Итоги года

Не люблю этот жанр, но в конце года пребывал в настроении самобичевания какой я дерьмовый писатель и как ничего не получается, так что решил их подвести. А оказалось, что год-то был весьма успешный. Так что напишу про некоторые глобальные и персональные итоговые итоги.

1. И поскольку начал пост с своих травматичных мыслей, первый итог литературного года такой: кажется, что литература травмы стала еще популярней и травматичней. Везде новые книги с расчесыванием старых болячек и писать их прям хорошечно, уважаемо, популярно. Тебя бил отчим? Изнасиловал двоюродный брат (steeeeeeepbrother!) за гаражами? Пиши, расковыривай, катарсиса и надежды на лучшее герою не давай. Не было такого? Тоже пиши, никто не проверит.

2. Второй тренд парадоксально идет в ногу с первым и возможно представляет собой последствие этих настоящих и мнимых изнасилований за гаражами. Азиатское фентези и янг эдалт мало того, что набрали сумасшедшую популярность, регулярно включают теперь сцены легкого доминирования и садомазо-эротики. Родители, смотрите, что читают ваши дети! Это не говоря о том, что теперь под видом фентези с красивыми обложками продают открытую порнуху с трахающимися драконами и питер пенами. Но и тут обманывают нашего брата-читателя. На обложке написано, что автор – Тори Блэк, а в жизни она – Лена Головач.

3. В боллитре плюс минус без изменений. Правда несколько больших авторов неимоверным напряжением сил все-таки допилили сук, на котором сидели. «Большую книгу» в сотый раз дали Водолазкину (а не Веркину), и тут уже взбугуртнули почти все, кто в открытую, а кто в личных переписках.

4. Появились новые издательства, новые электронные платформы. Правда, некоторые из них прям сразу стартовали с травматичных историй травм. Появился и «тамиздат» для авторов, которых нельзя издавать тут по политическим причинам.

5. Западные издательства тихой сапой стали прощупывать варианты возвращения. Санкционный режим полностью провалился, полностью!

6. Впервые появились легальные электронные комиксы как раздел Букмейта. А глянцевый журнал "Правила жизни", бывший GQ, посвятил российской индустрии целый спецвыпуск.

Переходим к итогам персональным:

1. В начале марта «Пресс-тур» выиграл номинацию «Дебют года» в премии «Электронная буква» 2022 сезона. За этим последовало некоторое внимание и разнообразные интервью, в том числе в «Литрес.Журнале» (ребятам из Литрес отдельное спасибо за всяческую поддержку).

2. В июне вышел рассказ «Харыялахский инцидент».

3. В июле «Пресс-тур» вышел на бумаге в Эксмо.

4. В сентябре выступал аж на двух сессиях на ММКЯ.

5. В сентябре вышло интервью со мной в «Российской газете».

6. В октябре вышел второй роман, «Москва и мертвичи».

7. В октябре представлял заявку сериала по «Пресс-туру» киностудиям. Тут молчу и держу пальцы чтоб не спугнуть.

8. Познакомился с Гектором Шульцем, Николаем Ободниковым и Антоном Мамоном. Очень талантливые и веселые ребята без пафоса и херни в голове, которой у современных авторов не мало. И как собрались – решили писать коллаб, который тоже анонсировали, на 2024, про четырех всадников апокалипсиса. И видели ли бы вы наш едкий чатик на четверых!

9. Полина начала писать, написала книгу (которую мы обязательно издадим) и новогодний рассказ, с которым уже получила лонг на конкурсе. Как писал раньше, писателей Поляковых должно быть много!

10. Самая запомнившаяся книга со знаком минус – «Комитет охраны мостов», ещё один шортлистер «Большой книги».

11. Самый запомнившийся хоррор – «Хоррормолл» Грейди Хэндрикса. Правда АСТ умудрились косякнуть в издании подарочной книги за пару тысяч рублей и не напечатать в ней несколько страниц. По возможности берите английский оригинал.

Ну а личном плане год выдался весьма дерьмовым и, без шуток, травматичным. Надеюсь, следующий будет лучше и у меня, и у вас.

Возможно за оставшиеся 9 дней будут еще кое-какие новости, о них напишу отдельно.

#важное_пп

Это к прошлому посту, извините.