УТРЕННЯЯ ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ. НАДВИГАЮЩАЯСЯ ТЕНЬ РОЯЛЯ

пустыня между ними все еще лежит
и стонет под лампой накаливания:
здесь такой тошнотворный запах,
как будто разлили йод.

она пришла и обнимает камень.
стоит и голову на плечи ей кладёт,
он хочет поменяться с ней местами.

она жалеет его,
рисует ему на спине
солнечных мамонтов
и говорит: “я люблю тебя,

но это уже ничего не меняет,
мне взамен не даёт ничего
и тебе ничего не даёт.

я уже исчерпала себя,
вернее, меня иссушили,
меня исчерпали,

и ты тоже
как был камнем,
так и остался камнем
еще со времен неолита”

у него на лице выступает испарина.
нет, болеть у него ничего не может,
но что-то же ведь болит –
вернее, напоминает боль.

ящерицы бегут на границу отчаяния,
подёргивают скрипичными хвостами,
как будто наперечёт.

их что-то ждет ещё они не знают сами,
и тень рояля, словно оползень, плывёт.

в деканате литинститута мне сказали, что я профнепригодна + творчески несостоятельна + светит отчисление. я ответила ладно

✺✺✺

моей маме в больнице однажды сказали,
что у всех людей один ангел-хранитель,
а у меня их целых два.

поэтому я доказывала соседским мальчикам
во дворе, что мне ничего не больно
и ничего не страшно.

поэтому мой позвоночник остался цел,
когда я перелетела сердцем через
велосипедную раму.

поэтому я решила не проверять,
что будет, если прыгнуть с крыши
двухэтажного дома на поле
взошедшей картошки.

поэтому, когда мы повзрослели,
неопытные влюбленные водители
исправно возвращали меня домой к девяти.

правда, один раз мы выехали на встречку:
к счастью, отделались только
вмятинами.

поэтому, когда один мой ангел-хранитель
засыпает или вовсе отворачивается,
другой склоняется над моим плечом
и наблюдает еще нежнее,

еще внимательнее.

✺ ✺ ✺

...но приходит большая волна,
и я ощутила ее толчок,
как удар твоего плеча
о мое плечо,
дорогой.

и она потащила меня,

она потащила меня за собой,
безвольную, слабую,
вниз головой.

там было столько красивых
блестящих цветных ракушек,
но для тебя ни одной –
ты меня все равно
не слушал.

помнишь, я говорила,
как папа учил меня
плавать в детстве?

я воды еще наглоталась
пресной. да и в солёной
с тех пор тону.
ну или просто —
глотаю блесны.

почему ты не слушаешь,
это история скучная
или я рассказала
неинтересно?

помнишь, мы ночью стоим у причала,
а впереди ничего. темнота,
у нее ни конца, ни лица,
ни начала – число π,

от которого нас укачало,

потом тошнило.

в последнее время книжки нагоняли на меня страшную тоску, так что я наконец-то занялась шитьем.

подруга даша, которая помогла сшить мое первое изделие, сказала зимой: «нельзя нервничать и торопиться. машинка это чувствует».

вчера в моей машинке застряла нитка, где-то в глубине механизма. я пыталась ее вытянуть, а потом поняла, что это и есть нерв.

и теперь, когда мне становится больно или грустно, я думаю о машинке. ни в коем случае нельзя выводить ее из себя.

La ville des pirates, 1983

и вот еще, что я написала четыре года назад:

***

какое легкое чувство мне больше совсем ничего не нужно и совсем не страшно как будто бы я неуязвима как будто бы я могу противопоставить всю свою оголтелую нежность целому миру и моей нежности будет больше потому что теперь я знаю что боли не существует теперь я вне боли то есть даже вне кармы потому что карма работает только если существует страдание а я чувствую силу этой огромной любви которая больше всякого страдания и это со мной впервые как будто бы я стала чем-то красивым и большим чем-то вроде божества вот такое большое чувство и это даже не просто счастье это даже не эйфория это больше это в общем история о том как меня бросили а я так счастлива что даже зубы в улыбке сводит