Первый министр

Из советских министров культуры, положа руку на сердце, вспомнят только двух – Луначарского и Фурцеву. И еще – последнего министра культуры СССР Николая Губенко, но больше благодаря его актерским заслугам.

Мой текст о Луначарском, первом министре культуры Советской России, его революционном пути, отношениях с Лениным и Сталиным, а также о том, чем он занимался, на своем не самом выгодном посту в разрушенной гражданской войной стране, – читаем в РГ.

«Одсун» (odsun) по-чешски имеет двойное значение: «эвакуация» и «выселение»

Признаюсь, я несколько настороженно отношусь к романам современных российских писателей. В России и в мире происходит такое количество событий, имеющих историческое значение, что любой роман о современности становится архаичным.

Мой текст о произведении «Одсун. Роман без границ» Алекся Варламова, изменившем мое предубеждение против современной романистики, – читаем в РГ.

«Писал ночами "Белую гвардию" и любил, чтоб я сидела около, шила. У него холодели руки, ноги, он говорил мне: "Скорей, скорей горячей воды". Я грела воду на керосинке, он опускал руки в таз с горячей водой».

(Из воспоминаний первой жены Булгакова, которой он в итоге так и не посвятил свой роман, а посвятил его второй своей жене, чем страшно обидел первую.)

Черновик «Белой гвардии» был закончен летом 1923 года, но работа над ним продолжалась еще долго. Булгаков очень трепетно относился к роману, бесконечно правил и переписывал его текст, прежде чем первые его главы появились в декабре 1924 года в журнале «Россия».

После закрытия журнала за «антисоветизм» и арест его редактора, роман на родине не мог выйти отдельным изданием.

Мой текст о работе Булгакова над своим первым романом – читаем в РГ.

На вопрос анкеты: «Может ли интеллигенция работать с большевиками?» – Александр Блок ответил в 1918 году: «Может и обязана».

Но смысл русской революции он понимал иначе, чем большевики, – как нашествие гуннов, с которым должна смириться Европа.

Катастрофическая нестыковка гуманистических традиций XIX века с новой идеологией классовой борьбы в душе Блока привела к тому, что он замолчал как поэт. На вопросы о своем молчании он неизменно отвечал: «Все звуки прекратились. Разве вы не слышите, что никаких звуков нет?»

О великом русском поэте, завершившим собой Золотой век русской поэзии. Принявшим революцию не потому, что любил кровавые политические перевороты, а потому что чувствовал ее неслучайность и вину дворянства перед народом, – мой текст в РГ.

Прямой и бескомпромиссный

Он никогда не считался с дутыми авторитетами и не смущался критиковать авторитеты. Никогда не принадлежал ни к одной из литературных партий и не боялся высказывать свое жесткое мнение.

Его раннюю статью «Рапира Гамлета» заметил и оценил еще Корней Чуковский. А его книга о Н. В. Гоголе в серии ЖЗЛ стала одним из самых заметных событий этой биографической серии за все время ее существования.

Мой текст об одном из крупнейшем из литературных критиков современности, Игоре Петровичем Золотусском, – читаем в РГ.

«Он между нами жил / Средь племени ему чужого; злобы / В душе своей к нам не питал, и мы / Его любили…»

Так написал Пушкин о своем товарище по перу, а также его (и многих других русских писателей) – Адаме Мицкевиче.

Языковеды считают, что язык Мицкевича – это в значительной степени язык дворянства Белоруссии и Литвы. А белорусские литературоведы считают его одним из родоначальников новой белорусской литературы.

Существует версия, хотя в этом нет полной уверенности, что «Медный всадник» Пушкина» – развернутый ответ на стихи Мицкевича о Петербурге и лично о Петре Первом.

Мой текст о польско-белорусско-литовском поэте эпохи романтизма, его причудливой судьбе и непростых отношениях с Пушкиным – читаем в РГ.

«Женщина в белом», покорившая мир

По многим произведениям Уилки Коллинза сняты фильмы. Самым популярным его произведением считается «Женщина в белом» (1859). Молодой художник Уолтер Хартрайт, работая в имении аристократа, обнаруживает поразительное сходство между его племянницей Лорой и таинственной женщиной в белом, сбежавшей из психиатрической лечебницы, которую он встретил по дороге. Это открытие одновременно пугает и манит его.

Мой текст о первом детективщике Англии, ближайшем друге и даже соавторе Чарльза Дикенса, – читаем в РГ.

Кадр из фильма 1981 года «Женщина в белом» режиссера Вадима Дербенева. Главные роли исполнили Александр Абдулов и Гражина Байкштите. Фото: kinopoisk.ru

Знаете, что такое для меня литературная норма? Это даже не Пушкин. Для меня это Тургенев.

Мое мнение, почему язык умнее нас, – читайте по ссылке.

Про ИИ и людей

Чем опасны «дорогие игрушки» вроде человекоподобных роботов, как устроен новый томский кластер электроники и беспилотников и почему сначала нужно разобраться с этикой человека, а потом уже с этикой робота.

Обо всем этом рассказала Ольга Ускова – общественный деятель, писатель, гендиректор ведущего мирового разработчика систем искусственного интеллекта.

Читайте её интервью РГ – по ссылке.

Надо вставать с солнцем вместе, с птичками

Лев Толстой отказывался писать по ночам, считая, что в это время суток человек впадает в состояние, когда исчезает ощущение ответственности перед словом. Поэтому надо вставать с солнцем вместе, с птичками, с рабочим людом, садиться за письменный стол и работать.

О том, чего не хватает современной литературе, как правильно писать биографии великих, а ещё о собственных писательских и человеческих привычках – рассказал в тексте по ссылке.

«Мiръ» через «i»

Сейчас развенчаю сразу два литературных мифа. Они связаны с главными романами Льва Толстого, укоренились в сознании даже профессиональных филологов и проникли в школьное образование, а это уже серьезно.

Мой текст по этому поводу – читаем в РГ.

Подлинная фиксация одного литературного вечера 📸

А был ли Пушкин на Сенатской площади 14 декабря?

Александр Сергеевич, как известно, был человеком смелым, отчаянным и жизнь свою не берег.

А вот на Сенатской площади, в день восстания декабристов, 14 декабря 1825 года, он не был, так как находился в ссылке в Михайловском.

«О предполагаемой поездке Пушкина incognito в Петербург в дек. 25-го года… я слыхал от Пушкина. Главное, что он бухнулся бы в самый кипяток мятежа у Рылеева в ночь 13-го на 14-ое декабря», – вспоминал о пушкинских планах Вяземский.

На самом деле Пушкин поехал, но слуга свалился с белой горячкой, потом поэту дважды перебежал дорогу заяц, потом по пути встретился священник (а это дурная примета!), и Пушкин вернулся. Получается, русское пьянство и зайцы спасли Пушкина от Сибири как минимум.

Об участии/неучастии Пушкина в этом событии, и стоит ли писателю увлекаться политикой, – поговорили с Алексеем Варламовым, автором будущей книги о главном русском поэте – в РГ.

От смерти Брежнева до наших дней

Роман Анатолия Салуцкого «От войны до войны» – многослойный и в своих неспешных разговорах затрагивающий практически все самые важные события и в политике, и в экономике, и просто в повседневной жизни, которые случились с нами за эти полвека, получился серьезным и впечатляющим.

Хотя позиция автора в том, что случилось со страной, на мой вкус, слишком прямолинейно обозначена в подзаголовке: «Элита: измена в тылу».

Это отнюдь не конспирология, а попытка найти ответ на вопрос: из-за чего в России каждые сто лет и даже каждое десятилетие происходят ужасно похожие вещи?

Мой текст об этом романе – читаем в РГ.

Куда «несет нас рок событий»

Фильм «1993» Александра Велединского о событиях того года – такой взгляд человека, который эти события катастрофически не понимает. Но чувствует, что они касаются лично его, и потому не может остаться в стороне.

В этом смысле главный герой Виктор в исполнении Евгения Цыганова – это прямой родственник и Пьера Безухова, и Клима Самгина, и даже бедного Евгения из «Медного всадника». Он хочет понять, куда «несет нас рок событий», но не может и страдает от этого.

Литературный первоисточник фильма – одноименный роман Сергея Шаргунова. На мой взгляд, фильм смотрится гораздо легче, чем читается роман – классическая семейная сага с историей одной семьи. Режиссер разбавил ее забавными сюжетами, смешными положениями в неловких ситуациях.

Мой текст о кинокартине «1993» – читаем в РГ.

Писатель – теперь профессия!

В официальном правительственном реестре профессий, где нашлось место и для работника похоронной службы, и для специалиста по водородным газам, и для дрессировщика собак, — есть все творческие люди: от циркача до композитора. Вот только писателя в нём нет.

Но с 15 декабря 2025 года – есть!

Лично меня вполне устраивает запись в моем дипломе выпускника Литинститута – «литературный работник». Меня это нисколько не унижает. Но есть большое количество людей пишущих, которые хотели бы, чтобы их профессия называлась «писатель» и имела законное подтверждение в соответствующем нормативном документе. Это вопрос социальной защиты и многого другого.

«Профессия писатель, понимаемая как род трудовой деятельности, требующий определенной подготовки и являющийся обычно источником существования, в современных условиях сохраняет свою актуальность и по-прежнему пользуется уважением и востребована в российском обществе», – отмечает Минцифры России.


Подробности – по ссылке.

«Публика опомнилась не сразу»

Новое дыхание «Чума» Альбера Камю получила, как известно, «благодаря» эпидемии ковида, поразившей весь мир в начале 20-х годов. Оказалось, что Камю был первым писателем, описавшим эпидемию и предвосхитившим многие детали жизни людей во время ковида.

Чего стоит, например, такой его пассаж, где описывается, как люди привыкают к тому, что их жизнь радикально изменилась. Сначала они просто гонят от себя эти мысли.

«Но и тут еще публика опомнилась не сразу. И впрямь, когда на третью неделю появилось сообщение о том, что эпидемия унесла триста два человека, эти цифры ничего не сказали нашему воображению. С одной стороны, может, вовсе не все они умерли от чумы. И с другой - никто в городе не знал толком, сколько человек умирает за неделю в обычное время. В городе насчитывалось двести тысяч жителей. А может, этот процент смертности вполне нормален?»

Мой текст о лауреате Нобелевской премии, с формулировкой «за огромный вклад в литературу, высветивший значение человеческой совести», Альбере Камю, – читаем в РГ.

Эта история не дает нам покоя

А что, если бы семью последнего русского императора в ночь расстрела освободили из Ипатьевского дома и увезли, как бы сложилась их судьба?

«Кому-то этот ход кажется странным, а кто-то прямо считает его кощунственным: зачем выдумывать небылицы о невинно убиенных, к тому же причисленных к лику святых? Решение это возникло у меня из чистой эмоции, из желания продлить жизнь этой семье – любящей чете и их детям. Книга написана с любовью к ним – никто из тех, кто прочел, этого не может отрицать».

Мой диалог с Алексеем Колмогоровым, написавшем свою версию гибели царской семьи в романе «ОТМА. Спасение Романовых» в жанре альтернативной истории – читаем в РГ.

Что такое ОТМА?

ОТМА – это Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия. Именно царевны в центре повествования, хотя есть и главный герой.

Я люблю тебя, жизнь...

Замечательный поэт, непретенциозный, ни на кого не похожий, со своим поэтическим почерком, своими темами. Его стихи не забудутся. Их будут петь в любом поколении. О жизни, смерти и любви...

Если бы от него остались только песни: "Я люблю тебя, жизнь...", "Алёша", "Вальс расставания" ("Кружится, кружится старый вальсок"), "Я спешу, извините меня", "Как провожают пароходы..." и другие, – этого было бы достаточно для бессмертия.

Мой текст о жизни и стихах Константина Ваншенкина – читаем в РГ.

Бунин пошел в кинотеатр

Иван Бунин – первый русский нобелиат. После него Нобелевской премией наградили Бориса Пастернака, Михаила Шолохова, Александра Солженицына, Иосифа Бродского.

Даже сам Горький, с 1917 года резко разошедшийся со своим прежним товарищем по писательскому кружку «Среда» и издательству «Знание», уже после возвращения в СССР в своих статьях всегда отмечал огромный талант «белоэмигранта» Бунина как художника слова и советовал молодым советским писателям учиться у него.

Известно, что когда в Стокгольме было объявлено о присуждении Бунину Нобелевской премии, писатель отправился в местный кинотеатр в Грассе. Он сильно волновался и предоставил получить (или не получить) известие о присуждении премии своим домочадцам.

«Спускаясь с горы, на которой стоит "Бельведер", в город, гляжу на далекие Канны, на чуть видное в такие дни море, на туманные хребты Эстереля и ловлю себя на мысли:
– Может быть, как раз сейчас, где-то там, на другом краю Европы, решается и моя судьба...
В синема я, однако, опять забываю о Стокгольме…»

Вот как описывал это событие сам Бунин в своих воспоминаниях.

Мой текст о первом русском нобелианте, его реакции на премию и о том, как он ее потратил – читаем в РГ.

Живет такой классик

Живет в моем родном Волгограде, но с весны до осени обитает в Калаче-на-Дону. Заядлый рыбак, он всем сердцем любит свою донскую землю, как любил ее Михаил Шолохов, тоже предпочитавший свои Вешенки не только Москве, но и Ростову.

Но вот столичный литературный бомонд его особо не привечает. Другие приоритеты.

Я порой слышу о Борисе Екимове:

«Ну, какой он художник? Он – очеркист. Что увидел, то и описал. О чем с кем-то на донском хуторе поговорил, то и пересказал. Какие-то колхозы, фермеры... Какой-то мальчонка, заменивший умершую учительницу... Какой-то Пиночет, сын старого председателя, взявший на свою погибель погибающий колхоз... А остальное – очерки про Дон, про степь, про травы, про ловлю рыбы и как ее приготовить "на сене"... Очеркист. Не художник"».
Очеркист? А знаете, я не буду спорить.

В глубине своего таланта Борис Петрович, конечно, никакой не очеркист, а выдающийся художник слова. Один из последних хранителей живой, не испорченной русской речи. В описании донской природы ему сегодня нет равных.

Мой текст о нем – читаем в РГ.