего труда — вовсе не от пиратства, а от устройства индустрии. И от особенностей формирования роялти, которое в России платится от отпускной цены издательства, а не от розничной цены магазина. Флагманом этой индустрии с вот таким вот устройством как раз и является издательский холдинг г-на Новикова.

Читаю в телеграме каналы двух людей, рассказывающих изнутри о том, как устроено образование в двух зарубежных странах. Никита Герасимов (https://telegram.me/shabbyfox) работал со мной в Anywayanyday, а пару месяцев назад уехал в Китай учить детей английскому языку и очень интересно пишет о том, как там ему в Китае живётся. Живётся нескучно, но иногда Никита пишет такое, что не позавидуешь (чего один великий китайский файрвол стоит).

А вот Арсению Хитрову (https://telegram.me/theorchard) я прям завидую. Это бывший преподаватель Вышки, кандидат философских наук, который по стипендии поехал в Кембридж и следующие три года будет там писать исследование об американских и британских политических сериалах. Очень подробно рассказывает об укладе жизни в университете (дресс-код, курсы, тьюторы, колледжи, матрикуляции и т.д.) и иногда позволяет себе совершенно возмутительные высказывания вроде «Вообще в этом городе хочется перечитать всю мировую литературу от сказания о Гильгамеше до Ферранте. Наверное я так и сделаю». Ну как так можно, а?

На самом деле канал действительно классный, да и вообще интересы автора поразительно совпадают с моими: я видел его статьи и лекции не только о сериалах, но и о Лоренсе Стерне, Поле Остере, шутках после 11 сентября и прочем.

В общем, читайте каналы Никиты и Арсения. И от этого канала не отписывайтесь: сейчас у меня будет больше свободного времени, поэтому буду чаще писать сюда о юморе, литературе, культуре и прочих интересных штуках.

После того, как я с огромным удовольствием посмотрел выступление Дилана Морана у Конана О'Брайена (https://vk.com/video-53358766_456239238), понял, что последнее время очень много всего смотрю и читаю из какого-то чувства долга: надо быть в курсе этого, знать вот это, не пропустить вот это. И часто досматриваю или дочитываю что-то через силу. А тут же 7 минут чистого наслаждения, и я прям не хотел, чтобы видео заканчивалось.

Генри Лайтбоун, совладелец одной из главных британских компаний по производству обоев конца XIX века, был богатым, но щедрым человеком и никогда не отказывал многочисленным просителям. Но если кто-то его великодушием злоупотреблял, Лайтбоун не разочаровывался во всём человечестве, а спокойно записывал имя этого человека в книжечку, забывал об эпизоде и дальше проявлял щедрость. На книжечке было написано «Rogues, Thieves, Vagabonds and Incapables» (примерно: «Плуты, воры, проходимцы и дураки»). Хорошее название для пост-рок-группы — «Rogues, Thieves, Vagabonds and Incapables». Ну и отдельно порадовало слово «Incapables» — надо снять фильм такой: «The Incapables» — о супергероях, у которых нет никаких суперсил.

(Эту историю я узнал из книги об истории английских обоев с 1509 по 1914 года, которую пришлось прочитать для так и не написанного вопроса. Там ещё была пара забавных историй, завтра их перескажу вместе с небольшой рецензией на саму книгу.)

Написал про два списка смешных книг: один составил американский журнал Slate, пообщавшись с современными писателями и писательницами об их любимых книгах, а другой — это победители и участники шорт-листа британской премии Bollinger Everyman Wodehouse Prize.

Выше, голосом: паста и тараканчики, рассуждения об итальянском языке человека, который его не знает, и поминание Грегора Замза втуне.

Как известно, Джеймс Джойс похоронен в Цюрихе, выше фотография его могилы с Флунтернского кладбища. Но писателя вполне могли похоронить и на родине: после смерти мужа в 1941 году Нора Барнакл предложила правительству Ирландии перевезти тело из Швейцарии, но получила отказ; у Джойса с родной страной были сложные отношения (неприятие националистических идеалов, разрыв с религией, «скандальность» и «аморальность» «Улисса» и т.д.). В отместку Нора отдала архивные материалы «Финнеганова помина» в Британский музей, а не в Национальную библиотеку Ирландии.

Безуспешные попытки репатриации останков Джойса предпринимались и в дальнейшем: например, в 1970-е годы при поддержке Джорджио Джойса, сына писателя. А вот сегодня я узнал, что в 1962 году публично к этому призывал Флэнн О’Брайен, у которого к Джойсу вообще было непростое отношение: кумир и учитель (первый Блумсдей организовал именно О’Брайен), но из-под тени и влияния которого более молодому писателю нужно было выбираться, что приводило к сатирическим и пренебрежительным выпадам в адрес живого классика.

И раз уж я заговорил про Флэнна О’Брайена: издательство «Додо-пресс» запустило очередной краудфандинг, называется «Скрытое золото XX века». Шаши Мартынова, Макс Немцов и Александр Гузман, прекрасно знающие современную англоязычную литературу, собираются перевести на русский язык забытые или вообще неизвестные книги от шести британских и американских авторов: Бротигана, Бартелми, О’Брайена, Магнуса Миллза, Томаса Макгуэйна и Гордона Хотона (последних трёх написал с именами, потому что раньше о них никогда не слышал; первые-то три известные дяди). Как водится, можно дать сколько-то денег на поддержку проекта и получить взамен какое-то количество ништяков. Я вот дал 600 рублей и получу за них две книжки: «Архив Долки» О’Брайена (единственный крупный текст автора, до которого я ещё не добрался) и «В Восточном экспрессе без перемен» Миллза (написали, что подойдёт поклонникам Беккета, я поверил).

«БРИТАНСКИХ и американских авторов». Ну я дал, конечно. Джойс перевернулся в могиле на Флунтернском кладбище (а Беккет на кладбище Монпарнас, а О’Брайен на кладбище Дублина).

Полезная реплика кинокритика Алексея Гусева в дискуссии вокруг Райкина, Пескова и Звягинцева. Да, текст, как обычно у Гусева, немного вычурный и эстетский, но мысль внятная: художник либо берёт деньги от государства, либо не берёт; если не берёт, имеет свободу и рыночные заработки; а если берёт, то выполняет госзаказ; но госзаказ, деньги на произведение о чём-то, не равняется цензуре, вмешательству в процесс или результат (песковское «обозначить тему» — норм, «сказать, чтобы в кино никто не курил» — не норм); а так, чтобы делать совсем что хочешь, но при этом на деньги государства, — такого не бывает; другое дело, что и госзаказ может быть нормальным — то есть соответствующим и запросам народа, и идеалам прогрессивного и критического искусства, о которых вдохновенно писал в своём тексте Звягинцев (филолог Сергей Зенкин особенно отметил эссе режиссёра даже не за мысли, а именно за мастерство владения словом); ну так поэтому Гусев и берёт в качестве отправной точки своего рассуждения отсутствие в русском языке определённого артикля: эта власть не должна ничего заказывать художнику, а вообще власть — может; потому что государственные деньги — это, конечно, деньги из налогов граждан, но это нормально, это так работает: граждане дают избранной ими власти деньги, чтобы она чего-то там классное делала; а если делает что-то не очень классное, то просит перестать это делать (и просит, например, делать другой госзаказ на кино); но опять же это так работает вообще; как это работает у нас, сегодня напомнил другой текст.

Странный текст Константина Мильчина на «Горьком» о «Цементе» Фёдора Гладкова: пересказ ещё довольно остроумный, а вторая часть, историко-критический комментарий, какая-то поверхностная. К тому же там есть такой странный для профессионального литературного критика фрагмент: «…”Цемент” Федора Гладкова… лежит в основе сразу двух важнейших советских жанров. Во-первых, социалистического реализма. <…> Во-вторых, производственного романа». Странно даже это объяснять, но: соцреализм, как и любой «изм», — это направление, стиль, метод, но не ЖАНР.

Вот так читаешь кого-нибудь, как ты думаешь, классного, а потом он делает что-нибудь неклассное. И расстраиваешься. Вот, например, Андрей Бродецкий, редактор Apparat и ведущий отличного канала «Технологии, медиа и общество» взял и прорекламировал сейчас Aviasales в этом самом канале. Ещё и в формате «Предложили посмотреть приложение, ну я потыкал, всё неплохо и удобно, зацените». Ну как так можно-то, а.

Глупо, конечно, находить забавными фамилии людей, но: среди авторов любимого The New Yorker, оказывается, есть не только Адам Гопник, но и Эндрю Борыга.

Ещё, оказывается, до 1997 года BBC каждый вечер включал национальный гимн Великобритании. Вчера член парламента от консервативной партии Эндрю Росинделл, сказал, что раз страна выходит из Европейского Союза, то нужно вернуть эту практику — заканчивать дневной эфир прослушиванием God Save The Queen. Новостная передача BBC Newsnight вечером того же дня с удовольствием вняла этому призыву.

И ещё: раз уж я уволился и начался ноябрь, решил принять участие в NaNoWriMo, National Novel Writing Month. Если кто не знает, все участвующие в этом «Месяце сочинения романов» должны написать роман в 50 000 слов («Википедия» пишет, что примерно такого объёма «Автостопом по галактике», «Дивный новый мир» и «Великий Гэтсби»; неплохие ориентиры). Но на самом деле смысл этого всего исключительно в преодолении так называемого «писательского блока», предоставлении внешнего стимула для творчества и вообще в поощрении творческой самореализации людей (ugh, gross) — то есть это не соревнование и не литературная премия «Дебют», хотя некоторые романы, созданные таким образом, были опубликованы в настоящих издательствах.

В общем, я уже зарегистрировался, поэтому 30 ноября, до 23:59, мне придётся написать 50 000 слов своего романа «As Yet Unnoscriptd» в прекрасном жанре «Literary» (отмечать «Satire/Humor» было бы слишком скучно). Или не придётся. (Так себе пока что у этой штуки получилось меня замотивировать, конечно.)