Наш спецкор Алина Верещагина вещает из Парижу.
Ну что я могу сказать. Взрослая Геля из СВ-шоу и автор "Белой стрекозы любви" разыгрывают инцест со всем натурализмом и совершенно не стесняющейся происходящего камерой, которая показывает все то, что мы стараемся в изображении этих процессов упустить. DAU 11 - на который я совершенно случайно попала в Théâtre de la Ville, как и во все остальные помещения - наверное, самый провокативный. В начале каждому учаснику выдается карта, которая к тому же еще и весит на каждом углу, но ориентироваться по ней совершенно невозможно. Удача увидить что-то эдакое зависит от дерзновения ломиться во все двери. Понравился коридор с воссозданным советским бытом и аутентичными актерами, которые выжимают мокрое белье, учат друг друга вязать или спят на койках. Но если для французов в этом есть диковинка, то для меня это значило приехать к дедушке домой - те же фигурки рыбок в серванте, тот же фотоальбом с людьми в знакомых позах, такая же посуда. С точки зрения кино фильмы сделаны очень круто - подбор актеров, костюмы, антураж, съемка - действительно гениально. Зачем в Théâtre du châtelet был подвал с секс-баром, где на весь экран мастурбировала полная женщина, а настенные полки были забиты фалоимитаторами, я так и не поняла. Как и в прочем подавляющее большинство вуайеристской эстетики проекта. Наверное, самым мощным экспириенсом для меня была встреча в том же самом Théâtre du châtelet с православным священником в облачении, которого я так и не осмелилась выхватить, чтобы спросить "зачем, как и почему?". Дам себе время, чтобы понять, почему все увиденное мной вчера вызывало такую истерию на фэйсбуке, а прочитанные мной перед походом статьи были похожи на идолопоклонство.
Ну что я могу сказать. Взрослая Геля из СВ-шоу и автор "Белой стрекозы любви" разыгрывают инцест со всем натурализмом и совершенно не стесняющейся происходящего камерой, которая показывает все то, что мы стараемся в изображении этих процессов упустить. DAU 11 - на который я совершенно случайно попала в Théâtre de la Ville, как и во все остальные помещения - наверное, самый провокативный. В начале каждому учаснику выдается карта, которая к тому же еще и весит на каждом углу, но ориентироваться по ней совершенно невозможно. Удача увидить что-то эдакое зависит от дерзновения ломиться во все двери. Понравился коридор с воссозданным советским бытом и аутентичными актерами, которые выжимают мокрое белье, учат друг друга вязать или спят на койках. Но если для французов в этом есть диковинка, то для меня это значило приехать к дедушке домой - те же фигурки рыбок в серванте, тот же фотоальбом с людьми в знакомых позах, такая же посуда. С точки зрения кино фильмы сделаны очень круто - подбор актеров, костюмы, антураж, съемка - действительно гениально. Зачем в Théâtre du châtelet был подвал с секс-баром, где на весь экран мастурбировала полная женщина, а настенные полки были забиты фалоимитаторами, я так и не поняла. Как и в прочем подавляющее большинство вуайеристской эстетики проекта. Наверное, самым мощным экспириенсом для меня была встреча в том же самом Théâtre du châtelet с православным священником в облачении, которого я так и не осмелилась выхватить, чтобы спросить "зачем, как и почему?". Дам себе время, чтобы понять, почему все увиденное мной вчера вызывало такую истерию на фэйсбуке, а прочитанные мной перед походом статьи были похожи на идолопоклонство.
На прошедшей лекции в Школе Родченко художница Елена Аносова рассказала, что помимо участия в грантовых программах и конкурсах, фотографу и художнику для успеха очень важно подписаться на каналы в телеграме (на https://news.1rj.ru/str/anthropocene_affairs или на t.me/ppstein, например)