«— Доброе утро.
— Утро будет добрым только после того, как я проведу с тобой добрую ночь.»

«— Я не защитник.
— Нет, ты не защитник. Но, к счастью для тебя, Фрици не нуждается в защите. Ей нужен воин».

У меня правило: не смотреть на миловидную женщину дважды. Все миловидное мне противопоказано. Представьте трактор, восхитившийся одуванчиком: ну куда такое годится? Просто посмотреть – куда ни шло, но назначение тракторов – скашивать одуванчики. Мне ни к чему обращать внимание на веснушки, засыпавшие ее нос и хлынувшие с подбородка и щек на шею и на грудь, стиснутую розовым верхом от бикини. Один лишь цвет этой вещицы заставляет меня стыдливо отвести взгляд. Но при этом я не стыжусь мысли про то, как удобно улеглись бы ее груди в мои ладони… И все прочее: что бедра, что колени. Как было бы приятно обхватить ее лицо.
Затылком она едва достает мне до подбородка. Боже. Что со мной творится?
Я откашливаюсь.
– Я говорю, хочешь вызвать копов, Дюймовочка? Валяй! Они знают, что я здесь.

Он согревает своим дыханием мой живот, а я запускаю пальцы ему в волосы, возбуждение пронизывает мое нутро, там просыпается водопад в милю высотой. Он меня лижет: медленно проводит кончиком языка по всему моему голому животу, потом кусает – легонько, но я все равно ахаю.
– Майлз, – произносит он хрипло. – Так меня зовут.