Нам пишет
Сергей, Барнаул
[1/2]
Я живу в провинциальном городе в Сибири, ничем особо не примечательном, разве только тем, что здесь аж целых пять театров на 620 тыс. душ населения. В одном из этих храмов культуры я уже два года работаю монтировщиком и осветителем. Об этом бесценном опыте соприкосновения с «прекрасным», я и хотел бы вам рассказать.
Если кто не знает, монтировщик в театре — это человек, который каждый день собирает и разбирает декорации, таскает их с этажа на этаж, участвует в репетициях, делает перестановки между действиями и, по возможности, не умирает до конца смены. Работа тяжёлая, пыльная, шумная и абсолютно незаметная для публики. Но, как выяснилось, не только для публики.
С первого же месяца работы на меня, как из рога изобилия, посыпались «дополнительные обязанности». Ни в трудовом договоре, ни в должностной инструкции о них, разумеется, ни слова. Но откуда-то взялись разгрузка фур со стройматериалами, переноска мебели (вверх, вниз, а потом обратно), сборка и разборка кресел, и даже участие в банкетах — в качестве официанта, конечно, а не гостя. Особенно впечатлило, как весь монтировочный цех превратился в батальон дешёвых декораторов, когда театр украшали к очередному празднику.
За всё это мне «платят». То есть нет, не платят. Говорят «спасибо». Не всегда. На резонный вопрос, почему меня используют как бесплатную рабочую силу, руководство, не моргая глазом, ответило: «так везде». Видимо, в этом и есть великая идея «служения искусству». Главное — служить, а кормить вас никто не обещал.
Теперь о зарплате. Официальный оклад — 3600 рублей. Остальное, как я понял, начисляется по сложной системе, в которой участвуют начальственное настроение, давление воздуха, внутреннее состояние главного бухгалтера и, возможно, гороскоп. Как формируется итоговая сумма — выяснить я пытался, но быстро сдался. Разговаривать с бухгалтерией — всё равно что объясняться с инопланетянами, только без субтитров. В среднем выходит около 30 тысяч. Иногда меньше, иногда ещё меньше.
Жить на эти деньги, конечно, нельзя. Выживать — можно. Что я и делаю. Фактически живу в театре. Утро начинается в 6:30: уборка декораций после вчерашнего спектакля, подготовка сцены к репетиции, после — репетиция, потом вечерний спектакль. Если повезёт — в 22:00 домой. Если не повезёт — в 23:00. Всё это — на основной, большой сцене. А ведь есть ещё малая. Там всё то же самое, только в два раза быстрее и с ещё меньшим количеством людей. Плюс — обязанности осветителя.
#письма
Сергей, Барнаул
[1/2]
Я живу в провинциальном городе в Сибири, ничем особо не примечательном, разве только тем, что здесь аж целых пять театров на 620 тыс. душ населения. В одном из этих храмов культуры я уже два года работаю монтировщиком и осветителем. Об этом бесценном опыте соприкосновения с «прекрасным», я и хотел бы вам рассказать.
Если кто не знает, монтировщик в театре — это человек, который каждый день собирает и разбирает декорации, таскает их с этажа на этаж, участвует в репетициях, делает перестановки между действиями и, по возможности, не умирает до конца смены. Работа тяжёлая, пыльная, шумная и абсолютно незаметная для публики. Но, как выяснилось, не только для публики.
С первого же месяца работы на меня, как из рога изобилия, посыпались «дополнительные обязанности». Ни в трудовом договоре, ни в должностной инструкции о них, разумеется, ни слова. Но откуда-то взялись разгрузка фур со стройматериалами, переноска мебели (вверх, вниз, а потом обратно), сборка и разборка кресел, и даже участие в банкетах — в качестве официанта, конечно, а не гостя. Особенно впечатлило, как весь монтировочный цех превратился в батальон дешёвых декораторов, когда театр украшали к очередному празднику.
За всё это мне «платят». То есть нет, не платят. Говорят «спасибо». Не всегда. На резонный вопрос, почему меня используют как бесплатную рабочую силу, руководство, не моргая глазом, ответило: «так везде». Видимо, в этом и есть великая идея «служения искусству». Главное — служить, а кормить вас никто не обещал.
Теперь о зарплате. Официальный оклад — 3600 рублей. Остальное, как я понял, начисляется по сложной системе, в которой участвуют начальственное настроение, давление воздуха, внутреннее состояние главного бухгалтера и, возможно, гороскоп. Как формируется итоговая сумма — выяснить я пытался, но быстро сдался. Разговаривать с бухгалтерией — всё равно что объясняться с инопланетянами, только без субтитров. В среднем выходит около 30 тысяч. Иногда меньше, иногда ещё меньше.
Жить на эти деньги, конечно, нельзя. Выживать — можно. Что я и делаю. Фактически живу в театре. Утро начинается в 6:30: уборка декораций после вчерашнего спектакля, подготовка сцены к репетиции, после — репетиция, потом вечерний спектакль. Если повезёт — в 22:00 домой. Если не повезёт — в 23:00. Всё это — на основной, большой сцене. А ведь есть ещё малая. Там всё то же самое, только в два раза быстрее и с ещё меньшим количеством людей. Плюс — обязанности осветителя.
#письма
👍11🤨3
Нам пишет
Сергей, Барнаул
[2/2]
Актёры относятся к нам с должным уважением — то есть никак. За два года многие так и не поздоровались со мной ни разу. Мы для них вроде гвоздя в стене — вроде бы есть, но разговаривать с ним не обязательно. Администрация тоже не отстаёт: «вы тут деньги получаете ни за что», «четверо один стул несут», «всё равно сидите без дела». Спасибо, что не плюют в лицо — хотя, возможно, я просто вовремя уворачивался.
О технике безопасности в театре вспоминают только тогда, когда случается несчастный случай. И то — вскользь. Все силы и ресурсы бросаются не на защиту работников, а на выпуск спектаклей. Деньги, как вы понимаете, важнее людей. Даже если эти люди — те самые «винтики», без которых ничего не стоит вся их культура.
Почему я вообще туда пошёл? Наверное, как и многие, верил в иллюзию: мол, если делать работу с душой, то она перестанет быть повинностью. Я искренне хотел быть частью чего-то настоящего, живого, прекрасного. Но вместо этого получил пощечину от реальности. Не служение искусству, а грубая эксплуатация. Театр оказался не храмом, а коммерческой лавкой. Актёры — не интеллигенцией, а обывателями. И всё это — под вывеской высокой культуры.
Но, чтобы быть честным, скажу и о хорошем. За эти два года я встретил простых людей труда — монтировщиков, осветителей, швей, плотников — тех, кто не знал системы Станиславского, но жил по совести. Среди них были такие, в которых я увидел настоящую человеческую силу, ту, что в другое время, при других обстоятельствах, могла бы построить завод или полететь в космос. Как это уже случилось однажды — когда сыновья рабочих и крестьян стали академиками и инженерами.
Но сейчас, увы, они перетаскивают мебель по три этажа и слушают, как «культурная элита» поучает их, как правильно жить.
По поводу происходящего среди работников царит глухое, разрозненное возмущение, которое никуда не выливается. Кто-то ворчит в цехе или в курилке, но дальше этого не идёт. А есть и такие, кто добровольно холопствует перед начальством — из страха, привычки или в надежде на личную выгоду.
Представителей профсоюза в театре нет. Формально существует Алтайская краевая организация Общероссийского профессионального союза работников культуры, который подчиняется ФНПР. Но она выполняет сугубо декоративную функцию. Поэтому в нём состоят лишь единицы. Реальной защиты он не обеспечивает, а обращаться к ним считаю небезопасным.
Вот такое положение дел у нас на местах. Профсоюзное движение, настоящее, неподдельное нужно восстанавливать. Нужно организоваться.
#письма
Сергей, Барнаул
[2/2]
Актёры относятся к нам с должным уважением — то есть никак. За два года многие так и не поздоровались со мной ни разу. Мы для них вроде гвоздя в стене — вроде бы есть, но разговаривать с ним не обязательно. Администрация тоже не отстаёт: «вы тут деньги получаете ни за что», «четверо один стул несут», «всё равно сидите без дела». Спасибо, что не плюют в лицо — хотя, возможно, я просто вовремя уворачивался.
О технике безопасности в театре вспоминают только тогда, когда случается несчастный случай. И то — вскользь. Все силы и ресурсы бросаются не на защиту работников, а на выпуск спектаклей. Деньги, как вы понимаете, важнее людей. Даже если эти люди — те самые «винтики», без которых ничего не стоит вся их культура.
Почему я вообще туда пошёл? Наверное, как и многие, верил в иллюзию: мол, если делать работу с душой, то она перестанет быть повинностью. Я искренне хотел быть частью чего-то настоящего, живого, прекрасного. Но вместо этого получил пощечину от реальности. Не служение искусству, а грубая эксплуатация. Театр оказался не храмом, а коммерческой лавкой. Актёры — не интеллигенцией, а обывателями. И всё это — под вывеской высокой культуры.
Но, чтобы быть честным, скажу и о хорошем. За эти два года я встретил простых людей труда — монтировщиков, осветителей, швей, плотников — тех, кто не знал системы Станиславского, но жил по совести. Среди них были такие, в которых я увидел настоящую человеческую силу, ту, что в другое время, при других обстоятельствах, могла бы построить завод или полететь в космос. Как это уже случилось однажды — когда сыновья рабочих и крестьян стали академиками и инженерами.
Но сейчас, увы, они перетаскивают мебель по три этажа и слушают, как «культурная элита» поучает их, как правильно жить.
По поводу происходящего среди работников царит глухое, разрозненное возмущение, которое никуда не выливается. Кто-то ворчит в цехе или в курилке, но дальше этого не идёт. А есть и такие, кто добровольно холопствует перед начальством — из страха, привычки или в надежде на личную выгоду.
Представителей профсоюза в театре нет. Формально существует Алтайская краевая организация Общероссийского профессионального союза работников культуры, который подчиняется ФНПР. Но она выполняет сугубо декоративную функцию. Поэтому в нём состоят лишь единицы. Реальной защиты он не обеспечивает, а обращаться к ним считаю небезопасным.
Вот такое положение дел у нас на местах. Профсоюзное движение, настоящее, неподдельное нужно восстанавливать. Нужно организоваться.
#письма
👍19🔥2🤨1
В краевой детской клинической больнице Читы медики готовы уволиться из-за чрезмерных нагрузок. Эти нагрузки связаны с острой нехваткой кадров, о которой стало известно в июле*. В отделениях больницы дежурят по-одному, что особенно сильно бьёт по реанимации — там даже нет исправного лифта.
Коллектив обращался к руководству больницы, но проблему это не решило.
В Минздраве утверждают, что учреждение укомплектовано врачами на 70%, средним персоналом — на 72%. Закрывать нехватку кадров собираются выпускниками из медвузов и колледжей с учëтом «обязательных отработок».
* — о первых увольнениях из-за низких зарплат было известно ещё 4 года назад.
Коллектив обращался к руководству больницы, но проблему это не решило.
В Минздраве утверждают, что учреждение укомплектовано врачами на 70%, средним персоналом — на 72%. Закрывать нехватку кадров собираются выпускниками из медвузов и колледжей с учëтом «обязательных отработок».
* — о первых увольнениях из-за низких зарплат было известно ещё 4 года назад.
🤨6
Ассоциация преподавателей Далхаузи (DFA) и правление канадского университета не смогли договориться о зарплате в последний день примирения 11 августа. DFA требует повысить компенсирующие выплаты (IMC) членам профсоюза на 15% в течение 3-х лет, правление Университета согласно на 6% со ссылкой на оптимизацию расходов.
Месяцем ранее сообщалось, что большинство членов DFA проголосовало за проведение забастовки, если переговоры с Университетом не увенчаются успехом. В ответ работодатель обвинил профсоюз в «чрезмерной агрессивности» и заявил о возможном локауте для его членов.
Несмотря на результат голосования, в руководстве DFA отказались от проведения забастовок в августе.
Месяцем ранее сообщалось, что большинство членов DFA проголосовало за проведение забастовки, если переговоры с Университетом не увенчаются успехом. В ответ работодатель обвинил профсоюз в «чрезмерной агрессивности» и заявил о возможном локауте для его членов.
Несмотря на результат голосования, в руководстве DFA отказались от проведения забастовок в августе.
🔥9
Работа под знойным солнцем (1/3)
Лето 2025 года в России выдалось жарким. Температура воздуха в Центральной части страны в июне-июле была на 3-4 градуса выше, чем обычно [1]. Например, в Воронежской, Белгородской, Липецкой, Тамбовской областях температура поднималась до 38 градусов [2]. В Сибири термометр показывал под 45 градусов — возникла большая опасность лесных пожаров. А в южных регионах температура достигала 40 градусов при отсутствии даже слабого ветра [там же].
Важно понимать, что высокая температура плохо влияет на рабочий процесс. При высоких показаниях термометра у людей ухудшается самочувствие, а перегрев может привести к тепловому удару. Вдобавок у многих обостряются хронические заболевания. Чаще всего жара бьёт по сердечно-сосудистой системе человека [3].
Подобный случай был 11 июля в Ставропольском крае. В 40-градусную жару на "субботнике" плохо стало 58-летней работнице администрации — заболело сердце. Скорая увезла женщину в больницу, но позже работница скончалась. Администрация попыталась замять инцидент. «Свой» судмедэксперт заключил, что смерть наступила от панкреатита. Однако ранее женщина проходила обследование, и никаких заболеваний желудка не обнаружилось. В дополнение к этому изначально в больнице ей поставили острый инфаркт миокарда [4].
Другая ситуация произошла 15 июля в Адыгее, когда молодой работник цеха чуть не потерял сознание на производстве. «У них кондиционеры не работают. 60 градусов в цеху» — сообщил рабочий. Далее, когда парень пожаловался начальству на невыносимые условия, его уволили, при этом пригрозили выставить наркозависимым [5].
Также своей историей с вахты поделился один из наших подписчиков:
«Работаю в нефтяной региональной компании. Занимаемся строительством и ремонтом нефтепроводов. Конкретно я тружусь в лаборатории неразрушающего контроля (ЛНК). С помощью радиографической плёнки смотрим сварные швы на дефекты.
Работа выездная. Например, утром едем в поле или на завод и «светим» сварные швы между трубами на плёнку, чтобы затем проверить их в лаборатории. Трубы бывают разные: от совсем мелких (57 мм) до больших (1020 мм и 1220 мм). Сами поездки занимают до 1,5 часа в одну сторону. Плюс сам «просвет» несколько часов. График ненормированный. Можно приехать утром и уехать к позднему вечеру. Работаем под открытым небом. Часто приходится спускаться в траншею или котлован.
Ситуации, как понятно, бывают разные. Поэтому аппаратура тоже меняется от случая к случаю. Есть электролучевая пушка, которая «светит» снаружи трубы. Но также есть пушка, которую приходится заталкивать внутрь трубопровода. Далее, она катится на шов с помощью привода «Кролика» (Crawler или Кроулер). Он управляется снаружи с помощью магнитного пульта. Пульт ставится снаружи на шов, и создаётся магнитное поле. Когда «Кролик» улавливает поле, он останавливается. Иногда приходится выставлять всё вручную — сами залезаем в трубу с пультом и идём в сторону шва; спереди катится «Кролик».
#жара #условиятруда
Лето 2025 года в России выдалось жарким. Температура воздуха в Центральной части страны в июне-июле была на 3-4 градуса выше, чем обычно [1]. Например, в Воронежской, Белгородской, Липецкой, Тамбовской областях температура поднималась до 38 градусов [2]. В Сибири термометр показывал под 45 градусов — возникла большая опасность лесных пожаров. А в южных регионах температура достигала 40 градусов при отсутствии даже слабого ветра [там же].
Важно понимать, что высокая температура плохо влияет на рабочий процесс. При высоких показаниях термометра у людей ухудшается самочувствие, а перегрев может привести к тепловому удару. Вдобавок у многих обостряются хронические заболевания. Чаще всего жара бьёт по сердечно-сосудистой системе человека [3].
Подобный случай был 11 июля в Ставропольском крае. В 40-градусную жару на "субботнике" плохо стало 58-летней работнице администрации — заболело сердце. Скорая увезла женщину в больницу, но позже работница скончалась. Администрация попыталась замять инцидент. «Свой» судмедэксперт заключил, что смерть наступила от панкреатита. Однако ранее женщина проходила обследование, и никаких заболеваний желудка не обнаружилось. В дополнение к этому изначально в больнице ей поставили острый инфаркт миокарда [4].
Другая ситуация произошла 15 июля в Адыгее, когда молодой работник цеха чуть не потерял сознание на производстве. «У них кондиционеры не работают. 60 градусов в цеху» — сообщил рабочий. Далее, когда парень пожаловался начальству на невыносимые условия, его уволили, при этом пригрозили выставить наркозависимым [5].
Также своей историей с вахты поделился один из наших подписчиков:
«Работаю в нефтяной региональной компании. Занимаемся строительством и ремонтом нефтепроводов. Конкретно я тружусь в лаборатории неразрушающего контроля (ЛНК). С помощью радиографической плёнки смотрим сварные швы на дефекты.
Работа выездная. Например, утром едем в поле или на завод и «светим» сварные швы между трубами на плёнку, чтобы затем проверить их в лаборатории. Трубы бывают разные: от совсем мелких (57 мм) до больших (1020 мм и 1220 мм). Сами поездки занимают до 1,5 часа в одну сторону. Плюс сам «просвет» несколько часов. График ненормированный. Можно приехать утром и уехать к позднему вечеру. Работаем под открытым небом. Часто приходится спускаться в траншею или котлован.
Ситуации, как понятно, бывают разные. Поэтому аппаратура тоже меняется от случая к случаю. Есть электролучевая пушка, которая «светит» снаружи трубы. Но также есть пушка, которую приходится заталкивать внутрь трубопровода. Далее, она катится на шов с помощью привода «Кролика» (Crawler или Кроулер). Он управляется снаружи с помощью магнитного пульта. Пульт ставится снаружи на шов, и создаётся магнитное поле. Когда «Кролик» улавливает поле, он останавливается. Иногда приходится выставлять всё вручную — сами залезаем в трубу с пультом и идём в сторону шва; спереди катится «Кролик».
#жара #условиятруда
🔥8👍4
Работа под знойным солнцем (2/3)
Не так давно — в середине июля — работал в одном из южных регионов. Трубопровод уже сварили, и нужно было повторно проконтролировать около 15 стыков. Условно, труба 10 м в длину. 15 труб — 150 метров. В трубопровод был заход, «светили» швы 1020 мм с помощью «Кролика», но выставляли вручную внутри трубопровода. В соответствии с ТБ мы не имеем права двигаться внутрь более, чем на 20-40 метров без оборудованной вентиляции. Однако «чтобы побыстрее закончить» пришлось залазить внутрь, чтобы выставить аппарат на расстоянии 150 м внутри трубопровода. (Некоторые и на 2 км в одну сторону углублялись. К их счастью была тележка, на которой они ехали). Почему хотелось закончить «побыстрее»? Если бы «светили» как положено в таких случаях — снаружи через две стенки, то на один шов уходило бы до 4 часов. А на всё про всё отводилось несколько дней.
Южный регион, середина июля, аномальная жара, и уже к 10 часам утра трубопровод нагревался так, что жарко просто рядом с ним находиться. Мне же пешком довелось идти на 150 м только до шва. Во время «просвета» необходимо было убегать на 20 м назад, чтобы не получить дозу радиации. Отбегал, ложился на спину внутри трубы, и от земли всё же был небольшой холодок. Однако чем ближе я был к выходу, тем было жарче. Солнце успело разогреть трубопровод, который частью был не закопан, и отдохнуть уже не получалось. Снизу, сверху, справа и слева был горяченный металл. Воздух внутри, соответственно, также нагрелся до высоких значений. Я довольно молод и неплохо скроен, не имею проблем с сердцем и сосудами, однако мне было крайне сложно там находиться. Воздух горячий, и его не хватает от постоянных пробежек. Сердце вырывается из груди от таких нагрузок, кровь бьёт по ушам.
Остался жив. Отдыхал от путешествия в нефтепровод около часа. Поспрашивал людей постарше — говорят, что раньше ещё и вручную катили пушку на шов, даже без «Кролика». А как здоровье? — У одного «колени стёрлись», у другого сердце «барахлит» после частых походов в трубу.
Я не хочу сказать, что работа вся такая. Нет. Бывает и по одному шву в день забираем. Потом с документами работаем в лаборатории под кондиционером. Однако вот такие путешествия в трубопровод заставляют работать организм на износ. Пару десятков раз залезешь так в трубопровод, и можно вперёд ногами выносить оттуда. ТБ никто не соблюдает, и я в том числе. Работа так поставлена. И не только у нас, а повсеместно. ТБ соблюдают только те, кто за неё ответственный. Они в новой форме, в очках, в касках. Приедут на 30 минут, найдут себе жертву без каски или верхней одежды, поругают и уедут. При этом они вовсе не обращают внимания на температуру воздуха, на отсутствие воды и на другие рекомендации санитарных норм. После проверок трудимся, как обычно».
#жара #условиятруда
Не так давно — в середине июля — работал в одном из южных регионов. Трубопровод уже сварили, и нужно было повторно проконтролировать около 15 стыков. Условно, труба 10 м в длину. 15 труб — 150 метров. В трубопровод был заход, «светили» швы 1020 мм с помощью «Кролика», но выставляли вручную внутри трубопровода. В соответствии с ТБ мы не имеем права двигаться внутрь более, чем на 20-40 метров без оборудованной вентиляции. Однако «чтобы побыстрее закончить» пришлось залазить внутрь, чтобы выставить аппарат на расстоянии 150 м внутри трубопровода. (Некоторые и на 2 км в одну сторону углублялись. К их счастью была тележка, на которой они ехали). Почему хотелось закончить «побыстрее»? Если бы «светили» как положено в таких случаях — снаружи через две стенки, то на один шов уходило бы до 4 часов. А на всё про всё отводилось несколько дней.
Южный регион, середина июля, аномальная жара, и уже к 10 часам утра трубопровод нагревался так, что жарко просто рядом с ним находиться. Мне же пешком довелось идти на 150 м только до шва. Во время «просвета» необходимо было убегать на 20 м назад, чтобы не получить дозу радиации. Отбегал, ложился на спину внутри трубы, и от земли всё же был небольшой холодок. Однако чем ближе я был к выходу, тем было жарче. Солнце успело разогреть трубопровод, который частью был не закопан, и отдохнуть уже не получалось. Снизу, сверху, справа и слева был горяченный металл. Воздух внутри, соответственно, также нагрелся до высоких значений. Я довольно молод и неплохо скроен, не имею проблем с сердцем и сосудами, однако мне было крайне сложно там находиться. Воздух горячий, и его не хватает от постоянных пробежек. Сердце вырывается из груди от таких нагрузок, кровь бьёт по ушам.
Остался жив. Отдыхал от путешествия в нефтепровод около часа. Поспрашивал людей постарше — говорят, что раньше ещё и вручную катили пушку на шов, даже без «Кролика». А как здоровье? — У одного «колени стёрлись», у другого сердце «барахлит» после частых походов в трубу.
Я не хочу сказать, что работа вся такая. Нет. Бывает и по одному шву в день забираем. Потом с документами работаем в лаборатории под кондиционером. Однако вот такие путешествия в трубопровод заставляют работать организм на износ. Пару десятков раз залезешь так в трубопровод, и можно вперёд ногами выносить оттуда. ТБ никто не соблюдает, и я в том числе. Работа так поставлена. И не только у нас, а повсеместно. ТБ соблюдают только те, кто за неё ответственный. Они в новой форме, в очках, в касках. Приедут на 30 минут, найдут себе жертву без каски или верхней одежды, поругают и уедут. При этом они вовсе не обращают внимания на температуру воздуха, на отсутствие воды и на другие рекомендации санитарных норм. После проверок трудимся, как обычно».
#жара #условиятруда
🔥11
Работа под знойным солнцем (3/3)
Можно видеть, что работодатели крайне редко выстраивают работу по нормам ТБ и Охраны труда. В одном случае "субботник", который привёл к смерти человека. В другом случае цех, в котором люди теряют сознание. И вдобавок разогретый солнцем трубопровод, способный сварить заживо. Фотоотчёты перед вышестоящим начальством, экономия на кондиционерах, спешка ради прибыли — всё это является причинами подорванного здоровья рабочих.
А как должно быть? СанПиН говорит, что в помещении температура должна держаться на 16-25 °C. Если термометр показывает значение 28,5°C, то рабочий день «рекомендуется» сократить на час; если 29,5 °C, то на 2 часа; если 30,5°C, то на 4 часа. Кроме того, работников необходимо обеспечить питьевой водой. При температуре 31°C «рекомендуется» освободить работников физического труда, а при 32,5°C — работников офиса. Сказано, что для уличных работ температура 32,5° C является опасной. Опять же «не рекомендуется» проводить работы при такой жаре; следует перенести работы на утро/вечер или объявить простой. Если же приходится работать в таких условиях, необходимо иметь спецодежду и трудиться по 15-20 минут с частыми перерывами; общее время на улице не должно превышать 5 часов [6, 7].
Стоит отдельно сказать о сокращении рабочего дня в жару. Это всего лишь рекомендация, то есть происходит по желанию начальства. То же относится к простою и переносу работ. На деле всё выглядит так: пока вы письменно не уведомите начальство об опасной температуре, оно имеет полное право ничего не делать. Если вы не знаете своих прав и не пользуетесь ими, руководство не будет улучшать условия труда. Однако даже в случае, когда вы откажетесь работать в опасных условиях, вас могут "с позором" уволить, как это было с молодым цеховиком.
Что же делать? Учиться на ошибках, изучить свои трудовые права и коллективно их защищать. Летняя жара — это повод для массовых жалоб со стороны рабочих.
Но разве только летом работодатель экономит на здоровье работников? Конечно, нет. На протяжении 9 месяцев до этого рабочие также перерабатывали, получали травмы и терпели хамское отношение. Однако в жару трудовые споры обостряются. Вопрос об охране труда ставится ребром. Жара изнуряет и подталкивает трудовое население на защиту своих интересов.
Например, как это было в прошлом году на складе Wildberries. Опять июль, снова жара: 30°C на складе. Работники жаловались на высокую температуру и отсутствие воды. Чем выше по этажам, тем хуже условия. Когда на местах установили кулеры, ситуация лучше не стала. Вода разогревалась или её катастрофически не хватало. Часть работников решила бастовать, однако стачка не состоялась. Одни побоялись увольнений, а другие не видели перспективы [8].
Мы часто говорим о необходимости объединяться, создавать профсоюзы. Как видно, это не простое пожелание — это необходимость. Даже когда часть рабочих готова бастовать ради защиты своих интересов, их силы распыляются, у них нет уверенности в победе, имеется страх перед руководством. Наличие профсоюза исправляет эту ситуацию. Он подобен штабу в армии. Он задаёт направление трудовой борьбы и организует вокруг себя трудящихся. С его помощью можно заключить коллективный трудовой договор, который закрепит требования рабочих. Например, это очень актуально для сотрудников того же склада WB. Большинство из них работает по ГПХ, поэтому ни больничных, ни отпускных, ни пенсионных отчислений работодатель не предоставляет.
В ваших интересах отстаивать трудовые интересы. Делать это нужно не только летом и не поодиночке, а коллективно и круглогодично. Только так вы сможете добиться уважительного отношения, достойных условий труда и хорошей зарплаты.
Профцентр поможет организовать профсоюз. Пишите нашему боту: @profcen_bot — это бесплатно.
#жара #условиятруда
Можно видеть, что работодатели крайне редко выстраивают работу по нормам ТБ и Охраны труда. В одном случае "субботник", который привёл к смерти человека. В другом случае цех, в котором люди теряют сознание. И вдобавок разогретый солнцем трубопровод, способный сварить заживо. Фотоотчёты перед вышестоящим начальством, экономия на кондиционерах, спешка ради прибыли — всё это является причинами подорванного здоровья рабочих.
А как должно быть? СанПиН говорит, что в помещении температура должна держаться на 16-25 °C. Если термометр показывает значение 28,5°C, то рабочий день «рекомендуется» сократить на час; если 29,5 °C, то на 2 часа; если 30,5°C, то на 4 часа. Кроме того, работников необходимо обеспечить питьевой водой. При температуре 31°C «рекомендуется» освободить работников физического труда, а при 32,5°C — работников офиса. Сказано, что для уличных работ температура 32,5° C является опасной. Опять же «не рекомендуется» проводить работы при такой жаре; следует перенести работы на утро/вечер или объявить простой. Если же приходится работать в таких условиях, необходимо иметь спецодежду и трудиться по 15-20 минут с частыми перерывами; общее время на улице не должно превышать 5 часов [6, 7].
Стоит отдельно сказать о сокращении рабочего дня в жару. Это всего лишь рекомендация, то есть происходит по желанию начальства. То же относится к простою и переносу работ. На деле всё выглядит так: пока вы письменно не уведомите начальство об опасной температуре, оно имеет полное право ничего не делать. Если вы не знаете своих прав и не пользуетесь ими, руководство не будет улучшать условия труда. Однако даже в случае, когда вы откажетесь работать в опасных условиях, вас могут "с позором" уволить, как это было с молодым цеховиком.
Что же делать? Учиться на ошибках, изучить свои трудовые права и коллективно их защищать. Летняя жара — это повод для массовых жалоб со стороны рабочих.
Но разве только летом работодатель экономит на здоровье работников? Конечно, нет. На протяжении 9 месяцев до этого рабочие также перерабатывали, получали травмы и терпели хамское отношение. Однако в жару трудовые споры обостряются. Вопрос об охране труда ставится ребром. Жара изнуряет и подталкивает трудовое население на защиту своих интересов.
Например, как это было в прошлом году на складе Wildberries. Опять июль, снова жара: 30°C на складе. Работники жаловались на высокую температуру и отсутствие воды. Чем выше по этажам, тем хуже условия. Когда на местах установили кулеры, ситуация лучше не стала. Вода разогревалась или её катастрофически не хватало. Часть работников решила бастовать, однако стачка не состоялась. Одни побоялись увольнений, а другие не видели перспективы [8].
Мы часто говорим о необходимости объединяться, создавать профсоюзы. Как видно, это не простое пожелание — это необходимость. Даже когда часть рабочих готова бастовать ради защиты своих интересов, их силы распыляются, у них нет уверенности в победе, имеется страх перед руководством. Наличие профсоюза исправляет эту ситуацию. Он подобен штабу в армии. Он задаёт направление трудовой борьбы и организует вокруг себя трудящихся. С его помощью можно заключить коллективный трудовой договор, который закрепит требования рабочих. Например, это очень актуально для сотрудников того же склада WB. Большинство из них работает по ГПХ, поэтому ни больничных, ни отпускных, ни пенсионных отчислений работодатель не предоставляет.
В ваших интересах отстаивать трудовые интересы. Делать это нужно не только летом и не поодиночке, а коллективно и круглогодично. Только так вы сможете добиться уважительного отношения, достойных условий труда и хорошей зарплаты.
Профцентр поможет организовать профсоюз. Пишите нашему боту: @profcen_bot — это бесплатно.
#жара #условиятруда
🔥9👍5
Неделю назад более 200 рабочих алюминиевого завода Dajcor Aluminum в Чатеме (Канада) завершили 8-дневную забастовку. Итогом стал новый коллективный договор между местным отделением профсоюза Unifor и работодателем.
Теперь работникам должны повысить зарплаты на 20% в течение 4-х лет, увеличить льготы и выдать единовременную выплату.
Со слов профсоюза, забастовка началась в ответ на планы работодателя демонтировать оборудование и привезти на предприятие штрейкбрехеров — они были нужны, так как рабочие отклонили предварительное соглашение.
* — англоязычное обозначение штрейкбрехеров.
Теперь работникам должны повысить зарплаты на 20% в течение 4-х лет, увеличить льготы и выдать единовременную выплату.
Со слов профсоюза, забастовка началась в ответ на планы работодателя демонтировать оборудование и привезти на предприятие штрейкбрехеров — они были нужны, так как рабочие отклонили предварительное соглашение.
«Наши члены усердно трудятся и гордятся тем, что производят высококачественные детали. План компании демонтировать оборудование и завезти скэбов* — это пощёчина тем самым работникам, которые приносят ей прибыль», — заявил президент местного отделения Unifor Джефф Макфадден.
* — англоязычное обозначение штрейкбрехеров.
🔥12
В крупнейшей больнице индийского округа Кумаон «Sushila Tiwari» медики из Корпорации по обеспечению благосостояния бывших военнослужащих Уттаракханда (UPNL) объявили, что будут каждый день проводить 3-часовые забастовки. Им не выдают зарплату уже 5 месяцев. Работники заявили: если задолженность не погасят до 20 августа, то забастовка станет бессрочной.
В июне медики UPNL выразили аналогичный протест, но требования касались не только зарплаты. Работодатель игнорировал прошлогоднее решение Верховного суда Индии об обязанности заключить с рабочими не временные, а постоянные договоры.
Борьба за признание трудоустройства в штат ведётся с 2010 года. Лишь в 2018-ом Высокий суд Уттаракханда признал это право за работниками вместе с правом получать равную зарплату за равный труд. Однако правительство штата подало апелляцию в Верховный суд и добилось приостановки этого решения со ссылкой на «финансовые затраты».
В июне медики UPNL выразили аналогичный протест, но требования касались не только зарплаты. Работодатель игнорировал прошлогоднее решение Верховного суда Индии об обязанности заключить с рабочими не временные, а постоянные договоры.
Борьба за признание трудоустройства в штат ведётся с 2010 года. Лишь в 2018-ом Высокий суд Уттаракханда признал это право за работниками вместе с правом получать равную зарплату за равный труд. Однако правительство штата подало апелляцию в Верховный суд и добилось приостановки этого решения со ссылкой на «финансовые затраты».
«Правительство тратит миллионы рупий на дорогих адвокатов, в то время как интересы низкооплачиваемых работников игнорируются», — отметили тогда в профсоюзе UPNL.
🔥8🤨2
С 9 августа Федерация служащих секретариата Бихара (фракция Гоп) начала бессрочную забастовку. Причина: правительство игнорирует требования профсоюза, несмотря на мирные акции и подачи петиций с конца июня.
Ключевые требования Федерации:
▫️пересмотреть систему оплаты труда и карьерного роста;
▫️увеличить штат с учётом возросшей нагрузки;
▫️обеспечить бесплатным жильëм всех сотрудников по месту работы;
▫️вернуть старую пенсионную систему (OPS).
Сообщается, что стачка служащих парализовала административную работу по всему штату — от выдачи свидетельств о рождении/смерти до сбора налогов.
Рабочие заявили, что, пока все требования не будут выполнены, забастовка продолжится.
Ключевые требования Федерации:
▫️пересмотреть систему оплаты труда и карьерного роста;
▫️увеличить штат с учётом возросшей нагрузки;
▫️обеспечить бесплатным жильëм всех сотрудников по месту работы;
▫️вернуть старую пенсионную систему (OPS).
Сообщается, что стачка служащих парализовала административную работу по всему штату — от выдачи свидетельств о рождении/смерти до сбора налогов.
Рабочие заявили, что, пока все требования не будут выполнены, забастовка продолжится.
🔥13
Новозеландская организация медсестëр (NZNO) решила продолжить забастовку в сентябре.
Напомним, что основной причиной для протеста стала хроническая нехватка кадров в здравоохранении (Te Whatu Ora). Несмотря на это, Te Whatu Ora отказывает в трудоустройстве 55% выпускников медвузов, которым говорят: «haere rā» — «уезжайте за границу».
В тоже время Te Whatu Ora благодарит Ассоциацию акушерства (MERAS) за урегулирование конфликта: объединение приняло предложенные условия и подписало коллективный договор. По нему акушерам/акушеркам повысят зарплаты на 3,5% в течение 29 месяцев и дадут бонусную выплату в размере 235 долларов США.
При этом в Министерстве уверяют, что проблемы с дефицитом кадров нет, а NZNO пора бы уже «отменить свои забастовки» за 3% к зарплате как минимум ещё на 2 года.
Напомним, что основной причиной для протеста стала хроническая нехватка кадров в здравоохранении (Te Whatu Ora). Несмотря на это, Te Whatu Ora отказывает в трудоустройстве 55% выпускников медвузов, которым говорят: «haere rā» — «уезжайте за границу».
«Эти вызовы не прекратятся без сопротивления. Как работники здравоохранения, мы должны бороться с несправедливостью в сфере здравоохранения и социальной несправедливостью», — заявили в NZNO.
В тоже время Te Whatu Ora благодарит Ассоциацию акушерства (MERAS) за урегулирование конфликта: объединение приняло предложенные условия и подписало коллективный договор. По нему акушерам/акушеркам повысят зарплаты на 3,5% в течение 29 месяцев и дадут бонусную выплату в размере 235 долларов США.
При этом в Министерстве уверяют, что проблемы с дефицитом кадров нет, а NZNO пора бы уже «отменить свои забастовки» за 3% к зарплате как минимум ещё на 2 года.
🔥10
Рабочие «Росиндустрии» борются за зарплату (1/2)
Около 100 сотрудников фирмы «Росиндустрия» не могут получить зарплату с начала 2025 года.
В компании трудятся дворники, сантехники, разнорабочие — большей частью это люди предпенсионного и пенсионного возраста. Работодатель не заключил с ними трудовых договоров и обещал исправно платить. Однако вот уже полгода компания задерживает зарплаты. Поэтому рабочие вышли на улицу вместе с плакатами и требуют заработанного [1].
И всё же первая акция, которую планировали на 6 августа, сорвалась. Инициативной группе из 10 человек выплатили деньги, и они отказались от каких-либо протестных акций. Индивидуальных или коллективных договоров с ними так и не заключили. Впрочем, они этого и не требовали.
Следующий пикет состоялся 8 августа. Местная администрация отказала согласовать акцию у дома профсоюзов и поблизости студгородка ЮФУ. Пришлось выражать недовольство в Советском районе на пересечении переулка «Гарнизонный» и улицы «Доватора». То есть вдали от скопления жителей, в глухом месте [2].
Во время акции рабочим позвонил бухгалтер и насмешливо сказал: «Если думаете, что у вас получиться «выбить» деньги, как у предыдущей группы сотрудников, то глубоко ошибаетесь». Чуть позже дополнил: «Ну приходите с понедельника, будем выплачивать по 1,5 - 2 тысячи».
Работникам также помогают местные организации. Они составляют обращения в прокуратуру и трудовую инспекцию. Однако честнее будет сказать, что эти организации ведут рабочих за ручку и пытаются заработать социальное одобрение, выставляя на показ фотоотчёты. Планируется создать профсоюз, на деле — первичную организацию в составе СПР*. Это типичный органайзер, который не готовит работников к профсоюзной борьбе. Наоборот, он выступает в качестве поводыря, на которого возлагаются все проблемы.
*СПР — Союз Профсоюзов России.
Как итог, рабочие не могут самостоятельно отстаивать свои интересы и вынуждены рассчитывать на таких вот помощников. Последние зачастую заявляют: «Профсоюзы и бизнес — две стороны одной монеты, обречённые на сотрудничество» [3]. То есть напрямую говорят: «Мы с бизнесменами партнёры. Их интересы сходятся с нашими интересами». Делаем вывод: если бизнесменов не волнует мнение рабочих, значит органайзеров оно так же не волнует. К этому можно добавить и то, что органайзеры зачастую продают своим членам юридические услуги. Получается что-то вроде бизнеса с постоянной клиентской базой.
#забастовки #рабочие
Около 100 сотрудников фирмы «Росиндустрия» не могут получить зарплату с начала 2025 года.
В компании трудятся дворники, сантехники, разнорабочие — большей частью это люди предпенсионного и пенсионного возраста. Работодатель не заключил с ними трудовых договоров и обещал исправно платить. Однако вот уже полгода компания задерживает зарплаты. Поэтому рабочие вышли на улицу вместе с плакатами и требуют заработанного [1].
И всё же первая акция, которую планировали на 6 августа, сорвалась. Инициативной группе из 10 человек выплатили деньги, и они отказались от каких-либо протестных акций. Индивидуальных или коллективных договоров с ними так и не заключили. Впрочем, они этого и не требовали.
Следующий пикет состоялся 8 августа. Местная администрация отказала согласовать акцию у дома профсоюзов и поблизости студгородка ЮФУ. Пришлось выражать недовольство в Советском районе на пересечении переулка «Гарнизонный» и улицы «Доватора». То есть вдали от скопления жителей, в глухом месте [2].
Во время акции рабочим позвонил бухгалтер и насмешливо сказал: «Если думаете, что у вас получиться «выбить» деньги, как у предыдущей группы сотрудников, то глубоко ошибаетесь». Чуть позже дополнил: «Ну приходите с понедельника, будем выплачивать по 1,5 - 2 тысячи».
Работникам также помогают местные организации. Они составляют обращения в прокуратуру и трудовую инспекцию. Однако честнее будет сказать, что эти организации ведут рабочих за ручку и пытаются заработать социальное одобрение, выставляя на показ фотоотчёты. Планируется создать профсоюз, на деле — первичную организацию в составе СПР*. Это типичный органайзер, который не готовит работников к профсоюзной борьбе. Наоборот, он выступает в качестве поводыря, на которого возлагаются все проблемы.
*СПР — Союз Профсоюзов России.
Как итог, рабочие не могут самостоятельно отстаивать свои интересы и вынуждены рассчитывать на таких вот помощников. Последние зачастую заявляют: «Профсоюзы и бизнес — две стороны одной монеты, обречённые на сотрудничество» [3]. То есть напрямую говорят: «Мы с бизнесменами партнёры. Их интересы сходятся с нашими интересами». Делаем вывод: если бизнесменов не волнует мнение рабочих, значит органайзеров оно так же не волнует. К этому можно добавить и то, что органайзеры зачастую продают своим членам юридические услуги. Получается что-то вроде бизнеса с постоянной клиентской базой.
#забастовки #рабочие
🔥11
Рабочие «Росиндустрии» борются за зарплату (2/2)
Вместо создания реального профсоюза рабочим подсовывают организацию, которая не будет до конца отстаивать их интересы; не будет им подконтрольна, а скорее наоборот — они будут подчиняться ей. Целью таких объединений являются деньги и медийность.
Обратим внимание и на то, как разворачивался трудовой конфликт. Когда планировали первую акцию, 10 активистам выплатили деньги, и они сразу же отступили. Что это значит? В коллективе отсутствует солидарность. Рабочие не понимают, что сиюминутные выгоды не помогут решить проблему с зарплатами, а только усугубят её в будущем.
Сегодня зарплату дали, а завтра снова не выплатят, и снова полгода ждать. Однако те, кто согласился выйти на протест в первый раз, больше не захотят иметь с вами общих дел. Они будут помнить, как вы отступили при первой возможности и бросили товарищей по несчастью. Такие жесты только разобщают, играют на руку работодателю, который спит и видит, чтобы подчинённые не общались между собой и не выступили общим фронтом против него.
Если вы решили вступить на путь профсоюзной борьбы, то будьте готовы заботиться не только о себе, но и о товарищах по несчастью. Ведь защита трудовых интересов — это не про «получить зарплату и забыть до следующего раза». Такими наплывами вы ничего не добьётесь. Борьба за трудовые права — это про постоянный конфликт интересов между работниками и работодателем.
Только совместными и сознательными действиями можно защитить свою зарплату, добиться коллективного трудового договора, а вместе с ним больничных, отпускных и пенсионных отчислений. В трудовом договоре можно закрепить такие требования, которые улучшат ваши условия труда.
Подробнее о создании независимого профсоюза читайте в Профцентре, мы расскажем о юридических тонкостях профсоюзной борьбы. Также мы оказываем бесплатную юридическую и информационную поддержку.
Пишите: @profcen_bot.
#забастовки #рабочие
Вместо создания реального профсоюза рабочим подсовывают организацию, которая не будет до конца отстаивать их интересы; не будет им подконтрольна, а скорее наоборот — они будут подчиняться ей. Целью таких объединений являются деньги и медийность.
Обратим внимание и на то, как разворачивался трудовой конфликт. Когда планировали первую акцию, 10 активистам выплатили деньги, и они сразу же отступили. Что это значит? В коллективе отсутствует солидарность. Рабочие не понимают, что сиюминутные выгоды не помогут решить проблему с зарплатами, а только усугубят её в будущем.
Сегодня зарплату дали, а завтра снова не выплатят, и снова полгода ждать. Однако те, кто согласился выйти на протест в первый раз, больше не захотят иметь с вами общих дел. Они будут помнить, как вы отступили при первой возможности и бросили товарищей по несчастью. Такие жесты только разобщают, играют на руку работодателю, который спит и видит, чтобы подчинённые не общались между собой и не выступили общим фронтом против него.
Если вы решили вступить на путь профсоюзной борьбы, то будьте готовы заботиться не только о себе, но и о товарищах по несчастью. Ведь защита трудовых интересов — это не про «получить зарплату и забыть до следующего раза». Такими наплывами вы ничего не добьётесь. Борьба за трудовые права — это про постоянный конфликт интересов между работниками и работодателем.
Только совместными и сознательными действиями можно защитить свою зарплату, добиться коллективного трудового договора, а вместе с ним больничных, отпускных и пенсионных отчислений. В трудовом договоре можно закрепить такие требования, которые улучшат ваши условия труда.
Подробнее о создании независимого профсоюза читайте в Профцентре, мы расскажем о юридических тонкостях профсоюзной борьбы. Также мы оказываем бесплатную юридическую и информационную поддержку.
Пишите: @profcen_bot.
#забастовки #рабочие
🔥12
Отделение Американской федерации государственных, окружных и муниципальных служащих (AFSCME) сообщает о победе в переговорах по контракту с Университетом Дьюка в Северной Каролине.
С профсоюзом работники добились:
▫️оплачиваемого отпуска по уходу за ребёнком;
▫️улучшения системы оплаты труда;
▫️официального разрешения агитации за вступление новых членов;
▫️бонусной выплаты в размере 500 долларов.
Борьба за новый коллективный договор длилась 2 месяца.
Также двумя годами ранее в стенах Университета Дьюка аспиранты основали свой профсоюз (DGSU). За его создание учащиеся боролись ещё с 2017 года. Основной причиной к появлению DGSU стал размер стипендий — на них трудно было жить и лечиться, особенно иностранным студентам.
С профсоюзом работники добились:
▫️оплачиваемого отпуска по уходу за ребёнком;
▫️улучшения системы оплаты труда;
▫️официального разрешения агитации за вступление новых членов;
▫️бонусной выплаты в размере 500 долларов.
Борьба за новый коллективный договор длилась 2 месяца.
«Я никогда раньше так не боролся. Мы не просто пришли — мы выстояли — и наши братья и сёстры по профсоюзу вышли победителями», — заявил о победе Тим Эванс, который состоит в AFSCME с 1987 года.
Также двумя годами ранее в стенах Университета Дьюка аспиранты основали свой профсоюз (DGSU). За его создание учащиеся боролись ещё с 2017 года. Основной причиной к появлению DGSU стал размер стипендий — на них трудно было жить и лечиться, особенно иностранным студентам.
👍11
Главное за неделю
▫️ Сотрудники краевой детской клинической больницы Читы выразили готовность коллективно уволиться. Причины: чрезмерные нагрузки из-за нехватки кадров и неудовлетворительное техническое состояние больницы.
▫️ 11 августа между ассоциацией преподавателей Далхаузи и правлением канадского университета прошли переговоры о зарплате и компенсирующих выплатах. Итоги: повышение зарплат на 6% вместо 15% в течение трех лет.
▫️ 7 августа более 200 рабочих алюминиевого завода Dajcor Aluminum в Чатеме (Канада) завершили 8-дневную забастовку. Итоги: повышение зарплаты на 20% в течение 4-х лет, увеличение льгот и получение единовременной выплаты.
▫️ В больнице индийского округа Кумаон «Sushila Tiwari» медики из Корпорации по обеспечению благосостояния бывших военнослужащих Уттаракханда объявили о проведении ежедневных трехчасовых забастовок. Требование: погасить задолженность по зарплате за 5 месяцев до 20 августа, в противном случае забастовка перейдет в бессрочную.
▫️ С 9 августа в Индии продолжается бессрочная забастовка служащих Федерации секретариата Бихара. Требования: пересмотр системы оплаты труда и карьерного роста; увеличение штата пропорционально возросшей нагрузки; обеспечение бесплатным жильëм всех сотрудников по месту работы; возвращение старой пенсионной системы.
▫️ Новозеландская организация медсестëр приняла решение продолжить забастовки в сентябре. Основная причина: нехватка кадров.
▫️ Спустя два года борьбы победы в переговорах добилось Отделение Американской федерации государственных служащих. Работники отстояли права: на оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком; улучшение системы оплаты труда; официальное разрешение агитировать за вступление в профсоюз; бонусную выплату в размере 500 долларов.
Обзоры и аналитика
▫️ Письмо подписчика о работе в театре.
▫️ Статья о работе в жару.
▫️ Статья о борьбе рабочих «Росиндустрии» за зарплаты.
➤ Подписывайтесь на Профцентр
#сводка
▫️ Сотрудники краевой детской клинической больницы Читы выразили готовность коллективно уволиться. Причины: чрезмерные нагрузки из-за нехватки кадров и неудовлетворительное техническое состояние больницы.
▫️ 11 августа между ассоциацией преподавателей Далхаузи и правлением канадского университета прошли переговоры о зарплате и компенсирующих выплатах. Итоги: повышение зарплат на 6% вместо 15% в течение трех лет.
▫️ 7 августа более 200 рабочих алюминиевого завода Dajcor Aluminum в Чатеме (Канада) завершили 8-дневную забастовку. Итоги: повышение зарплаты на 20% в течение 4-х лет, увеличение льгот и получение единовременной выплаты.
▫️ В больнице индийского округа Кумаон «Sushila Tiwari» медики из Корпорации по обеспечению благосостояния бывших военнослужащих Уттаракханда объявили о проведении ежедневных трехчасовых забастовок. Требование: погасить задолженность по зарплате за 5 месяцев до 20 августа, в противном случае забастовка перейдет в бессрочную.
▫️ С 9 августа в Индии продолжается бессрочная забастовка служащих Федерации секретариата Бихара. Требования: пересмотр системы оплаты труда и карьерного роста; увеличение штата пропорционально возросшей нагрузки; обеспечение бесплатным жильëм всех сотрудников по месту работы; возвращение старой пенсионной системы.
▫️ Новозеландская организация медсестëр приняла решение продолжить забастовки в сентябре. Основная причина: нехватка кадров.
▫️ Спустя два года борьбы победы в переговорах добилось Отделение Американской федерации государственных служащих. Работники отстояли права: на оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком; улучшение системы оплаты труда; официальное разрешение агитировать за вступление в профсоюз; бонусную выплату в размере 500 долларов.
Обзоры и аналитика
▫️ Письмо подписчика о работе в театре.
▫️ Статья о работе в жару.
▫️ Статья о борьбе рабочих «Росиндустрии» за зарплаты.
➤ Подписывайтесь на Профцентр
#сводка
🔥9
Водители грузовиков компании Airgas в Кливленде и Норт-Брансуике (США) не сдаются и продолжают бастовать за коллективный договор, несмотря на запугивания*.
Протесты рабочих в Airgas начались 26 июня в ответ на отказ вести переговоры с профсоюзом водителей Teamsters — он требовал повысить оклады и улучшить медицинскую страховку на фоне рекордной чистой прибыли в 3,8 млрд долларов.
* — 21 июля в профсоюзе сообщили, что компания применила против бастующих неопознанные химические вещества под видом утечки газа на предприятиях в Иллинойсе и Нью-Джерси.
Протесты рабочих в Airgas начались 26 июня в ответ на отказ вести переговоры с профсоюзом водителей Teamsters — он требовал повысить оклады и улучшить медицинскую страховку на фоне рекордной чистой прибыли в 3,8 млрд долларов.
«Последнее повышение, которое я получил, было на 35 центов, и это было четыре года назад. С нынешней экономикой и инфляцией этого недостаточно. <...> Начальство тянет время, потому что боится, что если мы выиграем тот же контракт, что и рабочие Оквуда, остальные сотрудники Airgas в городе попытаются сделать то же самое», — рассказал о проблеме с «затягиванием» один из бастующих Фернандо Перес Донато.
* — 21 июля в профсоюзе сообщили, что компания применила против бастующих неопознанные химические вещества под видом утечки газа на предприятиях в Иллинойсе и Нью-Джерси.
🔥13
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Парашютисты-пожарные петрозаводского отделения Авиалесоохраны 6 августа записали видеообращение к жителям Карелии. В нём работник рассказал, почему борьба с лесными пожарами идëт так плохо*.
Напомним, что недавно с подобными проблемами столкнулись и пожарные Забайкалья.
* — по состоянию на утро 6 августа пожарным удалось локализовать лишь 13 из 22 лесных пожаров. Угрозу возгораний в республике устранили только к 18 августа. В Карелии действовал режим ЧС регионального характера с 30 июля по 8 августа.
«Мы в этом не виноваты. Обращайтесь, пожалуйста, в Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия за этими ответами. Мы делаем всё, что можем. Но больше ни на что сил у нас не осталось. Мы с пожара на пожар скачем без денег. Нам не платят за это деньги. Нам не платят пайковые. Нам негде переодеться, помыться, постирать одежду — у нас нет здания. У нас нет ни одежды, ничего. За свой счёт всё покупаем. Мы больше не можем. У нас больше нет сил», — сообщает один из пожарных.
Напомним, что недавно с подобными проблемами столкнулись и пожарные Забайкалья.
* — по состоянию на утро 6 августа пожарным удалось локализовать лишь 13 из 22 лесных пожаров. Угрозу возгораний в республике устранили только к 18 августа. В Карелии действовал режим ЧС регионального характера с 30 июля по 8 августа.
🔥11👍1
В профсоюзе немедицинских работников больницы Эйредейл (Великобритания) объявили о завершении голосования по забастовке — более 90% высказались «за».
Напомним, что рабочие собираются протестовать против более плохих условий труда, чем у их коллег. Такие условия им предлагает аутсорсинговая компания AGH Solutions (дочка Национальной службы здравоохранения Эйредейла).
Напротив, в руководстве AGH Solutions считают, что предлагают не плохие, а «конкурентоспособные условия».
Напомним, что рабочие собираются протестовать против более плохих условий труда, чем у их коллег. Такие условия им предлагает аутсорсинговая компания AGH Solutions (дочка Национальной службы здравоохранения Эйредейла).
Напротив, в руководстве AGH Solutions считают, что предлагают не плохие, а «конкурентоспособные условия».
🔥7👍4
Забастовку работников автобусной компании Stagecoach North East приостановили из-за очередного предложения от работодателя повысить зарплату.
В профсоюзе Unit the Union предупреждают, что, если предложение отклонят, забастовка возобновится с 31 августа и станет бессрочной.
Изначальное предложение работодателя не отвечало требованию рабочих уравнять зарплату с водителями Stagecoach North West. Водители из North East получают 15,01 фунтов стерлингов в час, водители из North East — 17,54 фунтов стерлингов.
В свою очередь управляющий директор Stagecoach North East Стив Уокер заявил, что водители компании в Ньюкасле «уже являются самыми высокооплачиваемыми в регионе»*.
* — зарплата же управляющего директора в среднем составляет 40,87 фунтов стерлингов в час.
В профсоюзе Unit the Union предупреждают, что, если предложение отклонят, забастовка возобновится с 31 августа и станет бессрочной.
Изначальное предложение работодателя не отвечало требованию рабочих уравнять зарплату с водителями Stagecoach North West. Водители из North East получают 15,01 фунтов стерлингов в час, водители из North East — 17,54 фунтов стерлингов.
«Мы находимся в состоянии сильного стресса, работаем в ненормированный рабочий день, с 03:00 до 01:00 следующего утра», — сообщил во время пикета один из водителей.
В свою очередь управляющий директор Stagecoach North East Стив Уокер заявил, что водители компании в Ньюкасле «уже являются самыми высокооплачиваемыми в регионе»*.
* — зарплата же управляющего директора в среднем составляет 40,87 фунтов стерлингов в час.
🤨8👍3
Профцентр
Парашютисты-пожарные петрозаводского отделения Авиалесоохраны 6 августа записали видеообращение к жителям Карелии. В нём работник рассказал, почему борьба с лесными пожарами идëт так плохо*. «Мы в этом не виноваты. Обращайтесь, пожалуйста, в Министерство…
Дополним, что видеообращением пожарных Карелии в своë время заинтересовалась Государственная инспекция труда (ГИТ). Проверка обнаружила нарушения в части обеспечения пожарных спецодеждой, обувью и другими средствами индивидуальной защиты, а также в системе выплат.
Однако вскоре после публикации нарушений ГИТ без каких-либо пояснений удалила собственный пост.
Однако вскоре после публикации нарушений ГИТ без каких-либо пояснений удалила собственный пост.
👍12🤨2
В посёлке Приаргунск (Забайкальский край) фельдшеры ЦРБ коллективно подали заявления на увольнение и обратились в прокуратуру. Причина — лишение рабочих специальной социальной выплаты с марта 2024 года. Работодатель оспорил право медиков на надбавку, которую они ранее отстояли в суде.
В результате на весь посëлок (7158 человек) остался только один фельдшер без допуска к работе на скорой. Остальные уволились с обязательной отработкой в две недели.
Однако в Министерстве здравоохранения Забайкалья уверяют, что «массово никто не увольнялся». Наоборот, «ситуация в больнице стабильная», «просто идëт правовой спор».
Напомним, что недавно медработники детской больницы в Чите пригрозили руководству коллективным увольнением, если те не решат вопрос с нагрузками и дефицитом кадров.
В результате на весь посëлок (7158 человек) остался только один фельдшер без допуска к работе на скорой. Остальные уволились с обязательной отработкой в две недели.
Однако в Министерстве здравоохранения Забайкалья уверяют, что «массово никто не увольнялся». Наоборот, «ситуация в больнице стабильная», «просто идëт правовой спор».
Напомним, что недавно медработники детской больницы в Чите пригрозили руководству коллективным увольнением, если те не решат вопрос с нагрузками и дефицитом кадров.
👍9🔥3