У Uclad новинки — и сразу много. Бренд выпустил коллекции с четырьмя российскими дизайнерами: Мариной Бусел, Ладой Шефлер, Романом Андрусенко и Егором Бондаренко. Страшно даже подумать, что ещё планирует команда в ближайшем будущем, если они выдают новости с такой щедростью — все четыре коллекции сильные и самодостаточные, их презентацию вполне можно было бы растянуть на полгода, если не больше.

Надо сказать, что Uclad в последний год вообще развил какую-то бешеную активность — у них появился шоурум пополам с кофейней на Полянке, где постоянно проходят выставки сильных художников (сейчас вот показывают живопись и керамику Алисы Масловой), коллекцию пополнили текстиль и панели из бетона, а теперь вот ещё и предметы новые вышли. В том числе два предмета мягкой мебели — кресло Романа Андрусенко и стул Лады Шефлер. Это у Uclad тоже впервые.

На фото:
1, 2 Кресло и стол авторства Романа Андрусенко
3–5 Стеллаж, столики и фрагмент консоли из коллекции Totem Марины Бусел
6, 7 Стулья и фрагмент зеркала из коллекции Nelumbo Лады Шефлер
8, 9 Фрагмент скамьи и табурет из коллекции «Зодчий» Егора Бондаренко

Интересный проект восстановления модернистской классики без попыток сделать “как было”. Это квартира в парижском доме Molitor, который построили в начале 1930-х Ле Корбюзье с Пьером Жаннере, причём сам Ле Корбюзье занимал в нём два верхних этажа, где жил и работал до самой своей смерти в 1965-м.

58-метровая квартира, над которой работало бюро RREEL, когда-то была трёшкой, но в 1970-е её полностью переделали. Нынешние хозяева пришли в RREEL с просьбой воссоздать атмосферу и характерные моменты исходной архитектуры.

К сожалению, ни одно из найденных мной описаний проекта не содержит конкретики: что именно удалось восстановить и какой логикой руководствовались авторы, создавая новые объекты для квартиры. Судя по всему, архитекторы выяснили, какой была исходная планировка квартиры, но не стали повторять её в точности, хотя комнат здесь снова три, и расположены они по тому же принципу, что и раньше: гостиная и спальня выходят окнами на улицу, а кабинет, ванная и кухня развернуты в сторону внутреннего двора.

Единственный интерьер Ле Корбюзье, в котором я была, — это дом Хайди Вебер в Цюрихе. Так что невольно сравниваю эти два проекта. И первое отличие, которое бросается в глаза, — это цвет: открытые яркие цвета в оригинальном швейцарском пространстве и мягкая пастель в парижской реконструкции. Но при этом пространство такое же рубленое — чёткое и контрастное. Так что атмосфера, о которой просили заказчики, наличествует.

📷 Mary Gaudin
Подробности у Yellow Trace

Новый проект наших старых знакомых из польской студии Mistovia. Люблю их интерьеры за сочетание инфантильного дизайна с дорогой отделкой — мрамором, шпоном и так далее. И за умение сделать интересным небольшие пространства. Здесь как раз 65 м², и это не просто жильё, а съёмочная площадка — квартира принадлежит успешному фудблогеру Михалу Коркошу.

Ожидаемо, сердцем дома стала кухня. Но не профессиональная — Коркош знаменит простыми рецептами, которые не требуют специального оборудования, поэтому фотогеничность была для него важнее функциональности. Остров, который придумал основатель Mistovia Марцин Чопек, точно соберёт все лайки мира.

Дизайнер с заказчиком провели тесты, чтобы понять, какие цвета и материалы лучше всего гармонируют с едой. В итоге для фасадов выбрали цвет сливочного масла, а плитка, которой облицован остров, — слегка зеленоватая, как романо под соусом в салате “Цезарь”. Впрочем, считать реальные цвета мебели с фотографий нереально, потому что на окнах Чопек повесил шторы персикового и абрикосового цвета, которые дают сильные рефлексы на все поверхности.

Рядом с кухней имеется встроенный шкаф со спрятанным внутри рабочим местом. Столярка в квартире вообще отличная — интересная по форме и отделке, это для Mistovia типично.

📷 ONI Studio
Подробности у AD Germany