«Суперсемейка-2» // Incredibles 2
Про, без шуток, самый страшный фильм прошлого года мы уже писали — вот здесь
Про, без шуток, самый страшный фильм прошлого года мы уже писали — вот здесь
«Фаворитка» // The Favourite
Для меня Лантимос это такой режиссер, который должен очень сильно бесить — и он бесит. Он бесит своими монтажными выходками (наслаивающиеся друг на друга кролики, посмотрите-ка), он бесит своей вычурностью (у идеи деления фильма на главы нет ни одного довода «за»), он бесит своей театральностью, которая на «Олене» уже довольно сильно утомляла. Но черт возьми, он опять сделал фильм, от которого неуютно и хорошо одновременно — момент, когда ты понимаешь, что тебе максимально не близок его пессимистичный взгляд на людей, но при этом тебе за его мыслью интересно смотреть, стоит очень дорогого. «Фаворитка» (невозможно не произносить в голове это название голосом Александра Гудкова) наконец-то показывает хороший баланс между смешным и нелепым и печальным и страшным: тот же «Лобстер» несколько механически в этом плане словно делился пополам. Весело и страшно — это явно про дворцовые интриги, за которыми увлекательно наблюдать, но лучше не соваться самому: то, как изящно и с блеском отыгрывают это все действующие лица (включая Николаса Холта), заметно даже последнему скептику. Даже если он везде проиграет (а это вряд ли), то просто вслед за герцогиней Мальборо он сможет сказать: «Мы просто играли в разные игры». (Артем)
Для меня Лантимос это такой режиссер, который должен очень сильно бесить — и он бесит. Он бесит своими монтажными выходками (наслаивающиеся друг на друга кролики, посмотрите-ка), он бесит своей вычурностью (у идеи деления фильма на главы нет ни одного довода «за»), он бесит своей театральностью, которая на «Олене» уже довольно сильно утомляла. Но черт возьми, он опять сделал фильм, от которого неуютно и хорошо одновременно — момент, когда ты понимаешь, что тебе максимально не близок его пессимистичный взгляд на людей, но при этом тебе за его мыслью интересно смотреть, стоит очень дорогого. «Фаворитка» (невозможно не произносить в голове это название голосом Александра Гудкова) наконец-то показывает хороший баланс между смешным и нелепым и печальным и страшным: тот же «Лобстер» несколько механически в этом плане словно делился пополам. Весело и страшно — это явно про дворцовые интриги, за которыми увлекательно наблюдать, но лучше не соваться самому: то, как изящно и с блеском отыгрывают это все действующие лица (включая Николаса Холта), заметно даже последнему скептику. Даже если он везде проиграет (а это вряд ли), то просто вслед за герцогиней Мальборо он сможет сказать: «Мы просто играли в разные игры». (Артем)
«Звезда родилась» // A Star Is Born
Режиссерский дебют актера Бредли Купера — неожиданно сильный именно по режиссерской части: по пафосным первым рецензиям даже непонятно было, иронизируют ли их авторы или всерьез впечатлены. Историю о молодой певице, которую возносит к славе депрессивный шоумен, уже три раза в прошлом экранизированную, Купер интерпретирует примерно как Шекспира — как стандарт, универсальный сюжет, требующий критического взгляда куда больше, чем очередного пересказа. И критики тут много: про сексизм, снобизм, славу, про то, как общество обходится с людьми в депрессии и как люди в депрессии обходятся с обществом. Чем-то напоминает фильмы Шазеля, но если автор «Ла-Ла Ленда» и «Одержимости» скрывает свою позицию за наигранным центризмом, Купер не пытается отмахнуться ролью наблюдателя и встает на позицию героя (и играет его сам, и просит камеру ему подыгрывать), тем самым только сильнее обнажая все недостатки этого героя. Иногда, впрочем, ощущение, что его/себя Купер все-таки слишком сильно любит и нельзя уже так — но все равно, хотя бы это честно. (Гоша Биргер)
Режиссерский дебют актера Бредли Купера — неожиданно сильный именно по режиссерской части: по пафосным первым рецензиям даже непонятно было, иронизируют ли их авторы или всерьез впечатлены. Историю о молодой певице, которую возносит к славе депрессивный шоумен, уже три раза в прошлом экранизированную, Купер интерпретирует примерно как Шекспира — как стандарт, универсальный сюжет, требующий критического взгляда куда больше, чем очередного пересказа. И критики тут много: про сексизм, снобизм, славу, про то, как общество обходится с людьми в депрессии и как люди в депрессии обходятся с обществом. Чем-то напоминает фильмы Шазеля, но если автор «Ла-Ла Ленда» и «Одержимости» скрывает свою позицию за наигранным центризмом, Купер не пытается отмахнуться ролью наблюдателя и встает на позицию героя (и играет его сам, и просит камеру ему подыгрывать), тем самым только сильнее обнажая все недостатки этого героя. Иногда, впрочем, ощущение, что его/себя Купер все-таки слишком сильно любит и нельзя уже так — но все равно, хотя бы это честно. (Гоша Биргер)
«Ван Гог. На пороге вечности» // At Eternity’s Gate
Немного страшно наблюдать за тем, как Уиллем Дефо становится Мэрил Стрип нашего времени — кажется, Академия сейчас норовит номинировать его за любой драматический фильм, просто потому что понимает, что за «Аквамена» (более чем достойного) давать награду как-то некомильфо. Впрочем, за «Ван Гога» Дефо тоже, скорее всего, ничего не получит, а жаль. Ну да, тут излишне слезливый саундтрек, некоторые художественные решения вроде жизни в желтом цвете и долгих мечтательных прогулок в духе Малика (только еще длиннее), но снятых под другим углом. Ну да, это, в общем-то, еще один фильм про художника. Но Дефо, умело сочетающий в себе бесов и свет, который действительно научился рисовать — и, в первую очередь, быстро рисовать — ради этого фильма, будто и правда проживает жизнь Ван Гога и делает обязательные разговоры о роли художника и искусстве (сам фильм дает сравнение с Пилатом и Иисусом, но мне вспомнились скорее записи диалогов следователя и Павленского) какими-то очень обаятельными, да и в целом добавляет фильму очень, очень много очарования. (Артем)
Немного страшно наблюдать за тем, как Уиллем Дефо становится Мэрил Стрип нашего времени — кажется, Академия сейчас норовит номинировать его за любой драматический фильм, просто потому что понимает, что за «Аквамена» (более чем достойного) давать награду как-то некомильфо. Впрочем, за «Ван Гога» Дефо тоже, скорее всего, ничего не получит, а жаль. Ну да, тут излишне слезливый саундтрек, некоторые художественные решения вроде жизни в желтом цвете и долгих мечтательных прогулок в духе Малика (только еще длиннее), но снятых под другим углом. Ну да, это, в общем-то, еще один фильм про художника. Но Дефо, умело сочетающий в себе бесов и свет, который действительно научился рисовать — и, в первую очередь, быстро рисовать — ради этого фильма, будто и правда проживает жизнь Ван Гога и делает обязательные разговоры о роли художника и искусстве (сам фильм дает сравнение с Пилатом и Иисусом, но мне вспомнились скорее записи диалогов следователя и Павленского) какими-то очень обаятельными, да и в целом добавляет фильму очень, очень много очарования. (Артем)
«Сможете ли вы меня простить?» // Can You Ever Forgive Me?
Я скучаю по тем временам, когда Мелисса Маккарти была номинирована на «Оскар» за «Девичник в Вегасе». Впрочем, радостно видеть ее в драматической роли, которая явно кому-то лучше фильма «Шпионка» покажет, на что она способна — в первую очередь впечатляет то, что она не пытается выглядеть как та, кого она играет (изначально главную роль планировали отдать Джулианне Мур), а, если верить описаниям, скорее ведет себя как Ли Израэль: не лезет за словом в карман, делает дикие вещи с невозмутимым лицом и при этом еле заметно скрывает неловкость и страх. Ричард Э. Грант тоже свою номинацию получил не зря: он, конечно, играет улучшенную версию своей роли из «Уитнэйла», но делает это блестяще, с нескрываемым удовольствием таращит глаза, говорит слово cunt, ни в чем себе не отказывает. Думаю, правда, что если бы Николь Холофсенер не только написала, но, как и хотела, сняла бы этот фильм, герои сильно потеряли бы в обаянии, но следить за ними было бы куда интереснее — также довольно странно и обидно, что Мариэль Хеллер после «Дневника девочки-подростка» сделала куда более беззубый фильм. (Артем)
Я скучаю по тем временам, когда Мелисса Маккарти была номинирована на «Оскар» за «Девичник в Вегасе». Впрочем, радостно видеть ее в драматической роли, которая явно кому-то лучше фильма «Шпионка» покажет, на что она способна — в первую очередь впечатляет то, что она не пытается выглядеть как та, кого она играет (изначально главную роль планировали отдать Джулианне Мур), а, если верить описаниям, скорее ведет себя как Ли Израэль: не лезет за словом в карман, делает дикие вещи с невозмутимым лицом и при этом еле заметно скрывает неловкость и страх. Ричард Э. Грант тоже свою номинацию получил не зря: он, конечно, играет улучшенную версию своей роли из «Уитнэйла», но делает это блестяще, с нескрываемым удовольствием таращит глаза, говорит слово cunt, ни в чем себе не отказывает. Думаю, правда, что если бы Николь Холофсенер не только написала, но, как и хотела, сняла бы этот фильм, герои сильно потеряли бы в обаянии, но следить за ними было бы куда интереснее — также довольно странно и обидно, что Мариэль Хеллер после «Дневника девочки-подростка» сделала куда более беззубый фильм. (Артем)
«Если Бил-стрит могла бы заговорить» // If Beale Street Could Talk
Как хорошо не читать критику о фильме (так себе высказывание для телеграм-канала о кино, но тем не менее). Вот, например, выясняется, что «Бил-стрит» многим кажется слащавым и выхолощенным. А я скажу: храни тебя Господь, Барри Дженкинс. Из всех современных режиссеров он кажется главным гуманистом, таким человеком, который, максимально сокращая простейшими приемами вроде крупных планов дистанцию между героями и зрителями, добивается большего сопереживания. Он умело сочетает расовый вопрос с универсальной историей молодых влюбленных — правда универсальной, зайдите, что ли, на «Медиазону» пару раз, чтобы это понять — и при этом ни в том, ни в другом не перегибает палку, не орет зрителю в лицо вопросы и ответы, которые ему так необходимо сообщить. А что до слащавости: каждый второй сравнивает Дженкинса с Кар-Ваем и вы, возможно, удивитесь, но «Чунгкингский экспресс», например, это такой фильм, в котором может раздражать очень, очень многое, но не будет, если у вас чистое сердце. Для таких не-циников, кажется, Дженкинс и снимает. (Артем)
Как хорошо не читать критику о фильме (так себе высказывание для телеграм-канала о кино, но тем не менее). Вот, например, выясняется, что «Бил-стрит» многим кажется слащавым и выхолощенным. А я скажу: храни тебя Господь, Барри Дженкинс. Из всех современных режиссеров он кажется главным гуманистом, таким человеком, который, максимально сокращая простейшими приемами вроде крупных планов дистанцию между героями и зрителями, добивается большего сопереживания. Он умело сочетает расовый вопрос с универсальной историей молодых влюбленных — правда универсальной, зайдите, что ли, на «Медиазону» пару раз, чтобы это понять — и при этом ни в том, ни в другом не перегибает палку, не орет зрителю в лицо вопросы и ответы, которые ему так необходимо сообщить. А что до слащавости: каждый второй сравнивает Дженкинса с Кар-Ваем и вы, возможно, удивитесь, но «Чунгкингский экспресс», например, это такой фильм, в котором может раздражать очень, очень многое, но не будет, если у вас чистое сердце. Для таких не-циников, кажется, Дженкинс и снимает. (Артем)
«Холодная война» // Cold War
Тем, кто вырос на передаче «Играй, гармонь любимая» или хотя бы помнит о ее существовании, «Холодная война» подарит несколько незабываемых моментов, в первую очередь, конечно, с исполнением утёсовского «Сердца». Герои «Войны» ребята максимально невеселые, все-таки жизнь в Польше начала пятидесятых далека от расслабленной, а воспевать Сталина получается совсем без искренности Орловой и Александрова. С долгожданным (для них самих) отъездом героев в Париж и начинается главная проблема фильма: он, конечно, может, и о хороших людях, но таких, которые не могут ни о чем друг с другом договориться, терзают друг друга ревностью, домыслами и подозрениями. Понятно, что местных критиков все впечатляет как что-то запредельно близкое (польская часть в первую очередь), зарубежных как, скорее, «их нравы», но я не могу отделаться от мысли (и она кажется мне неуютной), что история этого фильма все еще считается универсальной, но пора бы уже от такого пойти дальше. (Артем)
Тем, кто вырос на передаче «Играй, гармонь любимая» или хотя бы помнит о ее существовании, «Холодная война» подарит несколько незабываемых моментов, в первую очередь, конечно, с исполнением утёсовского «Сердца». Герои «Войны» ребята максимально невеселые, все-таки жизнь в Польше начала пятидесятых далека от расслабленной, а воспевать Сталина получается совсем без искренности Орловой и Александрова. С долгожданным (для них самих) отъездом героев в Париж и начинается главная проблема фильма: он, конечно, может, и о хороших людях, но таких, которые не могут ни о чем друг с другом договориться, терзают друг друга ревностью, домыслами и подозрениями. Понятно, что местных критиков все впечатляет как что-то запредельно близкое (польская часть в первую очередь), зарубежных как, скорее, «их нравы», но я не могу отделаться от мысли (и она кажется мне неуютной), что история этого фильма все еще считается универсальной, но пора бы уже от такого пойти дальше. (Артем)
«Мирай» // Mirai
Мальчик по имени Мальчик играет с собакой и поездами, а потом родители возвращаются из роддома с его новорожденной сестрой — по одним только создателям фильма известным причинам только у нее (ну и еще у пса по имени Юкко) будет имя, переводящееся с японского как «будущее». Сестра его очевидным образом бесит, но тут вдруг небольшая площадка для игр в их доме становится огромным садом, в котором он находит парня, который говорит ему о том, что он его тоже долгое время бесил — нетрудно догадаться, что Мальчик быстро найдет у парня собачий хвост. Затем он встретит в этом саду свою подросшую сестру, а потом и всех своих родственников. Пересказывать «Мирай» гораздо интереснее, чем думать о нем или, еще хуже, смотреть: это такое «Твое имя» этого года, аниме для тех, кто смотрит одно аниме раз в пять лет — в какой-то момент, под самый конец, фильм даже попробует стать изобретательным, но ей-богу, лучше посмотрите вместо этого сборника притчей о том, что нужно ценить семью и слушаться старших великий «Ночь коротка, гуляй, девчонка». (Артем)
Мальчик по имени Мальчик играет с собакой и поездами, а потом родители возвращаются из роддома с его новорожденной сестрой — по одним только создателям фильма известным причинам только у нее (ну и еще у пса по имени Юкко) будет имя, переводящееся с японского как «будущее». Сестра его очевидным образом бесит, но тут вдруг небольшая площадка для игр в их доме становится огромным садом, в котором он находит парня, который говорит ему о том, что он его тоже долгое время бесил — нетрудно догадаться, что Мальчик быстро найдет у парня собачий хвост. Затем он встретит в этом саду свою подросшую сестру, а потом и всех своих родственников. Пересказывать «Мирай» гораздо интереснее, чем думать о нем или, еще хуже, смотреть: это такое «Твое имя» этого года, аниме для тех, кто смотрит одно аниме раз в пять лет — в какой-то момент, под самый конец, фильм даже попробует стать изобретательным, но ей-богу, лучше посмотрите вместо этого сборника притчей о том, что нужно ценить семью и слушаться старших великий «Ночь коротка, гуляй, девчонка». (Артем)
Ральф против интернета» // Ralph Breaks the Internet
И снова недальновидность русских прокатчиков испортила название мультфильма: Ральф тут не против интернета, он просто ломает его, а так как он специалист по ломанию вещей, то и заголовок принимает трагический характер. А где трагедия, там и катастрофа. По «Ральфу» очень хорошо заметно, как один из самых свободных жанров становится несвободным в угоду даже непонятно чему: корпорациям, здравому смыслу, чему-то третьему? «Ральф» чем-то похож на поздние записи Animal Collective: кажется, это должно было быть чем-то буйным и по-хорошему безумным, но на деле это жутко упорядоченная и формалистская штука: ребят, вы могли нарисовать интернет КАКИМ УГОДНО и сделали его эдаким Лунным городом? Ну не знаю. Вкупе с тем, что это довольно затянутый мультфильм, кажется, что на Остров дураков поселили самих зрителей — и даже ценный и совсем не диснеевский посыл про отказ от собственничества за этим становится не таким впечатляющим и прозрачным. (Артем)
И снова недальновидность русских прокатчиков испортила название мультфильма: Ральф тут не против интернета, он просто ломает его, а так как он специалист по ломанию вещей, то и заголовок принимает трагический характер. А где трагедия, там и катастрофа. По «Ральфу» очень хорошо заметно, как один из самых свободных жанров становится несвободным в угоду даже непонятно чему: корпорациям, здравому смыслу, чему-то третьему? «Ральф» чем-то похож на поздние записи Animal Collective: кажется, это должно было быть чем-то буйным и по-хорошему безумным, но на деле это жутко упорядоченная и формалистская штука: ребят, вы могли нарисовать интернет КАКИМ УГОДНО и сделали его эдаким Лунным городом? Ну не знаю. Вкупе с тем, что это довольно затянутый мультфильм, кажется, что на Остров дураков поселили самих зрителей — и даже ценный и совсем не диснеевский посыл про отказ от собственничества за этим становится не таким впечатляющим и прозрачным. (Артем)
«Спайдер-мен: сквозь вселенные» // Spider-Man: Into the Spider-Verse
Про нового, мультипликационного, «Человека-Паука» вы можете послушать выпуск нашего дружественного подкаста Blitz&Chips с участием Артема Макарского, Гриши Пророкова, Артема Гордина и Димы Веснина.
Про нового, мультипликационного, «Человека-Паука» вы можете послушать выпуск нашего дружественного подкаста Blitz&Chips с участием Артема Макарского, Гриши Пророкова, Артема Гордина и Димы Веснина.