Иногда кажется, что мы за последние лет пятнадцать видели уже столько интерьеров midcentury modern, что пора сделать паузу, оставить их для узкого круга фанатов и переключиться на что-то еще. А потом видишь такой вот проект — и хочется им немедленно поделиться.

Трио модернистских таунхаусов, ярко выделяющихся на фоне традиционной застройки нью-йоркского района Бруклин-Хайтс, построила в 1960-е годы чета архитекторов Мэри и Джозеф Мерц. В 2020 году особнячок купила семья с детьми, планировавшая скорый переезд в Нью-Йорк из Коста-Рики.

В 500-метровом доме до этого находилась квартира Airbnb, закуток медсестры и, судя по всему, какая-то контора, оставившая после себя многочисленные стеллажи. От оригинальной планировки не осталось ничего. Приводить дом в порядок наняли архитектора Иана Старлинга, который поразил заказчиков тем, что для начала подготовил 40-страничное исследование, объясняющее, чем вдохновлялись и о чем думали Мерцы, когда делали этот проект.

Они явно копировали филадельфийский дом Эшерика, построенный Лисом Ханом в 1961 году в Филадельфии, но этим дело не ограничивалось. Фанерная столярка в духе Алвара Аалто, стремление бесшовно соединить дом с ландшафтом, как это делал Фрэнк Ллойд Райт, и функциональность в традициях Вальтера Гропиуса — Мерцы использовали в проекте лучшее из того, что подарила миру модернистская архитектура.

Основная идея, от которой отталкивался Старлинг, — это присущая дому модульность и гибкость — здесь только одна несущая стена, что позволило легко приспособить особняк для нужд новых хозяев. Он сохранил общую зону на первом этаже и изменил почти все остальные — но так, чтобы не нарушить логику изначального проекта.

В детских появились раздвижные шкафы, позволяющие объединить отдельные спальни в одну большую комнату. Фанерные шкафы на кухне были отреставрированы и дополнены островом. Полки в розовом кабинете сделаны с нуля, но по мотивам оригинальной столярки. Логичным образом дополняет эту оболочку классика модернистского дизайна от братьев Кастильони, Ногучи, Сааринена и Хорхе Зазулпина. И даже диван Cameleonda, от которого в последние годы не спрятаться и не скрыться, выглядит здесь абсолютно на своим месте.

📷 Adrian Gaut
Подробности у Architectural Digest

Если рядом с вам есть официальный магазин Lego, проверьте, не приехали ли туда “космические кубики”. Их (пока?) не продают, но полюбоваться можно. Кубики разработаны вместе с Европейским космическим агентством и напечатаны на 3D-принтере из перемолотого в пыль метеорита, который четыре с половиной миллиона лет путешествовал по нашей Вселенной, а потом приземлился в Африке, где и был обнаружен в 2000 году.

Ученые считают, что по составу этот космический пришелец близок к лунному грунту, который они хотят использовать для зданий, в которых разместится будущая лунная база, и считают, что кубики, аналогичные Lego, могут стать подходящим стройматериалом. Говорят, что, несмотря на грубоватую форму, они скрепляются между собой так же прочно, как и обычные пластмассовые.

Действующая с 2017 года программа “Артемис” предполагает, что человечество не просто вернется на спутник Земли, но и обустроит там целую колонию. Произойти это должно уже в 2026 году — первые кирпичики кубики в успех этого дела уже, как видите, заложены.

Подробности у Dezeen

От космических новостей — к земным удовольствиям. В Париже открылся поп-ап-ресторан Moët in Paris by Allénos с интерьером Шарля де Вильморена, кухней шефа Янника Аллено и сами понимаете каким шампанским.

Находится временное заведение в Бопассаже — пешеходной зоне в Сен-Жермен-де-Пре, а его появление приурочено к предстоящей Олимпиаде. Об источниках вдохновения дизайнера, который украсил пространство яркими муралами, ничего не сообщается. Видимо, все дело в волшебных пузырьках.

📷 Virgile Guinard
Подробности у Wallpaper

В Лос-Анджелесе до 14 июля идет выставка австралийца Synthetica Джорджа Бирна. Мало кто из нас туда попадет, а экспозиция любопытная.

Многие думают, что свои работы Бирн генерирует с помощью искусственного интеллекта, но это и близко не так — это коллажи из реальных фотографий, которые художник снимает на пленку камерой Pentax 67. В данном случае это здания Лос-Анджелеса и пейзажи, снятые в разных частях США, которые Бирн комбинирует так, что банальные фотозарисовки приобретают эпическую самодостаточность.

Но мне тут кажутся примечательными не только творческие методы автора, а готовая картинка и ее связь с миром современного дизайна — соединение минимализма с инфантилизмом. В последнем определении сама не уверена, но я до сих пор не могу решить, как еще можно назвать поголовное увлечение игрушечными формами и яркими цветами. Да и в целом есть ощущение, что постпандемический дизайн требует какого-то нового определения. Если есть идеи, делитесь в комментариях.