Каждый раз когда вижу в новостях название немецкого концерна Rheinmetall, вспоминаю эту запись в «Соло на ундервуде» Довлатова:
«Писатель Демиденко — страшный хулиган. Матерные слова вставляет куда попало. Помню, я спросил его:
— Какая у тебя пишущая машинка? Какой марки?
Демиденко сосредоточился, вспомнил заграничное название "Рейнметалл" и говорит:
— Рейн, блядь, металл, хер!»
«Писатель Демиденко — страшный хулиган. Матерные слова вставляет куда попало. Помню, я спросил его:
— Какая у тебя пишущая машинка? Какой марки?
Демиденко сосредоточился, вспомнил заграничное название "Рейнметалл" и говорит:
— Рейн, блядь, металл, хер!»
🔥7
Forwarded from Stray observations
Сто лет назад — 2.2.22 — исполнилось 40 лет Джойсу и был опубликован «Улисс». По поводу юбилея, разумеется, много всего организуется и публикуется, меня пока что больше всего заинтересовал подкаст с самоочевидным названием Friends of Shakespeare and Company Read Ulysses. Известный парижский магазин Shakespeare and Company (основанный Сильвией Бич, издательницей «Улисса») собрал звёздную команду — Маргарет Этвуд, Оливию Лэнг, Бена Окри и так далее — и попросил их прочитать вслух роман Джойса. Один эпизод — одна глава.
Ещё хочу поворчать на материал «Коммерсант Weekend» с отзывами современников на роман. В нём, среди прочего, приводится цитата из Беккета: «Вы жалуетесь, что это написано не по-английски. Это вообще не написано. Это не предназначено для чтения». Беккет такое писал, но не об «Улиссе», а о «Финнегановом помине», когда он ещё назывался просто Work in Progress:
Ещё хочу поворчать на материал «Коммерсант Weekend» с отзывами современников на роман. В нём, среди прочего, приводится цитата из Беккета: «Вы жалуетесь, что это написано не по-английски. Это вообще не написано. Это не предназначено для чтения». Беккет такое писал, но не об «Улиссе», а о «Финнегановом помине», когда он ещё назывался просто Work in Progress:
Forwarded from Феминистское Антивоенное Сопротивление
Ожидание Годо в Сараеве
В 1993 году во время войны в Югославии писательница Сьюзан Зонтаг поехала в осажденный город Сараево, чтобы поставить спектакль «В ожидании Годо» по пьесе Самюэля Беккета в разрушенном бомбардировками театре. Труппа состояла из профессиональных актеров, оставшихся в городе, и местных жителей.
По воспоминаниям, многие сараевцы воспринимали приезд невероятно известной и популярной Зонтаг как гуманитарную миссию, многие верили, что ее присутствие может защитить город от бомбежек или оказать влияние на мировых политиков, отказывавшихся участвовать в защите города от сербов. Зонтаг делила все тяготы осады со своей труппой, подвергая себя такой же опасности, как и все остальные:
«Я отправилась в Сараево в середине июля 1993 года ставить «В ожидании Годо» не столько потому, что всегда хотела поставить пьесу Беккета (а я всегда хотела), сколько потому, что это давало мне практический повод вернуться в Сараево и пробыть там месяц или больше. В апреле я провела там две недели; судьба разбитого города и то, что он символизировал, стали мне очень близки, а некоторые его жители сделались моими друзьями. Но я не могла опять быть просто свидетельницей — знакомиться с людьми, посещать их, дрожать от страха, чувствовать себя храброй, огорчаться, вести душераздирающие беседы, все больше возмущаться, худеть. Если уж возвращаться, то принять участие и что-то сделать».
Репетировали и играли спектакль при свечах, так как электричества в городе не было. Осада Сараева началась 5 апреля 1992 года и закончилась 29 февраля 1996 года, когда стороны подписали соглашение о прекращении огня. За годы осады погибло 5400 мирных жителей. В 1994 и 1995 годах по городскому рынку Маркале били из минометов — погибло в общей сложности более ста человек, десятки были ранены.
Мирные жители умирали не только от огня противника, но и от голода. Зонтаг, возвращаясь между репетициями домой, публично много рассказывала про осаду и про то, в какой ситуации живут люди.
Чтобы согреться зимой, сараевцы жгли все, что могли найти — в ход шла одежда, обувь и автомобильные шины. Сейчас многие, кто пережил осаду в Сараеве, публично поддерживают украинцев и украинок, оказавшихся в зоне оккупации. Присутствие Зонтаг и постановку многие вспоминают с теплом и благодарностью, актёры рассказывали, что работа над спектаклем, в котором герои находятся в состоянии вечного абсурдного ожидания, помогла им пережить войну.
Эссе «Ожидание Годо в Сараеве» — по ссылке.
В 1993 году во время войны в Югославии писательница Сьюзан Зонтаг поехала в осажденный город Сараево, чтобы поставить спектакль «В ожидании Годо» по пьесе Самюэля Беккета в разрушенном бомбардировками театре. Труппа состояла из профессиональных актеров, оставшихся в городе, и местных жителей.
По воспоминаниям, многие сараевцы воспринимали приезд невероятно известной и популярной Зонтаг как гуманитарную миссию, многие верили, что ее присутствие может защитить город от бомбежек или оказать влияние на мировых политиков, отказывавшихся участвовать в защите города от сербов. Зонтаг делила все тяготы осады со своей труппой, подвергая себя такой же опасности, как и все остальные:
«Я отправилась в Сараево в середине июля 1993 года ставить «В ожидании Годо» не столько потому, что всегда хотела поставить пьесу Беккета (а я всегда хотела), сколько потому, что это давало мне практический повод вернуться в Сараево и пробыть там месяц или больше. В апреле я провела там две недели; судьба разбитого города и то, что он символизировал, стали мне очень близки, а некоторые его жители сделались моими друзьями. Но я не могла опять быть просто свидетельницей — знакомиться с людьми, посещать их, дрожать от страха, чувствовать себя храброй, огорчаться, вести душераздирающие беседы, все больше возмущаться, худеть. Если уж возвращаться, то принять участие и что-то сделать».
Репетировали и играли спектакль при свечах, так как электричества в городе не было. Осада Сараева началась 5 апреля 1992 года и закончилась 29 февраля 1996 года, когда стороны подписали соглашение о прекращении огня. За годы осады погибло 5400 мирных жителей. В 1994 и 1995 годах по городскому рынку Маркале били из минометов — погибло в общей сложности более ста человек, десятки были ранены.
Мирные жители умирали не только от огня противника, но и от голода. Зонтаг, возвращаясь между репетициями домой, публично много рассказывала про осаду и про то, в какой ситуации живут люди.
Чтобы согреться зимой, сараевцы жгли все, что могли найти — в ход шла одежда, обувь и автомобильные шины. Сейчас многие, кто пережил осаду в Сараеве, публично поддерживают украинцев и украинок, оказавшихся в зоне оккупации. Присутствие Зонтаг и постановку многие вспоминают с теплом и благодарностью, актёры рассказывали, что работа над спектаклем, в котором герои находятся в состоянии вечного абсурдного ожидания, помогла им пережить войну.
Эссе «Ожидание Годо в Сараеве» — по ссылке.
❤1
Вот этот мой текст Линор Горалик включила в поэтический раздел второго номера ROAR, за что ей большое спасибо.
(У ROAR ещё выходит и англоязычная версия, и читать свой текст в переводе, конечно, довольно странный опыт.)
(У ROAR ещё выходит и англоязычная версия, и читать свой текст в переводе, конечно, довольно странный опыт.)
🔥9❤5
Forwarded from из сердца тьмы
Недавно на обложке одной книги я прочитала слово «ненасилие». Авторка использовала его в качестве антонима к слову «насилие». Странно, подумала я, неужели нет другого слова, и полезла в словарь синонимов.
Словарь синонимов выдал мне транслитерацию санскритских религиозных понятий «ахимса» и «ахинса». И тут видно, что приставку «а» присоединили к санскритскому корню со значением «насилие».
Мне стало не по себе от того, что антоним насилия содержит в себе корень этого слова. Что с языком не так? Я знаю, что мир, в котором мы живем, — очень старый. И логика делания слов не меняется. Но неужели нельзя сделать новое слово с новым корнем?
Неужели «ненасилие» только тогда и имеет смысл, когда это действие, имеет ввиду насилие? Ведь такая логика у этой морфологии: я знаю, что существует насилие и делаю выбор его не совершать. Всегда имею в скобках насильственный вариант, но прилагаю усилие, чтобы сделать иное.
Словарь синонимов выдал мне транслитерацию санскритских религиозных понятий «ахимса» и «ахинса». И тут видно, что приставку «а» присоединили к санскритскому корню со значением «насилие».
Мне стало не по себе от того, что антоним насилия содержит в себе корень этого слова. Что с языком не так? Я знаю, что мир, в котором мы живем, — очень старый. И логика делания слов не меняется. Но неужели нельзя сделать новое слово с новым корнем?
Неужели «ненасилие» только тогда и имеет смысл, когда это действие, имеет ввиду насилие? Ведь такая логика у этой морфологии: я знаю, что существует насилие и делаю выбор его не совершать. Всегда имею в скобках насильственный вариант, но прилагаю усилие, чтобы сделать иное.
😢5❤1😁1
«„Вот я хожу, — говорила она, — то есть это, собственно, ходит мое тело, и надо за ним хорошенько следить. Скажем, я выдвигаю вперед правую ногу, левая отходит назад, упирается на носок и сгибается в колене (как она плохо сгибается в колене!), потом она отрывается от земли, по воздуху движется вперед, опускается, а правая в это время уже успела отойти назад. Черт ее знает! — надо проследить, как она там уходит назад, не то еще можно упасть“».
Прочитал этот фрагмент из «Записок блокадного человека» Лидии Гинзбург и вспомнил «Уотта», которого Беккет писал во французской глуши, где скрывался от нацистских оккупантов, и где очень много таких механистичных описаний, в том числе есть похожий фрагмент о том, как человек просто ходит (и тоже, кстати, описание в какой-то момент фокусируется на сгибании коленей).
Прочитал этот фрагмент из «Записок блокадного человека» Лидии Гинзбург и вспомнил «Уотта», которого Беккет писал во французской глуши, где скрывался от нацистских оккупантов, и где очень много таких механистичных описаний, в том числе есть похожий фрагмент о том, как человек просто ходит (и тоже, кстати, описание в какой-то момент фокусируется на сгибании коленей).
Forwarded from USSResearch
В 1937 году в СССР прошло масштабное празднование 100-летие смерти Пушкина, что стало символом возвращения Александра Сергеевича на постамент главного русского поэта.
На торжественном заседании выступал поэт Николай Тихонов: "Любовь к Пушкину, как и любовь к наркому внутренних дел Ежову, является формой любви к товарищу Сталину"
На торжественном заседании выступал поэт Николай Тихонов: "Любовь к Пушкину, как и любовь к наркому внутренних дел Ежову, является формой любви к товарищу Сталину"
😁5❤1
Forwarded from Пришла и говорю
Я конечно уже свыклась с довольно унизительной ролью некоторой Кассандры. (Хотя именно сейчас наш кассандровский рейтинг несколько повысился: ясно все таки, что мы -- кликуши, доколисты и руко(не)податчики – во многом оказались правы).
Но. Все таки хочу отметить. Вот все что сегодня пишут про Прилепина -- я говорила еще когда с ним принято было носиться. Были, конечно, выдающиеся исключения, но в основном…. Когда, под рукоплескание интеллигенции, ему вручали «Большую книгу» за «Обитель» были по-моему только мы с Глебом Моревым -- кто был вслух против. И по-моему только я -- кто потом написал статью, осуждающую этот выбор. Может кого то забыла (тогда извините) но сам Прилепин тогда написал по поводу своего лауреатства тест, что мол все в восторге «лишь эта Наринская воет одинокой чайкой».
Здесь, кстати, две темы – премию, я уверена, не надо давать даже если б «Обитель» была хорошей книгой. Гуманитарные премии – они никогда не только про искусство. Соответственно, премию дали человеку уже тогда, написавшему «письмо Сталину» и вообще в к 14му году (а именно в том году ему символичненько и дали) во многом себя показавшему.
Но – «Обитель» именно что беллетристически гладкая, но совершенно неглубокая (хоть и претенциозная) и ,что важно, насквозь пропитанная запахом этих самых стоптанных берцев, которых все так сегодня испугались. Весь этот дешевый мачизм, весь этот беспомощный литературный косплей Льва Толстого, все это пыженье сказать самое-самое важное про Россию. И я помню как прям хорошие люди упрекали меня, что я не понимаю нашего большого писателя.
И нет, я не говорю, что личность обязательно отражена в искусстве и даже что по «предыдущим» текстам можно понять до чего их автор дойдет. По «Облаку в штанах», наверное, нельзя было предположить поэму «Владимир Ильич Ленин». Но по писаниям даже ранним этого вашего (ну ok, еще недавно вашего) Захара-Евгения сегодняшнее «Наша национальная идеология - война. И единственная задача наша, нашей власти, это объяснить и довести всему российскому народу этот героический образ нашего будущего. Нашего будущего - где мы не выбираем творожок в магазине «Вкусвил» когда наши солдаты погибают в стоптанных берцах, а все надеваем эти самые берцы” (все он, он писал, ну разве что Петр Толстой чуть чуть помог) предполагалось на раз два.
Мы живем во время, когда слова «я же говорила» не доставляют произносящему их никакого удовольствия.
Но я же говорила
Но. Все таки хочу отметить. Вот все что сегодня пишут про Прилепина -- я говорила еще когда с ним принято было носиться. Были, конечно, выдающиеся исключения, но в основном…. Когда, под рукоплескание интеллигенции, ему вручали «Большую книгу» за «Обитель» были по-моему только мы с Глебом Моревым -- кто был вслух против. И по-моему только я -- кто потом написал статью, осуждающую этот выбор. Может кого то забыла (тогда извините) но сам Прилепин тогда написал по поводу своего лауреатства тест, что мол все в восторге «лишь эта Наринская воет одинокой чайкой».
Здесь, кстати, две темы – премию, я уверена, не надо давать даже если б «Обитель» была хорошей книгой. Гуманитарные премии – они никогда не только про искусство. Соответственно, премию дали человеку уже тогда, написавшему «письмо Сталину» и вообще в к 14му году (а именно в том году ему символичненько и дали) во многом себя показавшему.
Но – «Обитель» именно что беллетристически гладкая, но совершенно неглубокая (хоть и претенциозная) и ,что важно, насквозь пропитанная запахом этих самых стоптанных берцев, которых все так сегодня испугались. Весь этот дешевый мачизм, весь этот беспомощный литературный косплей Льва Толстого, все это пыженье сказать самое-самое важное про Россию. И я помню как прям хорошие люди упрекали меня, что я не понимаю нашего большого писателя.
И нет, я не говорю, что личность обязательно отражена в искусстве и даже что по «предыдущим» текстам можно понять до чего их автор дойдет. По «Облаку в штанах», наверное, нельзя было предположить поэму «Владимир Ильич Ленин». Но по писаниям даже ранним этого вашего (ну ok, еще недавно вашего) Захара-Евгения сегодняшнее «Наша национальная идеология - война. И единственная задача наша, нашей власти, это объяснить и довести всему российскому народу этот героический образ нашего будущего. Нашего будущего - где мы не выбираем творожок в магазине «Вкусвил» когда наши солдаты погибают в стоптанных берцах, а все надеваем эти самые берцы” (все он, он писал, ну разве что Петр Толстой чуть чуть помог) предполагалось на раз два.
Мы живем во время, когда слова «я же говорила» не доставляют произносящему их никакого удовольствия.
Но я же говорила
❤8
Forwarded from Литература и жизнь
«Всё плывет перед глазами. При мысли о том, что в такую пору, как нынешняя, надо писать рецензии на книги или что-то в том же роде, меня буквально корчит и даже злит, что столь пустая трата времени вообще допускается».Джордж Оруэлл. Дневник военных лет
❤4
Forwarded from Oh fuck, not another elf!
Ну что, теперь я не только фактчекер, но и автор Arzamas: вышел мой тест о профессиях литературных героев.
Вообще сделать тест для «Арзамаса» — это задача, к которой меня максимально подготовила жизнь: написать вопрос (чгк) про что-то гуманитарное (филфак), а в комментарии рассказать интересный факт (QI), а то и не один. На комментарии к ответам, кстати, реально обратите внимание: я для них действительно много интересного нашёл (и вспомнил).
Вообще сделать тест для «Арзамаса» — это задача, к которой меня максимально подготовила жизнь: написать вопрос (чгк) про что-то гуманитарное (филфак), а в комментарии рассказать интересный факт (QI), а то и не один. На комментарии к ответам, кстати, реально обратите внимание: я для них действительно много интересного нашёл (и вспомнил).
🔥13❤1
Всё, шутки про «Проснувшись однажды утром после беспокойного сна» можно больше не шутить, лучше The Onion не пошутишь.
Агент Ричарда Баха сначала безуспешно пытался продать рукопись «Чайки по имени Джонатан Ливингстон» какому-нибудь детскому издательству. Один отказ был таким: «Серьёзную проблему представляет приписывание этой чайке человеческих черт. Из того, как доходчиво Джонатан описывает строение соколиного крыла, как будто бы следует, что птицы действительно понимают физику полёта. Данные науки эту гипотезу не подтверждают. Вы не думали о том, чтобы написать научно-популярную книжку для детей о том, как летают птицы?»
А когда книгу всё-таки опубликовало издательство Macmillan, никто не хотел рекламировать её выход. Ведущий одного ток-шоу спрашивал: «О чём с ним говорить? Вряд ли я смогу в течение получаса поддерживать увлекательную беседу о чайках!»
P.S. Если вы читаете мой второй канал, то знаете, что для него я подсмотрел у Александра Горбачёва идею — в каждый пост добавлять ссылку на правозащитный или благотворительный проект, который сейчас, во время войны, продолжает помогать тем, кто в этой помощи нуждается, и вообще делает важные дела. Начну с очевидного — ОВД-Инфо освещает политические преследования в России и помогает тем, кто им подвергается. Поддержите ОВД-Инфо!
А когда книгу всё-таки опубликовало издательство Macmillan, никто не хотел рекламировать её выход. Ведущий одного ток-шоу спрашивал: «О чём с ним говорить? Вряд ли я смогу в течение получаса поддерживать увлекательную беседу о чайках!»
P.S. Если вы читаете мой второй канал, то знаете, что для него я подсмотрел у Александра Горбачёва идею — в каждый пост добавлять ссылку на правозащитный или благотворительный проект, который сейчас, во время войны, продолжает помогать тем, кто в этой помощи нуждается, и вообще делает важные дела. Начну с очевидного — ОВД-Инфо освещает политические преследования в России и помогает тем, кто им подвергается. Поддержите ОВД-Инфо!
❤6😁3
Forwarded from из сердца тьмы
Все хотела написать пост по следам чтения книги Маши Нестеренко «Розы без шипов» о женщинах в литературе 19 века.
В самой первой части Нестеренко пишет, что в 19 веке с приходом сентиментализма в русскую литературу началась феминизация литературы.
Историк и культуртрегер Николай Карамзин имел свою программу и взгляды на женское участие в литературном процессе. Он считал, что среди литературной публики должны быть не только образованные мужи, но и женщины. Чтение для женщин, чтение не французских романов, но книг на русском языке, написанных с определенными идеологическими установками, — это очень полезное дело, считал Карамзин. Полезное не только для женщины, но и для построения национальной идентичности российского общества. По Карамзину женщина должна читать, потому что должна 1: быть образованной женой и поддерживать интеллектуальную беседу с мужем, 2: передавать знания и идеалы детям, потому что женщина имеет самый прямой доступ к детям, 3: обслуживать процесс — переводить, редактировать и держать салоны.
В ряды серьезных писателей, ясное дело, Карамзин женщин пускать не очень хотел. Иначе кто будет воспитывать детей, слушать умных мужей и обслуживать высокообразованное общество?
Но вот что интересно: мне кажется, сегодня мы живем в реализации программы Карамзина. Если посмотреть на публику литературных встреч и презентаций, даже если автор мужчина, мы увидим, что на события ходят в основном женщины. Было много исследований про то, что женщины больше читают и самообразовываются. Конечно, у этого поверх Карамзина есть другие социологические причины.
Если смотреть на книжную, культурную и образовательную индустрии, мы увидим, что в основном в них работают женщины.
Издательства, СМИ, литературное образование в буквальном смысле держатся на женских плечах. Переводчицы, редакторки, менеджерки и продюсерки работают на поддержание, сохранение, преображение и жизнеспособность литературы. Часто делают они это за очень низкую оплату, то что называется, ради идеи. Но это признак феминизации сферы. Когда из сферы уходят мужчины, зарплаты уменьшаются.
Что говорить об учительницах русского языка и литературы. Вечные женщины, воспевающие великих писателей прошлого.
У этого явления есть плюсы: по сути, женщины создают и регулируют культуру. Но есть и минусы: в лаврах, как и прежде, умные мужи. В том числе потому, что женщины поддерживают заданный порядок.
В самой первой части Нестеренко пишет, что в 19 веке с приходом сентиментализма в русскую литературу началась феминизация литературы.
Историк и культуртрегер Николай Карамзин имел свою программу и взгляды на женское участие в литературном процессе. Он считал, что среди литературной публики должны быть не только образованные мужи, но и женщины. Чтение для женщин, чтение не французских романов, но книг на русском языке, написанных с определенными идеологическими установками, — это очень полезное дело, считал Карамзин. Полезное не только для женщины, но и для построения национальной идентичности российского общества. По Карамзину женщина должна читать, потому что должна 1: быть образованной женой и поддерживать интеллектуальную беседу с мужем, 2: передавать знания и идеалы детям, потому что женщина имеет самый прямой доступ к детям, 3: обслуживать процесс — переводить, редактировать и держать салоны.
В ряды серьезных писателей, ясное дело, Карамзин женщин пускать не очень хотел. Иначе кто будет воспитывать детей, слушать умных мужей и обслуживать высокообразованное общество?
Но вот что интересно: мне кажется, сегодня мы живем в реализации программы Карамзина. Если посмотреть на публику литературных встреч и презентаций, даже если автор мужчина, мы увидим, что на события ходят в основном женщины. Было много исследований про то, что женщины больше читают и самообразовываются. Конечно, у этого поверх Карамзина есть другие социологические причины.
Если смотреть на книжную, культурную и образовательную индустрии, мы увидим, что в основном в них работают женщины.
Издательства, СМИ, литературное образование в буквальном смысле держатся на женских плечах. Переводчицы, редакторки, менеджерки и продюсерки работают на поддержание, сохранение, преображение и жизнеспособность литературы. Часто делают они это за очень низкую оплату, то что называется, ради идеи. Но это признак феминизации сферы. Когда из сферы уходят мужчины, зарплаты уменьшаются.
Что говорить об учительницах русского языка и литературы. Вечные женщины, воспевающие великих писателей прошлого.
У этого явления есть плюсы: по сути, женщины создают и регулируют культуру. Но есть и минусы: в лаврах, как и прежде, умные мужи. В том числе потому, что женщины поддерживают заданный порядок.
❤8
В 2009 году группа американских учёных провела исследование на выборке в 332 человека разных политических убеждений, которые смотрели шоу The Colbert Report. В нём, если помните, Стивен Кольбер вёл ток-шоу в пародийном образе гипертрофированно консервативного публициста. Так вот оказалось, что это шоу было смешным для сторонников обеих американских партий: демократы смеялись над удачной пародией на республиканцев, республиканцы — над «шутками» «Кольбера» про демократов.
Я часто думаю об этом парадоксе политической сатиры и вспоминаю это исследование. Вспомнил его в очередной раз, увидев пост большого русского писателя, в котором тот восхищался остроумностью фразы «Великая отечественная спецоперация». Если что, таких шуток, высмеивающих эвфемизмы и новояз (про спецоперацию и мир, спецоперацию на Куликовом поле и так далее), уже в первые дни войны нашутили миллион в мерзотно-либеротном твиттере.
Ссылка на благотворительный/правозащитный проект. Платформа «Заодно» собирает деньги на помощь конкретным людям, которых преследуют по политическим статьям. Поддержать.
Я часто думаю об этом парадоксе политической сатиры и вспоминаю это исследование. Вспомнил его в очередной раз, увидев пост большого русского писателя, в котором тот восхищался остроумностью фразы «Великая отечественная спецоперация». Если что, таких шуток, высмеивающих эвфемизмы и новояз (про спецоперацию и мир, спецоперацию на Куликовом поле и так далее), уже в первые дни войны нашутили миллион в мерзотно-либеротном твиттере.
Ссылка на благотворительный/правозащитный проект. Платформа «Заодно» собирает деньги на помощь конкретным людям, которых преследуют по политическим статьям. Поддержать.
❤2😱1