27 ноября 2022 г. в нашей стране отмечается День матери.
В этот особый день мы подготовили публикацию о главном человеке в жизни первого в мире космонавта Ю.А. Гагарина – матери Анне Тимофеевне Гагариной (Матвеевой).

РГАНТД поздравляет летчика-космонавта Российской Федерации, Героя Российской Федерации Константина Мировича Козеева с 55-летием!
Константин Мирович совершил полет на ТК «Союз ТМ-33» (21–31 октября 2001 г.).
https://rgantd.ru/arh-docs/cosmos/rgantd-pozdravlyaet-letchika-kosmonavta-rossiyskoy-federatsii-konstantina-mirovicha-kozeeva-s-55-let/

Друзья,
В рубрике СУББОТНИЕ ЧТЕНИЯ,
которую РГАНТД ведет на своей странице с февраля этого года, завершилась публикация фрагментов архивных документов, вошедших в сборник РГАНТД «Человек. Корабль. Космос» к 50-летию полета первого в мире космонавта Ю.А. Гагарина.

Сегодня мы начинаем знакомство с фундаментальным трудом видного ученого, разработчика ракетных систем, заместителя главного конструктора С.П. Королева, академика РАН Б.Е. Чертока – «Ракеты и люди».

Рукописи его воспоминаний и размышлений по истории создания отечественной ракетной и космической техники, вошедшие в данное издание, хранятся в личном фонде автора (РГАНТД. Ф. 36).

Глава 1. О времени и современниках. «<…> Я не историк, а инженер, принимавший непосредственное участие в создании ракетно-космической техники от ее первых робких шагов до триумфальных достижений второй половины XX века. <…> Работа над мемуарами явилась для меня <…> долгом перед ушедшими из жизни товарищами. В Российской академии наук я на общественных началах многие годы был заместителем академика Б.В. Раушенбаха – председателя комиссии по разработке научного наследия пионеров освоения космического пространства. После смерти Раушенбаха я стал председателем этой комиссии. <…> Я порой чувствую себя чем-то вроде “машины времени”, осуществляющей совершенно необходимую связь времен. В настоящем и будущем нет ничего, что не опиралось бы на прошлое.

<…> В XX в. я прожил 88 лет. В трехтысячную историю человеческой цивилизации этот короткий по времени отрезок войдет как период научно-технических революций и прорывов в ранее недоступные человеку области макро- и микромира. <…> Наиболее разительные достижения атомной, ракетной, космической и радиолокационной техники явились результатом целенаправленных действий советских ученых и инженеров. <…> Я отношу себя к поколению, понесшему невозместимые потери, на долю которого в XX веке выпали тяжелейшие испытания. Этому поколению с детства прививалось чувство долга. Долга перед народом, Родиной, родителями, перед будущими поколениями и даже перед всем человечеством. На себе и своих современниках я убедился, что это чувство очень стойкое. Оно явилось одним из сильнейших стимулов для создания этих мемуаров. Люди, о которых я вспоминаю, действовали во многом под влиянием чувства долга. Я пережил многих и останусь в долгу перед ними, если не напишу о гражданских и научных подвигах, которые они совершили.
Ракетно-космическая техника создавалась не на ровном и пустом месте. Стоит напомнить, что во время Второй мировой войны Советский Союз выпустил самолетов и артиллерийских систем больше, чем противостоявшая нам фашистская Германия. В конце Второй мировой войны Советский Союз обладал огромным научно-техническим потенциалом и производственными мощностями оборонной промышленности. После Победы над Германией имевшиеся у нее разработки в области ракетной техники были изучены инженерами и учеными США и СССР. Каждая из этих стран воспользовалась трофейными материалами по-своему, и это имело решающую роль в начале послевоенного этапа развития ракетной техники. Однако все последующие достижения нашей космонавтики есть результат деятельности отечественных ученых, инженеров и рабочих.
Я пытаюсь коротко рассказать о фундаменте, на котором начала возводиться космонавтика, и о роли личностей в истории этого направления науки и техники. В истории нашей ракетно-космической техники решающая роль принадлежит академику С.П. Королеву и созданному под его началом Совету главных конструкторов, не имевшему прецедента в истории мировой науки. Первоначально в Совет входили: С.П. Королев – главный конструктор ракетной системы в целом; В.П. Глушко – главный конструктор ракетных двигателей; Н.А. Пилюгин – главный конструктор автономной системы управления; М.С. Рязанский – главный конструктор систем радионавигации и радиоуправления; В.П. Бармин – главный конструктор наземного заправочного, транспортного и стартового оборудования; В.И. Кузнецов – главный конструктор гироскопических командных приборов. Очень велика роль М.В. Келдыша. Он считался главным теоретиком космонавтики и действительно являлся организатором математической школы, которая обеспечила решение многих практических задач ракетной динамики. По мере расширения сферы своей деятельности Совет обогащался новыми именами. Чуть позже в него вошли А.М. Исаев, С.А. Косберг, А.Ф. Богомолов, А.Г. Иосифьян, Ю.С. Быков, А.С. Мнацаканян, Н.С. Лидоренко, Ф.Д. Ткачев, С.М. Алексеев, В.А. Хрусталев, Г.И. Северин, А.Д. Конопатов. Для всех этих людей Королев был признанным лидером, руководителем и полководцем советской космонавтики. Каждый из них имел служебное звание “главный конструктор”. Каждый стал основателем школы, разрабатывающей свое специальное направление <…>».

Опубликовано: Черток Б.Е. Ракеты и люди. От самолетов до ракет. Книга 1. М., 2006. С. 18–21.

3 декабря 1932 г. родился Б.Н. Кантемиров – специалист в области проектирования и испытаний РКТ, военный инженер, к.т.н., вице-президент МОО «Российская академия космонавтики имени К.Э. Циолковского».
https://rgantd.ru/news/pamyatnye-daty/k-yubileyu-b-n-kantemirova-/?clear_cache=Y

Друзья, публикуем сегодня статью нашего научного руководителя Геннадия Залаева.

А 15 декабря в рамках проекта «Линия жизни» в РГАНТД состоится встреча с Геннадием Захаровичем, на которой вы сможете узнать не только самые интересные подробности из истории информатизации архивной отрасли, но и том, как инженеры становятся архивистами).

8 декабря 1927 г. родился В.А. Шаталов – летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза, генерал-лейтенант авиации, к.т.н., заслуженный мастер спорта СССР.

В.А. Шаталов, первый из космонавтов нашей страны, достигший 90-летнего возраста, космонавт 1 класса, был удостоен званий Героя Советского Союза (дважды) и летчика-космонавта СССР, лауреата Государственной премии СССР, множества государственных, общественных и научных наград, наград других стран. За большой личный вклад в развитие отечественной космонавтики он отмечен Благодарностью Президента Российской Федерации. Космонавт удостоился высшего в нашей стране почетного спортивного звания Заслуженного мастера спорта СССР.
https://rgantd.ru/news/pamyatnye-daty/k-95-letiyu-so-dnya-rozhdeniya-letchika-kosmonavta-sssr-dvazhdy-geroya-sovetskogo-soyuza-v-a-shatalo/?clear_cache=Y

СУББОТНИЕ ЧТЕНИЯ

Глава 1. О времени и современниках. «<…> Аналогично королевскому Совету позднее создавались Советы главных во главе с М.К. Янгелем, В.Н. Челомеем, А.Д. Надирадзе, В.П. Макеевым, Д.И. Козловым, Г.Н. Бабакиным, М.Ф. Решетневым. Неизбежным был процесс взаимосвязи этих Советов. Главные конструкторы – члены первого королевского Совета, обогащенные опытом создания первых ракетных систем, начинали разработки для других главных конструкторов ракет и входили в новые Советы. Глушко создавал двигатели и для Королева, и для Челомея, и для Янгеля; Исаев – для Королева и Макеева; Пилюгин – системы управления для Королева, а затем для Янгеля, Челомея, Надирадзе; Бармин создавал стартовые системы для всех ракет – королевских, янгелевских и челомеевских. Наиболее универсальными оказались разработки гироскопических систем Кузнецова, которые нашли применение на большинстве советских ракет и космических аппаратов. Со временем общим стал единственный для всех командно-измерительный комплекс, оснащенный радиосистемами Рязанского, Богомолова, Мнацаканяна <…>. К концу 70-х гг. Советский Союз имел сильнейшую в мире технократическую элиту <…>.

Я старался вспоминать о ярких и неповторимых людях, с которыми работал и встречался. Все они были уникальными личностями, и невозможно подвести советского ученого или главного конструктора под некий стандарт. При всем разнообразии характеров, стилей работы, тематических направлений их деятельности они имели общие черты, существенно отличающие их творчество от установившихся представлений о великих ученых прошлого <…>. Возможно, перечень этих общих черт в какой-то мере позволит ответить на вопрос: почему же, обладая колоссальной потенциальной силой, эти люди никогда не пытались получить реальную власть в стране? Позволю себе сформулировать эти общие черты.

Техническое творчество для каждого из них являлось призванием, смыслом жизни. Чистая наука рассматривалась не как самостоятельная цель, а как средство для достижения технических результатов, а в некоторых случаях и политических интересов государства. Индивидуальное научно-техническое творчество сочеталось с организаторской деятельностью, с поиском наиболее плодотворных методов работы коллективов, которые они возглавляли <…>. За конечные результаты своей творческой деятельности главные конструкторы, ученые и ведущие специалисты несли персональную ответственность перед государством <…>.

Во время Второй мировой войны во всех воюющих странах наука была милитаризована. Разработка новых видов оружия – атомного, ракетного, авиационного, радиолокационного – требовала участия самых выдающихся ученых <…>. Послевоенные годы не освободили ученых от такого рода “военной службы”. Обстановка “Холодной войны” для всех, причастных к военно-промышленному комплексу, была не менее напряженной, чем в годы прошедшей войны. “Железный занавес” заставил искать решение возникших проблем самобытным, самостоятельным путем. Практически исключалась возможность слепого копирования, подражания и даже заимствования опыта. Это приучало ученых и инженеров рассчитывать на интеллектуальный потенциал только своей страны.
Коллективизм в научной работе оказался совершенно необходимым средством проведения исследований и достижения конечных практических результатов. Наиболее выдающиеся успехи достигались на стыках, сопряжениях различных наук и отраслей техники. Эти успехи явились следствием тесной совместной работы ученых различных областей знаний <…>. Все были истинными патриотами, не помышлявшими ни о чем другом, кроме честного служения Родине <…>. Общее требование к высшим структурам сводилось к формулировке “помогайте, но не мешайте!”.

В XX веке сильнейшим стимулом для развития ракетной техники стало ее военное использование. Среди всех государств мира лидером на этом поприще была гитлеровская Германия, а затем, уже после Второй мировой войны, Советский Союз и США. Имена ученых – пионеров освоения ракетной техники и космического пространства, основателей национальных школ в этой области хорошо известны <…>. Однако развитие ракетно-космической техники определялось не только деятельностью ученых, лидеров конструкторских и научных школ, подвигами космонавтов и астронавтов, но во многом политикой государств. Во времена “Холодной войны” ракетно-космическая техника стала одним из определяющих факторов борьбы ведущих государств за глобальную власть – через использование ракетно-ядерного потенциала и господства в космосе <…>.

При рассмотрении роли государства и его лидеров в истории космонавтики и ракетной техники Советского Союза и России целесообразно за начало отсчета принять 1933 г. Этот год отмечен событием, имевшим важнейшие исторические последствия, – появлением государственного акта о создании первого в мире Реактивного научно-исследовательского института (РНИИ). Инициатором этого решения был заместитель председателя Реввоенсовета, отвечавший за вооружение Красной Армии М.Н. Тухачевский. Ему космонавтика обязана тем, что под одной крышей оказались теоретики и практические инженеры Ю.А. Победоносцев и М.К. Тихонравов, будущие академики С.П. Королев, В.П. Глушко, Б.В. Раушенбах, энтузиасты реактивных твердотопливных снарядов – будущих гвардейских минометов “катюш” – И.Т. Клейменов, Г.Э. Лангемак и многие другие. В РНИИ проводились широкие научно-технические исследования и разрабатывались баллистические и крылатые ракеты с различными типами двигателей <…>».

Опубликовано: Черток Б.Е. Ракеты и люди. От самолетов до ракет. Книга 1. М., 2006. С. 21–24.

10 декабря 1977 г. на корабле «Союз-26» стартовала первая экспедиция на орбитальную станцию «Салют-6» в составе Ю.В. Романенко и Г.М. Гречко.

«Салют-6» являлся первой в мире орбитальной станцией второго поколения, так как был оснащен двумя стыковочными узлами. К нему могли стыковаться как пилотируемые корабли «Союз», так и автоматические грузовые корабли «Прогресс».
https://rgantd.ru/news/pamyatnye-daty/soyuz-26-pervaya-ekspeditsiya-na-salyut-6/?clear_cache=Y

11 декабря 1877 г. родился Николай Алексеевич Рынин — доктор технических наук, профессор, ученый в области истории и теории авиации и воздухоплавания, один из пионеров и популяризаторов воздухоплавания и космонавтики.
https://rgantd.ru/news/pamyatnye-daty/zavoevatel-neba-k-145-letiyu-n-a-rynina/?clear_cache=Y

15 декабря 1970 г. спускаемый аппарат АМС «Венера-7» впервые в истории космонавтики совершил мягкую посадку на поверхность Венеры.
Спускаемый аппарат (СА) массой 500 кг был изготовлен из титана и мог выдержать внешнее давление до 180 атмосфер и температуру до 500 градусов.
https://rgantd.ru/news/pamyatnye-daty/venera-7-pervaya-posadka-na-poverkhnost-planety/?bitrix_include_areas=Y&clear_cache=Y

Сегодня в рубрике «Субботние чтения» мы публикуем следующий отрывок из первой книги Б.Е. Чертока «Ракеты и люди. От самолетов до ракет». (М., 2006. С. 24–26).

Глава 1 «О времени и современниках». История РНИИ поучительна в том смысле, что в первые годы индустриализации государство стимулировало широкомасштабную организацию работ по новому перспективному направлению. Тухачевский, будучи ведущим военным руководителем в государственной системе, понимал, что ракетостроение должно опираться не столько на энтузиазм одиночек, мечтающих о межпланетных полетах, сколько, и прежде всего, на передовую технологию и современную промышленность. Поэтому в конце 1933 г. постановлением Совета Труда и Обороны РНИИ передали в ведение Народного комиссариата тяжелой промышленности, который возглавлял С. Орджоникидзе. Однако тоталитарное государство через четыре года после создания РНИИ уничтожило инициатора и покровителя этого направления – маршала Тухачевского, а вслед за ним и руководителей РНИИ – директора Клейменова и главного инженера Лангемака. В обстановке массовых репрессий покончил жизнь самоубийством Орджоникидзе. В 1938 г. были репрессированы ведущие специалисты Глушко и Королев. На длительный период деятельность института оказалась дезорганизована, и вплоть до 1944 г. никакие серьезные работы по ракетам дальнего действия, как оружию и тем более как средствам проникновения в космос, в Советском Союзе не проводились.
В январе 1937 г. РНИИ передали в Наркомат оборонной промышленности и переименовали в НИИ-3. Через два года НИИ-3 перевели в Наркомат боеприпасов, а в июле 1942 г. подчинили непосредственно Совету народных комиссаров СССР, и он стал называться Государственным институтом реактивной техники. В феврале 1944 г. институт передается Наркомату авиационной промышленности, и переименовывают в НИИ-1. Через 21 год НИИ-1 переходит в новое Министерство общего машиностроения (МОМ) и получает название НИИ тепловых процессов (НИИ ТП). Наконец, в конце XX века НИИ ТП попадает в Росавиакосмос (1992 г.), а в 1993 г. становится Исследовательским центром имени академика М.В. Келдыша.
Советское государство, которое первым в мире стимулировало развитие практической космонавтики, на целых шесть лет, начиная с 1937 г., фактически затормозило работы над ракетной техникой. Действия руководителей тоталитарного государства не всегда поддаются объяснению с позиции здравого смысла.
Новый подъем активной работы над ракетной техникой в СССР стимулировал премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль. В июле 1944 г. он обратился к Сталину с просьбой допустить английских специалистов к обследованию немецкого ракетного полигона, который предстояло захватить войскам Красной Армии на территории Польши. Нашим войскам представилась возможность захватить секретнейшее оружие немцев, о котором английская разведка знала больше, чем наша. Этого нельзя было допустить, и наши специалисты получили команду обследовать все, что можно, вместе с наступающими войсками еще до того, как туда попадут англичане <…>. Сталин поручил это задание наркому авиационной промышленности А.И. Шахурину, а тот, в свою очередь, возложил ответственность на подчиненный ему НИИ-1 – бывший РНИИ.
У руководства НИИ-1 в это время стояли авиационные генералы и ученые. Казалось бы, вот когда перед руководством этой отрасли открылась перспектива захватить новое направление. Сам Сталин поручает это Шахурину, а не другим великим наркомам Ванникову (наркому боеприпасов) или Устинову (наркому вооружения). Однако энтузиастов заниматься беспилотными да еще бескрылыми летательными аппаратами в Наркомате авиационной промышленности не нашлось. Активная деятельность советских специалистов в области большой ракетной техники практически на два года (с мая 1945 по январь 1947 г.) была перенесена в Германию.