Всем привет. Меня зовут Дима, и на этом канале я буду писать о крутых альбомах начиная с 2010 года. Несмотря на название, здесь будет не только нормальный инди-рок, но и различная электроника, и всякая годная попса, немного дроуна-эмбиента, чуть-чуть рэп, возможно криминал, по коням.

Почему точкой отсчета я выбрал именно 2010-й? Во-первых, много отличных альбомов, вышедших в то время, подзатерялись в толще времен, и я буду доставать бриллианты из закромов. Во-вторых, мне тогда было 19, я был голоден до новой музыки, успел много чего послушать, и мне есть, что рассказать.

Попутно я буду делиться музыкальными текстами – своими и чужими. Без мемов, конечно же, тоже не обойдется. Также здесь будут заметки о екатеринбургской музыке и новости о группе «Бизнес Юность», в которой я играю опорно-двигательный рок.

О новинках я писать тоже намерен, хотя не в таком большом объеме – мне кажется, в музыкальном телеграме и так хватает классных каналов, отслеживающих новые релизы. Но начну я канал как раз с новинки – с вышедшего два часа назад сингла Пи Джей Харви, моей любимой певицы. Песня, как и всегда у Полли, прекрасна и предвещает новый ее альбом, первый за семь лет. «I Inside the Old Year Dying» выйдет 7 июля, и для меня это один из самых ожидаемых релизов лета.

LCD Soundsystem – This is Happening (2010)

Джеймс Мерфи – мой герой. Немолодой, в общем-то, мужик вечно похмельной наружности, не самый приятный человек (судя по недавней документалке о нью-йоркской сцене нулевых «Meet Me in the Bathroom»), но при этом – один из важнейших музыкантов и продюсеров своей эпохи. Из не самых благополучных и благозвучных источников вроде краутрока, ноу-вейва и мутантского диско он по кусочкам собрал безупречно работающую танцевальную музыку. Он записывал треки по 9 минут, построенные на бесконечном повторении одного и того же квадрата, толком даже не пел, а скорее раздувал о чем-то своем – но звучало это заразительно. Он развалил группу на пике успеха, а потом возродил и сделал даже лучше, чем раньше.

«This is Happening» – альбом, записанный как раз перед тем самым памятным распадом в 2011-м. На самом деле, у LCD Soundsystem нет какой-то идеальной от начала и до конца записи, даже общепризнанный шедевр «Sound of Silver» не лишен слабых мест. На «This is Happening» такие тоже есть – оммажи Дэвиду Боуи и Игги Попу «All I Want» и «Somebody’s Calling Me» получились, на мой вкус, слишком буквальными. В остальные же моменты альбом страшно хорош.

Писалось все это дело в особняке Рика Рубина, который раньше, согласно байке, принадлежал Гарри Гудини, и где создавался, например, «Blood Sugar Sex Magic» RHCP. Неизвестно, насколько тут сыграл гений места, но звучит альбом сочно и живо: синты и гитары, танцы и рефлексия, угар и апатия – все в идеальном балансе.

Любимая песня: «You Wanted a Hit». Мне нравится, как из случайных синтезаторных блюмканий и непримечательного на первый взгляд бита постепенно, прямо на твоих глазах (ушах) выстраивается сверхпрочная конструкция. Вокал тут начинается только после третьей минуты – обычно песни к этому моменту имеют свойство заканчиваться. Неудивительно, что Мерфи в этом треке заявляет: «Вы хотели хитов, но мы так не работаем / Я пытался снова и снова, но есть в этом что-то неправильное». LCD Soundsystem – это и правда не про хиты, зато про звук, про энергию, про музыку вообще.

Осторожно, хот: завтра выйдет новый альбом Жанель Монэ, и вот первый клип с него.

Arcade Fire – The Suburbs (2010)

Есть три исполнителя, которые были в начале десятых пребывали на пике могущества, а к настоящему времени умудрились саботировать свои карьеры – Канье, Ариэль Пинк и Arcade Fire. Насчет последних в 2010-м казалось, что это главная группа в мире, чуть ли не новые Radiohead. Решающим аргументом был их третий альбом «The Suburbs», справедливо получивший «Грэмми».

Я к тому моменту уже очень их любил, но альбом принял не сразу. Первые записи группы цепляли меня своей экспрессией, надрывом, какой-то артовостью, инструментальным изобилием: струнные, духовые, орган, аккордеон, хор. На «The Suburbs» всего этого было в разы меньше, и на первый взгляд он показался мне каким-то неярким, слишком традиционно-рокерским. Но я слушал его снова и снова, и с каждым разом мне открывались все новые пласты этой записи. Я понял, что этот альбом по природе похож на хороший роман: в нем есть сюжет, внутренние рифмы, выстроенная драматургия, выдержанная атмосфера.

Если на первых двух релизах Arcade Fire полагались в основном на дикий эмоциональный накал, то «The Suburbs» – запись менее истеричная и более уверенная в себе. Здесь много тонкой работы с жанрами: группа примеряет на себя арена-рок а-ля Спрингстин, вдохновляется песнями Боуи берлинского периода, заигрывает с нью-вейвом в духе New Order, но при этом продолжает звучать именно как Arcade Fire. Главное, что все эти стилизации совершенно органичны и в первую очередь служат истории. Истории о взрослении, проносящейся мимо юности, потере друзей. Пусть разворачивается она в декорациях американской субурбии, ее очень легко примерить на себя, потому что она универсальна.

Фронтмен Уин Батлер оказался криповым чуваком, и былая светлая репутация группы сильно пошатнулась. Но я думаю, что в данном случае можно разделять творчество и личность артиста. Свое место в вечности Arcade Fire благодаря «The Suburbs» заслужили.

Про Arcade Fire я узнал задолго до того, как впервые их услышал – прочитал про дебютник в журнале «Ровесник» за 2005 год. Название и обложка отпечатались в памяти навсегда. К счастью, в отличие от текста: написали про альбом какую-то ерунду. До сих пор не имею представления, что есть «пауэр-готика» и о каком «истерическом наследии» идёт речь. Хотя, вероятно, я такую же дичь пишу, или даже похлеще. Но раз уж вы подписались, то ничего уже не поделаешь 🤷‍♂️

Squid – O Monolith (2023)

Важнейшей из новинок этой пятницы для нас является второй сезон «Игры в кальмара». Первый альбом Squid навел шороха на и без того густонаселенной сцене нового британского пост-панка/арт-панка и стал в итоге одним из лучших релизов 2021-го, поэтому ожидания от второго релиза были велики. Были ли они оправданы? Абсолютно.

В сравнении с «Bright Green Field» здесь поменьше прямой поступательной энергии краутрока и побольше ломаной ритмики, рваных гитар, развинченного джазового грува. Временами эти барабанно-гитарно-синтезаторные хитросплетения напоминают о семидесятническом проге, и это неспроста, ведь писались господа кальмары в студии Питера Гэбриела. Вышел альбом на лейбле Warp, известном в первую очередь релизами Autechre, Афекса Твина и другой классики IDM, и от этой сложносочиненной электроники в «O Monolith» тоже что-то есть.

Третья и главная ассоциация в связи с альбомом – пост-рок, каким он был в 90-х, то есть не просто инструментальный рок с гитарными тремоло, а действительно новаторская музыка, пытавшаяся нащупать какие-то иные пути развития жанра. Это тоже неслучайно, потому что микшировал альбом Джон Макинтайр из Tortoise, ключевых игроков изначального пост-рока. Но дело даже не во всех этих деталях вроде лейбла, студии и продюсера. Дело в самих Squid, потому что они и сами по сути своей новаторы, изобретающие какой-то принципиально другой, неслыханный ранее, но очень созвучный нынешнему времени грув.

«O Monolith» – более раскованная, более уверенная в своих силах, более детализированная, в то же время более атмосферная, местами – более мрачная версия группы «Кальмар». Здесь нет чего-то столь же угарного, как катапультировавший их в звезды сингл «Narrator», зато есть вынимающая душу «The Blades» – одна из лучших песен года.

20 лет Hail to the Thief

В каноне Radiohead этот альбом считается записью второго плана: вышел между революционным по звук дуплетом Kid A и Amnesiac и революционным в плане маркетинга In Rainbows. На HTTT Йорк и компания революций не устраивали, более того — впервые за всю свою истори они не переизобретали себя, не открывали какие-то новые звуковые пласты, а делали то, что уже на тот момент умели: немного суперэмоционального рока, немного смурной электроники, немного балладной тоски.

Обычно Radiohead свои альбомы пишут в муках, в ветхих викторианских особняках, без отопления и канализации, в окружении бегающих крыс, в бесконечных конфликтах и с ощущением, что назавтра распадутся. HTTT записали за пару недель в Лос-Анджелесе, в перерывах между вечеринками и катанием по городу на скутерах.

В общем, они дали себе волю, и в итоге получился самый длинный альбом группы: 14 песен на практически час звучания. Среди них есть и удачи, например, прог-панк 2+2=5 или заряженная угрюмым лесным грувом There, There, есть и маловыразительные вещи вроде A Punch Up at the Wedding, а есть нечто совсем запредельное — леденящий душу вальс A Wolf at the Door, где Йорк зачитывает очень мрачный и при этом довольно смешной рэп.

Для меня HTTT был первым альбомом группы, и, во-первых, это было ровно то, что нужно человеку в 16 лет, а во-вторых, он сразу объяснил мне, что Radiohead бывают максимально разными. После него я с удовольствием воспринимал, что сугубо гитарный The Bends, и электронный Kid A, и никакого противоречия для меня не существовало. И до сих пор мне кажется, что это отличный вариант для знакомства с группой, хотя до креативных высот OK Computer или In Rainbows он все же немного не дотягивает.

Кстати, а читатли ли вы мой суперподробный и суперувлекательный текст про Radohead? Вот он. Это длинное чтение, можно растянуть на все выходные, а они как раз будут долгими.

The Fall – Your Future Our Clutter (2010)

В одном интервью с БГ меня зацепил такой фрагмент:

– А вот, допустим, сегодня поутру я пошел в пятый раз слушать группу The Fall. Думаю — ну, может, хоть что-то из них выскребу? Нет, не могу. Всю жизнь пытаюсь их полюбить — и ничего не получается. Они мне кажутся похожими на очень плохую рок-клубовскую команду. Абсолютно бездарную, которая держится только за счет того, что они точат, точат, точат одну и ту же штуку. Скучно.

— Ну там еще лидер харизматичный, как минимум.

— Ой, таких харизматиков, знаете… Вот когда еще у нас на Пушкинской, 10, обитали бомжи, полдвора было таких харизматиков.

У меня с The Fall отношения складывались схожим образом, что и у Бориса Гребенщикова. Эта группа всегда привлекала меня своим суперкультовым статусом, огромной дискографией, колоссальным влиянием на новую волну пост-панка, фигурой фронтмена Марка Э. Смита (как писал в некрологе великий музжурналист Максим Семеляк, «он пел в два микрофона, пил с двух рук, пафосу предпочитал гонор и всегда был женат на красотках»).

Но вот сама музыка должного впечатления на производила. В разные моменты жизни я с энтузиазмом брался за тот или иной классический альбом The Fall, но к 4-5 треку как-то увязал, терял внимание, все песни начинали сливаться в один ком. Вроде бы и драйв есть, и текста интересные, хоть и совершенно непонятные. Но слишком мало хуков, мелодий, экспериментов со звуком. В итоге от музыки оставалось впечатление сухомятки.

За поздний, не особо известный альбом «Your Future Our Clutter» я брался уже без особого энтузиазма, да и страшноватая обложка не предвещала ничего выдающегося. В итоге послушал до конца на одном дыхании и немедленно поставил на повтор.

Альбом оказался диким и бесподобным. Гитарный лязг, атональные синты и безостановочное кваканье самого Марка Э. Смита нанизаны на железобетонную ритм-секцию, вся эта конструкция несется на всех парах. Никакой ностальгии, ни тоски, ни жалости, только угар, несгибаемая воля и бесконечный бунт против законов мироздания.

Свой 27-й альбом The Fall записали без оглядки на свое богатое прошлое. И всем бы такие 27-е альбомы (хотя у БГ 27-й альбом тоже неплохой – «Пушкинская, 10»).

Rangers – Suburban Tours (2010)

В продолжении затронутой Arcade Fire темы субурбий: вот альбом, целиком посвященный бесцельным поездкам по американским пригородам. «Suburban Tours» звучит так, словно без наблюдаешь проплывающие за окном однообразные пейзажи, вполуха слушая рандомный софт-рок 80-х, который с помехами доносится из радиоприемника. Или даже как смутное воспоминание о такой поездке, которая то ли была на самом деле, то ли приснилась.

Альбом состоит из статичных, преимущественно инструментальных треков, записанных в нарочно замыленном звуке. Летаргический рок и коматозный фанк Rangers обладают совершенно обволакивающим воздействием, оторваться трудно, да и не хочется.

У меня дома лежит номер «Афиши», где Пахом, Женя Горбунов (на тот момент участник NRKTK и Stoned Boys), Шура Би-2 и музыковед Михаил Фихтенгольц обсуждают новые по состоянию на 2010 год жанры, вроде витч-хауса, вонки или вот гипнагоджик-попа, по ведомству которого «Suburban Tours» и проходит. Не могу не привести фрагмент по теме (хотя текст и целиком довольно смешной):

Женя Горбунов: Вот когда я слушал группу Rangers, у меня было чувство, что я еду к бабушке в Биробиджан из Хабаровска в поезде и эта музыка играет по радио.

Шура Би-2: Да если б ты ехал к бабушке из Хабаровска в Биробиджан, там бы «Ласковый май» звучал. Я думаю, за такую музыку тебя бы убили.

Сегодня у меня др, по этому поводу – моя самая любимая песня, которая в то же время является и моим самым любимым альбомом:

Fishmans – Long Season (1996)

Fishmans – феномен. Группа существовала в Японии, была сугубо локальным явлением, распалась в конце 90-х после смерти фронтмена, а спустя годы получила вторую жизнь и культовый статус благодаря музыкальным гикам с сайта Rate Your Music.

«Long Season» – главная запись Fishmans. Альбом состоит из одной 35-минутной песни. Чтобы охарактеризовать ее, не хватит существующих тэгов. Это дрим-поп? Пост-рок? Даб? Психоделия? И да, и нет, и не совсем. Рыбные мужики, начинавшие, к слову, с довольно простого регги, добились в «Long Season» по-настоящему уникального звучания – подобной музыки буквально больше нет, даже у самих Fishmans остальные записи звучат несколько иначе.

В основе «Долгого сезона» – довольно простой, но эффектный фортепианный луп, который постепенно обрастает подробностями. В разные моменты в треке появляются и размеренные качающие барабаны, и густой подвижный бас, и парящее гитарное соло, и клавишные, и аккордеон, и скрипка… Несмотря на обилие деталей, микс не кажется перегруженным, песня звучит просторно и естественно, она натурально дышит.

В какой-то момент рыбные мужчины отрываются от изначальной мелодии и уходят в странные, но ласкающие слух эксперименты с барабанными брейками и сэмплами льющейся воды, но в итоге триумфально возвращаются к основной теме, и этот момент закольцовки проживается как долгожданная встреча с родным человеком.

А еще в этой песне есть удивительный вокал Синдзи Сато. Мне кажется, что это такой японский Михей. Оба неповторимо пели, оба имели пристрастие к регги и дабу, оба несли солнечную энергию. Оба рано умерли. Сато в «Long Season» несколько раз пропевает один и тот же текст, довольно простой, но на самом деле магический:

В сумерках мы ехали,
Внимая зову ветра и твоему зову,
Катаясь из одного конца Токио в другой
В полудрёме.

Несмотря на колоссальный хронометраж, «Long Season» нисколько не утомляет и не дает заскучать. Когда трек заканчивается, чувствуешь, будто проснулся так, как не просыпался уже давно. Если у вас в жизни когда-нибудь найдутся свободные 35 минут и 15 секунд, уделите их рыбным людям.

King Krule – Space Heavy (2023)

После пары мрачных, нервных, издерганных альбомов Арчи Маршалл возвращается к патентованной меланхолии своего дебютника, но на новом витке развития, будучи уже не дерзким британским пацаном, задолбавшимся папашей под 30. Как задолбавшийся папаша за 30, я это понимаю, I know that feel bro.

Звучат на альбоме бедрум-поп, пост-панк, джаз, слоукор – в общем, нормальный инди-рок. Музицирование на «Space Heavy» имеет абстрактную природу. Песни напоминают скетчи очень талантливого художника. Маршаллу хватает пары штрихов, чтобы обрисовать общую картину, задать тон, настроение. Конечно же, это настроение глубокой ночи и черного неба, когда ты один на один со всей тяжестью космоса.

Эти ноктюрны полны красоты, но красота эта ускользающая. Если пытаться ухватить ее специально, ничего не выйдет, шаткие конструкции рассыплются на отдельные звуки – расплывчатые джазовые аккорды, неспешные и будто бы призрачные барабаны, грубый и проникновенный голос. Но если расслабиться и позволить сознанию просто плыть по этим трекам, альбом раскроется по-настоящему.

К слову о голосе: уже на первых релизах, в свои 15-16 Арчи Маршалл обладал прокуренным и печальным вокалом человека, изрядно пожившего, уставшего и повидавшего некоторое дерьмо. Теперь музыкант и сам по годам догнал свой голос, и оттого зазвучал как никогда органично. Хотя и менее хитово – новых «Easy Easy» или «Dum Surfer» тут всё не сыщешь. Наверное, таковы издержки взросления.

(не)нормальный инди-рок:

Women – Public Strain (2010)

В конце нулевых, под самый занавес пост-панк-ревайвала, чуваки из канадского провинциального города Калгари изготовили одну из самых интересных его итераций.

Странно настроенные гитары. Цепочки аккордов, разрешающиеся совсем не так, как ожидаешь. Кособокие ритмы, которые не столько качают, сколько вводят в оцепенение. Отстраненный, почти потусторонний вокал. Тонны реверберации на всех инструментах. Настроение, колеблющееся от смутной тревоги до лютой паранойи.

Вполне себе хитовые песни соседствуют здесь с продолжительными дроун-номерами, причем переходы от одного к другому и обратно получаются очень органичными, будто сама звуковая материя меняют свое агрегатное состояние: то растекается, то вновь принимает четкие очертания.

Продюсировал альбом Чад ВанГаален (возможно, вы видели его клип «Molten Light»), и он нарулил ребятам иммерсивный звук – будто ты находишься с группой в одном помещении, слышишь гул комбиков, отражения барабанов от стен, слышишь саму комнату. Альбом писался в разгар зимы, и это тоже чувствуется: в иные моменты музыка на нем похожа на вьюгу.

Если Interpol пытались модернизировать стиль Joy Division, а The Strokes подсматривали в тетради The Velvet Underground, то в связи с Women вспоминаются самые странные группы изначального пост-панка – This Heat, Swell Maps, ранние Sonic Youth, и «Женщины» кажутся в этом ряду не просто учениками, а вполне себе продолжателями этой экспериментальной ветви.

Вскоре после выхода «Public Strain» история группы бесславно закончилась: чуваки подрались на прямо сцене и разбежались. Позже гитарист умер во сне. Вокалист преобразился в дрэг-квин и стал записывать глючный гипнагоджик-поп под псевдонимом Cindy Lee. Остальные же участники и по сей день нарезают кубистский пост-панк под вывеской Preoccupations.

Влияние «Женщин» оказалось значительным: в Калгари образовалась целая сцена, а многие деятели лоу-файного инди-рока десятых явно вдохновлялись их записями. Но никто так и не приблизился к парализующему величию «Public Strain». Да и вряд ли кто-то захотел бы: это музыка отчетливо маргинальная, совершенно аутсайдерская, при этом полностью осознающая свою ценность и крутизну, и, на мой взгляд, абсолютно актуальная и нужная прямо сейчас.

Эффект от прослушивания группы «Женщины» хорошо проиллюстрирован в этом коротком видео.

ШТОШ, сегодня одна из лучших релизных пятниц года. Во-первых, из-за Queens of the Stone Age, а во-вторых и в-главных из-за: