я вижу в небе над собой
(в открытом люке газели)
звёздное небо — пересчитываю
их в желании
оказаться там

среди них но — количество мест
ограничено
встретимся там
где останется
что-то живое

эти созвездия
словно шрам
на теле планеты
мне кажется что
на меня смотрят
тысячи твоих глаз
превращая эту ночь
в откровение позднее

каждое прикосновение
к тебе стало священным
трогательным моё сердце
как бульдозер теперь
сносит любую преграду
где-то на окраинах
пермской области
еду в родные нам места

дорогая я с тобой
даже когда меня
нет рядом совсем нет
моего образа моих слов
даже когда боль
сияет в тебе
распуская корни. дай мне
взять руку
твою. слезами
размыты пути
остаётся лишь
идти вперёд
почти наугад

час ночи
пермский край
волчья река
тысячи глаз
в небе моргают
тысячи глаз.

плачу на этом моменте когда смотрю/слушаю постановки по Дяде Ване:

лунный свет
на треснувшем
запотевшем стекле
ложится на пол. всё ближе
как можно ближе ко мне

я не против, ведь он как и я
пытается выжить. ночь
почти кончилась он весь
бледный прижимается
на моих руках его слезы
застывают кусочки инея
на ресницах поют вместе

он здесь? уже нет. и ты
так похожа на лунный свет
в этот самый момент. глаза
начинают закрываться
мне тоже хочется быть
как можно ближе к тебе

последние часы
моей жизни
проходят в неведении
я ищу того с кем наконец
могу танцевать
целую вечность

dance me to
the end of love
в последнее время
коэн удивляет меня. он
знает наверное всё обо мне
мои чувства угадывает. он
всегда прав, но Господи
как же он слеп

ведь я так и болтаюсь
по бесплодной земле
шматок моей плоти
стакан моих сожалений
как молоко матери
частичку себя самого
я отдаю всем тем
кто сбился с пути

вся остальная жизнь
теряет своё значение
крупицы смысла. она
звенит в ушах и искрится
в костре возможно я просто
продолжаю обманывать
сам себя где бы укрыться
но говорят что каждый
заслуживает спасения
внимания любви
и доверия. спасение есть
оно здесь? уже нет.

я ищу
так долго ищу
с кем бы мне
станцевать
на последней станции
высаживаюсь из вагона
разглядывая глазами
продрогший лес
выискивая в лунном свете
с кем бы потанцевать
наконец-то я здесь
я все ещё здесь

я так счастлив что все мои друзья максимально комфортные и прекрасные люди. они готовы за меня отдать всё что угодно и я за них тоже!!! это окружение о котором я по сути мечтал. люблю вас пиздец мои дорогие!!!

время застыло
на моих пальцах
перетекая за шиворот
водолазки я не поймал
его не заметил как всегда
тактично промолчал
и все слова — остались
в моей груди теперь я пою
когда хожу на улицах
и случайно произношу
ругательства которые
так долго хранил

время застыло
под моими ногами
ледяная корка мироздания
треснула как шар знаний
нельзя сказать лишнего
я теперь лишний сам по себе
в избытке нежности выучил
все жесты все прикосновения
которые были отвергнуты
я показывал пальцем на небо
изрекал проклятия время
перевесило мою обиду

время застыло
я выключил свет
во всём доме его
теперь тоже нет
раз исчез для меня
пусть исчезнет для всех
все летние дни прошли
под эгидой старения
лишь зима вытащила
наружу всё убивая
любую эмоцию
перешёл от слов
к действию а оттуда
бездействие твой друг
придет руку пожмет

когда говорю что люблю
я не имею ввиду тебя
я не имею ввиду никого
мне нужно новое сердце

время застыло
мне срочно нужно
новое сердце или
даже два новых сердца
понять как преуспеть
как опоздать и не предать
чувства что кто-то так долго
собирал для меня и хранил
а я пришёл — посмотрел
на них осторожно и исчез
исчез слишком надолго
не оставляя следов
здесь нет правильного
или неправильного пути
и никто не знает куда идти
дай мне время дай мне время

каждому человек — человек
очень нужен и бутылка вина
в руках семь подснежников
в кривых зубах туз в рукаве
складной нож хороший. будет
болтаться в кармане или же
скроется за поясом ожидая
своего главного выступления

каждому человек нужно
не так уж и много всего-то
найти работу ответы и что
более важно — вопросы. найти
точку входа и выход из дома
прийти к Богу чистым сердцем
и выйти полным разочарования
рисуя кресты пеплом на крышке
мусорного бака а потом взять
закричать что есть сил:

вот он я! Сын твой!
мой день уже
пришел? нет же.
мой день прошёл
и жизнь проходит
в неспешном лечении
ран ожогов каждую
неделю проявляется
новый а я все такой же
доверчивый о как же
хочу стать жестоким
Ты сказал возлюби
врага своего но я
не просто не смог бы
возлюбить себя

(кричит мальчик
бывший мужчина
розовощёкий слегка
уставший забитый
пропитанный горем
присмотрись. в его
глазах — жизнь совершает
свой суицид. погружаясь
в предсмертную агонию)

каждому нужен
обязательно
блок сигарет
и билет в никуда
(отправление неизвестно)
у меня много имён
но всюду нет места
чувство направления
давно уже покинуло меня
каждому нужно иметь
какую-то возможность
шанс исправиться. я испаряюсь
заброшенный пляж
поглощает
меня целиком — я испарился
и когда ты обнаружишь
мои окровавленные футболки
будет уже слишком поздно

каждому человеку — любви
милосердия сострадания
я взрастил в себе
понимание
семя терпения
и принятия
кружка мятного чая
согревает нутро. всем нужна лишь долька лимона
кусок хлеба тёплого
арахисовая паста
перцовый баллончик
что будет ждать своего часа
я взрастил в себе
страх жуткий
семя паранойи. отрадно
всем вокруг меня
отчуждение что
выбивает меня
из рук друзей

я надеваю свои
черные очки
в полной темноте
растворился
хожу босиком
по траве неужели
ничего хорошего
не осталось
в моей голове
ничего что я
мог бы произнести
и вынести
из своей комнаты
эту печаль. выдернуть
из своих рук нож
что крадёт мою жизнь
он знает
всё на свете
и в нем столько злобы
о только он знает всё
и ему просто всё равно
просто всё равно
лишь одно повторяет:

будь хорошим
будь самым хорошим
ведь иначе
ты потеряешь всех
потеряешь всё
к чему так долго шёл
ветер заберёт и не вернёт
уже он не вернётся а ты
продолжишь ждать
всю оставшуюся жизнь
в бесконечной суете
нет такого города
такой страны где
ты мог бы укрыться

(произносит нож
ритуальный хрустальный
которым меня резали
всю жизнь все подряд
кому я позволял
или кто просто мог
у всех есть право
умереть у всех
есть право
жить дальше
жить сомневаясь
но не уподобляться
страху не уподобляться
истине в глазах смотрящего
но и поэты — худший вариант
передачи действительности
и я один из них оставался
им всегда да будет так
мне нужна стихия пограничная
застава вечное священное
связанное по рукам и ногам
уральское раздолье боли


я засыпаю под
самое утро
если повезёт. бездонная мысль
бессмертная воля
к созиданию
и разрушению
без своего мнения
без своей головы
на плечах

так и остаюсь
на перепитии — скажи
куда идти
что делать мне
слишком привык
выполнять
указания сверху. те кто
играют в Господа
не знают правды. они
заранее мертвы
пытаясь спастись
они уже мертвы
и не успеют понять
что уничтожило их изнутри

я засыпаю под утро
если очень повезёт. мои растраченные попусту нервы
разобранные на части мысли
разоренные годы
вместе угробят меня
сожмут память в кольцо
сделают мне прекрасный
гроб из сосны что срубили
в лесу где я был зачат. если мне
повезёт если повезёт
о Господь
как я надеюсь
на удачу
ту самую что
сотрёт меня
в порошок

неужели не осталось
ничего хорошего во мне?

ничего что я
мог бы произнести
без страха остаться в дураках?

ничего что вывело
бы меня на свет Твой
на Твой взгляд?

каждый кто видит меня
кричит мне вслед:
как хорошо что ты
всё ещё жив
и не так уж одинок

каждый кто
пытается спасти
мою душу — испытывает удачу
играет с огнём
а я забавляюсь
чудачусь кусая руки
которые кормят меня
надеждами руки что рождают
во мне лишь сомнения
я верю кому-то снова
дорогой друг но
остаётся единственный
самый последний вопрос:

неужели все эти люди
неужели все эти пять лет
спустя сотни пальцев
что трогали меня в темноте
спустя сотни голосов
тысячи часов шёпота
три тонны стихов
я все равно оставался собой?

неужели все это время
неужели сейчас всё ещё
имею право имею
возможность
быть самим собой?

поддерживаю екатерину и тоже начинаю (as always) ментально разлагаться под xiu xiu:

это конечно секс

прорехи в моих окнах
ветер с улицы всю ночь
протяжно поёт карамельное
сердце крошится топится
торопится покинуть свой
последний приют. на посту
остаётся лишь темнота
соблюдая все правила
не забывая обязанность
охранять меня от света
от малейшей привязанности

если есть хотя бы возможность
оказаться маленькой прорезью
на твоей шелковой футболке
то я предпочёл бы уйти. ведь
то чего мне бы хотелось
меньше всего сейчас. снова
оказаться помехой на пути
на перепутье не поют песен
и палач не машет руками
приветливо. не столь трудно
построить пустую надежду
куда тяжелее — разрушить

если жечь всё дотла. сброшу
кресты сброшу кожу обращусь
в пурпурное знамя в сожаление
пожалуйста замолчи заполни
пустоту во мне чем-то другим
не таким условным не таким
дословным. на перепутье
не пишут романески и там
никогда не горят фонари там
нет желания и потребности

поздняя весна вносит свои
корректировки в партитуры
осени. никто не просил меня
жить дальше и никто не желал
мне удачи никто не молился
всё же я здесь со мной — ничто
и нет ничего страшнее на свете зверя ужаснее — чем это ничто
в его глазах блестят начинания
которые поглотила жизнь

никто не собирался объяснять
мне правила. меня бросили
в этот мир без согласия после
того как оставили с этой игрой
в полном одиночестве. впрочем
оно не пугает так же сильно
как твой взгляд — решающий
удар приговор перемена ролей
я выстрелил им в самых близких
людей в самые разные смыслы
попадая летел он — рикошетом
оказался вновь во мне

и я очутился
в тишине Бога
в рамках этого
мира в четырех
стенах своей
комнаты в створках
собственного гроба

и я понял что
поглощаю жадно
каждое твоё слово

и я понял что
расхищаю каждое
объятие твое и тело
краду всю красоту
жду пока звёзды
снова упадут
в чистое поле

когда они там — знай я в пути
когда они там — разбуди меня
когда они там — расскажи мне
какой стала твоя жизнь прошло
столько лет и сколько пройдет
пока твоя жизнь не заглохнет
на полпути между прощением
и совращением внутреннего
ребёнка потерянного. он уже
ушел навсегда — не найти

когда они там — скажи что
искривлённым зеркалам
отчаянно нужны новые лица
не нужно храбриться когда
собственная смерть застряла
на полпути между признанием
и отрицанием — да ты совсем
совсем не тот кем хотел быть
но и не тот кого презирал

мне хочется верить что дерево
под моим окном — персиковое
хочется верить что ты не стал
тем кого так ненавидел что ты
пересёк границу и больше уже
незачем злиться незачем жить
незачем молчать страдать губить
чужую жизнь заместо своей

о Господь я верю что Ты
никогда не хотел детей
оставь меня скорее оставь
я склонен к потере времени
к обострению чувства своей
неполноценности и я совсем
не имею терпения не имею
даже права на жизнь ведь
только тебе я могу честно
признаться Отец мой Друг мой

я не тот я совершенно не тот
кем мечтал быть но все кто
знают меня говорят — таков
твой путь таков твой закон
быть лучшим что случалось
с другими людьми и да это
не так уж и плохо быть чуть
лучше и интереснее других

но как же безумно мне хочется
быть лучшим что случалось
с самим собой лучшим для
себя и ради этого (верь мне)
ради этого я готов стать
никем для других снова
очутиться чужим в мире
которым правят чужие
стать хоть кем-то для
самого себя отражение
тогда бы замолкло как
я хочу чтобы оно замолкло
хотя бы на короткий миг
миг между которым
рождается смерть
кончается жизнь

дорогой друг ты видишь
всё и как закланный Бог
спускаешься ко мне с горы
но можешь ли ты рассказать
о том что именно происходило
со мной? пять долгих лет
полных отчаяния и боли
(я всюду искал твой взгляд)

ты видишь всё
но не слышишь
мой крик последний
раздался как звон
разнёс его по всему
священному лесу
связанный обязательствами
развязанный предательством
посмотри в мои глаза. вижу
тьму. вижу далёкие земли.

через болото я полз туда
семь долгих дней и уже
на шестой сказал — слышишь
ли Ты мучения мои
обличаешь ли Ты меня
обживаешь моё сердце
обливаешь холодной водой
я Твой пасынок я Твоё горе
я письмо которое Ты
уже никогда не прочтёшь
меня ждала смерть. ничего
пусть ещё подождёт. я держу
обещания — мы встретимся
когда придёт мой срок.

я лишился сна
лишился постели
дорогой друг знал ли ты
когда был свидетелем
начала моего брака
к чему это приведёт?

знаю что нет
знаю что никто не ждал
никто никогда не ждёт
подвоха и доброго слова
тоже не ждёт. выбери меня
среди всех людей на земле
сделай меня своим и отпусти
меня в чистое поле в море
где моё тело проплывёт
сквозь истоки. знал ли ты?
я сомневаюсь ведь даже
Господь не мог знать.

теперь я вижу тьму
как мой названный брат
человек во всём чёрном
теперь я вижу лишь тьму
и сможешь ли ты наконец
защитить меня от этой тьмы?

сколько раз я обнимал тебя
прижимая как отца к груди
сколько раз я отвергал тебя
отталкивая как всех женщин
которых я хоть немного любил
сколько раз я был рядом
столько же раз я был далеко
у меня есть сила — отпускать
но люди вернутся. мы тоже
вернёмся — такова жизнь
что проплывает в безветрии

на пересечении улиц — встань
и подними свои руки. моё имя
произнеси — я приду сразу
и мы больше не уснём
о нет мы не уснём
в пучине этой агонии
в руинах этой страны

дорогой друг я больше
не вижу ничего кроме тьмы
не вижу ничего ничего ничего
кроме непроглядной тьмы. твой
силуэт отпечатался в моих
заплаканных глазах. прошу
ответь — сможешь ли ты
уберечь защитить меня
защититься сам от этой
бесконечной тьмы?

ты знаешь — я верю в любовь
ко всем кого я знал кому
я мог поверить. ты знаешь
как тяжело мне отпустить
человека уничтожить его
для себя разрушить образ
но это суть образа
— быть
разрушенным.

это суть человека —
разрушать
красоту
уничтожать то
что он любил
что обещал защитить.

1.

ты никому не доверишься
ты воды непрерывный поток
когда я плавал всё лето
разговаривал с детьми
целыми днями прыгал
в реку с высокой плиты
мой заброшенный пляж
разрушается снова и снова

2.

когда я плавал всё лето
все вокруг так громко смеялись
говорили зачем и куда ты
надеешься доплыть ты и
плавать-то толком не умеешь
ты никому не понравишься
ты просто отражение того
кем когда ты был и посреди
всей пустоты — ты встал
среди песчаных дюн ты светил
своим костром целую ночь
они всё правильно говорят
никто не может помочь

3.

измерить всю боль что ты
готов дальше нести вынести
твоё тело из твоей комнаты
вперёд ногами во двор где
семья вспоминает все крики
все ссоры как всё это сейчас
становится таким размытым
среди дворов что забудут тебя
они из тех о которых
ты всегда помнил и хранил
их глубоко внутри как мыслей
непрерывный поток воды

4.

я прыгаю в реку и всё стало
таким невзрачным там штыри
под водой и осколки стекла
там бревно которое с детьми
я закинул туда ради шутки
все тонет я тону ты тонешь
среди полупустой маршрутки
я и ты теперь словно куклы
на их лицах полно сожалений

5.

мы с тобой теперь снова хмурые
ходим в отчаянии замерзшие
по пересечениям улиц а на шее
ремни висят говорили что
когда-нибудь они пригодятся
а в психушке их забирали
так и думал что они всё знали
и в дураках остался лишь я
во мне не осталось ничего живого не осталось человека
хоть какого-то собственного
мнения или достоинств
я выпотрошенный труп кошки
закопанный во дворе после воскресной мессы я бедоносец
я лишний и безызвестный

6.

в кровати остался мой след
во сне опять кровоточили десны
я видел парад сотни планет
а здесь среди белого шума
на небе в своем синдроме
визуального снега я не вижу
даже звёзды что так близко
и так далеко высоко на крыше
я сплю и смотрю в твоё окно
меня не волнует с кем ты и где
мы на теле жизни пятно
что зудит и когда-то сотрётся

7.

три недели спустя я люблю тебя
как в кино но мы оба знаем
что скоро моя жизнь кончится
тонкая красная нить оборвётся
ты можешь засушить меня
как кленовый лист выжать меня
досуха и сделать кленовый сироп
я буду благодарен за что угодно
моё тело — твоё теперь
оно только твое хоть ты
и никогда за него не возьмёшься
оно бесполезное как и я сам
оно как impossible soul
оно тянется рвется горит
там сердце было когда-то
но больше не бьётся

8.

всё что я могу это лишь просить
когда-нибудь дать нам шанс
оставить всё и жить дальше
мы как у фелинни будем
клоунами в бродячем цирке
мы как пираты без корабля
как генри миллер и мона
как скволл и риноа как генри
тот самый генри чинаски
с самой любимой женщиной
нашел ее когда было так поздно
как селин и эдит и наш кот
такой же красивый и тоже
зовётся бебером с нами он
хоть на край света сбежит

9.

я в пальто по городу прошёлся
и нёс с собой все слова что
ты мне сказала я простыл
и лежу так знобит одиноко
а ты далеко и не скоро увижу
твоё лицо что стало так дорого
я не мог и представить что
чьи-то милые щёки почти
детские нежные руки и чьи-то
ресницы чьи-то глаза волосы
могу стать для меня чем-то
совсем необъятным ты другая
но ты есть жизнь что ключом
в нас всех бьёт моя дорогая

10.

я вовсе и не любил до тебя
и словно и не пытался и всё
для чего я жил здесь — тоже ты
но мне остались лишь мои
комплексы лишь мои сны
я мог совсем не рождаться
умереть четыре раза в детстве
от воспаления лёгких и тифа
я мог быть зарезанным матерью
сбитым машиной под поезд
упавшим в моксве вскрывшим
вены в березниках убитым
пулей в лоб на рельсы бы
лилась моя кровь и моя голова
была бы там и смотрела
прямиком в пустоту и ничто
вечно пытаясь найти хотя бы
далёкий отблеск тебя и твоей
красоты твоего сознания суть

11.

я не был здесь словно вовсе
мы как шум в красной пустыне
как два любовника в другом
фильме антониони мы падали
но мы живём дольше всех
дольше живут лишь те