В 1926 году Георгий Федотов впервые публикует гениальную статью "Об антихристовом добре". Почему она важна и актуальна даже сейчас?

Федотов, выказывая всяческое почтение Владимиру Соловьеву, вступает в полемику с его идеями, высказанными в "Трех разговорах об Антихристе". То и другое - правильно.

Соловьев - великий мыслитель и мистик, изначально провозглашал единство христианства и гуманизма и предлагал увидеть в светской эмансипации и прогрессе фактическое исполнение заветов Христа. Но в последние годы жизни разочарование в человечестве сыграло с ним злую шутку, и вот в "Трех разговорах" он транслирует идею, подспудно используемую консерваторами от религии по сей день: Антихрист придет под личиной великого гуманиста, социалиста и даже, представляете, вегана, этим-то и соблазнит многих. Так под сомнение ставится сам гуманизм, из законного сына христианства превращаясь в его сущностного врага. А гуманизм - это и социальный прогресс, и феминизм, и веганство, и всяческая толерантность. Понимаете?

"Люди, враждебные Соловьеву, твердо стоят на этом его завещании, в котором мыслитель отрекается от того, чему служил всю свою жизнь: от идеала христианской культуры."

Антихрист Соловьева для них парадоксально стал каноническим. Особенно забавно, что он завоевывает мир посредством... гениальной книги.

Георгий Федотов с этим не согласен. Прежде всего, он доказывает, что образ "добродетельного" Антихриста в церковном предании - далеко не однозначен. Условно есть два направления: созвучное Соловьеву и обратное, трактующее Антихриста как "чистое, беспримесное зло" без всяких там гуманистических реверансов. Да и первое понимает добродетели Антихриста исключительно как маску, используемую до и для захвата власти.

Итог: в церковной традиции единого мнения не существует. Более того - не существует мнения, вполне похожего на соловьевское. Владимир Сергеевич вроде как разоблачал нецерковное добро типа толстовского, но его Антихрист совсем не похож на "одностороннего и антикультурного моралиста из Ясной Поляны".

Далее, Федотов замечает, что касательно 20 века пророк из Соловьева так себе: он совсем не предвидел ни технического развития, ни исторических катастроф, ни новой эстетики, ни кризиса философии...

"Соловьев проглядел рост империализма, готовившего мировую войну; особенно империализм духа, отрицающего ценность любви к человеку. Бисмарк и Маркс, Ницше и Вагнер, Плеханов и Ленин были просто не замечены им. Он жил в гуманном обществе Конта, Милля, Спенсера и Гладстона."

И Федотов делает два вывода:

1. В сложившихся условиях церковь вновь может быть востребована миром, но готова ли она к этому? Что она может предложить? Что она может такого сказать, чтоб прям отозвалось?

2. Антихристу не нужна никакая маска.

"Враждебная христианству цивилизация в самых разнообразных проявлениях своих становится антигуманистической, бесчеловечной."

Бесчеловечны техника, искусство, государство (фашизм и коммунизм в равной степени). Бесчеловечность - и есть антихристианство по Федотову.

#георгий_федотов #соловьев #христианство #гуманизм #прогресс #церковь #новое_религиозное_сознание

Смотрите, как замечательно:

"В XIX веке христианская церковь, оскудевшая святостью и еще более мудростью, оказалась лицом к лицу с могучей, рационально сложной и человечески доброй культурой. Перед ней прошел соблазнительный ряд "Святых, не верующих в Бога". Для кого соблазнительных? Для немощных христиан - а как мало было сильных среди них! В панике, в сознании своего исторического бессилия и изоляции, поредевшее христианское общество отказалось признать в светских праведниках заблудших овец Христовых, отказалось увидеть на лице их знамение "Света, просвещающего всякого человека, грядущего в мир". В этом свете почудилось отражение люциферического сияния антихриста. Ужаснувшись хулы на Сына человеческого, впали в еще более тяжкую хулу на Духа Святого, Который дышит, где хочет, а говорит устами не только язычников, но и их ослиц."

А последствие концепции "антихристова добра" - подозрительность к добру. Вдумайтесь!

"В средние века инквизитор разыскивал еретика-манихея по аскетической бледности лица, по отвращению к мясу, вину и крови, по воздержанию от брака и клятвы. Для доброго католика оставалось нагуливать розовые щеки, божиться на каждом шагу, пьянствовать и драться в тавернах."

А у нас кто дал наибольшее число святых по сути? Русская атеистическая интеллигенция! Подвижники, аскеты, исповедники и мученики, вспомните хоть Чернышевского. И в официальном православии прям в пику зреет вот такой дозволенный имморализм:

"Безбожники целомудренны - нам дозволены бездны содомские, безбожники любят нищих и обездоленных - мы требуем для них розг и свинца, безбожники проповедуют братство народов - мы защищаем вечную войну, безбожники отрекаются от имения - мы хотим святого буржуазного быта, безбожники преклоняются перед наукой - мы поносим разум, безбожники проповедуют любовь - мы "святое насилие", "святую месть", "святую ненависть"."

Как эталонных представителей православного имморализма Федотов приводит Розанова и Леонтьева. Ну... Розанов примерно такой православный, как я мусульманка, однако! - батюшки ему все, все вольности прощали, вот абсолютно. Леонтьев - правда эталон, ну он хоть талантливый, а что потом и параллельно с ними лезло - это вообще ужас.

"Не в том беда, что люди приходят ко Христу путем греха (путем мытаря и разбойника), а в том, что утверждают грех во Христе."

"Шарахаясь от антихриста, попадают в объятия дьявола. Антихрист-то, может быть, мнимый, а дьявол уж явно подлинный: копыт не спрячешь! Мы имеем классическое определение: "Сей человекоубийца бе искони и во истине не стоит" . Всюду, где явлен пафос человекоубийства и пафос лжи (не говорю убийство и ложь, потому что они и от немощи человеческой), там мы знаем, чей это дух, каким бы именем он ни прикрывался: даже именем Христовым." А я давно говорю, что основные атрибуты сатаны - ложь и насилие. Ну а если еще и с пафосом - всё, приехали.

Дальше - больше:

"Есть проблема гораздо более мучительная для христианского сознания, чем проблема "святого, не верующего в Бога": это проблема "святого сатаны". ... Может ли сатана принимать образ "святого", ревнителя церкви? Является ли имя Христово или крест Его достаточным ограждением?"

"созерцание ... земного могущества церкви притупляет созерцание терний и угашает дар различения духов."

Наконец, Георгий Федотов приходит к своей самой главной и поразительной мысли:

"Внецерковному добру антихриста противополагается оцерковленное зло его отца. И во сколько раз страшнее этот соблазн! ... Враг не за оградой, а в стенах!"

#георгий_федотов #христианство #гуманизм #прогресс #церковь #новое_религиозное_сознание

Федотов утверждает, что церковный сатанизм - гораздо более соблазнительная штука, чем светский гуманизм. Правда, я бы поспорила с причиной - гуманизм не для "слабых умом", а как раз для тех, кто способен думать и хоть что-то делать (или хотя бы не делать). Церковный же сатанизм ни дел не требует, ни размышления - живи себе тихо, кайся за сосиску в пост, почитай старших, они за тебя подумают и всё решат - и при этом дает чувство уверенности и превосходства: я спасенный, не то, что эти грешники! Нерассуждающий магизм, примитивная идеология - как раз для масс. Но и для умных там найдется "мудрая и глубокая теология, эстетическое обаяние культа, мистика таинств, соблазны тонкой гордыни, ложного смирения, тонкой эротики ложного аскетизма..."

Это-то и есть по Федотову - "церковь без любви, христианство без Христа... здесь предельный обман, предельная мерзость на месте святом. Таким только и можно представить себе антихриста." !!!

И это гениальное прозрение, и пророчество воистину. Только с тем я несогласна, что "эта темная тень легла лишь по краям нашего религиозного возрождения" - нет, она именно расползлась.

Еще у Федотова есть мысль, которую заездили все наши христианские возрожденцы, даже самые умные и передовые, а я пришла к выводу, что она в корне неверная: "В крови мучеников омыты многие грехи." В том-то и дело, что нет, кровь порождает только кровь. В том и дело, что только кровь Христа имела искупительное и примирительное значение, да и это традиционно подвергается искаженной трактовке. Но в этом и есть смысл христианства: вы должны перестать проливать кровь, а косплеить Христа - бессмысленно и даже вредно.

Но главный-то вывод вот такой, скандальный: критерий различения добра и зла - не в церковности. Церковь может покрывать и пропагандировать зло. И критерий истинного христианства, получается - не в церковности, а в сущностной человечности. Бог "у попа в храме" не заперт, как опасались персонажи Лескова. Бог повсюду, где есть подлинная человечность: любовь, поддержка, эмпатия, уважение. А где насилие, унижение человеческого достоинства, да еще и ложь верхом на обмане и лицемерием погоняет - там торжество сатанизма, в какие бы одежды он ни рядился.

Я давно это поняла. Но приятно, что и Георгий Федотов так думает - замечательный историк, мыслитель, друг Бердяева.

#георгий_федотов #христианство #гуманизм #прогресс #церковь #новое_религиозное_сознание

Картина Валентина Серова "Одиссей и Навсикая". В своих модернистских произведениях этот художник удивительным образом передает атмосферу архаичной Греции...

#живопись

Обсуждение в книжном клубе "Одиссеи" Гомера, с 1 по 8 песни

“Странно, как смертные люди за все нас, богов, обвиняют!
Зло от нас, утверждают они; но не сами ли часто
Гибель, судьбе вопреки, на себя навлекают безумством?"

После взятия Трои судьба покарала ахейских героев - немногие вернулись домой. Богиня Афина разгневалась не только на Аякса, надругавшегося в ее храме над Кассандрой , но и на остальных вождей, не наказавших его. Хороший урок. И это исторически совпадает с тем, что как раз после взятия Илиона начался закат ахейской цивилизации...

Мы встречаем Одиссея на острове нимфы Калипсо, которая, оказывается, удерживает его там силой уже 7 лет. Видимо, тогда еще не понимали, что "насильно мил не будешь". Одиссей непрестанно тосковал по отчизне, "и, хладный сердцем к богине, с ней ночи свои он делил принужденно".

Одиссея выручили, как обычно, боги, передав через Гермеса повеление отпустить его. Вот как красиво мчался вестник богов над морем:

"Быстро помчался потом по волнам рыболовом крылатым,
Жадно хватающим рыб из отверстого бурею недра
Бездны бесплодно-соленой, купая в ней сильные крылья."

Калипсо предлагала Одиссею бессмертие и вечную молодость. Почему же он не остался? Ведь это - предел мечтаний для смертных?

"Много я бед претерпел, но готов и погибнуть, лишь только б
Светлый свой дом, и семью, и рабов, и богатства увидеть."

Вот разгадка. Дело не только и не столько в семье, и уж тем более не в романтической любви к жене, которую тогда еще не изобрели. Дело в том, что на острове Калипсо Одиссей не был хозяином, власть была не у него, такое бессмертие обернулось бы для него вечной золотой клеткой. Это понятная мотивация. Почему же непонятно, когда женщины не хотят сидеть в клетках, пусть даже и золотых?

Тем временем, на Итаке всё плохо. Многочисленные женихи сватаются к Пенелопе, жене Одиссея, ведут себя нагло и нечестиво, "пожирают чужое без платы богатство", разоряют хозяйство и даже замышляют убить сына Одиссея, Телемаха. Что характерно, никто ничего не может сделать: ни почти 20-летний Телемах, ни отец Одиссея, ни народное собрание.

Что же это за царская власть такая странно-беспомощная? Объяснил нам участник: ларчик просто открывается, в греческом подлиннике вообще нет слова "царь" и даже чего-то похожего. Перед нами - архаический родоплеменной строй с довольно слабой властью старейшин, которая базируется в основном на личном авторитете и не обладает четким порядком наследования. В обоих поэмах Гомера мешаются крито-микенская культура с сильной царской властью и родоплеменной строй диких дорийцев, недавно вторгшихся на Балканский полуостров.

Это смешение видно и в описаниях быта так называемых царей. В основном он очень примитивный: женихи Пенелопы собственноручно обдирают и жарят коз и свиней прямо во дворе, дети Нестора выполняют функции прислуги, дочь Алкиноя занимается стиркой и т.д... Но дворец Менелая весьма роскошный. И, что характерно, автор не может себе представить женщину не за домашней работой, у него не только "царицы" с прялками, что наверняка отражает реалии, но и самой богине Калипсо он умудрился зачем-то прялку всучить, хотя уж это лишено смысла абсолютно.

Интересно, что Телемах даже не скрывает, что злится на родителей:

"Мать уверяет, что сын я ему, но сам я не знаю:
Ведать о том, кто отец наш, наверное нам невозможно."

"Менее стал бы о нем я крушиться, когда бы он умер."
"Гарпии взяли его"
- так говорит он об отце.

#книжный_клуб #античность #одиссея #литература #власть #мировая_культура #язычество

Положение Пенелопы - самое незавидное. Нового брака она не хочет, отказать всем прямо - не может, отчего приходится пускаться на хитрости и тянуть время (в этом смысле жена достойна мужа, "хитроумного Одиссея"). Вернуться в дом отца она тоже не может, Телемах говорит:

"трудно с Икарием будет
Мне расплатиться, когда Пенелопу отсюда насильно
Вышлю, – тогда я подвергнусь и гневу отца, и гоненью
Демона: страшных Эриний"

Нельзя просто взять и оставить женщину в покое... Кстати, почему она упорно дожидается Одиссея - для меня загадка. Возможно, тут не столько личная любовь к мужу, сколько опасения за положение Телемаха в случае ее нового брака, и даже за его жизнь. Впрочем, все равно история Пенелопы навевает мне ассоциации с историей Лаодамии, которая так и не дождалась мужа из похода на Трою, а когда ее отец стал настаивать на новом браке (чтой-то женщина без дела простаивает, непорядок) - умерла. Этому мифу посвящена замечательная пьеса Федора Сологуба "Дар мудрых пчел".

А Телемах с матерью особо не церемонится:

"Но удались: занимайся, как должно, порядком хозяйства,
Пряжей, тканьем; наблюдай, чтоб рабыни прилежны в работе
Были своей: говорить же не женское дело, а дело
Мужа, и ныне мое: у себя я один повелитель."

И уезжает на поиски информации об Одиссее тайком от матери вот с такой мотивацией: "боюсь, чтоб от плача у ней не поблекла
свежесть лица.”

Телемаха берет под покровительство Афина, буквально за руку его везде водит, вдохновляет и советует, что кому говорить. Это странно мне напомнило ветхозаветный сюжет о Товии, который тоже пустился в путешествие ради отца, и которого сопровождал ангел...

Несмотря на примитивный быт, архаичные греки вновь поражают нас почтением к искусству певца и сказителя, который "богам вдохновеньем высоким подобен". Это встречается на протяжении 8 песен несколько раз.

"...дар песней приял от богов он
Дивный, чтоб все воспевать, что в его пробуждается сердце”.

"Муза его при рождении злом и добром одарила:
Очи затмила его, даровала за то сладкопенье."

Что касается нравов, описанных в поэме, то что-то весьма ожидаемо, например, священный долг гостеприимства:

"Ныне же встретился нам злополучный, бездомный скиталец:
Помощь ему оказать мы должны – к нам Зевес посылает
Нищих и странников; дар и убогий Зевесу угоден."

А что-то вызывает вопросы, видимо, дело снова в наслоениях времен и культур. Например, Одиссей стесняется показаться Навсикае и даже ее рабыням без одежды и даже не смеет прямо следовать за ее колесницей в город, чтобы "соблюсти приличия". Между тем, дочери Нестора помогают гостям мыться в бане. Интересная нестыковка.

#книжный_клуб #античность #одиссея #литература #мировая_культура #язычество #феминизм

И снова тут люди живут рядом с богами:

"Ибо всегда нам открыто являются боги, когда мы,
Их призывая, богатые им гекатомбы приносим;
С нами они пировать без чинов за трапезу садятся"

Жертвоприношение - еще и повод хорошо поесть и попить, это признают и не стесняются. В "Одиссее" много жизнелюбия, вот как говорят о себе феакийцы:

"Любим обеды роскошные, пение, музыку, пляску,
Свежесть одежд, сладострастные бани и мягкое ложе."

Красота для них тоже божественна:

"Станом и видом богине подобясь младой, почивала
Дочь Алкиноя, любезного Зевсу царя, Навсикая."

"Песню же стала сама белокурая петь Навсикая.
Так стрелоносная, ловлей в горах, веселясь, Артемида..."

Казалось бы, что общего между вечно девственной богиней (сознательно сделавшей этот выбор) и дочкой старейшины, только и мечтающей о браке и семье (скорее бессознательно, поскольку никаких альтернатив у нее не было)? Ничего, кроме красоты:)

Интересно, что в "Одиссее" можно открыть элементы "научной фантастики": Гефест создает собак-роботов, а богиня Ино Левкотея (очень любопытный персонаж, связанный с Дионисом) дает Одиссею спасательный жилет. Люди издавна мечтали о победах над природой, над "естественным ходом вещей", просто сначала им казалось, что такие возможности есть только у богов.

"Одиссею" читаем в классическом переводе Жуковского, хотя восторгов он не вызывает. А может быть, мы просто устали от гекзаметра)

#книжный_клуб #античность #одиссея #литература #мировая_культура #язычество

Недавно на время своих занятий любимый забрал у меня телефон и ноутбук (особенности жизни ограбленных релокантов). Ну я взялась за бумажные книги.

Сначала - “Объясняя постмодернизм” Стивена Хикса, всё никак не могу дочитать. Надоело, что автор ругает леваков и не видит никаких проблем в проекте Просвещения. Его послушать, так левые и постмодернисты с неба свалились в идеальный мир и давай его портить. Да, левая идея имеет срывы, а постмодерн имеет темную сторону - в этом автор элементарно прав. Но это не значит, что постмодерн - сплошь заблуждение и всего лишь орудие левой пропаганды.

Особенно умиляет привлечение Ницше, его теории ресентимента и “морали рабов \ морали господ”. Таки в вашем мире есть слабые, несчастные и угнетенные? И вы хотите оставить всё как есть? Странно, и чем эти леваки недовольны…

Плюнула, взялась за Ключевского. Клевый дядька, художественно пишет, умный, ничего не скажу. Но немедленно триггернулась об его описания общества до 19 века: там человек не мог выделяться и проявлять индивидуальность, не мог за себя что-то элементарное решать, был не собой, а представителем сословия. Ужас!! Я это знала, но у Ключевского такие яркие и доходчивые описания, что мне стало дурно. Нет, он не восхищается, а просто рассказывает, как было:

“Современный человек в своей обстановке и уборе ищет самого себя или показывает себя другим, афиширует, выставляет свою личность и потому заботится о том, чтобы все, чем он себя окружает и убирает, шло ему к лицу. Если исключить редких чудаков, мы обыкновенно стараемся окружить и выставить себя в лучшем виде, показаться себе самим и другим даже лучше, чем мы на самом деле.

Вы скажете: это суетность, тщеславие, притворство. Так, совершенно так. Только позвольте обратить ваше внимание на два очень симпатичные побуждения. Во-первых, стараясь показаться себе самим лучше, чем мы на деле, мы этим обнаруживаем стремление к самоусовершенствованию, показываем, что хотя мы и не то, чем хотим казаться, но желали бы стать тем, чем притворяемся. А во-вторых, этим притворством мы хотим понравиться свету, произвести наилучшее впечатление на общество, т.е. выражаем уважение к людскому мнению, свидетельствуем почтение к ближнему, следовательно, заботимся об умножении удобств и приятностей общежития, стараемся увеличивать в нем количество приятных впечатлений. Видимая суетность и тщеславие становится вспомогательным средством или орудием альтруизма. ...

В старые времена личности не позволялось быть столь свободной и откровенной. Лицо тонуло в обществе, в сословии, корпорации, семье, должно было своим видом и обстановкой выражать и поддерживать не свои личные чувства, вкусы, взгляды и стремления, а задачи и интересы занимаемого им общественного или государственного положения. Над личными вкусами и понятиями, даже над личными доблестями царили общеобразовательное приличие, общепризнанный обычай.

Каждый ходил в приличном состоянию костюме, выступал присвоенной званию походкой, смотрел на людей штатным взглядом. Занимал человек властное положение в обществе — он должен был иметь властные жесты, говорить властные слова, глядеть повелительным взглядом, с утра до вечера не скидать с себя торжественного костюма, хотя бы все это было ему тяжело и противно. Родился князем Воротынским — поднимай голову выше и держи себя по-княжески, по-Воротынски, а стал монахом — так и складывай смиренно руки на груди и береги глаза, опускай их долу, а не рассыпай по встречным и поперечным.

#свобода #персонализм #прогресс #история #левая_идея #постмодернизм

Отдельные лица прятались за типами; внешними признаками резко отмечались и различались целые классы людей, общественные состояния, а классы, состояния рассматривались не как простые случайности рождения или капризы счастья, а как естественные нормы жизни или предначертания всем правящей всевышней десницы: кому что на роду написано, судьба.

Все более торжествует мысль, что каждый имеет право быть самим собой, если не мешает другим быть тем же и не производит общего затруднения. Мы улыбнемся при виде вороны в павлиньих перьях, но едва ли осудим ее в душе — за что? Если она умеет носить их прилично и не задевая ими простых неукрашенных ворон.

В старые времена, при других понятиях и нравах, такая своеобычность была менее удобна и, во-первых, не совсем безопасна. Общественное мнение было более завистливо и нетерпимо, не выносило ничего выдающегося, незаурядного, своеобразного. Будь как все, шагай в ногу со всеми — таково было общее правило.

Один иноземец, бывший в Москве при царе Михаиле, рассказывает, что одна красивая московская боярыня не хотела белиться и румяниться. Тогда все дамы боярского круга взъелись на нее: она осрамить нас вздумала: "Я-де солнце, а вы оставайтесь тусклыми свечками при солнечном сиянии", и чрез мужей заставили-таки красавицу подчиниться обычаю: гори-де и ты, подобно нам, тусклой свечкой при солнечном сиянии. Будь как все, шагай в ногу со всеми.

Вот характерная нравоописательная картинка из записок известного московского подьячего времен царя Алексея Михайловича. "В домах своих живут они смотря по чину и общественному весу каждого, вообще же без особенных удобств. Малочинному приказному человеку нельзя построить хорошего дома: оболгут перед царем, что-де взяточник, мздоимец, казнокрад, и много хлопот наделают тому человеку, пошлют на службу, которой исполнить нельзя, инструкцию такую напишут, что ничего не поймешь, и непременно упекут под суд, а там — батоги и казенное взыскание, продажа движимого и недвижимого с публичного торга. А ежели торговый человек или крестьянин необычно хорошо обстроится, ему податей навалят. И потому, — заключает Котошихин, — люди Московского государства домами живут не гораздо устроенными и города и слободы у них неблагоустроенные же". ...

Люди прежних времен умели быть эгоистами не хуже нас, даже бывали чудаками и самодурами, какими не сумеем стать мы; но они менее нас умели быть оригинальными, без странностей, своеобразными и самобытными, без неудобных чудачеств, без потребности в полицейском надзоре. Потому в своей житейской обстановке, как и в своем наружном уборе, они были столь же мало своеобычны и изобретательны, как в своих чувствах и вкусах, повторяли общепринятые завитки, цвета и покрои, исторически сложившиеся, отцами и дедами завещанные."

Тут еще интересные мысли есть: и про индивидуализм как орудие альтруизма, и про то, откуда самодурство некоторых товарищей из старых времен, прекрасно описанных тем же Лесковым. Я ж говорю, умный дядька.

Но так страшно осознавать, что мир (далеко не весь!) стал относительно нормальным лет 100-200 назад, не раньше. Уважение к отдельному человеку, индивидуализм, личная свобода хотя бы в быту - недавние изобретения. Страшно.

Закрыла я книги и стала просто валяться с котами.

#свобода #персонализм #прогресс #история

Лет 7 назад я откопала в жж серию постов о сексуальности в христианстве (теперь они пропали). Основной посыл: секс - не только ради размножения, в нем нет ничего дурного, даже напротив, и хватит к супругам в постель лезть, со своими практиками сами разберутся, это вообще никого не касается. Самое забавное, что я до этого додумалась сама, правда, процесс был долгим и мучительным. И я не знала, что некоторые фразы-камни преткновения из Нового Завета являются позднейшими вставками, а некоторые попросту неверно переведены.

Правильно сказано в комментариях: и за что мучились?! Смех сквозь слезы. Скольким людям законничество сломало и отравило жизнь, и ведь это продолжается.

Неправда, что в 19-20 веках не было христианской мысли на тему секса и брака. Еще какая была, да вот не удосуживаются ее признать христианской: вопрошания Розанова, Мережковского, Гиппиус, Бердяева. Они шли вглубь... они мыслили уже не о допустимости, а о святости плотских отношений (нет, не из-за деторождения, а из-за любви), очень непоследовательно, часто срываясь то в спиритуализм, то в язычество и Ветхий Завет, но все же основное "вопрошание" было верным. А официальная церковь жутко отстала в этом вопросе, и даже до сего дня.

На всю Россию вопил Розанов, и наткнулся на такое сопротивление, что и сам уверился: Христос не жизнь принес, а смерть. Розанов не виноват, он просто довел традиционные убеждения до логического конца.

Мережковский с Гиппиус вещали о "святой плоти", да кто их слушал? Даже Бердяев, с его уклонами в спиритуализм - и тот много замечательного о браке и любви сказал. В частности, заметил: за развод как-то слишком строго осуждает церковь, а за привязанность к имуществу - не осуждает совсем, но ведь по Евангелию это одного порядка вещи, и там не о нормативе речь идёт, а о совершенстве.

Люблю этих товарищей, родные они мне.

Никто их не послушал, и только светская сексуальная революция внесла элементарную человечность в телесные отношения, и продолжает вносить. А христиане, в большинстве своём, так и остались в своих заблуждениях, так и продолжают калечить жизнь себе и другим. Я сейчас очень мягко выражаюсь.

Иерархии захотелось контролировать самую интимную часть жизни людей, вызывая стыд и чувство вины на ровном месте. Так проще управлять.

Например, допустимое количество браков. Любовниц у тех же царей-королей церковь терпела сколько угодно, не отлучала, но чтоб жениться в четвертый раз - нет, ни за что! Опять же, манипуляция искусственно вызванным чувством вины, как знакомо… И на каждый последующий брак надо разрешения испрашивать. Власть. Это всё только про власть.

Или вот "двойственность" морали в церкви: нельзя, но если очень хочется, то можно, но все равно нельзя. Опять же, каждый раз человек будет к ним бегать за разрешением или покаянием. А в гордыне иерархи обвинят кого угодно, но только не себя.

В общем, тексты те весьма полезны и познавательны, хотя и не отвечают на многие важные вопросы, а на другие важные вопросы отвечают недостаточен прямо и чётко. Не затронуты темы насилия, контрацепции, чайлдфри, лгбт… впрочем, я все эти вопросы уже для себя решила, а общее направление у текстов верное.

#секс #эрос #брак #церковь #серебряный_век #новое_религиозное_сознание

Обсуждение в книжном клубе "Одиссеи" Гомера, с 9 по 16 песни

"Я же не ведаю края прекраснее милой Итаки."

В нашем обсуждении вот какой вопрос возник: что дает нам чтение "Одиссеи" сейчас? Что мы там видим?

Приключения Одиссея мне знакомы с детства в каких-то переложениях, но читать само произведение, хотя бы и в переводе - совсем другое дело, и внимание обращаешь уже на другое. Так, среди ярких историй о лотофагах, лестригонах и циклопах теряется беглое упоминание разграбления Одиссеем и его спутниками города киконов, а теперь читаешь и понимаешь: для них это в порядке вещей. Так что теперь для меня "Одиссея" - не столько про приключения, сколько про то, как архаичный человек видел себя и мир. А видел он своеобразно.

Поразительно, что хитроумный Одиссей - в чем-то очень наивен. Так, он задерживается в пещере циклопа в надежде, что хозяин окажется гостеприимным и что-то подарит, а вырвавшись оттуда, успел на эмоциях и поругаться с циклопом, и имя своё тщеславно назвать (потому и огреб впоследствии от его папочки, Посейдона).

История про мешок с ветрами от Эола тоже не то про невезучесть, не то про неумение себя обезопасить от глупости и алчности спутников. То же самое с быками Гелиоса - мог бы просто не останавливаться на этом острове, ведь предупреждали...

Всегда прикольно встречать знакомых по другим мифам персонажей. Так, Цирцея, у которой Одиссей сотоварищи задержались еще на год - сестра Ээта, отца Медеи... Зачем или почему Цирцея превращала странников в свиней - неизвестно, цель и мотивация не раскрыты. Потом этот сюжет истолковывали моралистически (осуждение невоздержанности, мы по этому поводу даже "Унесенных призраками" Миядзаки вспомнили), но это ведь позднейшее толкование, а интересно первоначальное, архаическое.

Кульминации эти узнавания достигают в сцене призыва Одиссеем мертвых (они слетаются на кровь, будучи сами бесплотными - тоска по утраченном жизни?..) Тут тебе кроме Тиресия, прорицателя из фиванского цикла мифов, и Антиопа, и Алкмена, Мегара, Эпикаста, Федра, Клитемнестра... Пришел и сам Ахилл со своей знаменитой сентенцией:

“Лучше б хотел я живой, как поденщик, работая в поле,
Службой у бедного пахаря хлеб добывать свой насущный,
Нежели здесь над бездушными мертвыми царствовать, мертвый."

Пришел и Аякс, но его душа

"Молча стояла вдали, одинокая, все на победу
Злобясь мою, мне отдавшую в стане аргивян доспехи
Сына Пелеева. Лучшему между вождей повелела
Дать их Фетида;"

О материальном. Царь Алкиной призывает своих приближенных одарить странника и простодушно добавляет: не переживайте, мы всё это компенсируем "сбором с народа". "На свои гуляем, на народные..." Одиссея честно доставили на родину вместе со всеми подарками, и он не успокоился, пока не проверил, всё ли на месте:

"Он сосчитал все котлы, все треножники, все золотые
Утвари, все драгоценно-сотканные ризы"

А быт, как я уже говорила, очень примитивный: цари ходят по кладовкам, царицы шьют, абсолютно все женщины ткут, включая Цирцею и нимф... Менелай отпускает гостившего у него Телемаха с напутствием: возвращайся, а то вдруг из дома что-то дорогое украдут! Люди очень озабочены имуществом, так было всегда. Просто архаичные авторы пока не стесняются говорить об этом:)

С гостеприимством, оказывается, бывают веселые перегибы. Вот Менелай говорит:

"во всем наблюдать нам умеренность должно;
Худо, если мы гостя, который хотел бы остаться,
Нудим в дорогу, а гостя, в дорогу спешащего, держим:
Будь с остающимся ласков, приветно простись с уходящим."

И поступает соответственно. От Нестора же Телемаху приходится буквально убегать))

#книжный_клуб #античность #одиссея #литература #мировая_культура #архаика

Особенно печальна в архаическом мире участь женщины. Одиссей хоть мир повидал, с богинями развлекся, а Пенелопа просто ждет... И вот какую тираду про нее произносит богиня Афина:

"...ты довольно
Знаешь, как женщина сердцем изменчива: в новый вступая
Брак, лишь для нового мужа она помышляет устроить
Дом, но о детях от первого брака, о прежнем умершем
Муже не думает, даже и словом его не помянет."

Понятно, что это мужской взгляд без всяких скидок. Мне даже интересно стало, а как при патриархате женщина может думать о прежнем супруге и детях от него, вопреки своему новому владельцу? Ну вот правда, как?

А ведь Пенелопа снова пытается возвысить голос в защиту себя и сына, воззвать к совести женихов, но, разумеется, безрезультатно...

Зачем нужна жена - прекрасно тоже Афина Телемаху объясняет: чтобы следить за домом и охранять имущество. Экономка с функцией сторожевой собаки.

Об участи рабыни и вовсе невозможно думать:

"...как рабынь принуждают
Их угождать вожделениям гнусным в обителях царских"

У меня развлечение: замечать, к кому на сей раз будет применен эпитет "богоравный". На сей раз - не только к женихам, ведущим себя буйно и непорядочно (оказалось, их около сотни), но и к рабу-свинопасу, который, разумеется, просто обожает Одиссея и очень по нему скучает.

Кстати, история свинопаса Евмея - едва ли не самое интересное в этой части. С одной стороны - однако, у вас что ни раб, то бывший знатный и богатый. С другой стороны - готтентотская мораль во всей красе: что у нас была рабыня - это хорошо, а что она захотела освободиться и в качестве оплаты прихватила меня, и меня продали - очень, очень плохо.

И рядом с этим - вполне современные рассуждения вроде:

"Люди не сходны, те любят одно, а другие другое."

У свинопаса сын с отцом и встретились:

"Телемах в несказанном волненье
Пламенно обнял отца благородного с громким рыданьем.

В сердце тогда им обоим проникло желание плача:
Подняли оба пронзительный вопль сокрушенья;"

Мне так нравится, когда мужчины плачут)

Одиссей возвратился на свою любимую Итаку. И теперь у меня вопрос: а оставшиеся 8 песен о чем будут?..

#книжный_клуб #античность #одиссея #литература #мировая_культура #феминизм #архаика

Сандро Боттичелли, "Мистическое Рождество"

Перевод надписи на картине:

"Она была написана в конце 1500 года во время беспорядков в Италии, мною, Александром, в половине того периода, в начале которого исполнилась глава IX святого Иоанна и второе откровение Апокалипсиса, когда Сатана царствовал на земле три с половиной года. По миновании этого срока дьявол снова будет закован, и мы увидим низвергнутым, как на этой картине."

#живопись

Дочитала книгу Николая Эппле “Неудобное прошлое”. В целом интересная, информативная, дает пищу для размышлений, могу рекомендовать, хотя и не могу во всем согласиться с автором.

Первое, о чем думается - книга написана до войны. Теперь так ли уж нам не подходит немецкая модель работы с прошлым? Интересно, что думает теперь об этом автор…

Далее, Эппле говорит, что нам нужна компромиссная модель памяти с учетом всех значимых идеологических группировок в обществе, такой объединяющий набор тезисов, чтобы все с ними могли согласиться. И тут же для примера выдает такие тезисы, с которыми я-то лично согласна, либералы согласятся, но сталинисты, коммунисты, государственники - никогда. И я не вижу возможности найти компромиссную модель, которая была бы правдива. Правда для меня дороже всего. Открывайте архивы, мне пофиг, что соседи передерутся.

Упор на локальную и семейную историю… наверное, в целом верная идея, возможно, чисто статистически может сработать. Но история маленького городка, где потомки заключенных и надзирателей переженились между собой и устроили вроде как музей о местном лагере… Для меня есть в этом что-то жуткое. Как будто не пересмотр прошлого и не покаяние (о покаянии в книге блестяще написано), а нормализация: ну да, бывает, а жизнь продолжается. Я недавно еще более жуткое видела: потомки репрессированных оправдывают репрессии всё тем же “величием” страны. Надеюсь, что таких единицы, конечно.

Несколько цитат из книги:

“Трудное прошлое хочется не просто изолировать; больше всего его хочется «обнулить», сделать небывшим.”

“Но реплика «забыли» исчерпывает конфликт, если ее произносит пострадавшая сторона после того, как виновник конфликта признает свою вину и попросит о прощении. И даже тогда «забвение» — метафора: причиненное зло не забыто, оно перестало быть активным, переведено в разряд прошлого и законченного. Между тем в политической практике предложение «забыть», как правило, исходит не от пострадавшего, а от виновника, причем именно тогда, когда он не готов брать ответственность за случившееся и просить прощения. Такое обнуление не исцеляет конфликт, а ретуширует его.”

(о “Покаянии” Абуладзе)
“Разве выбрасывание трупа отца на корм птицам имеет что-то общее с покаянием? Разве не так «либералы», прикрываясь красивыми и правильными словами, оскверняют собственное прошлое, которое ненавидят? Но смысл этого образа в другом. Пока преступления Варлама не осуждены, пока его сын продолжает оправдывать отца, сам Варлам еще не вполне умер; подобно вампиру, он ведет призрачное посмертное существование. И упокоение в земле способствует такому существованию, тогда как единственный способ его прекратить — это не дать ему упокоиться в могиле, обесславить, бросив на корм птицам, заставив умереть по-настоящему.”

“Попытка забыть трудное прошлое, перестать говорить о нем, подобно вытеснению травмы, только увеличивает возможность ее неконтролируемого «прорыва».”

“Чтобы перестать быть губительным для будущего, прошлое должно обнаружиться во всей полноте, получить оценку, — и только тогда оно оказывается «завершено».”

“…осуждать и каяться совсем не обязательно, обязательно только одно — не молчать.”

“Арендт пишет:
Возгласы «Мы все виновны!», поначалу звучавшие так благородно и подкупающе, на самом деле служили лишь тому, чтобы снять значительную часть вины с тех, кто действительно был виновен. Когда все виновны, — невиновен никто.”

“Как правило, степень вины обратно пропорциональна желанию ее признавать и искупать.”

#политика #история #общество #мораль

“…слом традиции в России более традиционен, чем ее сохранение.”

“Под принятием в данном случае понимается готовность не отворачиваясь посмотреть на все трудные для восприятия факты и обстоятельства. Осуждение вовсе не противоречит принятию и не противоположно ему, но является его критической практикой — так принимается дурное и преступное. Принятию противоположно не осуждение, но отрицание прошлого, которое обрекает индивида и социум на существование, «проникнутое беспокойством и неуверенностью», по слову Томаша Гросса, в постоянном опасении и оглядке, как бы не вскрылось что-то такое, о чем не хочется помнить и вспоминать.”

“Рядовой российский гражданин не чувствует себя защищенным от полицейского и лишен возможности сделать его защитником своих интересов. Остается возможность «разделить» с полицейским его интересы, когда тот третирует мигранта, «шпиона» или «оппозиционера». В этом случае по сравнению с ними можно ощутить себя гражданином первого сорта и заставить себя поверить, что, третируя еще менее защищенных людей, полицейский отстаивает твои интересы, а не интересы государства. Нет никаких гарантий, что завтра на месте «шпиона» или «оскорбителя чувств» не окажешься ты сам, зато сегодня можно почувствовать единение с «большим братом».”

“Возможно, то, что граждане (или «жители», как именует их на своем канцелярском языке власть в современной России) воспринимают власть как «чужую», а не как «свою» — нечто исторически присущее именно российскому социальному устройству.”

“Отношение властей российского государства к своим подданным на протяжении всей его истории отличает бросающаяся в глаза дистанция. Так завоеватель относится к завоеванным им племенам, с которыми не чувствует ни кровной, ни культурной близости.”

“Именно логика колонизации объясняет дистанцированную жестокость, с которой российская власть (и ее исторические предшественники) проводит все свои важнейшие проекты — от крещения Руси и борьбы с претендентами на княжение при помощи татарских войск до освоения Сибири, строительства столицы на недавно отвоеванных землях при помощи подневольного труда и, наконец, масштабных, беспрецедентно жестоких проектов насильственной коллективизации и модернизации страны силами заключенных ГУЛАГа.”

“Практика отрицания — это забвение, стирание памяти или замещение ее мифами, фейками, ложными воспоминаниями. Практика же принятия, то есть сохранения памяти о прошлом, двояка, в зависимости то того, о памяти о какого рода событиях идет речь. В случае памяти о преступлениях — это их осуждение, а в случае памяти о славных страницах прошлого — благодарение за них.”

“Борьба за русскую литературу как наследие, которое власть пытается экспроприировать и поставить на службу идеологии, дает себя знать, например, в отношении к Александру Герцену. Восприятие этой фигуры как своего рода патрона русской интеллигенции заметно уже в той же «Четвертой прозе»:

“Изволили выехать за границу?.. Здесь пока что случилась неприятность… Александр Иванович! барин! как же быть?! Совершенно не к кому обратиться!”

Наследие автора, поднятого госидеологией на щит в качестве одного из предшественников революции, было тем самым легитимизировано в СССР. Однако как оппонент диктатуры он оказался важен для интеллигенции и диссидентов — так, в круге Лидии Чуковской Герцен считался важнейшим духовным авторитетом. Сверка себя с «Былым и думами» была привычным способом ориентироваться во времени и пространстве для нескольких поколений советских диссидентов от Корнея Чуковского до Людмилы Алексеевой.”
(да честно говоря, и я обалдела от герценовского свободолюбия, прочитала 12 томов на одном дыхании)

#политика #история #общество #мораль

Слушала интервью Гордеевой с Евой Меркачевой. Всё было плюс-минус нормально, пока она не стала рассказывать, что тюрьма делает человека лучше и способствует просветлению. Дальше плевалась и называла ее не иначе, как идиоткой. Но меня внезапно порадовали комментарии - много людей высказало ту же мою мысль, против культа страдания.

#страдание

Я хожу на обсуждения фильмов и спектаклей про историю России. И мы там все горюем, что нет произведений про Февральскую революцию. И про революцию 1905 года. И про русское протестное движение, особенно - про либералов. Про земских деятелей. Про женское движение. Про реформы Александра Второго. Да и просто - про прекрасную богему Серебряного века. Столько материала богатейшего, даже придумывать ничего не надо… Ну это же ненормально - такой культурный провал. Мы заворожены травмой большевизма и последующих безобразий. Если историческое - то обязательно Ленин, Сталин и ВОВ(((

В литературе тоже пустенько. У Мережковского хотя бы есть трилогия “Царство Зверя”, наконец-то добралась, сейчас читаю вторую часть - роман “Александр Первый”.

Дмитрия Сергеевича всегда неистово рекомендую, он гениальный. У него всё на высоте - стиль, раскрытие характеров, идейное наполнение. Его описания природы не хочется пролистывать, они втягивают в себя и несут смысловую нагрузку, не просто для красоты. Его женские персонажи не всегда сильные и творческие, но всегда субъектные. И, пожалуй, никто в русской литературе не раскрыл так честно суть самодержавия, без всякого пасквиля, с человеческим сочувствием к персоналиям, но приговор ясный и четкий: институт самовластия имеет сатанинскую природу. Неважно, добрый или злой царь, эта модель власти просто не должна существовать.

И Мережковский - единственный, кто дал себе труд написать роман про декабристов (третья часть трилогии). Впрочем, роман “Александр Первый” - наполовину про них.

#политика #история #литература #русская_культура #серебряный_век #мережковский

Соловьев в дни празднования памяти Пушкина написал статью, многим показавшуюся возмутительной и несправедливой, многие его ругали, даже Минский с Мережковским. Суть статьи: Пушкин сам виноват в своей смерти, сам выбрал свою судьбу. Мысль автора вполне в русле христианской нравственности, хотя и кажется чересчур строгой и даже формальной. Но.

Пушкин пал жертвой предрассудков своего времени - разве это неверная мысль? И он - не невинная жертва: на дуэль, как и на войну, идут не только умирать, но и убивать. Да и само «семейное счастье» Пушкина для меня под большим вопросом. Если жена его не любила, причем тут Дантес? Получается, Пушкин был собственником, заботился не о чувствах жены, а об общественном мнении. Мало кто может «идти против рожна», но не стоит конформизм великого человека возводить в культ. Великий человек не может освятить конформизм, но конформизм может принизить его. Личность Пушкина - не ничтожная, но и не настолько уж великая, как принято об этом думать. Это был живой человек с предрассудками и ошибками.

Хорошо сказал об отношении к поэту Мережковский: «будет пир голодных во славу не насытившего их»… Хотя и он защищал Пушкина, исходя из концепции "великого человека", которому якобы позволено чуть больше, чем другим, и который якобы гениален во всем. Нет, не во всём - и об этом отлично сказал Розанов.

#пушкин #соловьев #литература #серебряный_век #мережковский