Для тех, у кого нет айфона, но кто тоже хочет слушать про культуру, завтра и послезавтра можно в зуме послушать интересные доклады на конференции под названием «Современные поэтические практики», но там на самом деле не только про современную поэзию. Меня, например, заинтересовали такие темы:
‎— «"Утром пацана разбудило главное”: дискурс “метафизического пацанства” в современной песенной лирике».
— «Проблемы изучения ролевой поэзии по мотивам творчества Дж.Р.Р. Толкина (конец XX – начало XXI вв.)».
— «Скандал и соучастие как типы читательского отклика в поэтической деятельности кубо-футуристов».

Есть там и более серьёзные темы, конечно («Структуры внимания и распределение символической власти в современной поэзии» или «Поэт и фейсбук: предварительная типология жанров»), вот полная программа. Там же все ссылки на зум-конференции.

У Саши Фокина вышел новый выпуск подкаста, в котором он поговорил с Оксаной Васякиной — поэтессой и кураторкой школы «Современные литературные практики» (это где я учился прошлой осенью). Оксану можно слушать вечно — она очень интересно говорит о поэзии и литературе вообще (классической, неподцензурной советской, современной), о своей карьере, о литературном процессе и многом другом. В общем, послушайте, рекомендую.

Недавно слушал подкаст про Бетти Фридан и узнал, что в 2005 году консервативное издание Human Events опросило 15 scholars and public policy leaders (консервативных, разумеется) и составило топ-10 самых вредных книг 19 и 20 веков. Кроме The Feminine Mystique Фридан: два раза Маркс, конечно; доклад Альфреда «‎Шкала» Кинси; «‎По ту сторону добра и зла» Ницше; Конт (видимо, за атеизм, позитивизм и изобретение социологии); Кейнс; Дьюи; и, как ни странно, «‎Цитатник» Мао и «‎Майн Кампф» Гитлера. В honorable mentions: Ленин, Адорно, Скиннер, Дарвин (два раза), Фуко, Бовуар, Фрейд.

Но самое смешное — это список этих самых опрошенных 15 scholars and public policy leaders. Все они, разумеется, мужчины — за одним исключением: Филлис «‎Миссис Америка» Шлаффли!

В беккетоведении недавно произошёл микроскандал. Некто Кэл Ревели-Колдер написал в The Times Literary Supplement колонку о том, как всё плохо в Beckett Studies: большинство беккетоведов пишут слишком много и пишут на нечитаемом академическом жаргоне, слишком увлекаются генетической критикой (изучением рукописей с помощью большого проекта по оцифровке архива), слишком стремятся к однозначности формулировок, что предаёт память Беккета; и вообще эксплуатируют творчество писателя ради наживы, а НАСТОЯЩИМ ВДУМЧИВЫМ ПОНИМАНИЕМ ТЕКСТОВ не занимаются. Ещё и написал, что хотя в целом беккетоведы люди приятные, но вообще-то сообщество не без токсичности, проиллюстрировав это рассказом о том, как однажды какой-то беккетовед кидался в баре после конференции стульями в беккетоведку.

Беккетоведов это всё, конечно, возмутило, и Фергал Уэлан, главный редактор The Beckett Circle, журнала The Samuel Beckett Society, довольно быстро написал ответ, который был опубликован в том числе в TLS. Уэлан сначала говорит, что Ревели-Колдер переврал историю про бар (но детали не уточняет), ну а дальше резонно говорит, что, да, publish or perish это зло, но все разговоры о том, что академики плохо пишут — это вкусовщина, и вообще почему все должны писать так, как нравится Ревели-Колдеру. Также пишет, что вообще-то большинство беккетоведов занимаются чем угодно, кроме генетической критики, хотя использование архивных текстов никак не способствует упрощению понимания Беккета, а, скорее, усложняет и вводит дополнительные нюансы. Ну и, кроме того, проект по оцифровке архивов (Beckett Digital Manunoscript Project) сильно помог всем — потому что если тебе всё-таки нужны какие-то тексты из архивов, тебе теперь не надо летать в Ридинг или Остин, чтобы провести один час в библиотеке.

Но самое главное — Уэлан не удержался и в конце своего ответа на публикацию в TLS процитировал кусок из «‎Моллоя»‎, где говорится о том, чем герой утеплял свое пальто:

И в качестве иллюстрации использовал фотографию с великим Барри Мак-Говерном в роли Моллоя:

Московский магазин книг на иностранных языках Bookbridge (это не реклама, просто увидел их пост в инстаграме) распродаёт повреждённые издания со скидкой до 70 %. И книги есть вполне норм, вот, например, каталог уценённых книг на английском: Midnight in Chernobyl за 257 рублей, No Country for Old Men за 139 рублей, Tristram Shandy за 76 рублей. Классики — Остен, Шекспира, Уайльда, Диккенса — рублей за 60 там вообще довольно много.

В этом году — 35-я годовщина первого благотворительного фандрайзингового концерта Comic Relief. И в честь этого подкаст No Such Thing as a Fish, — который, напомню, ведут эльфы QI, — завтра будет записывать специальный 20-часовой выпуск: в выпуске будет 35 сегментов по 35 минут каждый. В каждом сегменте новый гость. Среди гостей: Майкл Пейлин, Стивен Фрай, Сэнди Токсвиг, Гарри Ширер (из Spinal Tap и актёр озвучки The Simpsons), Стивен Дабнер (из Freakonomics), Ханна Гэдсби, Тим Минчин, Армандо Иануччи и Ричард Кёртис (который вообще-то придумал Comic Relief). И гости-то после 35 минут будут уходить, а эльфы — нет: так что можно будет в прямом эфире понаблюдать за тем, что с ними будет происходить в течение этих 20 часов.

Это спина актрисы Лизы Дуэн во время исполнения главной роли в «Not I» — короткой пьесе Беккета: зрители в зале не видят ничего, кроме слабо освещённого рта, который очень быстро — «со скоростью мысли» — произносит напряжённый, интенсивный монолог, организованный почти что как поток сознания.
На премьере в 1972 году Джессика Тэнди произнесла этот монолог за 24 минуты; Билли Уайтло в середине и конце 1970-х укладывалась в 14,5 минут; Дуэн, исполнявшая эту роль последние 11 лет, выдаёт текст за 8 минут и 45 секунд. (В статье по ссылке есть видео, посмотрите. Это впечатляет.)

В этом году она в последний раз участвует в постановках этой пьесы, потому что это очень тяжёлая роль: многие актрисы, бравшиеся за неё, в конечном итоге отказывались из-за нервного перенапряжения. Сама Дуэн говорит, что каждое выступление оказывалось травмирующим не только эмоционально, но и физически: мигрени, слепота, потери чувствительности в лице, грыжа (из-за напряжения от столь быстрого темпа речи), повреждения шеи, порезы и синяки — голову и туловище актрисы каждый раз закрепляли вот в такую штуку, как на фотографии, чтобы её рот не уходил из луча света.

По словам Дуэн — главной современной исполнительницы женских ролей в пьесах Беккета, сменившей в этом амплуа Уайтло, — сложнее, страшнее и более изматывающей роли в её жизни не было. Но и важнее тоже не было.

http://www.wsj.com/articles/actress-lisa-dwan-retires-a-bruising-beckett-role-1458651269

(Выше репост одного из моих старых постов — в честь дня рождения Беккета.)

Оказывается, указ о ссылке Радищева за «‎Путешествие» можно почитать в системе «‎Гарант»‎.‎

Универсальный ответ на вопросы в духе «‎Зачем изучать что-то? / читать о чём-то?»

Из одной из первых статей о вызывании Пиковой дамы — из части, где анализируется связь с текстом Пушкина и приводятся по этому поводу детские пересказы повести:

Тут в подкаст к Марку Мэрону приходил Тарантино, и только из этого выпуска я узнал, что «‎Тарантино» — это фамилия его биологического отца, который ни дня с Квентином не прожил и попытался выйти с ним на связь, только когда тот стал знаменитым (но был послан). И вообще фамилию «‎Тарантино» будущий режиссёр взял только примерно в 18 лет — потому что итальянская и круто звучит, — а до этого он носил фамилию своего отчима, эмигранта из Чехии, и был Квентин Заступил. Мэрону он, правда, сказал, что жалеет о решении взять фамилию биологического отца и сейчас считает, что нужно было в качестве фамилии взять свое среднее имя и быть Квентином Джеромом.

А ещё из этого подкаста я узнал, что этот биологический отец Квентина — Тони Тарантино — не очень удачливый актёр, который всё-таки благодаря славе своего сына смог зарабатывать деньги на straight-to-video фильмах. Более того, вместе с ним в этих фильмах нередко снимается другой неудачливый актёр, у которого тоже есть более удачный в Голливуде сын, не желающий иметь с ним ничего общего, — Сэл Пачино, отец Аля (Ала? Ал?) Пачино. Я, правда, в IMDB нашёл только один фильм с ними обоими, но зато какой — судя по афише, это плохая версия Once Upon a Time in...Hollywood:

(Кстати, про Пачино, Мэрона и Once Upon a Time. Из того же подкаста узнал, что на роль агента, которого в итоге сыграл Пачино, Тарантино — по предложению Дженнифер Лоуренс — рассматривал как раз кандидатуру Мэрона.)

Последнее время пересматриваю X-Files, и там, конечно, иногда такая жёсткая паранойя (плюс сериал выходил на канале Fox), что я иногда задумываюсь про создателя сериала Криса Картера — он реально, что ли, во все эти (и многие другие) теории заговора верит?

И тут как раз вышла его колонка в New York Times про недавно рассекреченный пакет правительственных документов о UFO (точнее, они сейчас называются UAP, unidentified aerial phenomena) — и, нет, он нормальный: