В 2009 году группа американских учёных провела исследование на выборке в 332 человека разных политических убеждений, которые смотрели шоу The Colbert Report. В нём, если помните, Стивен Кольбер вёл ток-шоу в пародийном образе гипертрофированно консервативного публициста. Так вот оказалось, что это шоу было смешным для сторонников обеих американских партий: демократы смеялись над удачной пародией на республиканцев, республиканцы — над «шутками» «Кольбера» про демократов.

Я часто думаю об этом парадоксе политической сатиры и вспоминаю это исследование. Вспомнил его в очередной раз, увидев пост большого русского писателя, в котором тот восхищался остроумностью фразы «Великая отечественная спецоперация». Если что, таких шуток, высмеивающих эвфемизмы и новояз (про спецоперацию и мир, спецоперацию на Куликовом поле и так далее), уже в первые дни войны нашутили миллион в мерзотно-либеротном твиттере.

Ссылка на благотворительный/правозащитный проект. Платформа «‎Заодно» собирает деньги на помощь конкретным людям, которых преследуют по политическим статьям. Поддержать.‎

Лучшие, конечно

Узнал из твиттера Татьяны Шороховой, что в издательстве Corpus завёлся злой близнец моего любимого переводчика XIX века Иринарха «Почки с огурцом» Введенского (я уже про него написал не один, а два поста). Сравните фрагмент из оригинального текста «Перекрёстков» Франзена и его русскоязычную версию.

P.S. Ссылка на благотворительный/правозащитный проект. Российский фонд «Второе дыхание» собирает деньги и вещи для беженцев из Украины. Поддержать.

Дебютировал на «‎Афише»! Рассказал про текст другого подающего надежды дебютанта — How To Be Perfect моего любимого Майкла Шура, автора моего любимого The Good Place (не буду ставить ссылки на посты, их слишком много). Книжка хорошая, мне понравилась, подробно пишу в рецензии, здесь отмечу только ещё один огромный плюс — Шур много говорит о том, что моральное совершенство невозможно и всё такое, и цитирует в этом контексте 'fail better' Беккета. И я уже почти расстроился, но открыл сноску: Шур в ней пишет, что вообще-то это цитата из довольно мрачного и вовсе не оптимистично-мотивирующего текста, но уж сильно она ему нравится и тут в тему.

И раз уж я собрал в посте всех своих любимцев, то в качестве иллюстрации поставлю подходящий скриншот из одного из любимых скетчей Фрая и Лори.

P.S. Благотворительный проект. Волонтёрский проект ua2eu помогает депортированным гражданам Украины выехать из России в Европу. Поддержать.

​​Увидел обложку, которое издательство «Манн, Иванов и Фербер» подготовило для русскоязычного издания книжки Шура. Мягко и по-утилитаристски говоря, количество счастья в мире этот дизайн (а также заголовок и его феноменальная связь с подзаголовком) НЕ УВЕЛИЧИЛ.

При этом аннотация написана нормально (её автор книгу явно читал), но на контрасте с ней заголовок и обложка смотрятся ещё более дико. Особенно, конечно, я офигел от привязки к «Чёрному зеркалу». Ну действительно, Шур ведь написал (в соавторстве) одну-единственную серию (и не спродюсировал ни одной), это ведь явно ключевое событие в его карьере. Я понимаю, что маркетинговая мысль была в духе «‎О, "ЧЁРНОЕ ЗЕРКАЛО"! ЭТО ВСЕ ЗНАЮТ!», но это же НИКАК не связано с книгой и ОЧЕНЬ ТУПО.

Бесит.

P.S. Больше, конечно, меня бесит война, поэтому вот ссылка на благотворительный проект. Фонд «Лавка радостей» помогает украинским беженцам в России. Помогите им деньгами или вещами.

Никто не поймет и, пожалуй, не поверит, что, когда я жива, т. е. увлекаюсь музыкой, книгой, живописью или людьми, того стоящими, тогда мой муж несчастлив, тревожен и сердит. Когда же я, как в то время, шью ему блузы, переписываю, занимаюсь всякими практическими делами и тихо, грустно увядаю, тогда мой муж спокоен, счастлив и даже весел.

Софья Толстая, у которой сегодня день рождения, жалуется на Льва Николаевича

Простите, но не могу не поделиться. Пришёл пресс-релиз про литературную премию «Наука побеждать». Как написано, премию получили писатели, журналисты и публицисты, в творчестве
которых отражены идеи нравственности, патриотизма, национальной гордости, воинской чести и верности своему народу и стране.

Так вот, в номинации «Искусство войны» премию получил — догадайтесь с одного раза! — Сунь-цзы за книгу ммм «Искусство войны».

Ну, то есть формально всё ок. Но… Как? Как перестать?

​​Часто думаю о том, что мир Breaking Bad и Better Call Saul полон изобретательных контрол-фриков — очень умных и очень дотошных людей, которые любят создавать хитрые конструкции, просчитывая всё до мельчайших деталей. Главные персонажи ярче других воплощают, конечно, эту модель: Уолтер Уайт и мет варит, и криминальную империю строит, и врагов устраняет с выдумкой и основательностью; то же можно сказать про многочисленные гениальные схемы, которые проворачивает Джимми Мак-Гилл на своём пути к Солу. Но ещё ведь есть Гас Фринг, Майк Эрмантраут, Лало Саламанка, да и многие другие персонажи периодически демонстрируют это свойство.

И иногда мне кажется, что таких персонажей в этих сериалах так много, потому что их создатели — сами такие же анальные (говоря по-фрейдистски) Рубы Голдберги. Один из главных источников удовольствия от просмотра особенно Better Call Saul — то, насколько эффективно и эффектно придуманы и реализованы эти сложносочинённые нарративные механизмы; насколько здесь нет ничего лишнего; насколько каждая деталь продумана и на своём месте; насколько всё со всем состыкуется.

И чем больше я слушаю подкаст Better Call Saul Insider, тем больше я понимаю, что не только Винс Гиллиган, Питер Гулд, Томас Шнауз и другие ключевые сценаристы и продюсеры такие; там все — от монтажёров, режиссёров, композиторов, операторов до гримёров, осветителей и людей с совсем уж узкими и специфическими должностями — такие!

Вот микропример из девятой серии шестого сезона. В начале — одна из фирменных нарезок-монтажей, где нам параллельно показывают, как Джимми и Ким как ни в чем не бывало работают работу, пока команда Майка убирает их квартиру: показывают квартиру, следующим кадром — работу Джимми или Ким; потом опять квартиру, потом опять работу; и так далее. И вот чтобы один из таких переходов сделать максимально гладким, костюмерша сериала сделала для одной из эпизодических героинь, — которую мы видим со спины в офисе Джимми, — платье в цветах стикеров, которые мы видим в следующем кадре из квартиры!

Обожаю такое.

P.S. Традиционное memento pizdetsori. Идёт война, и нужно хотя бы помогать тем, кто от неё пострадал/страдает. Например, дать денег важнейшему фонду «Гражданское содействие», который помогает беженцам из Украины. У них сейчас в листе ожидания 960 семей, на помощь которым, по оценкам фонда, нужно около 5 млн рублей. Они пока что собрали чуть больше полутора миллионов. Сбор идёт на «Планете». Поддержать.

​​Талантливый всё-таки писатель Дэн Хармон: очень ёмко выразил мои впечатления от просмотра фильма Tenet

«Я и в самом деле не могу не удивляться тому, как наши женщины посредством совершенно дилетантских методов ухитряются приобрести определённую писательскую сноровку, которая довольно близка к искусству».

Гёте в письме Шиллеру

​​Блестящий кинокритик и соавтор отличного сериала «Последний министр» Роман Волобуев почти полностью замолчал после того, как Россия начала войну против Украины, но недавно вернулся — завёл сабстек: «некоторые вещи надо записывать, хотя бы для себя».

Первый и пока что единственный пост — об искусстве и власти; о культуре во время войны; о том, можно ли художнику просто продолжать делать то, что умеешь; и о хоть какой-то надежде найти «способ быть полезным в страшном новом мире, который нас теперь окружает», — стоит того, чтобы его прочитать. (Вот, например, почти что наугад выбранный фрагмент: «Среди привилегий, доступных людям искусства — комически заниженная цена, которую те платят за право считаться смелыми и принципиальными. Там, где нормальному человеку нужно лезть под пули или садиться в тюрьму за идею, художнику достаточно сделать вид, что у него заняты руки».)

По этому поводу мне вспомнился другой не кинокритический, а публицистический текст Волобуева, написанный в 2010-м году: после того, как Леонид Парфёнов сходил в больницу к избитому Олегу Кашину и, получая премию Листьева, произнёс яркую критическую речь о состоянии российской журналистики. Тоже почитайте: это и хороший текст, и такая капсула времени. И приятно видеть, что Волобуев, хоть и стал злее, но сохранил какой-то отчаянный оптимизм, надежду на то, что всё-таки что-то можно поделать.