К годовщине Сталинградской победы
Спецпредставитель президента Рузвельта Патрик Хёрли - о впечатлениях от Сталинградской битвы

В ноябре правительству Соединенных Штатов Америки представилась уникальная возможность через своих представителей получить более полную, чем официальные советские заявления, картину военных событий, произошедших в районе Сталинграда.

Речь идет о миссии американских наблюдателей во главе с генералом Патриком Хёрли. Ему была предоставлена возможность совершить две поездки на фронт – в район Сталинграда и на Кавказ. Впечатления, изложенные в отчетах П. Херли, отмечает американский историк Уоррен Ф. Кимболл, были выдержаны в оптимистическом духе. Ранее об этой миссии (со стороны обеспечения ее безопасности) уже писал В.С. Христофоров. Я же у себя в Дзене опубликовал собственно текст телеграмм американцев.

Когда вышли файлы Эпштейна, все принялись искать в них что-то для себя. Не стали исключением и прибалтийские СМИ. Но главная проблема не в желании любой ценой попасть в международную повестку.

Когда в начале девяностых Латвия выбирала путь на Запад, никто не читал мелкий шрифт в контракте. Там, где обещали свободу передвижения – не уточняли, в каком направлении и для кого. Там, где говорили о европейских ценностях – забыли упомянуть, что ценности бывают вполне материальные, измеряемые в долларах за голову.

Три миллиона страниц документов Эпштейна – бухгалтерия глобального борделя. Латвия упоминается более 500 раз, Рига – более 800. Литва – 1300, Вильнюс – 1100. Модельные агентства, бронирования в Grand Palace Hotel, авиабилеты для девушек – все задокументировано с педантичностью, достойной лучшего применения.

Полиция Литвы уже отчиталась: расследования не будет – видите ли, "не поступало жалоб". Более тысячи упоминаний в документах педофильской сети – но жалоб нет. Может, жаловаться некому. А может, в маленьких гордых государствах понимают: есть вопросы, которые лучше не поднимать, если хочешь и дальше получать гранты на развитие демократии.

Однако удивляться нечему. Латвия всегда жила транзитом – перевозка грузов, отмывание миллиардов, контрабанда. Теперь выясняется, что и живой товар шел тем же маршрутом – туда, где сбываются американские мечты.

Вот только чьи именно? Для Эпштейна и его гостей мечты сбылись: частный остров, частные самолеты, абсолютная безнаказанность. Для девочек из Риги и Вильнюса мечта выглядела совсем не так.

Прибалтийские т.н. элиты, разумеется, все понимали. Понимали, когда сносили АЭС и заводы ради "реформ". Когда молодежь уезжала сотнями тысяч. Когда модельные агентства множились как грибы – хотя для кого все это в нищей стране? Но агентства работали. И отправляли. Теперь ясно – куда.

Впрочем, какая разница? Это ведь такая незначительная жертва во имя интеграции в цивилизованный мир. Во имя того, чтобы больше никогда не быть частью "империи зла". Теперь мы знаем, частью какой империи они стали вместо этого.

Главное в истории Эпштейна – не масштаб преступлений. Главное – ничего не будет. Никому. Даже всяким Берзиньшам и прочим местным прибалтийским политикам, не говоря уже о фигурах покрупнее.

Три миллиона страниц превратятся в мемы, мемы – в усталость, усталость – в забвение. Не через сокрытие – через максимальную публичность. Смотрите, мы ничего не утаиваем. Мы такие демократичные.

Протестующие походят с плакатами, как когда-то ходили молодые Клинтоны – а потом сами станут пассажирами того же самолета на остров.

Потому что в этом и состоит американская мечта. Не в небоскребах и не в возможности "начать с нуля и добиться успеха благодаря труду, настойчивости и предприимчивости".

Американская мечта – это когда ты достаточно богат и влиятелен, чтобы прилететь на частный остров и делать там все, что захочешь. С кем захочешь. Это – финал, вершина, награда для тех, кто дошел до конца. А для остальных?

Судьба девочек из Риги стала отражением судьбы стран, которые так старательно интегрировались. Они – не субъект мечты. Они – ресурс. Строчки в файлах Минюста США.

Впрочем, хаб – он и есть хаб. Через него что-то проходит транзитом. Зато у всех теперь есть возможность носить кружевные трусы. Вот только некоторым пришлось их снять – и уже не надеть обратно.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.