С 1 сентября в России вступил в силу ряд законов, и для нас — специалистов в сфере рекламы и PR — это особенно важно.

Теперь запрещено распространять рекламу на ресурсах, признанных экстремистскими. В первую очередь это касается Instagram и Facebook (Meta, признана экстремистской организацией и запрещена в РФ).

⚖️ Важно понимать: ответственность несут все участники процесса. Даже если клиент настаивает и «берёт всё на себя» или блогер предлагает размещение, нарушителями будут считаться все участники сдалки.

Что это значит для нас на практике:
📎 реклама на запрещённых ресурсах будет рассматриваться как нарушение законодательства о рекламе (ст. 14.3 КоАП);
📎 штрафы составят до 2,5 тыс. руб. для граждан, до 20 тыс. руб. для должностных лиц и до 500 тыс. руб. для юридических лиц;
📎 ответственность наступает не только за новые размещения, но и за неудаление ранее опубликованных материалов (см. следующий пункт);
📎 старые публикации не будут нарушением, если их не «поддерживать» (репостить, закреплять, ставить актуальные хэштеги, упоминать в новых постах).

Для нас, как для ремесленников рекламы и PR, это напоминание: этика и закон — часть профессии. А значит, важно следить за изменениями, объяснять их клиентам и выстраивать работу так, чтобы креатив и результат всегда были в «чистом поле».

😎 Если у вас есть вопросы — пишите их в комментарии, совсем скоро у нас состоится большая встреча с юристами, после который мы ответим на больше вопросов.

Технофеодализм: эпоха цифровой зависимости

Подсмотрели в одном из наших любимых каналов мурка московская понятие «технофеодализма» и решили разобраться, что же это такое ⬇️

Можно ли поставить Илона Маска, Джеффа Безоса и Марка Цукерберга в один ряд со средневековыми землевладельцами? Экономист Янис Варуфакис полагает, что да: их объединяет способность извлекать прибыль не из производства, а из контроля над инфраструктурой. Сегодня главным источником власти становятся не земли, а цифровые платформы и алгоритмы 🙌

Так формируется новая модель, которую называют технофеодализмом. Крупнейшие корпорации — от глобальных игроков до локальных маркетплейсов — постепенно превратились в «хозяев» цифрового пространства. Они определяют правила, назначают сборы, а бизнесу остается лишь арендовать доступ к аудитории, выплачивая комиссии и участвуя в рекламных аукционах.

В классическом капитализме маркетинг боролся за внимание человека. В цифровой экономике задача изменилась: компании вынуждены добиваться хотя бы допуска к потенциальному клиенту. Даже сильный продукт рискует остаться незамеченным, если его не подхватит алгоритм.

Это делает работу маркетолога двойственной 🥲 Он должен быть послушным участником системы, строго следовать правилам площадки, и в то же время искать способы обойти ее механизмы, чтобы сохранить пространство для маневра.

Какие шаги позволяют не раствориться в зависимости от платформ?

— создание и хранение собственных контактных баз;
— работа с сообществами вместо безликой массы подписчиков;
— присутствие в разных каналах, чтобы не ставить всё на одну карту;
— формирование индивидуального стиля контента, который будет работать на долгую перспективу.

При этом сам термин «технофеодализм» звучит ярко, но вызывает споры. Ни одна компания формально не прикреплена к конкретной площадке, и у нее всегда есть возможность сменить поле игры — пусть и с риском для бизнеса. Кроме того, в разных странах действуют антимонопольные органы, которые пытаются ограничить власть цифровых монополий.

Если хотите узнать больше, читайте книгу «Технофеодализм. Что убило капитализм» Яниса Варуфакиса. Мы уже добавили в вишлист

Что вообще думаете? Стали мы облачными крепостными? 😅

IRL Brain Rot: как онлайн-помойка стала реальностью

Делимся выжимкой из статьи New Yorker про брейнрот-культуру. Это где интернет-тренды, мемы и странные визуальные фишки выходят с экранов и становятся реальностью. Дада, все самое порой шокирующие и ugly 🙂

Главный пример — Лабубу. Маленьких не пойми на кого похожих монстриков коллекционируют дети и взрослые. Каждая игрушка продается в «слепой коробке», а мы-то знаем, как все тайное становится таким желанным. Серьезно, что обсуждают дети в Москве на площадках или около школы? Откуда их Лабубу, оригинальный или нет, сколько стоил. На Патриках — фотосессии с брелками 😅

Что еще странненького, формирующего брейнрот-культуру?

⏺Дубайский шоколад — адски сладкий десерт с фисташковым кремом, хрустяшками и все это в шоколаде. Сегодня разновидностей — миллион, самое название «дубайский шоколад» ушло далеко за пределы шоколада.
⏺Матча латте с пенкой и клубничным сиропом (туда же бабл ти и сырный кофе). Привет «Шоколаднице»
⏺Лимитированное печенье Benson Boone, генерированное AI.
⏺Макияж в стиле «балерина-капучина»

Чему это учит маркетологов и пиарщиков?

Одного объекта недостаточно — нужен контекст и целая система знаков.

➖Уродливое и чрезмерное продает: шок, странность, гиперреальность привлекают внимание и остаются в памяти.
➖Онлайн и оффлайн сливаются: физические продукты становятся носителями интернет-трендов. Но это мы уже поняли давно с метавселенными.
➖Вовлеченность создается через участие: мемы, игрушки, еда превращают аудиторию в активного участника, а не пассивного потребителя.

В чем сила? В живой культурной среде 🎊

Вы это видели? 😳 Этот ролик произвел мощное впечатление, особенно на тех, кто не знаком с искусственным интеллектом.

ИИ новый фальсификатор? Разбираемся, где заканчивается маркетинг и начинается обман 👀

Китай официально устал от игры в «угадайку» и обязал маркировать любой контент, созданный искусственным интеллектом. WeChat и Douyin уже расставили плашки — чтобы пользователи четко понимали, где речь идет о человеке, а где — о машине. Тут все понятно: прозрачность = доверие.

А что на Западе?

На прошлой неделе J.Crew устроили словили хейт ностальгическое путешествие в 90-е: лодки, велосипеды, полосатые рубашки. Но «винтажные» кадры оказались не из архива, а из Midjourney. Бренд даже отвечал подписчикам, что «это винтаж», хотя на фото были вещи, которых в продаже нет 😳

Чуть ранее Vogue выпустил кампейны с AI-моделями. Spotify раскручивает группу-призрак The Velvet Sundown, которой никогда не существовало. Уилл Смит подозревается в генерации поддельной толпы на своем концерте. И все эти истории объединяет одно — нигде нет маркировки ИИ-контента. Желание сэкономить и произвести «вау-эффект», но без ответственности перед аудиторией, когда речь идет о реалистичных изображениях, а не о фантастике вроде CGI автобусах Jacquemus. Хотя, кажется и они могут попасть под горячую руку.

Да, искусственный интеллект — мощный инструмент. Он помогает маленьким брендам генерировать карточки для маркетплейсов, экономя бюджеты. Мы видели поддельных подружек, вымышленные историии и прочее — и это ОЧЕНЬ РЕАЛИСТИЧНО. И если такое становится нормой, вопрос перестает быть только о технологиях или бюджете: это вопрос этики. В случае с крупными игроками на рынке доверие рушится, а вместе с ним исчезает и смысл того, что мы называем культурой.

Так что же важнее — экономия бюджета или сохранение доверия? Вы за маркировку ИИ-контента или нет? ⬇️

Философская база ИИ 🔯

Мы все про ИИ 🔜Его концентрация сейчас настолько высока, что кажется это «продукт» XXI века. Хотя разговоры о «машине разума» начались гораздо раньше. Философы XVII–XVIII столетий пытались представить мышление как механизм.

Рене Декарт рассматривал человека как «мыслящую вещь» и противопоставлял разум телу. Его знаменитые слова «Я мыслю, следовательно, я существую» стали фундаментом для разделения субъекта и механизма. Машина может имитировать движение, но мысль, по Декарту, принадлежит только душе.

Иммануил Кант добавил новый уровень: «Мы не познаем вещи самих по себе, а только явления, упорядоченные формами нашего разума». Для Канта интеллект — это не вычисление, а структура, задающая границы опыта. Машина может оперировать данными, но вопрос — есть ли у нее «категории», которые позволяют осмыслять мир.

ПОНИМАЕТЕ? То есть когда мы говорим об ИИ, мы редко вспоминаем, что он вырос из философских споров о природе мышления.

Алан Тьюринг в 1950 году писал: «Вместо того чтобы пытаться определить, может ли машина думать, лучше спросить: может ли она вести себя так, как если бы думала».

Джон Серл в 1980-х выдвинул «китайскую комнату» — аргумент о том, что даже если машина воспроизводит смысл, она его не понимает. «Синтаксис не равен семантике».

Кстати, для нас это звучит как предупреждение: ИИ может выстраивать бесконечные комбинации слов, но ценности и смыслы бренда остаются за человеком.

Ну и вишенка на торте — слова Жана Бодрийяра о симулякре «Реальное исчезает, оставляя лишь следы, которые симулируют его присутствие».

Иначе и не скажешь 🔺Очень точное описание цифровых коммуникаций, где ИИ может производить бесконечные «следы» реальности, но не саму реальность.

Вот и доигрались...

Утро порадовало нашу команду восхитительным кампейном Jimmy Choo с Сидни Суини 💫

Похоже, реклама про голубые гены джинсы дала другим брендам подсказку, что актриса — это лучший маркетинговый инструмент.

И правда, рекламу с Сидни мы видим чаще, чем с кем либо, а другие знаменитости и вовсе анонсируют роман с Суини во время выпуска нового альбома (пальцем тыкать не будем, но это бывший муж Меган Фокс).

А как вам кажется, не много ли Сидни в последнее время? 🧐