да, это стихотворение >>>

я иду по парку, по гончаровскому парку, но какая теперь разница. ищи меня в любом парке москвы, все они друг на друга похожи. я научилась ходить на каблуках и больше не спотыкаться – жаль, что ты сейчас не видишь моей красоты и несогласия. я знала, что мы не встретимся, но всё равно зачем-то надела юбку. теперь вот сижу у воды – всегда прихожу сюда, когда с кем-то мысленно прощаюсь.

когда-то я прощалась с <...>, ну, или мне так казалось, конечно, казалось. я решила, что буду сидеть здесь и не пошевелюсь до тех пор, пока не отпущу это. и я даже не плакала. я просто не шевелилась. а тебя я совсем не знала, но работа сердца почему-то всегда одинаковая. теперь я всё знаю про сердце. и мне даже не стыдно написать – сердце.

я рассказала тебе, как я лежала в детской кардиологической больнице. и про того шестнадцатилетнего мальчика, который признавался мне в чувствах и волновался: было слышно, как стучит его сердце, потому что однажды ему вскрыли грудную клетку на операционном столе и, чтобы качать кровь, его сердце делает в десять раз больше усилий, чем сердце здорового человека. потом пришли врачи, объявили отбой и погасили свет.

вскоре я узнала, что у меня аритмия и дисплазия соединительного митрального клапана. обычно, когда я это говорю людям, они меняются в лице. а я запомнила это длинное название только чтобы не ходить на физкультуру в школе. на самом деле это никакая не болезнь, просто оказалось, что моё сердце не является анатомическим эталоном. я долго пыталась его понять.

я сижу у пруда и думаю с первой–второй–третьей–четвёртой космической скоростью. прощаюсь с тобой. с тобой. мне горько, что я почти ничего о тебе не узнала. в июле начала вести личный дневник – розовый, девчачий: «я всегда пыталась себя переделать, переехала в другой город, поменяла имя, бросала курить, думала, может мне нужно быть блондинкой, учить французский…»

моя мама говорила, что можно изменить свою жизнь за один час, даже за несколько минут, если очень сильно постараться. этим я теперь и занимаюсь на скамейке возле воды, когда с кем-то мысленно прощаюсь. но тогда я плакала в телефонную трубку, она меня успокаивала, а я уже кричала: мама, мама, это всё не то, ты говоришь мне эти слова, но ничего меня не утешает, моя боль больше меня самой, из неё не существует выхода, мамочка, я пробовала делать всё, но она не становится меньше, из нее просто нет выхода, мама, не существует таких слов, которое утешат меня хотя бы немного.

«...запретить себе проверять его социальные сети, начать бегать по утрам, наладить режим, вовремя пить таблетки, читать скучные книжки и придумать ещё один странный способ, который поможет мне поумнеть».

сегодня фома акиньшин пошутил, что я уже не дважды варя, а четырежды варя. и правда, я подумала, что наконец-то достойна этого имени, наконец-то я соответствую самой себе. теперь я непоколебима, я больше не стараюсь кому-то понравиться, я не чувствую страха и одиночества. оказалось, что я нужна этому миру. вокруг столько людей, которые выбирают меня каждый день и сами нуждаются в моей любви, в моём неловком объятии, добром слове. и я буду любить, потому что любовь – это правильный порядок вещей.

а что до тех, кто оставил меня – я люблю каждого из них. они подарили мне свободу, они подарили мне имя – так что теперь я ношу его гордо, как украшение. а сердце моё всё равно открыто, оно будет честным и нежным. такой я пришла к тебе. теперь я с тобой мысленно прощаюсь, прощай, прощай, во мне ничего не изменилось. ты ничего у меня не отнял. пусть я так и не успела сказать тебе, в каком же парке можно будет меня найти.

у нее сошелся дЕбет с крЕдитом🫦

и на кого я променяла
свое лирическое ты

ребята я сейчас пила на свидании хадыженское пиво и играла в шахматы

абсолютное доказательство

я очень люблю эту жизнь я чувствую себя очень крутой талантливой и безумно красивой особенной женщиной если вам интересно шахматная партия окончилась моей победой