Разработать тест — было только началом. История CA-62: 20 лет работы, десятки спасённых жизней и один сюжет на НТВ
Иногда кажется, что если ты действительно делаешь что-то нужное — всё остальное пойдёт само собой. В 2021 году мы так и думали.
К тому моменту за плечами было больше 15 лет работы, тысячи биологических проб, десятки итераций.
Мы научились улавливать в крови едва заметный биологический сигнал: общий для большинства злокачественных опухолей признак — их незрелость.
Так появился тест CA-62 — чувствительный к гликозидной части белка, типичной для низкодифференцированных клеток.
Тест не указывает локализацию, не ставит диагноз.
Он даёт повод проверить, когда ещё нет жалоб, боли и симптомов. Когда рак — это шёпот.
И вот в 2021 году к нам приехал Алексей Квашенков — журналист НТВ, человек с настоящим интересом и уважением к медицинским темам.
Он побывал в нашей лаборатории в Технопарке Сколково, в пилотной клинике в Москве, и на кафедре у профессора Секачёвой Марины Игоревны в Сеченовском университете.
Мы показали, как работает тест, как он создавался, как читается результат.
21 июня вышел репортаж — целый день его крутили в эфире по всей стране.
Мы верили, что это и есть момент: сейчас лаборатории подключатся, пациенты начнут спрашивать.
Но ничего не произошло.
Ковид закрыл все двери.
Крупные лаборатории были перегружены. ПЦР, КТ, срочные госпитализации — не до новых онкомаркеров.
Ни одна лаборатория не включила тест в свою линейку.
Не потому что он был неэффективным. Просто никому не было дела.
Тогда мы приняли решение:
Если хотим, чтобы тест дошёл до пациента — нужно создать свою клинико-диагностическую лабораторию.
С нуля.
Без госфинансирования. Привлекли друзей в "инвесторов". Просто потому что это было правильно.
С трудом нашли помещение. Сделали ремонт. Закупили оборудование. Обучили персонал. И через полтора года получили лицензию.
Запустили логистику. Отработали методику.
И в какой-то момент — тест стал реальностью.
С тех пор прошло не так много времени.
Но уже более 3000 пациентов сдали CA-62. Десятки опухолей были выявлены на ранних стадиях.
Трое наших коллег, кто работал над тестом — были спасены благодаря собственному методу - выявили рано, контролировали лечение, ловили рецидивы.
А теперь — и это, возможно, самое важное — тест стал доступен для людей по всей стране. Благодаря партнёрству с Ситилаб, его можно сдать почти в любом городе.
📌 Всё, что нужно:
— Зайти на сайт Ситилаб https://clck.ru/3K8RPd
— Найти свой город
— Выбрать ближайшую клинику и записаться на CA-62
Пробу возьмут правильно. Образец доставят в Москву.
📄 Результат будет готов в течение 8 рабочих дней.
А вот то самое видео, смотря которое мы с надеждой думали, что мы сможем передать наше детище в систему здравоохранения. Теперь мы знаем: оно не стало финалом. Оно стало очередной страницей в нашем пути к пациентам.
https://www.ntv.ru/novosti/2568602/
Иногда кажется, что если ты действительно делаешь что-то нужное — всё остальное пойдёт само собой. В 2021 году мы так и думали.
К тому моменту за плечами было больше 15 лет работы, тысячи биологических проб, десятки итераций.
Мы научились улавливать в крови едва заметный биологический сигнал: общий для большинства злокачественных опухолей признак — их незрелость.
Так появился тест CA-62 — чувствительный к гликозидной части белка, типичной для низкодифференцированных клеток.
Тест не указывает локализацию, не ставит диагноз.
Он даёт повод проверить, когда ещё нет жалоб, боли и симптомов. Когда рак — это шёпот.
И вот в 2021 году к нам приехал Алексей Квашенков — журналист НТВ, человек с настоящим интересом и уважением к медицинским темам.
Он побывал в нашей лаборатории в Технопарке Сколково, в пилотной клинике в Москве, и на кафедре у профессора Секачёвой Марины Игоревны в Сеченовском университете.
Мы показали, как работает тест, как он создавался, как читается результат.
21 июня вышел репортаж — целый день его крутили в эфире по всей стране.
Мы верили, что это и есть момент: сейчас лаборатории подключатся, пациенты начнут спрашивать.
Но ничего не произошло.
Ковид закрыл все двери.
Крупные лаборатории были перегружены. ПЦР, КТ, срочные госпитализации — не до новых онкомаркеров.
Ни одна лаборатория не включила тест в свою линейку.
Не потому что он был неэффективным. Просто никому не было дела.
Тогда мы приняли решение:
Если хотим, чтобы тест дошёл до пациента — нужно создать свою клинико-диагностическую лабораторию.
С нуля.
Без госфинансирования. Привлекли друзей в "инвесторов". Просто потому что это было правильно.
С трудом нашли помещение. Сделали ремонт. Закупили оборудование. Обучили персонал. И через полтора года получили лицензию.
Запустили логистику. Отработали методику.
И в какой-то момент — тест стал реальностью.
С тех пор прошло не так много времени.
Но уже более 3000 пациентов сдали CA-62. Десятки опухолей были выявлены на ранних стадиях.
Трое наших коллег, кто работал над тестом — были спасены благодаря собственному методу - выявили рано, контролировали лечение, ловили рецидивы.
А теперь — и это, возможно, самое важное — тест стал доступен для людей по всей стране. Благодаря партнёрству с Ситилаб, его можно сдать почти в любом городе.
📌 Всё, что нужно:
— Зайти на сайт Ситилаб https://clck.ru/3K8RPd
— Найти свой город
— Выбрать ближайшую клинику и записаться на CA-62
Пробу возьмут правильно. Образец доставят в Москву.
📄 Результат будет готов в течение 8 рабочих дней.
А вот то самое видео, смотря которое мы с надеждой думали, что мы сможем передать наше детище в систему здравоохранения. Теперь мы знаем: оно не стало финалом. Оно стало очередной страницей в нашем пути к пациентам.
https://www.ntv.ru/novosti/2568602/
🔥6👍4👏2
Forwarded from Старик и Лошадь 塞翁失馬
На следующей неделе несколько постов в нашем уютном бложике будут посвящены достаточно неуютной теме: онкологии.
Конечно, трудно привыкнуть с мысли, что человек смертен. Но это еще полбеды. Совсем трудно привыкнуть к мысли, что он иногда внезапно смертен. И что Аннушка уже разлила масло.
Однако, если всё-таки привыкнуть к этим мыслям, то дивным букетом раскрывается понимание новых возможностей, которые неизменно таятся даже в самом горьком кризисе:
➀ Во-первых, жизнь, отбитая у смерти, прекраснее обычной жизни. Совсем по-другому переливаются капельки росы на молодой листве в свете восходящего солнца,
➁ Во-вторых, объединение семей и друзей перед лицом смерти даёт новое определение и ощущение дружбе и любви,
➂ В-третьих, люди, смотрящие в лицо смерти своей или соседней, начинают чётче понимать, что им важно в жизни, что, опять же, повышает радость бытия и личную эффективность.
Если рассматривать то, что посылает нам Господь не как наказания, а как испытания, многое в жизни становится интереснее и даже, извините, азартнее.
Мы будем разговаривать на эти темы на следующей неделе, но если вас уже зацепили вышесказанные слова, рекомендую на выходных прочесть небольшую, но пронзительную книгу «Вы будете смеяться». Как проницательный читатель догадался, это цитата из известного еврейского анекдота: «Вы будете смеяться, но Розочка тоже умерла».
Книга представляет собой сборник коротких рассказов Нелли Воскобойник, инженера отделения радиотерапии онкологического отделения знаменитой больницы "Хадасса", что в Иерусалиме:
✧ Сначала автор (авторка) рассказывает, как она неожиданно для себя попала в этот удивительный мир, где каждый знает, сколько ему осталось жить, и делает выбор: бороться, либо не бороться. У каждого варианта есть свои плюсы и минусы.
✧ Потом Нелли ярко и интересно и даже весело описывает несколько историй пациентов и врачей, часть их которых заканчивается хеппи-эндом, а часть — нет,
✧ Затем Нелли рассказывает, как у неё умер от всё того же рака любимый муж, который работал с нею в этой же больнице и в этой же больнице умер,
✧ Читатель предполагает, что на этом повествование закончится, потому что не всякий автор найдёт силы и смысл продолжать в такой ситуации, но, нет, Нелли и её повествование набирают силу и расширяется в разноцветное полотно разнообразных людей, живущих свои жизни по-своему, но все вместе чётко понимающих, что каждый день драгоценен и, если ты хочешь получить побольше драгоценных дней, то над этим надо, как минимум, работать, а, как максимум, бороться.
А если ты борешься, то на печаль, депрессию, и прочие популярные хвори нашего века не остаётся ни времени, ни сил.
Борьба ускоряет ранее невидимые процессы и обнажает ранее не видимые особенности человеческой натуры.
В одной и повестей Виктора нашего Олеговича рассказывается о фонтане философской мысли, бьющем в сталинском концлагере. Если ты знаешь, что умрёшь через три месяца, обьясняет автор, то через месяц проходишь кризис среднего возраста, а через два становишься философом, причём бодрым и весёлым, пока не наступает травма или дистрофия.
В онкологической лечебнице, описанной в книге «Вы будете смеяться», всё это происходит не столь остро, но столь же глубоко. И в этом есть не только плохие, но и хорошие новости.
Анонсы постов, грядущих на следующей неделе:
❶ Ландшафт и горизонты современной онкодиагностики.
❷ Что я делаю с фиброзным узлом у себя в лёгких и как я упустил любимую тёщу.
❸ Что я делаю со своей папилломой в гортани, которая реагирует на кальян и сигары.
❹ Что делать с повышенной вероятностью РМЖ у беременных.
P.S. Если в нашем бложике есть благодарные читатели, знающие и читающие ключевые ТЛГ-каналы в теме онкологии - поделитесь пожалуйста знанием. Я постараюсь в эти каналы проникнуть, чтобы устроить ещё более бурную дискуссию.
Конечно, трудно привыкнуть с мысли, что человек смертен. Но это еще полбеды. Совсем трудно привыкнуть к мысли, что он иногда внезапно смертен. И что Аннушка уже разлила масло.
Однако, если всё-таки привыкнуть к этим мыслям, то дивным букетом раскрывается понимание новых возможностей, которые неизменно таятся даже в самом горьком кризисе:
➀ Во-первых, жизнь, отбитая у смерти, прекраснее обычной жизни. Совсем по-другому переливаются капельки росы на молодой листве в свете восходящего солнца,
➁ Во-вторых, объединение семей и друзей перед лицом смерти даёт новое определение и ощущение дружбе и любви,
➂ В-третьих, люди, смотрящие в лицо смерти своей или соседней, начинают чётче понимать, что им важно в жизни, что, опять же, повышает радость бытия и личную эффективность.
Если рассматривать то, что посылает нам Господь не как наказания, а как испытания, многое в жизни становится интереснее и даже, извините, азартнее.
Мы будем разговаривать на эти темы на следующей неделе, но если вас уже зацепили вышесказанные слова, рекомендую на выходных прочесть небольшую, но пронзительную книгу «Вы будете смеяться». Как проницательный читатель догадался, это цитата из известного еврейского анекдота: «Вы будете смеяться, но Розочка тоже умерла».
Книга представляет собой сборник коротких рассказов Нелли Воскобойник, инженера отделения радиотерапии онкологического отделения знаменитой больницы "Хадасса", что в Иерусалиме:
✧ Сначала автор (авторка) рассказывает, как она неожиданно для себя попала в этот удивительный мир, где каждый знает, сколько ему осталось жить, и делает выбор: бороться, либо не бороться. У каждого варианта есть свои плюсы и минусы.
✧ Потом Нелли ярко и интересно и даже весело описывает несколько историй пациентов и врачей, часть их которых заканчивается хеппи-эндом, а часть — нет,
✧ Затем Нелли рассказывает, как у неё умер от всё того же рака любимый муж, который работал с нею в этой же больнице и в этой же больнице умер,
✧ Читатель предполагает, что на этом повествование закончится, потому что не всякий автор найдёт силы и смысл продолжать в такой ситуации, но, нет, Нелли и её повествование набирают силу и расширяется в разноцветное полотно разнообразных людей, живущих свои жизни по-своему, но все вместе чётко понимающих, что каждый день драгоценен и, если ты хочешь получить побольше драгоценных дней, то над этим надо, как минимум, работать, а, как максимум, бороться.
А если ты борешься, то на печаль, депрессию, и прочие популярные хвори нашего века не остаётся ни времени, ни сил.
Борьба ускоряет ранее невидимые процессы и обнажает ранее не видимые особенности человеческой натуры.
В одной и повестей Виктора нашего Олеговича рассказывается о фонтане философской мысли, бьющем в сталинском концлагере. Если ты знаешь, что умрёшь через три месяца, обьясняет автор, то через месяц проходишь кризис среднего возраста, а через два становишься философом, причём бодрым и весёлым, пока не наступает травма или дистрофия.
В онкологической лечебнице, описанной в книге «Вы будете смеяться», всё это происходит не столь остро, но столь же глубоко. И в этом есть не только плохие, но и хорошие новости.
Анонсы постов, грядущих на следующей неделе:
❶ Ландшафт и горизонты современной онкодиагностики.
❷ Что я делаю с фиброзным узлом у себя в лёгких и как я упустил любимую тёщу.
❸ Что я делаю со своей папилломой в гортани, которая реагирует на кальян и сигары.
❹ Что делать с повышенной вероятностью РМЖ у беременных.
P.S. Если в нашем бложике есть благодарные читатели, знающие и читающие ключевые ТЛГ-каналы в теме онкологии - поделитесь пожалуйста знанием. Я постараюсь в эти каналы проникнуть, чтобы устроить ещё более бурную дискуссию.
👍3🔥3
Forwarded from Старик и Лошадь 塞翁失馬
Ранняя онкодиагностика уже давно важна и популярна:
➜ Врачи и пациенты видят из клинических исследований, что чем раньше обнаружена опухоль, тем выше вероятность её вылечить.
★ Опухоли поздней стадии практически неизлечимы, потому что они уже мутировали, метастазировали и сделать с ними ничего нельзя. Для многих раков обнаружение на ранней стадии является ключом к спасению жизни.
➤ Задача — найти в пациенте биомаркер, который предсказывает рост опухоли до того, как она выросла.
➜ Учёным разрабатывать методы онкодиагностики легко и приятно.
★ Им понятно, что делать: идёшь в ближайшую онколечебницу и ищешь всё, что отличает больных со здоровыми.
➤ Находится очень много всего: от разнообразных биомаркеров в крови до изменения газового состава дыхания и ЭАК-КГР.
В результате уже лет десять назад было разработано несколько методов ранней диагностики, которые показывали очень даже неплохие результаты в клинических испытаниях. Самым первым и самым ярким биомаркером оказался ПСА, который очень точно предсказывал активизацию в пациенте РПЖ (рака простаты). Клинические данные были настолько убедительными, что регуляторы всего мира одобрили ПСА и допустили в клиническую практику.
И вдруг случился коллапс. Общественные расходы на лечение РПЖ резко выросли (потому что стали лечить пациентов, у которых ещё нет опухоли), а вот смертность от РПЖ ну совершенно не упала. Злые языки говорили, что смертность даже возросла, потому что значительная часть ранних пациентов стала умирать от лечения, а не от РПЖ.
Тут не смогли не вмешаться Минздравы и честные врачи. Они разъяснили, что проблема чрезмерного диагностирования и лечения (overdiagnostics and overtreatment) столь же страшна, как и проблема поздней диагностики. После этого биомаркеры вывели из рекомендаций и лечение стали назначать снова по факту обнаружения опухоли на разного рода снимках: рентген (маммография), КТ, МРТ. Беда в том, что, как мы обсудили, обычно это уже слишком поздно…
Медицинский мир нехотя принял решение усложнить онкодиагностику: сначала надо делать ранний многораковый тест на обнаружение опухолевого процесса в организме (по-английски это называется MCED-тест), а потом уже более подробно изучать тех, у кого детектирован опухолевой процесс.
➜ Врачи и Минздравы этим не очень довольны: если у пациента MCED-тест предсказывает высокую вероятность онкопатолгии, а на снимках опухоль ещё не видна, то совершенно непонятно, что с таким пациентом делать. А пациент при этом нервничает, недосыпает и грозит начать бить стёкла.
★ Тем не менее, деваться медицинскому сообществу некуда и волна MCED поднимается по всему миру. Собственно, я обьявил неделю онкодиагностики, потому что вышла очередная волна свежиз статей и обзоров по MCED и стало понятно, что, если восстание предотвратить не удаётся, то надо его возглавить.
➤ Сейчас в нескольких постах буду об этом подробно рассказывать.
Ключевым фактором популярности MCED-тестов является то, что они становятся важными не только для врачей, а для самих пациентов, которые имеют минимальную молбиологическую подготовку и желание заботиться о своём здоровье. На языке бизнеса говорится, что MCED-тесты выходят из B2B в B2C и это сразу становится совершенно другой коленкор.
Как мы обсуждали, пациентов, выбирающих бороться за здоровье, много: например, они великолепно описаны в книге Нелли Воскобойник. Завтра-послезавтра я опишу конкретные кейсы, в которых такая борьба становится не только уместной, а прямо вот необходимой для мыслящего человека. Опишу непосредственно на своём примере. Будет горячо! Не переключайте наш канал!
А пока привожу список доступных в мире MCED-тестов из свежайшего обзора:
• США: Galleri (GRAIL); CancerSEEK (Exact Sciences)
• Германия: Trucheck (Datar Cancer Genetics)
• Япония: AICS (AminoIndex Cancer Screening)
• Китай: Cancer DiffAnalysis (AnPac Bio)
• Вьетнам: SPOT-MAS (Gene Solutions)
• Россия: Раковый антиген СА-62 (Онкодиаг)
В следующих сериях буду объяснять, почему это всё важно, как это работает, и что делать.
➜ Врачи и пациенты видят из клинических исследований, что чем раньше обнаружена опухоль, тем выше вероятность её вылечить.
★ Опухоли поздней стадии практически неизлечимы, потому что они уже мутировали, метастазировали и сделать с ними ничего нельзя. Для многих раков обнаружение на ранней стадии является ключом к спасению жизни.
➤ Задача — найти в пациенте биомаркер, который предсказывает рост опухоли до того, как она выросла.
➜ Учёным разрабатывать методы онкодиагностики легко и приятно.
★ Им понятно, что делать: идёшь в ближайшую онколечебницу и ищешь всё, что отличает больных со здоровыми.
➤ Находится очень много всего: от разнообразных биомаркеров в крови до изменения газового состава дыхания и ЭАК-КГР.
В результате уже лет десять назад было разработано несколько методов ранней диагностики, которые показывали очень даже неплохие результаты в клинических испытаниях. Самым первым и самым ярким биомаркером оказался ПСА, который очень точно предсказывал активизацию в пациенте РПЖ (рака простаты). Клинические данные были настолько убедительными, что регуляторы всего мира одобрили ПСА и допустили в клиническую практику.
И вдруг случился коллапс. Общественные расходы на лечение РПЖ резко выросли (потому что стали лечить пациентов, у которых ещё нет опухоли), а вот смертность от РПЖ ну совершенно не упала. Злые языки говорили, что смертность даже возросла, потому что значительная часть ранних пациентов стала умирать от лечения, а не от РПЖ.
Тут не смогли не вмешаться Минздравы и честные врачи. Они разъяснили, что проблема чрезмерного диагностирования и лечения (overdiagnostics and overtreatment) столь же страшна, как и проблема поздней диагностики. После этого биомаркеры вывели из рекомендаций и лечение стали назначать снова по факту обнаружения опухоли на разного рода снимках: рентген (маммография), КТ, МРТ. Беда в том, что, как мы обсудили, обычно это уже слишком поздно…
Медицинский мир нехотя принял решение усложнить онкодиагностику: сначала надо делать ранний многораковый тест на обнаружение опухолевого процесса в организме (по-английски это называется MCED-тест), а потом уже более подробно изучать тех, у кого детектирован опухолевой процесс.
➜ Врачи и Минздравы этим не очень довольны: если у пациента MCED-тест предсказывает высокую вероятность онкопатолгии, а на снимках опухоль ещё не видна, то совершенно непонятно, что с таким пациентом делать. А пациент при этом нервничает, недосыпает и грозит начать бить стёкла.
★ Тем не менее, деваться медицинскому сообществу некуда и волна MCED поднимается по всему миру. Собственно, я обьявил неделю онкодиагностики, потому что вышла очередная волна свежиз статей и обзоров по MCED и стало понятно, что, если восстание предотвратить не удаётся, то надо его возглавить.
➤ Сейчас в нескольких постах буду об этом подробно рассказывать.
Ключевым фактором популярности MCED-тестов является то, что они становятся важными не только для врачей, а для самих пациентов, которые имеют минимальную молбиологическую подготовку и желание заботиться о своём здоровье. На языке бизнеса говорится, что MCED-тесты выходят из B2B в B2C и это сразу становится совершенно другой коленкор.
Как мы обсуждали, пациентов, выбирающих бороться за здоровье, много: например, они великолепно описаны в книге Нелли Воскобойник. Завтра-послезавтра я опишу конкретные кейсы, в которых такая борьба становится не только уместной, а прямо вот необходимой для мыслящего человека. Опишу непосредственно на своём примере. Будет горячо! Не переключайте наш канал!
А пока привожу список доступных в мире MCED-тестов из свежайшего обзора:
• США: Galleri (GRAIL); CancerSEEK (Exact Sciences)
• Германия: Trucheck (Datar Cancer Genetics)
• Япония: AICS (AminoIndex Cancer Screening)
• Китай: Cancer DiffAnalysis (AnPac Bio)
• Вьетнам: SPOT-MAS (Gene Solutions)
• Россия: Раковый антиген СА-62 (Онкодиаг)
В следующих сериях буду объяснять, почему это всё важно, как это работает, и что делать.
❤4
Forwarded from Старик и Лошадь 塞翁失馬
В рамках недели онкодиагностики приступаю к рассказам о том, зачем простому пацану и девчонке может понадобиться неспецифичное тестирование на полираковое состояние (MCED) и конкретно отечественный тест на раковый антиген СА-62. Таких рассказов будет аж три. Они будут интересные. Не переключайте наш канал!
Вернувшись в 20 лет из армии, я искал приключений. Много чего безумного делал, в том числе ходил в экстремальные походы. В январе 1991-го года друзья позвали меня в лыжный поход по Полярному Уралу. Я был в восторге!
Сначала по тундре, по железной дороге, где мчится скорый «Ворукута-Ленинград», мы доехали до этой самой Воркуты. Потом на поезде «Воркута-Лабытнанги» добрались до станции «Полярный Урал» и прямо на этот самый Урал полезли.
Я постоянно пребывал в изменённом состоянии сознания, потому что:
🎄 вокруг были только горы, снег и скалы (растительности на Полярном Урале почти нет),
🎄 световой день длился четыре часа (остальное время приключалась полярная ночь с температурами под минус 20),
🎄 за неделю мы не встретили не только ни одного человека, но даже ни одного следа человека. Зато было несколько заброшенных Гулаговских зон, отчего я чувствовал себя участником постапокалиптического фильма.
Короче, мне очень понравилось. Но я сильно простудился. В поезде из Воркуты валялся на верхней полке с температурой 40, а в Москве меня сняли с поезда в скорую и отвезли в Склиф.
При выписке врач сообщил мне, что воспаление лёгких у меня было нешуточное – так и умереть можно. Больше глупостей делать не надо. В верхней правой части лёгких у меня теперь два фиброзных узла, о чём врач даёт мне справку. Я спросил, зачем мне эта справка. Врач сказал, что я пойму сам.
Действительно, я это быстро понял. Теперь при каждой флюорографии меня пытались отправить в тубдиспансер, а при каждом КТ лёгких – в онкодиспансер. Спасала только справка.
Больше я глупостей не делал и теперь ходил в походы только на юг – Прибайкалье, Саяны, Алтай. Это тоже было круто. Прикладываю фотку. Почему-то после каждой такой поездки у меня разрастался лимфоузел под правой ключицей. Он достигал размера сантиметра, чётко пальпировался и держался по полгода.
Крайний раз я был в Саянах в летом 2020-го. Сбегал от КОВИДа. Осенью пошёл добровольцем на клинические исследования вакцины «Спутник». И вот в октябре 2020-го я приезжаю на осмотр в рамках клинических исследований и врач, такой, сообщает, что он меня отпустить не может. Потому что после вакцинации у меня была сильная реакция с температурой (это правда), а сейчас он видит у меня по КТ подозрительные очаги в правой верхней части лёгкого, а также пальпирует опухоль в ближайшем лимфоузле. Классическое подозрение на рак лёгкого.
Я, конечно, прифигел. У меня студенты, стартапы, семья, а тут блин госпитализация. Рассказываю врачу историю про мои фиброзные узелки и Алтайские лимфоузлы. Тот задумался и говорит, что выпустить меня он полюбасу не может – его нафиг уволят за это.
Я стал обзванивать знакомых. Прямо при враче, не отходя кассы. К нашему удивлению, один из них, завлаб в одном из Институтов Онкоцентра, тут же нам сообщил, что у них в лаборатории профессора В.А.Горбуновой только что прошёл успешные клинические исследования раковый онкоген СА-62. Причём, по удачному совпадению, он именно тестировался на дифференциацию между фиброзными и онкологическими очагами в лёгких. Вот статья.
Если профессор Кулиш успешно пройдёт тест СА-62, то на фоне его справки тридцатилетней давности подозрение на рак лёгких снимется и его можно будет отпустить к детям и студентам. Также, конечно, профессору разумно будет проходить тест СА-62 ежегодно, потому что все эти узлы и узелки вполне могут в конце концов таки трансформироваться в онкологию.
Мой лечащий врач был очень благодарен. Тест СА-62 доказал отсутствие в моём организме онкологического процесса и меня отпустили.
По результатам этой истории я был полон решимости делать тест каждый год. Увы, лень победила. Я расслабился и не ходил на тест СА-62, пока со мной не произошла следующая история, о которой я расскажу завтра.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Вернувшись в 20 лет из армии, я искал приключений. Много чего безумного делал, в том числе ходил в экстремальные походы. В январе 1991-го года друзья позвали меня в лыжный поход по Полярному Уралу. Я был в восторге!
Сначала по тундре, по железной дороге, где мчится скорый «Ворукута-Ленинград», мы доехали до этой самой Воркуты. Потом на поезде «Воркута-Лабытнанги» добрались до станции «Полярный Урал» и прямо на этот самый Урал полезли.
Я постоянно пребывал в изменённом состоянии сознания, потому что:
🎄 вокруг были только горы, снег и скалы (растительности на Полярном Урале почти нет),
🎄 световой день длился четыре часа (остальное время приключалась полярная ночь с температурами под минус 20),
🎄 за неделю мы не встретили не только ни одного человека, но даже ни одного следа человека. Зато было несколько заброшенных Гулаговских зон, отчего я чувствовал себя участником постапокалиптического фильма.
Короче, мне очень понравилось. Но я сильно простудился. В поезде из Воркуты валялся на верхней полке с температурой 40, а в Москве меня сняли с поезда в скорую и отвезли в Склиф.
При выписке врач сообщил мне, что воспаление лёгких у меня было нешуточное – так и умереть можно. Больше глупостей делать не надо. В верхней правой части лёгких у меня теперь два фиброзных узла, о чём врач даёт мне справку. Я спросил, зачем мне эта справка. Врач сказал, что я пойму сам.
Действительно, я это быстро понял. Теперь при каждой флюорографии меня пытались отправить в тубдиспансер, а при каждом КТ лёгких – в онкодиспансер. Спасала только справка.
Больше я глупостей не делал и теперь ходил в походы только на юг – Прибайкалье, Саяны, Алтай. Это тоже было круто. Прикладываю фотку. Почему-то после каждой такой поездки у меня разрастался лимфоузел под правой ключицей. Он достигал размера сантиметра, чётко пальпировался и держался по полгода.
Крайний раз я был в Саянах в летом 2020-го. Сбегал от КОВИДа. Осенью пошёл добровольцем на клинические исследования вакцины «Спутник». И вот в октябре 2020-го я приезжаю на осмотр в рамках клинических исследований и врач, такой, сообщает, что он меня отпустить не может. Потому что после вакцинации у меня была сильная реакция с температурой (это правда), а сейчас он видит у меня по КТ подозрительные очаги в правой верхней части лёгкого, а также пальпирует опухоль в ближайшем лимфоузле. Классическое подозрение на рак лёгкого.
Я, конечно, прифигел. У меня студенты, стартапы, семья, а тут блин госпитализация. Рассказываю врачу историю про мои фиброзные узелки и Алтайские лимфоузлы. Тот задумался и говорит, что выпустить меня он полюбасу не может – его нафиг уволят за это.
Я стал обзванивать знакомых. Прямо при враче, не отходя кассы. К нашему удивлению, один из них, завлаб в одном из Институтов Онкоцентра, тут же нам сообщил, что у них в лаборатории профессора В.А.Горбуновой только что прошёл успешные клинические исследования раковый онкоген СА-62. Причём, по удачному совпадению, он именно тестировался на дифференциацию между фиброзными и онкологическими очагами в лёгких. Вот статья.
Если профессор Кулиш успешно пройдёт тест СА-62, то на фоне его справки тридцатилетней давности подозрение на рак лёгких снимется и его можно будет отпустить к детям и студентам. Также, конечно, профессору разумно будет проходить тест СА-62 ежегодно, потому что все эти узлы и узелки вполне могут в конце концов таки трансформироваться в онкологию.
Мой лечащий врач был очень благодарен. Тест СА-62 доказал отсутствие в моём организме онкологического процесса и меня отпустили.
По результатам этой истории я был полон решимости делать тест каждый год. Увы, лень победила. Я расслабился и не ходил на тест СА-62, пока со мной не произошла следующая история, о которой я расскажу завтра.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
👍11❤1
Forwarded from Старик и Лошадь 塞翁失馬
АХТУНГ! Данный текст содержит сцены курения табачных изделий. Курение убивает! Если есть в кармане пачка сигарет, то рак лёгких тоже скоро подтянется и проведёт с вами не очень приятные полгода. А потом всё.
Совершаю каминг-аут, дорогие читатели! Опасаюсь, что человек 200 отпишется. Но деваться некуда. Я люблю никотин.
В рамках своей проф деятельности на ниве психофармакологии я законно протестировал все возможные психоактивные вещества, кроме опиоидов, которые совсем ужас. Никотин на меня действует лучше всего: энергия, бодрость, ясность ума и прочие плюшки в одном бокале. Никотиновое отравление, конечно, никто не отменял, но не будь идиотом, знай свою дозу. Как известно, отравиться можно и «Боржоми».
При этом, будучи адептом науки и верующим в результаты аудируемых клинических исследований, я также знаю, что курение сигарет в обьёмах более пачки (20 шт) в день — это практически гарантированный рак лёгких или гортани с тяжёлым мучительным исходом.
По этой причине я даже не думал курить до возраста порядка 40 лет. На переломе веков бурная фармакологическая профессия занесла меня в Лозанну, где учёные компании Филип Моррис проводили доклинические исслёдования бездымной системы испарения никотина из табака (бабушки «Айкоса»). С удивлением я увидел, что в экспериментах чётко доказывается, что 90% всех проблем сигарет связано именно с дымом в лёгких.
Параллельно я узнал про клинические исследования курильщиков сигар и трубок, которые упорно демонстрируют, что, если тебе хватает 1-2 сигары/трубки в неделю и ты не вдыхаешь дым в лёгкие, то не только не заболеваешь, а, наоборот, живёшь дольше. Разумеется, это не указывает на пользу сигар, а связано исключительно с высокой осознанностью потребителя, который не переходит порог 2 сигар в неделю. Этот подлец же, наверняка, правильно питается и занимается спортом. Никакая хворь его не берёт.
Когда меня в очередной раз занесло на Кубу, я закупился сигарами и стал с ними экспериментировать. Результаты меня потрясли: вдохновение, чистота мышления, радость жизни. Книга "Регулятор" написана на Кубе на сигарах (см картинку). Как, блин, Хемингуэй, понимаете ли.
Слава богу, никотиновое отравление у меня наступает на 3-ей сигаре подряд, после чего двое суток надо отходить. Поэтому проблемы chain smoking нет. Повезло с генетикой. С коньяком и виски у меня примерно то же самое. А водку я вообще не могу пить.
Крайние 10 лет я курю либо сигару, либо кальян где-то раз в неделю и получаю от этого неизменное удовольствие.
Читатель ждёт кульминации повествования. Вот и она:🤖 🤖 🤖 полтора года назад у меня выросла папиллома в гортани, что привело меня в состояние крайне нервическое. В рамках всё той же фармакологической профессии я много занимался папилломатозами гортани и шейки матки. Увы, если ты не смог отчиститься от эпителиальной папилломы методами ЗОЖа, то рано или поздно тебе её удалят хирургически и это будет путь в один конец. Это как переключиться с метформина на иньекционный инсулин. Дальше остаётся только медитация и принятие бытия.
Я вообще бросил курить и активно занялся ЗОЖем. Папиллома, подлюка, не исчезла. Стал советоваться с друзьями, что делать. Двое независимо посоветовали делать неспецифические мультираковые тесты (MCED). Если начнётся онко-процесс, то папиллому срочно сносить. А если не начнётся, то ждать, пока таки сама отвалится.
А какой MCED-тест, спросил я, сейчас пользуется популярностью у модных пацанов и девчонок. Сказали, что это «GALLERI» компании «Грэйл». Я изучил клинические данные этой "Галлереи" и с удивлением выяснил, что чувствительность к ранним ракам у неё гораздо хуже, чем у того самого теста СА-62, с которым я познакомился несколько лет назад в истории с фиброзными узлами в лёгких.
Хеппи-энд этой истории Вы можете предсказать: я сделал тест СА-62, убедился, что онкопроцесс у меня не идёт и мне повеселело. Папиллома сразу после этого отвалилась, ибо сказано мудрыми: все болезни от головы. Теперь я снова курю одну сигару/кальян в неделю, делаю тест СА-62 и получаю радость. Чего и вам желаю!
А завтра будет история про беременность и тесты MCED.
Совершаю каминг-аут, дорогие читатели! Опасаюсь, что человек 200 отпишется. Но деваться некуда. Я люблю никотин.
В рамках своей проф деятельности на ниве психофармакологии я законно протестировал все возможные психоактивные вещества, кроме опиоидов, которые совсем ужас. Никотин на меня действует лучше всего: энергия, бодрость, ясность ума и прочие плюшки в одном бокале. Никотиновое отравление, конечно, никто не отменял, но не будь идиотом, знай свою дозу. Как известно, отравиться можно и «Боржоми».
При этом, будучи адептом науки и верующим в результаты аудируемых клинических исследований, я также знаю, что курение сигарет в обьёмах более пачки (20 шт) в день — это практически гарантированный рак лёгких или гортани с тяжёлым мучительным исходом.
По этой причине я даже не думал курить до возраста порядка 40 лет. На переломе веков бурная фармакологическая профессия занесла меня в Лозанну, где учёные компании Филип Моррис проводили доклинические исслёдования бездымной системы испарения никотина из табака (бабушки «Айкоса»). С удивлением я увидел, что в экспериментах чётко доказывается, что 90% всех проблем сигарет связано именно с дымом в лёгких.
Параллельно я узнал про клинические исследования курильщиков сигар и трубок, которые упорно демонстрируют, что, если тебе хватает 1-2 сигары/трубки в неделю и ты не вдыхаешь дым в лёгкие, то не только не заболеваешь, а, наоборот, живёшь дольше. Разумеется, это не указывает на пользу сигар, а связано исключительно с высокой осознанностью потребителя, который не переходит порог 2 сигар в неделю. Этот подлец же, наверняка, правильно питается и занимается спортом. Никакая хворь его не берёт.
Когда меня в очередной раз занесло на Кубу, я закупился сигарами и стал с ними экспериментировать. Результаты меня потрясли: вдохновение, чистота мышления, радость жизни. Книга "Регулятор" написана на Кубе на сигарах (см картинку). Как, блин, Хемингуэй, понимаете ли.
Слава богу, никотиновое отравление у меня наступает на 3-ей сигаре подряд, после чего двое суток надо отходить. Поэтому проблемы chain smoking нет. Повезло с генетикой. С коньяком и виски у меня примерно то же самое. А водку я вообще не могу пить.
Крайние 10 лет я курю либо сигару, либо кальян где-то раз в неделю и получаю от этого неизменное удовольствие.
Читатель ждёт кульминации повествования. Вот и она:
Я вообще бросил курить и активно занялся ЗОЖем. Папиллома, подлюка, не исчезла. Стал советоваться с друзьями, что делать. Двое независимо посоветовали делать неспецифические мультираковые тесты (MCED). Если начнётся онко-процесс, то папиллому срочно сносить. А если не начнётся, то ждать, пока таки сама отвалится.
А какой MCED-тест, спросил я, сейчас пользуется популярностью у модных пацанов и девчонок. Сказали, что это «GALLERI» компании «Грэйл». Я изучил клинические данные этой "Галлереи" и с удивлением выяснил, что чувствительность к ранним ракам у неё гораздо хуже, чем у того самого теста СА-62, с которым я познакомился несколько лет назад в истории с фиброзными узлами в лёгких.
Хеппи-энд этой истории Вы можете предсказать: я сделал тест СА-62, убедился, что онкопроцесс у меня не идёт и мне повеселело. Папиллома сразу после этого отвалилась, ибо сказано мудрыми: все болезни от головы. Теперь я снова курю одну сигару/кальян в неделю, делаю тест СА-62 и получаю радость. Чего и вам желаю!
А завтра будет история про беременность и тесты MCED.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍6❤1
Небо, рак и ранняя диагностика: история одного риска
🛩 Сначала они были лётчиками. Людьми, которые смотрели на небо не как на мечту, а как на рабочее пространство. Потом стали космонавтами — и небо ушло под ноги, открывая бесконечный холод вакуума. Сегодня среди тех, кто покоряет орбиту, есть и врачи, и инженеры. Но изначально — это были военные пилоты, закалённые в полётах и готовые к перегрузкам.
И знаете, что их объединяет с бортпроводниками гражданской авиации?
Риск.
Причём не только аварийный, но и вполне статистический, тихий и неочевидный. Рак. Особенно рак молочной железы — у женщин, ежедневно находящихся на высоте в прямом смысле слова.
Исследования показывают: у бортпроводников уровень заболеваемости раком молочной железы составляет 3,4% против 2,3% в контрольной группе. Причём чем больше стаж, тем выше риск — особенно у женщин без детей или с большим числом родов. Причины? Ионизирующее излучение на высоте. Хронический сбой циркадных ритмов. Постоянная усталость, которую невозможно преодолеть за перерывы между полетами.
В Европе экипажи защищены чуть лучше: там отслеживают радиационную нагрузку и стараются регулировать графики. В США такого контроля нет — и цифры говорят сами за себя. Как и вывод одного из авторов исследования: даже при отсутствии привычных факторов риска — курения или лишнего веса — угроза остаётся высокой.
У космонавтов риски те же, только умноженные на невесомость. У них снижается иммунитет, клетки медленнее реагируют на угрозы, а рак — если приходит — делает это почти всегда неожиданно. Организм, перенастроенный на жизнь вне Земли, становится уязвим.
Так при чём здесь мы с вами?
А при том, что рак — он не для избранных профессий. Он приходит и к тем, кто на земле. Разница лишь в степени готовности. Сегодня у нас есть инструменты, которых не было у Гагарина и его современников. Например, тест CA-62 — инновационный маркер, который помогает обнаружить опухолевые клетки ещё до того, как появятся симптомы. Его высокие чувствительность (около 92%) при специфичности 95% гарантируют, что если результат отрицательный, то вероятность того, что агрессивного рака нет, — более 99,9%.
Это как включить радар в тумане. Как увидеть сбой до того, как он станет катастрофой. Мы не можем отменить небо. Но мы можем управлять рисками.
12 апреля — День космонавтики. И да, это праздник мечты человечества. Но ещё и повод вспомнить, что здоровье — не менее сложная система, чем ракета. И за ним тоже нужен полётный контроль.
🚀 Проверяйтесь. Берегите себя. И пусть никакому космическому лучу не удастся вас сбить с курса.
#ДеньКосмонавтики #РанняяДиагностика #CA62 #Авиамедицина #ПрофилактикаРака #ЗдоровьеНаВысоте
🛩 Сначала они были лётчиками. Людьми, которые смотрели на небо не как на мечту, а как на рабочее пространство. Потом стали космонавтами — и небо ушло под ноги, открывая бесконечный холод вакуума. Сегодня среди тех, кто покоряет орбиту, есть и врачи, и инженеры. Но изначально — это были военные пилоты, закалённые в полётах и готовые к перегрузкам.
И знаете, что их объединяет с бортпроводниками гражданской авиации?
Риск.
Причём не только аварийный, но и вполне статистический, тихий и неочевидный. Рак. Особенно рак молочной железы — у женщин, ежедневно находящихся на высоте в прямом смысле слова.
Исследования показывают: у бортпроводников уровень заболеваемости раком молочной железы составляет 3,4% против 2,3% в контрольной группе. Причём чем больше стаж, тем выше риск — особенно у женщин без детей или с большим числом родов. Причины? Ионизирующее излучение на высоте. Хронический сбой циркадных ритмов. Постоянная усталость, которую невозможно преодолеть за перерывы между полетами.
В Европе экипажи защищены чуть лучше: там отслеживают радиационную нагрузку и стараются регулировать графики. В США такого контроля нет — и цифры говорят сами за себя. Как и вывод одного из авторов исследования: даже при отсутствии привычных факторов риска — курения или лишнего веса — угроза остаётся высокой.
У космонавтов риски те же, только умноженные на невесомость. У них снижается иммунитет, клетки медленнее реагируют на угрозы, а рак — если приходит — делает это почти всегда неожиданно. Организм, перенастроенный на жизнь вне Земли, становится уязвим.
Так при чём здесь мы с вами?
А при том, что рак — он не для избранных профессий. Он приходит и к тем, кто на земле. Разница лишь в степени готовности. Сегодня у нас есть инструменты, которых не было у Гагарина и его современников. Например, тест CA-62 — инновационный маркер, который помогает обнаружить опухолевые клетки ещё до того, как появятся симптомы. Его высокие чувствительность (около 92%) при специфичности 95% гарантируют, что если результат отрицательный, то вероятность того, что агрессивного рака нет, — более 99,9%.
Это как включить радар в тумане. Как увидеть сбой до того, как он станет катастрофой. Мы не можем отменить небо. Но мы можем управлять рисками.
12 апреля — День космонавтики. И да, это праздник мечты человечества. Но ещё и повод вспомнить, что здоровье — не менее сложная система, чем ракета. И за ним тоже нужен полётный контроль.
🚀 Проверяйтесь. Берегите себя. И пусть никакому космическому лучу не удастся вас сбить с курса.
#ДеньКосмонавтики #РанняяДиагностика #CA62 #Авиамедицина #ПрофилактикаРака #ЗдоровьеНаВысоте
❤5❤🔥2👍2
Forwarded from Старик и Лошадь 塞翁失馬
Продолжаем неделю онкодиагностики. Увы, будем говорить на особенно грустную тему. Всё, что связано с онкологией — в принципе грустно. Но сегодня мы говорим об онкологии во время беременности. Это ещё грустнее.
У меня 4 ребёнка (3 мальчика и девочка Кира) и 5 племянниц. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы предположить, что последние четверть века я постоянно штудирую клинические данные по беременным. Да, я это делаю.
Там много неожиданного. Я люблю потроллить окружающих приглашением к дискуссии о том, что натуральные роды надо запретить и полностью заменить их кесаревым сечением. Популяционная встречаемость всего спектра побочек кесарева, от тяжёлых инфекций шва до иммунных расстройства у ребёнка, раза в четыре меньше, чем встречаемость травм матери и ребёнка, зафиксированных беспристрастной наукой при натуральных родах. На этом месте обычно набегает толпа коммерческих доул с криками, что те, у кого руки из правильного места растут, рожают без травм. Поэтому не будем об этом. Флейм в камментах случится полюбасу. А мы перейдём к онкологии.
Холодные цифры заставляют погрустнеть. Дорогие женщины, я очень рекомендую вам рожать. Дети — цветы, смысл и драйв жизни. Но, будучи профессором, либертарианцем и любителем осознанности, обязан вас предостеречь: риск рака у беременных значительно выше, чем у обычных женщин, а вероятность излечения значительно ниже. Это очень печально. Женщина, планирующая беременность и не озабоченная своей онкологией, подвергает себя значительному риску. Это как если бы я на мотоцикле ездил без шлема.
Мне сейчас скажут, что я порчу настроение хорошим людям, собирающимся укрепить демографию Родины, но я вам снова верну историю с ездой без шлема, которая увеличивает вероятность тяжёлых исходов в 4 раза. Общество приняло решение запретить езду без шлема. Значит, и с онкологией у беременных надо что-то делать. Ведь никто не будет спорить, что спасение жизни беременной женщины гораздо важнее для общества, чем спасение мотоциклиста.
Посмотрим на цифры:
➜ К данному посту приложена картинка из уважаемой статьи пятилетней давности, где были изучены сотни тысяч беременностей и десятки тысяч связанных с ними раков.
✸ Самая неприятная цифра такая: если женщина беременеет третьим ребёнком, а мама у неё болела РМЖ, то итак немаленький риск РМЖ у такой женщины увеличивается более, чем вчетверо! Это много. Поэтому мы с женой третьего рожать не будем. Ну нафиг. Двух цветов достаточно.
➜ А вот совсем грустная статья, которая говорит, что у беременной женщины вероятность вылечиться от РМЖ почти в 2 раза ниже.
✸ Поскольку вероятности перемножаются, получаем 8-кратный риск смерти матери. Это много. И, заметьте, я не упоминаю BRCA1/2++ женщин. Там всё совсем трагично...
➜ А вот статья из Ирана, опубликованная позавчера.
➜ А вот статья из Майо-клиник про то, почему всё так.
Сейчас вы меня спросите, и как же после этого всего рожать? Ну вот так и рожать. Вся наша жизнь, как известно — это хроническая болезнь, заканчивающаяся летальным исходом и передающаяся половым путём. Мудрец принимает этот факт и занимается не переживанием из пустого в порожнее, а исключительно минимизацией рисков мучений и максимизацией рисков радости.
Как минимизировать риски рака при беременности? Если вы следите за моей неделей онкодиагностики, то ответ знаете:
1️⃣ Надо делать MCED-тест!
2️⃣ Если вы живёте в США или Китае, придётся делать тамошние MCED-тесты, у которых низкая чувствительность к ранним стадиям рака.
3️⃣ А если вы живёте в России, то вам повезло. У вас есть тест СА-62, чувствительность которого доказана. Проверьтесь и беременейте на здоровье и на радость.
✸ Вот только что вышла хорошая статья про тест CA-62.
Сейчас вы меня снова спросите: ну, предположим, у меня плохой высокий показатель по СА-62. Что теперь, не рожать? Позвольте, я вам задам встречный вопрос: а что, лучше оставить детей и мужа без себя любимой? Нет уж, проявите осознанность, разберитесь со своим организмом, и тогда уже рожайте на здоровье! Прогресс в лечении раннего РМЖ огромен. Всё будет хорошо!
У меня 4 ребёнка (3 мальчика и девочка Кира) и 5 племянниц. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы предположить, что последние четверть века я постоянно штудирую клинические данные по беременным. Да, я это делаю.
Там много неожиданного. Я люблю потроллить окружающих приглашением к дискуссии о том, что натуральные роды надо запретить и полностью заменить их кесаревым сечением. Популяционная встречаемость всего спектра побочек кесарева, от тяжёлых инфекций шва до иммунных расстройства у ребёнка, раза в четыре меньше, чем встречаемость травм матери и ребёнка, зафиксированных беспристрастной наукой при натуральных родах. На этом месте обычно набегает толпа коммерческих доул с криками, что те, у кого руки из правильного места растут, рожают без травм. Поэтому не будем об этом. Флейм в камментах случится полюбасу. А мы перейдём к онкологии.
Холодные цифры заставляют погрустнеть. Дорогие женщины, я очень рекомендую вам рожать. Дети — цветы, смысл и драйв жизни. Но, будучи профессором, либертарианцем и любителем осознанности, обязан вас предостеречь: риск рака у беременных значительно выше, чем у обычных женщин, а вероятность излечения значительно ниже. Это очень печально. Женщина, планирующая беременность и не озабоченная своей онкологией, подвергает себя значительному риску. Это как если бы я на мотоцикле ездил без шлема.
Мне сейчас скажут, что я порчу настроение хорошим людям, собирающимся укрепить демографию Родины, но я вам снова верну историю с ездой без шлема, которая увеличивает вероятность тяжёлых исходов в 4 раза. Общество приняло решение запретить езду без шлема. Значит, и с онкологией у беременных надо что-то делать. Ведь никто не будет спорить, что спасение жизни беременной женщины гораздо важнее для общества, чем спасение мотоциклиста.
Посмотрим на цифры:
➜ К данному посту приложена картинка из уважаемой статьи пятилетней давности, где были изучены сотни тысяч беременностей и десятки тысяч связанных с ними раков.
✸ Самая неприятная цифра такая: если женщина беременеет третьим ребёнком, а мама у неё болела РМЖ, то итак немаленький риск РМЖ у такой женщины увеличивается более, чем вчетверо! Это много. Поэтому мы с женой третьего рожать не будем. Ну нафиг. Двух цветов достаточно.
➜ А вот совсем грустная статья, которая говорит, что у беременной женщины вероятность вылечиться от РМЖ почти в 2 раза ниже.
✸ Поскольку вероятности перемножаются, получаем 8-кратный риск смерти матери. Это много. И, заметьте, я не упоминаю BRCA1/2++ женщин. Там всё совсем трагично...
➜ А вот статья из Ирана, опубликованная позавчера.
➜ А вот статья из Майо-клиник про то, почему всё так.
Сейчас вы меня спросите, и как же после этого всего рожать? Ну вот так и рожать. Вся наша жизнь, как известно — это хроническая болезнь, заканчивающаяся летальным исходом и передающаяся половым путём. Мудрец принимает этот факт и занимается не переживанием из пустого в порожнее, а исключительно минимизацией рисков мучений и максимизацией рисков радости.
Как минимизировать риски рака при беременности? Если вы следите за моей неделей онкодиагностики, то ответ знаете:
1️⃣ Надо делать MCED-тест!
2️⃣ Если вы живёте в США или Китае, придётся делать тамошние MCED-тесты, у которых низкая чувствительность к ранним стадиям рака.
3️⃣ А если вы живёте в России, то вам повезло. У вас есть тест СА-62, чувствительность которого доказана. Проверьтесь и беременейте на здоровье и на радость.
✸ Вот только что вышла хорошая статья про тест CA-62.
Сейчас вы меня снова спросите: ну, предположим, у меня плохой высокий показатель по СА-62. Что теперь, не рожать? Позвольте, я вам задам встречный вопрос: а что, лучше оставить детей и мужа без себя любимой? Нет уж, проявите осознанность, разберитесь со своим организмом, и тогда уже рожайте на здоровье! Прогресс в лечении раннего РМЖ огромен. Всё будет хорошо!
❤🔥8👍8❤2
Кто здесь играет в лекарства?
Как государство превращает инновации в фармацевтическую рулетку
🗓 17 апреля 2025 года новостные ленты радостно понесли: в России создан препарат, способный лечить рак на любой стадии.
Афотид. Прорыв. Сенсация. Надежда.
Через пару часов стало понятно: эффективность препарата подтверждена не результатами исследований, а строкой в определении суда, которую затем интерпретировали журналисты как научный прорыв.
Но этот информационный повод — не просто курьёз.
Это маркер, который заставляет нас рассмотреть и научные, и организационные аспекты фарминноваций.
📉 Почему, например, гармонизация с международными нормами лишила нас экспериментальной фармакологии?
Ведь раньше, в рамках научных центров Академии наук, существовали механизмы, позволяющие хотя бы рефрактерным пациентам получать доступ к экспериментальным методам — без прохождения через госмашину и фарминдустрию.
Именно это пока и позволяло иметь в РФ хоть немного фарм-суверенитета.
Что вообще такое «Афотид»?
💊 Это конъюгат двух компонентов:
• дактиномицина — относительно старого, узкоспециализированного цитостатика
• и рекомбинантного альфа-фетопротеина (АФП)
АФП связывается с рецепторами на опухолевых клетках, почти не трогая здоровые. Теоретически — отличный курьер.
Но на практике сложнее:
⚠️ рекомбинантный АФП не гликозилирован, внутрь клетки не заходит. Разве что связка с антибиотиком окажется достаточно «хлипкой», чтобы разрушиться рядом с опухолью и высвободить яд локально.
Это уже не доставка в клетку, но:
🎯 локальное высвобождение снижает системную токсичность и позволяет щадить здоровые ткани — что само по себе важно.
🔬 Исследование началось в 2014 году. К 2017 — получено разрешение на первую фазу клинических испытаний.
Но формат — мягко говоря, спорный:
• однократное введение
• разные дозировки
• без контроля
• без рандомизации
👤 Я был знаком с авторами и их работами — академиками Северины. Умнейшие, глубокие, увлечённые.
Увы, оба ушли слишком рано:
Сергей Евгеньевич, сын — в 2016 году, в 60 лет
Евгений Сергеевич, отец — в 2019 году
Без них проект фактически остановился.
До этого были публикации — но в основном результаты на ксенографтах, безиммунных моделях.
Результаты были. Но:
❌ Исследования на иммунных моделях — не публиковались
❌ Токсикология — не опубликована
❗️ Без брошюры исследователя невозможно оценить даже частично, насколько проект готов к развитию.
📁 Теперь — организационная часть.
Разработчик — компания «ЛИНА-М», созданная как SPV (special purpose vehicle) —
специальное юридическое лицо, выделенное под одну научно-исследовательскую задачу.
Это стандартная, оправданная модель в биотехе.
Компания получила контракт от Минпромторга на 150 миллионов рублей. Работала по правилам. Нарушений — нет.
🤷♂️ Тем не менее, государство сегодня требует вернуть деньги.
Почему?
Потому что результат «не тот». Потому что в 2014 году условия были одни, а уже в 2015 — другие. Изменился порядок получения разрешений, изменилась нормативка. Но условия исполнения контракта — остались прежними.
Государство одной рукой зовёт в игру, а другой меняет правила.
И при этом никто не учитывает, что:
📉 до 80% проектов в фарме заканчиваются ничем — и это не провал, это статистика.
В венчурных фондах так не делают. В науке — тем более.
Потому что все понимают: одна из десяти попыток срабатывает — и она меняет всё.
Но если за каждую неудачу нужно всё вернуть —
❌ никто просто не станет пробовать.
🧬 Вот почему у нас нет своей Moderna. Нет своего Genentech.
Потому что в фарме выигрывают те, кто умеет терпеть неудачи и вкладываться в них не меньше, чем в успех.
А у нас пока умеют только возбуждать интерес — и возбуждать иски.
Как государство превращает инновации в фармацевтическую рулетку
🗓 17 апреля 2025 года новостные ленты радостно понесли: в России создан препарат, способный лечить рак на любой стадии.
Афотид. Прорыв. Сенсация. Надежда.
Через пару часов стало понятно: эффективность препарата подтверждена не результатами исследований, а строкой в определении суда, которую затем интерпретировали журналисты как научный прорыв.
Но этот информационный повод — не просто курьёз.
Это маркер, который заставляет нас рассмотреть и научные, и организационные аспекты фарминноваций.
📉 Почему, например, гармонизация с международными нормами лишила нас экспериментальной фармакологии?
Ведь раньше, в рамках научных центров Академии наук, существовали механизмы, позволяющие хотя бы рефрактерным пациентам получать доступ к экспериментальным методам — без прохождения через госмашину и фарминдустрию.
Именно это пока и позволяло иметь в РФ хоть немного фарм-суверенитета.
Что вообще такое «Афотид»?
💊 Это конъюгат двух компонентов:
• дактиномицина — относительно старого, узкоспециализированного цитостатика
• и рекомбинантного альфа-фетопротеина (АФП)
АФП связывается с рецепторами на опухолевых клетках, почти не трогая здоровые. Теоретически — отличный курьер.
Но на практике сложнее:
⚠️ рекомбинантный АФП не гликозилирован, внутрь клетки не заходит. Разве что связка с антибиотиком окажется достаточно «хлипкой», чтобы разрушиться рядом с опухолью и высвободить яд локально.
Это уже не доставка в клетку, но:
🎯 локальное высвобождение снижает системную токсичность и позволяет щадить здоровые ткани — что само по себе важно.
🔬 Исследование началось в 2014 году. К 2017 — получено разрешение на первую фазу клинических испытаний.
Но формат — мягко говоря, спорный:
• однократное введение
• разные дозировки
• без контроля
• без рандомизации
👤 Я был знаком с авторами и их работами — академиками Северины. Умнейшие, глубокие, увлечённые.
Увы, оба ушли слишком рано:
Сергей Евгеньевич, сын — в 2016 году, в 60 лет
Евгений Сергеевич, отец — в 2019 году
Без них проект фактически остановился.
До этого были публикации — но в основном результаты на ксенографтах, безиммунных моделях.
Результаты были. Но:
❌ Исследования на иммунных моделях — не публиковались
❌ Токсикология — не опубликована
❗️ Без брошюры исследователя невозможно оценить даже частично, насколько проект готов к развитию.
📁 Теперь — организационная часть.
Разработчик — компания «ЛИНА-М», созданная как SPV (special purpose vehicle) —
специальное юридическое лицо, выделенное под одну научно-исследовательскую задачу.
Это стандартная, оправданная модель в биотехе.
Компания получила контракт от Минпромторга на 150 миллионов рублей. Работала по правилам. Нарушений — нет.
🤷♂️ Тем не менее, государство сегодня требует вернуть деньги.
Почему?
Потому что результат «не тот». Потому что в 2014 году условия были одни, а уже в 2015 — другие. Изменился порядок получения разрешений, изменилась нормативка. Но условия исполнения контракта — остались прежними.
Государство одной рукой зовёт в игру, а другой меняет правила.
И при этом никто не учитывает, что:
📉 до 80% проектов в фарме заканчиваются ничем — и это не провал, это статистика.
В венчурных фондах так не делают. В науке — тем более.
Потому что все понимают: одна из десяти попыток срабатывает — и она меняет всё.
Но если за каждую неудачу нужно всё вернуть —
❌ никто просто не станет пробовать.
🧬 Вот почему у нас нет своей Moderna. Нет своего Genentech.
Потому что в фарме выигрывают те, кто умеет терпеть неудачи и вкладываться в них не меньше, чем в успех.
А у нас пока умеют только возбуждать интерес — и возбуждать иски.
❤192😢127👍58💯9🔥7
Овердиагностика рака: статистика вместо верификации?
В последние годы разговоры об «овердиагностике» онкологических заболеваний звучат всё громче. Мол, слишком много «лишнего» мы находим, слишком рано тревожим, слишком активно лечим. Звучит гуманно. Или экономно?
Недавнее исследование Richman et al., опубликованное в Annals of Internal Medicine (2023), произвело эффект разорвавшейся петарды: среди женщин старше 70 лет от 31% до 54% диагнозов рака молочной железы могли быть, по мнению авторов, — избыточными. Проще говоря, опухоли, которые никогда бы не привели к смерти и, возможно, вообще бы никак не проявились.
Цифры впечатляют. Методология — чистая, логичная, стройная. Почти 55 тысяч участниц, базы SEER-Medicare, сравнительный анализ скрининг-групп. Но за этой академической чёткостью скрывается одна методологическая слабость, слишком важная, чтобы её замалчивать.
А именно: диагнозы, на которых строится модель, нередко были внесены в базу посмертно — на основании свидетельств о смерти, без клинического диагноза при жизни и без морфологического подтверждения. В США вскрытия у людей старше 70 лет проводятся менее чем в 10% случаев. Остальные смерти — это, по сути, предположения. Пусть и оформленные официально. Модель же, опираясь на эту картину, делает вывод: если женщина умерла не от рака, значит, рак был неопасен. Элегантно? Скорее — рискованно.
Потому что мы не знаем, повлияла ли опухоль на ухудшение общего состояния, стала ли она фоном для депрессии, иммунной недостаточности, нарушений питания. Она могла не убить напрямую, но сократить путь к смерти опосредованно. И без вскрытия мы этого просто не увидим. А значит, не докажем.
И вот тут появляется ещё один слой — менее медицинский, но весьма ощутимый.
Кому выгодно считать рак у пожилых «неопасным»?
Экономически — всем, кроме самих пациентов. Скрининг, диагностика, лечение в старших возрастных группах — это огромные расходы для системы. А теперь представим: если мы можем доказать, что половину этих опухолей можно не диагностировать, не лечить, не наблюдать — то это миллиарды в «сэкономленных» бюджетах частных страховых компаний.
Причём на фоне растущей продолжительности жизни и старения населения.
Идеальная модель: людей становится больше, живут дольше, но мы научно обоснованно лечим их меньше а когда им надоест жить мир разрешает медицински самоубиться.
Всё это подаётся под флагом заботы и доказательной медицины — мол, избавим от избыточной медицины. Но за риторикой «не тревожить напрасно» порой стоит простая логика перераспределения ресурсов: мол, давайте вложим в тех, кто «успеет воспользоваться». Остальных убедим, что вмешательство избыточно.
📌 Почему это важно?
Потому что пока эти гипотезы не верифицированы на клинико-патологическом уровне — это просто гипотезы. Да, красиво упакованные и как бы забивающие крышку гроба в раннем выявлении рака, а пресловутая "доказанность" оказывается фальсифицированной и не дающей права на отмену скрининга, который может реально продлевать жизнь, что видно по выживаемости лиц с ранним выявлением рака. Мы рискуем принять модель за действительность — и отказать тем, кто бы ещё жил.
🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽
В последние годы разговоры об «овердиагностике» онкологических заболеваний звучат всё громче. Мол, слишком много «лишнего» мы находим, слишком рано тревожим, слишком активно лечим. Звучит гуманно. Или экономно?
Недавнее исследование Richman et al., опубликованное в Annals of Internal Medicine (2023), произвело эффект разорвавшейся петарды: среди женщин старше 70 лет от 31% до 54% диагнозов рака молочной железы могли быть, по мнению авторов, — избыточными. Проще говоря, опухоли, которые никогда бы не привели к смерти и, возможно, вообще бы никак не проявились.
Цифры впечатляют. Методология — чистая, логичная, стройная. Почти 55 тысяч участниц, базы SEER-Medicare, сравнительный анализ скрининг-групп. Но за этой академической чёткостью скрывается одна методологическая слабость, слишком важная, чтобы её замалчивать.
А именно: диагнозы, на которых строится модель, нередко были внесены в базу посмертно — на основании свидетельств о смерти, без клинического диагноза при жизни и без морфологического подтверждения. В США вскрытия у людей старше 70 лет проводятся менее чем в 10% случаев. Остальные смерти — это, по сути, предположения. Пусть и оформленные официально. Модель же, опираясь на эту картину, делает вывод: если женщина умерла не от рака, значит, рак был неопасен. Элегантно? Скорее — рискованно.
Потому что мы не знаем, повлияла ли опухоль на ухудшение общего состояния, стала ли она фоном для депрессии, иммунной недостаточности, нарушений питания. Она могла не убить напрямую, но сократить путь к смерти опосредованно. И без вскрытия мы этого просто не увидим. А значит, не докажем.
И вот тут появляется ещё один слой — менее медицинский, но весьма ощутимый.
Кому выгодно считать рак у пожилых «неопасным»?
Экономически — всем, кроме самих пациентов. Скрининг, диагностика, лечение в старших возрастных группах — это огромные расходы для системы. А теперь представим: если мы можем доказать, что половину этих опухолей можно не диагностировать, не лечить, не наблюдать — то это миллиарды в «сэкономленных» бюджетах частных страховых компаний.
Причём на фоне растущей продолжительности жизни и старения населения.
Идеальная модель: людей становится больше, живут дольше, но мы научно обоснованно лечим их меньше а когда им надоест жить мир разрешает медицински самоубиться.
Всё это подаётся под флагом заботы и доказательной медицины — мол, избавим от избыточной медицины. Но за риторикой «не тревожить напрасно» порой стоит простая логика перераспределения ресурсов: мол, давайте вложим в тех, кто «успеет воспользоваться». Остальных убедим, что вмешательство избыточно.
📌 Почему это важно?
Потому что пока эти гипотезы не верифицированы на клинико-патологическом уровне — это просто гипотезы. Да, красиво упакованные и как бы забивающие крышку гроба в раннем выявлении рака, а пресловутая "доказанность" оказывается фальсифицированной и не дающей права на отмену скрининга, который может реально продлевать жизнь, что видно по выживаемости лиц с ранним выявлением рака. Мы рискуем принять модель за действительность — и отказать тем, кто бы ещё жил.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍18❤4🥰1👏1
🧭 И что с этим делать?
Парадокс в том, что вместо того, чтобы сужать рамки скрининга, имеет смысл их расширять — но не количественно, а качественно.
Сегодняшний подход — искать отдельные виды рака в отдельных органах — это уже вчерашний день. Гораздо перспективнее направлять усилия на выявление признаков начала онкогенеза как такового, до клиники, до опухоли как анатомического объекта.
Речь о молекулярных и клеточных маркерах, отражающих общую природу рака. Например, маркер CA-62 — специфичный к N-гликозидам низкодифференцированных клеток — можно определить в сыворотке крови на самых ранних стадиях злокачественного перерождения. Или — мониторинг компонентов иммунной защиты раковых клеток, таких как PDL-комплекс, или оценки уровня подавленности апоптоза.Всё это — не фантастика, а вполне реальный вектор развития скрининга: не искать опухоль у всех, а выявлять группу с высокой вероятностью онкогенеза и работать уже с ней, точечно, глубоко, персонализированно. Не рентген, а биохимия. Не наугад, а по профилю риска.
Такой подход позволит не просто сократить ненужные обследования, но и, что гораздо важнее, — начать лечение рака на по-настоящему ранних стадиях. А значит, создаст фундамент для совершенно иного типа онкологии — управляемой, контролируемой, возможно, хронической, как гипертония.
И вот тогда наука, наконец, будет не догонять болезнь, а работать на опережение.
🧭 Вывод
Надо не спорить о процентах сверхдиагностики, а пересобирать саму логику диагностики. Скрининг будущего — это не борьба с "лишними" опухолями, а способность увидеть зарождение болезни до того, как она стала угрозой. И тогда вопрос «лечить или не лечить» отпадёт сам собой — потому что мы будем не догонять рак, а предупреждать его.
Парадокс в том, что вместо того, чтобы сужать рамки скрининга, имеет смысл их расширять — но не количественно, а качественно.
Сегодняшний подход — искать отдельные виды рака в отдельных органах — это уже вчерашний день. Гораздо перспективнее направлять усилия на выявление признаков начала онкогенеза как такового, до клиники, до опухоли как анатомического объекта.
Речь о молекулярных и клеточных маркерах, отражающих общую природу рака. Например, маркер CA-62 — специфичный к N-гликозидам низкодифференцированных клеток — можно определить в сыворотке крови на самых ранних стадиях злокачественного перерождения. Или — мониторинг компонентов иммунной защиты раковых клеток, таких как PDL-комплекс, или оценки уровня подавленности апоптоза.Всё это — не фантастика, а вполне реальный вектор развития скрининга: не искать опухоль у всех, а выявлять группу с высокой вероятностью онкогенеза и работать уже с ней, точечно, глубоко, персонализированно. Не рентген, а биохимия. Не наугад, а по профилю риска.
Такой подход позволит не просто сократить ненужные обследования, но и, что гораздо важнее, — начать лечение рака на по-настоящему ранних стадиях. А значит, создаст фундамент для совершенно иного типа онкологии — управляемой, контролируемой, возможно, хронической, как гипертония.
И вот тогда наука, наконец, будет не догонять болезнь, а работать на опережение.
🧭 Вывод
Надо не спорить о процентах сверхдиагностики, а пересобирать саму логику диагностики. Скрининг будущего — это не борьба с "лишними" опухолями, а способность увидеть зарождение болезни до того, как она стала угрозой. И тогда вопрос «лечить или не лечить» отпадёт сам собой — потому что мы будем не догонять рак, а предупреждать его.
💯25🔥6❤5👏1
📉 Когда жизнь выходит за пределы страховых расчётов
В 70-х страховые компании начали собирать премии у молодых работников поствоенного космического, лунного поколения и растущей экономики. Тогдашние актуарии предполагали: большинство застрахованных доживут максимум до 70.
Однако люди стали жить дольше — 82, 84 и выше. Финансовые модели треснули.
Система начала искать, где сэкономить. Один из самых очевидных ответов: уменьшить поток “лишних” пациентов.
💬 Появился новый удобный нарратив:
«Если диагноз не влияет на прогноз продолжительности жизни— может, и не надо его получать, тем более в результате резко улучшившихся и технических средств и постоянных открытий в биохимии все больше возможностей?». Кстати, по поводу продолжительности жизни – это чисто страховая «фича» - короче жизнь - раньше нужно платить по остатку ипотечного кредита, а это могут быть суммы больше и приток текущих премий по ипотеке короче. Так что лечим всё что продлевает жизнь. Типа очень и очень этично!!!😂😂😂
И тут подобрались примеры, которые действительно на определенном этапе можно было назвать овердиагностикой:
• «Большинство новообразований щитовидной железы — не агрессивны и не требуют срочного вмешательства.
• Некоторые формы рака предстательной железы — медленно прогрессируют и требуют наблюдения, а не немедленного лечения.
• Карциномы in situ в молочной железе при нормальном иммунном ответе организма могут не переходить в агрессивную форму.
Это — клинические факты. Но! Проблема не в том, что диагнозов стало слишком много. А в том, что мы не умели или пока не умеем интерпретировать их по всем признакам.
Например, я не слышал, что бы где-то в клинической практике применяли разработку францзуского ученогоЖерома Галона IMMUNO-SCORE, который позволяет оценить иммунный статус именно в опухоли и имеет более достоверный прогноз, чем гистологическое стадирование.
А главное, если их не выявлять эти медленные раки, то и возможности научиться их дифференцировать и правильно лечить обязательно исчезнет. Не будет предмета исследования, так как «трудно найти чёрную кошку в тёмной комнате, особенно если её там нет» (фраза приписываемая Конфуцию). Это уже не клинический подход. Это — идеология молчания, которая преподносится как гуманность.
🧱 Страна за океаном, где врачей учат на болезнях бездомных
В 2019 году я был на крупнейшем мировом форуме по финансированию биотеха BIO. Я, выходя из залов конгресса на центральные улицы города Конституции США, видел десятки бездомных, живущих в палатках, спящих на асфальте, забытых системой. А там, за стенами, обсуждались инвестиции, новые подходы в терапии, персонализированная медицина. Сверхтехнологичная медицина — для тех, кто может платить. И рядом — университетские госпитали. Современные, престижные. В этих клиниках студенты учатся диагностике и “сопереживанию”. А их пациенты — люди, у которых нет выбора и денег:
• Бездомные становятся учебной базой;
• Исследовательской базой для разработки новых препаратов и методов лечения на полностью «этически чистой и добровольной основе», а куда им идти лечиться если страховки нет, а до Medicare еще далеко;
• Молодые врачи получают навыки.
• А платёжеспособные пациенты — уходят в частные клиники, куда студентов не пускают.
И всё это — часть системы.
Нормально. Рутинно. Структурно.
У нас — наоборот: люди стремятся лечиться в кафедральных и научных учреждениях. Уровень выше. Методики точнее.
Так кто и где больше "ценит" пациента? И нужны ли нам такие ценности?
🧠 А где граница гуманности?
Когда врач говорит:
«Пациент слишком слаб, чтобы узнать свой диагноз», это звучит как сочувствие. Но это также — отказ от права выбора.
Раньше плохие прогнозы сообщали только родственникам. Пациентов "берегли". Сегодня это превращается в решение за другого человека, кто он, как он, что он может — и может ли вообще знать. Почему кто-то из-за невозможности правильно интерпретировать заболевания и разработать метод его лечения старается всеми силами бороться
⚠️ Овердиагностика, по-моему, — это не избыток знаний. Это контроль над ними.
🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽
В 70-х страховые компании начали собирать премии у молодых работников поствоенного космического, лунного поколения и растущей экономики. Тогдашние актуарии предполагали: большинство застрахованных доживут максимум до 70.
Однако люди стали жить дольше — 82, 84 и выше. Финансовые модели треснули.
Система начала искать, где сэкономить. Один из самых очевидных ответов: уменьшить поток “лишних” пациентов.
💬 Появился новый удобный нарратив:
«Если диагноз не влияет на прогноз продолжительности жизни— может, и не надо его получать, тем более в результате резко улучшившихся и технических средств и постоянных открытий в биохимии все больше возможностей?». Кстати, по поводу продолжительности жизни – это чисто страховая «фича» - короче жизнь - раньше нужно платить по остатку ипотечного кредита, а это могут быть суммы больше и приток текущих премий по ипотеке короче. Так что лечим всё что продлевает жизнь. Типа очень и очень этично!!!😂😂😂
И тут подобрались примеры, которые действительно на определенном этапе можно было назвать овердиагностикой:
• «Большинство новообразований щитовидной железы — не агрессивны и не требуют срочного вмешательства.
• Некоторые формы рака предстательной железы — медленно прогрессируют и требуют наблюдения, а не немедленного лечения.
• Карциномы in situ в молочной железе при нормальном иммунном ответе организма могут не переходить в агрессивную форму.
Это — клинические факты. Но! Проблема не в том, что диагнозов стало слишком много. А в том, что мы не умели или пока не умеем интерпретировать их по всем признакам.
Например, я не слышал, что бы где-то в клинической практике применяли разработку францзуского ученогоЖерома Галона IMMUNO-SCORE, который позволяет оценить иммунный статус именно в опухоли и имеет более достоверный прогноз, чем гистологическое стадирование.
А главное, если их не выявлять эти медленные раки, то и возможности научиться их дифференцировать и правильно лечить обязательно исчезнет. Не будет предмета исследования, так как «трудно найти чёрную кошку в тёмной комнате, особенно если её там нет» (фраза приписываемая Конфуцию). Это уже не клинический подход. Это — идеология молчания, которая преподносится как гуманность.
🧱 Страна за океаном, где врачей учат на болезнях бездомных
В 2019 году я был на крупнейшем мировом форуме по финансированию биотеха BIO. Я, выходя из залов конгресса на центральные улицы города Конституции США, видел десятки бездомных, живущих в палатках, спящих на асфальте, забытых системой. А там, за стенами, обсуждались инвестиции, новые подходы в терапии, персонализированная медицина. Сверхтехнологичная медицина — для тех, кто может платить. И рядом — университетские госпитали. Современные, престижные. В этих клиниках студенты учатся диагностике и “сопереживанию”. А их пациенты — люди, у которых нет выбора и денег:
• Бездомные становятся учебной базой;
• Исследовательской базой для разработки новых препаратов и методов лечения на полностью «этически чистой и добровольной основе», а куда им идти лечиться если страховки нет, а до Medicare еще далеко;
• Молодые врачи получают навыки.
• А платёжеспособные пациенты — уходят в частные клиники, куда студентов не пускают.
И всё это — часть системы.
Нормально. Рутинно. Структурно.
У нас — наоборот: люди стремятся лечиться в кафедральных и научных учреждениях. Уровень выше. Методики точнее.
Так кто и где больше "ценит" пациента? И нужны ли нам такие ценности?
🧠 А где граница гуманности?
Когда врач говорит:
«Пациент слишком слаб, чтобы узнать свой диагноз», это звучит как сочувствие. Но это также — отказ от права выбора.
Раньше плохие прогнозы сообщали только родственникам. Пациентов "берегли". Сегодня это превращается в решение за другого человека, кто он, как он, что он может — и может ли вообще знать. Почему кто-то из-за невозможности правильно интерпретировать заболевания и разработать метод его лечения старается всеми силами бороться
⚠️ Овердиагностика, по-моему, — это не избыток знаний. Это контроль над ними.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍20👏7🔥2❤1🙏1
Молчание о вашем диагнозе — это защита или отказ в праве на собственную жизнь?
Anonymous Poll
8%
Я боюсь узнать про наличие у меня онкологического заболевания
53%
Я хотел бы знать про наличие у меня онкологического заболевания
41%
Я хотел бы самостоятельно управлять своим здоровьем
2%
Я считаю, что врачи не должны меня информировать о плохом прогнозе моих заболеваний
63%
Я готов максимально бороться за себя, тем более, что в последние годы резко улучшилось лечение в РФ
1%
Я не готов про-активно следить за своим здоровьем
69%
Я готов самостоятельно проходить быстрые и простые исследования для превенции тяжёлых заболеваний
1%
Я не готов самостоятельно проходить быстрые и простые исследования для превенции тяжёлых заболеваний
👍2❤1
⚠️ Овердиагностика, по-моему, — это не избыток знаний. Это контроль над ними.
Сегодня слово “овердиагностика” стало рычагом:
• чтобы не внедрять новые методы,
• чтобы ограничить доступ к скринингу,
• чтобы не говорить людям правду под предлогом “гуманности”.
Но кто сказал, что человек не хочет знать?
Или что он не справится? И самое главное – наука успеет найти ответ. Еще недавно не было иммунологических препаратов для лечения рака, сейчас появляются вакцины, направленные на конкретную опухоль, а генерирующие альфа частицы элементы направленно доставляются внутрь клеток опухоли и гарантированно убивают вредоносные клетки.
⚠️ Овердиагностика — это не избыточные знания о диагностике заболеваний. Это контроль над ними. Это управление резервами страховых компаний.
Сегодня слово “овердиагностика” стало идеальным щитом.
Им удобно:
• Не внедрять новые методы.
• Ограничивать скрининг.
• Снимать с себя ответственность за неопределённость.
Но это слово не может быть оправданием молчания.
🎯 Знать — значит иметь выбор
Ты не обязан лечиться.
Ты не обязан бороться.
Но ты имеешь право знать.
📢 И пока термин “овердиагностика” используется как фильтр для истины, нужно напоминать: информация — не угроза. А её сокрытие — не забота.
💬 А ты как считаешь?
Молчание о вашем диагнозе — это защита или отказ в праве на собственную жизнь?
Ждём Вашего мнения. Комментарии и вопросы в канале приветствуются.
🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽 🔽
Сегодня слово “овердиагностика” стало рычагом:
• чтобы не внедрять новые методы,
• чтобы ограничить доступ к скринингу,
• чтобы не говорить людям правду под предлогом “гуманности”.
Но кто сказал, что человек не хочет знать?
Или что он не справится? И самое главное – наука успеет найти ответ. Еще недавно не было иммунологических препаратов для лечения рака, сейчас появляются вакцины, направленные на конкретную опухоль, а генерирующие альфа частицы элементы направленно доставляются внутрь клеток опухоли и гарантированно убивают вредоносные клетки.
⚠️ Овердиагностика — это не избыточные знания о диагностике заболеваний. Это контроль над ними. Это управление резервами страховых компаний.
Сегодня слово “овердиагностика” стало идеальным щитом.
Им удобно:
• Не внедрять новые методы.
• Ограничивать скрининг.
• Снимать с себя ответственность за неопределённость.
Но это слово не может быть оправданием молчания.
🎯 Знать — значит иметь выбор
Ты не обязан лечиться.
Ты не обязан бороться.
Но ты имеешь право знать.
📢 И пока термин “овердиагностика” используется как фильтр для истины, нужно напоминать: информация — не угроза. А её сокрытие — не забота.
💬 А ты как считаешь?
Молчание о вашем диагнозе — это защита или отказ в праве на собственную жизнь?
Ждём Вашего мнения. Комментарии и вопросы в канале приветствуются.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍5
Недавно проскочила новость о раннем выявлении рака от Британских Ученых
https://news.1rj.ru/str/c/1829204003/127321
Ну что можно сказать:
Публикаций в реферируемых журналах нет. Есть много в прессе от Таймс до желтой прессы.
К научным может быть отнесена только патентная заявка: Microrna biomarkers for multi-cancer early-detection test (MCED). WO2024089415 A1, University of Southampton, опубликовано 02 мая 2024 г.
Публично собираются выступать на конференции по раннему выявлению рака в Вашингтоне, где мы уже выступали два раза: Shapanis A. miONCO-Dx: A Novel Serum-Based Multi-Cancer Early Detection Test. Early Cancer Surveillance, Next Generation Dx Summit, Aug 18–19 2025, Washington DC.
Декларирована подача заявки на регистрацию: NIHR & Office for Life Sciences. Проект miONCO-Dx trial: 8 000 участников NHS, бюджет £2.5 млн, старт 2025 г по дизайну не очень ясно. Если искать в сети, то вроде речь идет о проспективных исследованиях, но для 12 раков 8 тысяч не обеспечит их обязательное статистически значимое присутствие, если же это будут контролируемые исследования статистически распределены по ракам и различным не ракам, то 8000 немного лишнее.
Что известно из доступных технических материалов
Панель биомаркеров. Патент заявляет набор из ≥3 miRNA (точный состав раскрыт), алгоритм ML (градиентный бустинг) и нормализацию по spike-in miR-16. Диапазон AUC = 0,98–0,99 в обучающей выборке.
Когорты. Объединено ~20 000 сывороточных образцов из биобанков UK Biobank, ABC Discover и EUCTR. Распределение стадий не указано (вопрос к авторам).
Предстоящее RCT. 2-рукавное исследование «миОНКО + стандарт» против «стандарт» у пациентов с неясными симптомами (qt < 2 нед). Первичная конечная точка – PPV при выявлении злокачественного процесса в течение 12 мес. Это и вызывает вопросы.
Техническая реализация. Лабораторная платформа – 96-луночный RT-qPCR (YouSeq PCR chemistry), время анализа < 4 час / образец; целевая цена £120.
Ну и немного наших комментариев по поводу 99% точности.
99% точность теста определяется не только по "раку" но и по "не раку" . То есть 99% точность теста говорит, что 99% результата теста верные. Наличие какого либо индивидуального рака в популяции с высоким риском - то есть 50лет+ меньше 1 человека на 1000. То есть, если среди них 1 человек болен раком, то скорее всего его результат будет истинно положительным, а вот из остальных 999 здоровых с точностью 99% определят здоровых которых будет 989. ТО есть при такой точности у вас в результате будет один истинно положительный а 10 ложно положительные. Так что, как видите, не все так просто в медицинских анализах.
https://news.1rj.ru/str/c/1829204003/127321
Ну что можно сказать:
Публикаций в реферируемых журналах нет. Есть много в прессе от Таймс до желтой прессы.
К научным может быть отнесена только патентная заявка: Microrna biomarkers for multi-cancer early-detection test (MCED). WO2024089415 A1, University of Southampton, опубликовано 02 мая 2024 г.
Публично собираются выступать на конференции по раннему выявлению рака в Вашингтоне, где мы уже выступали два раза: Shapanis A. miONCO-Dx: A Novel Serum-Based Multi-Cancer Early Detection Test. Early Cancer Surveillance, Next Generation Dx Summit, Aug 18–19 2025, Washington DC.
Декларирована подача заявки на регистрацию: NIHR & Office for Life Sciences. Проект miONCO-Dx trial: 8 000 участников NHS, бюджет £2.5 млн, старт 2025 г по дизайну не очень ясно. Если искать в сети, то вроде речь идет о проспективных исследованиях, но для 12 раков 8 тысяч не обеспечит их обязательное статистически значимое присутствие, если же это будут контролируемые исследования статистически распределены по ракам и различным не ракам, то 8000 немного лишнее.
Что известно из доступных технических материалов
Панель биомаркеров. Патент заявляет набор из ≥3 miRNA (точный состав раскрыт), алгоритм ML (градиентный бустинг) и нормализацию по spike-in miR-16. Диапазон AUC = 0,98–0,99 в обучающей выборке.
Когорты. Объединено ~20 000 сывороточных образцов из биобанков UK Biobank, ABC Discover и EUCTR. Распределение стадий не указано (вопрос к авторам).
Предстоящее RCT. 2-рукавное исследование «миОНКО + стандарт» против «стандарт» у пациентов с неясными симптомами (qt < 2 нед). Первичная конечная точка – PPV при выявлении злокачественного процесса в течение 12 мес. Это и вызывает вопросы.
Техническая реализация. Лабораторная платформа – 96-луночный RT-qPCR (YouSeq PCR chemistry), время анализа < 4 час / образец; целевая цена £120.
Ну и немного наших комментариев по поводу 99% точности.
99% точность теста определяется не только по "раку" но и по "не раку" . То есть 99% точность теста говорит, что 99% результата теста верные. Наличие какого либо индивидуального рака в популяции с высоким риском - то есть 50лет+ меньше 1 человека на 1000. То есть, если среди них 1 человек болен раком, то скорее всего его результат будет истинно положительным, а вот из остальных 999 здоровых с точностью 99% определят здоровых которых будет 989. ТО есть при такой точности у вас в результате будет один истинно положительный а 10 ложно положительные. Так что, как видите, не все так просто в медицинских анализах.
👍6
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
MCED тест от компании Novelna показал, что протеомный подход к раннему выявлению рака не сдаётся
Компания Novelna Inc. разработала подход к протеомному анализу крови, способный выявлять 18 видов ранних стадий солидных опухолей. Исследование, опубликованое в журнале.
• Общая выборка: 440 человек.
o 396 пациентов с ранними стадиями (I–II) 18 различных солидных опухолей.
o 44 здоровых добровольца в качестве контрольной группы.
• Пациенты были без симптомов и не получали лечения на момент сбора образцов.
🧬 Методология поиска сигнальных белков
• Анализ более 3000 белков в плазме крови с использованием технологии Proximity Extension Assay (PEA) от компании Olink. позволяющей измерять ОДНОВРЕМЕННО уровни более 3000 белков в плазме крови
• Двухэтапный статистический анализ с разделением по полу:
o Этап 1: отбор 10 белков, наиболее информативных для выявления рака.
o Этап 2: отбор 150 белков для определения органа происхождения опухоли.
• Использование L1-регуляризации (LASSO) и бутстрэп-методов для отбора признаков и предотвращения переобучения.
• Оценка точности модели с помощью метода leave-one-out cross-validation.
Принцип работы технологии PEA
1. Двойное распознавание: Для каждого целевого белка используются две специфические антитела, к которым прикреплены уникальные ДНК-олигонуклеотиды.
2. Гибридизация и удлинение: При одновременном связывании антител с целевым белком их олигонуклеотиды сближаются, что позволяет им гибридизоваться и быть удлиненными с помощью ДНК-полимеразы.
3. Амплификация: Полученные уникальные ДНК-штрихкоды амплифицируются методом ПЦР.
4. Считывание: Амплифицированные продукты анализируются с использованием количественной ПЦР (qPCR) или секвенирования нового поколения (NGS), в зависимости от выбранной платформы. Этот процесс обеспечивает высокую специфичность, так как сигнал возникает только при одновременном связывании обоих антител с целевым белком, что минимизирует ложноположительные результаты.
📈 Результаты
• Панели из 10 белков показали высокую точность:
o AUC для мужчин: 0,98 (95% ДИ: 0,96–1,00).
o AUC для женщин: 0,983 (95% ДИ: 0,95–1,00).
• При специфичности 99% чувствительность для рака I стадии составила:
o 93% у мужчин.
o 84% у женщин.
• Панели из 150 белков позволили определить орган происхождения опухоли в более чем 80% случаев.
📌 Выводы
Тест продемонстрировал способность не только отличать здоровые образцы от раковых, но и определять орган происхождения опухоли. Это открывает перспективы для создания скринингового инструмента для раннего выявления рака, говорить пока о доступности и масштабируемости рано.
Что нам интересно – что удалость выявить белки, характерные для всех раков, но они оказались в очень низких концентрациях.
Пока что в течение полутора лет после публикации нет данных о дальнейших исследованиях.
Что не было сделано: Исследователи остановились на половине пути. Им было бы необходимо сделать еще одну группу из всех 18 раков и здоровых и протестировать их исключительно на выявленные 160 белков, а не использовать группу обучения для оценки диагностических характеристик метода. Ну и необходимо отметить, что для верификации можно было бы использовать слепые образцы из хотя бы американских биобанков с целью понимания кроме половых также расовых отличий, что конечно бы повысило значимость исследования.
Отсутствие указанных действий вносит большие сомнения в отношении опубликованного материала. Риски того, что за пределами исследования остались неизученные величины и возможность не воспроизводимости методики на новых образцах, которые не были использованы в модели обучения ставит под сомнение законченность работы.
Компания Novelna Inc. разработала подход к протеомному анализу крови, способный выявлять 18 видов ранних стадий солидных опухолей. Исследование, опубликованое в журнале.
• Общая выборка: 440 человек.
o 396 пациентов с ранними стадиями (I–II) 18 различных солидных опухолей.
o 44 здоровых добровольца в качестве контрольной группы.
• Пациенты были без симптомов и не получали лечения на момент сбора образцов.
🧬 Методология поиска сигнальных белков
• Анализ более 3000 белков в плазме крови с использованием технологии Proximity Extension Assay (PEA) от компании Olink. позволяющей измерять ОДНОВРЕМЕННО уровни более 3000 белков в плазме крови
• Двухэтапный статистический анализ с разделением по полу:
o Этап 1: отбор 10 белков, наиболее информативных для выявления рака.
o Этап 2: отбор 150 белков для определения органа происхождения опухоли.
• Использование L1-регуляризации (LASSO) и бутстрэп-методов для отбора признаков и предотвращения переобучения.
• Оценка точности модели с помощью метода leave-one-out cross-validation.
Принцип работы технологии PEA
1. Двойное распознавание: Для каждого целевого белка используются две специфические антитела, к которым прикреплены уникальные ДНК-олигонуклеотиды.
2. Гибридизация и удлинение: При одновременном связывании антител с целевым белком их олигонуклеотиды сближаются, что позволяет им гибридизоваться и быть удлиненными с помощью ДНК-полимеразы.
3. Амплификация: Полученные уникальные ДНК-штрихкоды амплифицируются методом ПЦР.
4. Считывание: Амплифицированные продукты анализируются с использованием количественной ПЦР (qPCR) или секвенирования нового поколения (NGS), в зависимости от выбранной платформы. Этот процесс обеспечивает высокую специфичность, так как сигнал возникает только при одновременном связывании обоих антител с целевым белком, что минимизирует ложноположительные результаты.
📈 Результаты
• Панели из 10 белков показали высокую точность:
o AUC для мужчин: 0,98 (95% ДИ: 0,96–1,00).
o AUC для женщин: 0,983 (95% ДИ: 0,95–1,00).
• При специфичности 99% чувствительность для рака I стадии составила:
o 93% у мужчин.
o 84% у женщин.
• Панели из 150 белков позволили определить орган происхождения опухоли в более чем 80% случаев.
📌 Выводы
Тест продемонстрировал способность не только отличать здоровые образцы от раковых, но и определять орган происхождения опухоли. Это открывает перспективы для создания скринингового инструмента для раннего выявления рака, говорить пока о доступности и масштабируемости рано.
Что нам интересно – что удалость выявить белки, характерные для всех раков, но они оказались в очень низких концентрациях.
Пока что в течение полутора лет после публикации нет данных о дальнейших исследованиях.
Что не было сделано: Исследователи остановились на половине пути. Им было бы необходимо сделать еще одну группу из всех 18 раков и здоровых и протестировать их исключительно на выявленные 160 белков, а не использовать группу обучения для оценки диагностических характеристик метода. Ну и необходимо отметить, что для верификации можно было бы использовать слепые образцы из хотя бы американских биобанков с целью понимания кроме половых также расовых отличий, что конечно бы повысило значимость исследования.
Отсутствие указанных действий вносит большие сомнения в отношении опубликованного материала. Риски того, что за пределами исследования остались неизученные величины и возможность не воспроизводимости методики на новых образцах, которые не были использованы в модели обучения ставит под сомнение законченность работы.
👍8❤2❤🔥2
Какое прекрасное изложение оригинальной статьи. Какие интересные комментарии: Мне постоянно кажется, что я пытаюсь сформировать аналогичные вопросы во множестве дискуссий. Мы вплотную подошли к возможности массового cost- effective выявлению раннего рака у бессимптомных пациентов и все четыре проблемы/вопроса постоянно в той или иной форме возникают в дискуссиях в различных формата. https://news.1rj.ru/str/oncofundamental/1308
Копирую здесь эти вопросы:
"— поясню, что речь не о том, лечить ли людей с прогрессированием рака или не лечить. Вопрос заключается в том, когда это делать, беря в расчет прогноз заболевания, длительность лечения и ожидаемый негативный вклад в качество жизни
— интуитивно кажется, что более раннее начало лечение приведет к более длительной выживаемости, чем лечение в момент наступления симптомов, когда рак угрожает качеству жизни. Однако, это может быть заблуждением (lead - time bias) т.к. во втором случае "обратный отсчет" начался задолго до появления симптомов
— вопрос наблюдения после радикального лечения - его характера, целесообразности и сроков - куда менее изученный и однозначный и я все больше склоняюсь к тому, что здесь нужно больше индивидуализации в каждом конкретном случае (как минимум, взять в учет приоритеты пациента и то готов ли он нервничать перед каждым обследованием и начинать лечение/отказаться от него в случае бессимптомного прогрессирования)
— более ранее начало "лечения при бессимптомного прогрессировании" может быть совершенно не равно "увеличение продолжительности жизни". Как минимум, здесь неплохо бы увидеть новые исследования"
Копирую здесь эти вопросы:
"— поясню, что речь не о том, лечить ли людей с прогрессированием рака или не лечить. Вопрос заключается в том, когда это делать, беря в расчет прогноз заболевания, длительность лечения и ожидаемый негативный вклад в качество жизни
— интуитивно кажется, что более раннее начало лечение приведет к более длительной выживаемости, чем лечение в момент наступления симптомов, когда рак угрожает качеству жизни. Однако, это может быть заблуждением (lead - time bias) т.к. во втором случае "обратный отсчет" начался задолго до появления симптомов
— вопрос наблюдения после радикального лечения - его характера, целесообразности и сроков - куда менее изученный и однозначный и я все больше склоняюсь к тому, что здесь нужно больше индивидуализации в каждом конкретном случае (как минимум, взять в учет приоритеты пациента и то готов ли он нервничать перед каждым обследованием и начинать лечение/отказаться от него в случае бессимптомного прогрессирования)
— более ранее начало "лечения при бессимптомного прогрессировании" может быть совершенно не равно "увеличение продолжительности жизни". Как минимум, здесь неплохо бы увидеть новые исследования"
❤8👍5🤔1
Вы знаете, я много сталкиваюсь с людьми, которые рассказывают о том, что специально рак искать не стоит, что наступит расстройство от того, что рак будет найден и человек будет морально страдать, а если начнут лечить, то так доведут человека до отчаяния лечением и страданиями при лечении, что он не будет рад и лучше бы он не знал об этом.
Встретил интересное высказывание врача - практика и пост его поддерживающий.
Накануне праздника 80 -летия победы хочу повторить слова
"БУДЕМ ЖИТЬ!"
Встретил интересное высказывание врача - практика и пост его поддерживающий.
Накануне праздника 80 -летия победы хочу повторить слова
"БУДЕМ ЖИТЬ!"
❤7
Forwarded from Онкология простыми словами
Сколько будет работать лечение?
Недавно одна из пациенток с метастатической опухолью задала вопрос: «Я получаю препарат Х. Я читала исследование, там до ухудшения у пациентов - 2 года. У меня скоро будет эти самые два года. И дальше что, всё? Перестанет работать?»
Короткий ответ: нет.
Короткий и правдивый: мы не знаем точно.
А теперь длинный.
Результаты клинических исследований описываются с помощью статистических параметров. Наиболее распространенное понятие, которым мы пользуемся - медиана. Эта самая медиана делит пациентов по результатам пополам: у половины пациентов результат лучше, а у половины - хуже.
Например, «медиана выживаемости без прогрессирования 10 месяцев» значит, что у половины пациентов ситуация ухудшилась меньше, чем за 10 месяцев, а у половины - больше. При этом у тех, у кого больше, прогрессирование может быть и через 11 месяцев, и через 11 лет.
Самое сложное в онкологии - это абсолютная непредсказуемость. Да, клинические исследования позволяют нам иметь какие-то ориентиры. Но они абсолютно не дают никаких гарантий и точных сроков.
Поэтому даже если вы приближаетесь к величине, отмеченной в научном труде, вспомните фразу, чьё авторство приписывается Марку Твену (хотя на самом деле её сказал кто-то другой):
И продолжайте лечиться.
Недавно одна из пациенток с метастатической опухолью задала вопрос: «Я получаю препарат Х. Я читала исследование, там до ухудшения у пациентов - 2 года. У меня скоро будет эти самые два года. И дальше что, всё? Перестанет работать?»
Короткий ответ: нет.
Короткий и правдивый: мы не знаем точно.
А теперь длинный.
Результаты клинических исследований описываются с помощью статистических параметров. Наиболее распространенное понятие, которым мы пользуемся - медиана. Эта самая медиана делит пациентов по результатам пополам: у половины пациентов результат лучше, а у половины - хуже.
Например, «медиана выживаемости без прогрессирования 10 месяцев» значит, что у половины пациентов ситуация ухудшилась меньше, чем за 10 месяцев, а у половины - больше. При этом у тех, у кого больше, прогрессирование может быть и через 11 месяцев, и через 11 лет.
Самое сложное в онкологии - это абсолютная непредсказуемость. Да, клинические исследования позволяют нам иметь какие-то ориентиры. Но они абсолютно не дают никаких гарантий и точных сроков.
Поэтому даже если вы приближаетесь к величине, отмеченной в научном труде, вспомните фразу, чьё авторство приписывается Марку Твену (хотя на самом деле её сказал кто-то другой):
Существует три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика.
И продолжайте лечиться.
❤12👍4