Новый проект наших старых знакомых из польской студии Mistovia. Люблю их интерьеры за сочетание инфантильного дизайна с дорогой отделкой — мрамором, шпоном и так далее. И за умение сделать интересным небольшие пространства. Здесь как раз 65 м², и это не просто жильё, а съёмочная площадка — квартира принадлежит успешному фудблогеру Михалу Коркошу.
Ожидаемо, сердцем дома стала кухня. Но не профессиональная — Коркош знаменит простыми рецептами, которые не требуют специального оборудования, поэтому фотогеничность была для него важнее функциональности. Остров, который придумал основатель Mistovia Марцин Чопек, точно соберёт все лайки мира.
Дизайнер с заказчиком провели тесты, чтобы понять, какие цвета и материалы лучше всего гармонируют с едой. В итоге для фасадов выбрали цвет сливочного масла, а плитка, которой облицован остров, — слегка зеленоватая, как романо под соусом в салате “Цезарь”. Впрочем, считать реальные цвета мебели с фотографий нереально, потому что на окнах Чопек повесил шторы персикового и абрикосового цвета, которые дают сильные рефлексы на все поверхности.
Рядом с кухней имеется встроенный шкаф со спрятанным внутри рабочим местом. Столярка в квартире вообще отличная — интересная по форме и отделке, это для Mistovia типично.
📷 ONI Studio
Подробности у AD Germany
Ожидаемо, сердцем дома стала кухня. Но не профессиональная — Коркош знаменит простыми рецептами, которые не требуют специального оборудования, поэтому фотогеничность была для него важнее функциональности. Остров, который придумал основатель Mistovia Марцин Чопек, точно соберёт все лайки мира.
Дизайнер с заказчиком провели тесты, чтобы понять, какие цвета и материалы лучше всего гармонируют с едой. В итоге для фасадов выбрали цвет сливочного масла, а плитка, которой облицован остров, — слегка зеленоватая, как романо под соусом в салате “Цезарь”. Впрочем, считать реальные цвета мебели с фотографий нереально, потому что на окнах Чопек повесил шторы персикового и абрикосового цвета, которые дают сильные рефлексы на все поверхности.
Рядом с кухней имеется встроенный шкаф со спрятанным внутри рабочим местом. Столярка в квартире вообще отличная — интересная по форме и отделке, это для Mistovia типично.
📷 ONI Studio
Подробности у AD Germany
❤60🔥20👍11
Шведский бренд Grythyttan Stålmöbler делает вполне традиционную уличную мебель из дерева на стальном каркасе. Правда, занимается этим больше ста лет, но речь сейчас не о том, что качественный дизайн без затей способен пережить многие десятилетия (хотя это тоже правда). Я залюбовалась на их съемки. Тоже хотела бы посидеть где-то на старой пристани с видом на закат.
❤87👍19
Казанский бренд Qullar перевыпустил часть своих предметов в новых материалах. В каждой из новинок соединяются дерево, металл и переработанный пластик. И всё очень ярко — дизайнеры отталкивались от образов природы Татарстана и детских стихотворений Габдуллы Тукая. Как объяснили мне ребята, для культуры Татарстана это такая же знаковая фигура, как Пушкин для российской. Есть два врианта расцветки — один лесной, другой посвящается рекам.
Мне всегда интересно, как размышляет дизайнер, работая над тем или иным проектом (надеюсь, вам тоже). Этот процесс часто остается за кадром, но тут есть эскизы. Из них, например, сразу понятно, откуда такой насыщенный розовый.
Мне всегда интересно, как размышляет дизайнер, работая над тем или иным проектом (надеюсь, вам тоже). Этот процесс часто остается за кадром, но тут есть эскизы. Из них, например, сразу понятно, откуда такой насыщенный розовый.
❤57🔥18👍12🕊2
Читаю интерьерные СМИ:
В переводе на русский: панели и шкафы сделали на заказ, как примерно в любом другом интерьерном проекте. Деталь, которую вообще незачем упоминать и уж точно не стоит подавать как какое-то достижение. Но там вообще весь текст такой: «оба супруга ведут активный образ жизни, поэтому важно было создать помещение, которое отражает их динамичный ритм» и «асимметрия источников света придаёт этой комнате особую атмосферу». И ни слова о том, как именно дизайнеры отразили образ жизни, и что за чудесная атмосфера там сложилась.
Не скажу, где взяла. Хочу не троллить авторов, а поговорить, откуда берутся такие тексты. Я уже писала, что интерьерные (и не только) СМИ — заложники алгоритмов интернета. Сейчас расскажу, что это значит.
Журналы заводят себе сайты не из бескорыстной любви к интернету. Просто в какой-то момент туда ушли рекламные бюджеты. Хочешь зарабатывать — делай сайт. Но в интернете конкуренция за деньги выше, например, многие компании считают, что самое эффективное — просто купить первые строчки в поисковой выдаче. Так что о богатых заработках начала 2000-х можно забыть. СМИ живут в формате «не до жиру, быть бы живу».
Чтобы сайт работал, его нужно постоянно обновлять — это и есть те самые алгоритмы, а ещё заниматься постоянным “посевом” в соцсетях, потому что напрямую на сайты теперь никто не заходит.
Объём работы редакции растёт непропорционально её численности. Условно, раньше пять человек делали один журнал в месяц, а теперь их стало семь, но каждый должен выдавать три текста в день. Журналисты, которые уважают свой труд, довольно быстро сваливают — уходят в PR, заводят свои блоги и так далее. Остаются молодые и неопытные, которые готовы пахать, но плохо понимают, как написать интерьерный текст, и не имеют времени делать это добросовестно.
Плюс к этому необходимость пилить контент без остановки заставляет редакцию брать проекты, которые на самом деле публикации не заслуживают — типовые серенькие интерьеры, про которые и сказать-то нечего. Сайты превращаются в братские могилы, где достойные проекты завалены кучей шлака, а тексты вообще невозможно читать.
Есть ли выход из этой свистопляски? Да, но это сразу переводит СМИ в категорию нишевых (см. журнал WoL). Иначе говоря, ваши тиражи и посещаемость сайта будут заметно меньше, чем у более массовых изданий. А это значит, что многие рекламодатели автоматически отвалятся, потому что их в первую очередь интересуют охваты. То есть с экономикой всё будет по-прежнему сложно, и придётся иначе выстраивать свой маркетинг. Это, кстати, ответ на вопрос, почему WoL стоит раз в пять дороже других интерьерных журналов.
Тему скоро продолжим — поговорим о том, могут ли заменить живых редакторов нейросети.
Совместная работа с мебельным производством позволила создать стеновые панели из шпона и гардеробную в спальне.
В переводе на русский: панели и шкафы сделали на заказ, как примерно в любом другом интерьерном проекте. Деталь, которую вообще незачем упоминать и уж точно не стоит подавать как какое-то достижение. Но там вообще весь текст такой: «оба супруга ведут активный образ жизни, поэтому важно было создать помещение, которое отражает их динамичный ритм» и «асимметрия источников света придаёт этой комнате особую атмосферу». И ни слова о том, как именно дизайнеры отразили образ жизни, и что за чудесная атмосфера там сложилась.
Не скажу, где взяла. Хочу не троллить авторов, а поговорить, откуда берутся такие тексты. Я уже писала, что интерьерные (и не только) СМИ — заложники алгоритмов интернета. Сейчас расскажу, что это значит.
Журналы заводят себе сайты не из бескорыстной любви к интернету. Просто в какой-то момент туда ушли рекламные бюджеты. Хочешь зарабатывать — делай сайт. Но в интернете конкуренция за деньги выше, например, многие компании считают, что самое эффективное — просто купить первые строчки в поисковой выдаче. Так что о богатых заработках начала 2000-х можно забыть. СМИ живут в формате «не до жиру, быть бы живу».
Чтобы сайт работал, его нужно постоянно обновлять — это и есть те самые алгоритмы, а ещё заниматься постоянным “посевом” в соцсетях, потому что напрямую на сайты теперь никто не заходит.
Объём работы редакции растёт непропорционально её численности. Условно, раньше пять человек делали один журнал в месяц, а теперь их стало семь, но каждый должен выдавать три текста в день. Журналисты, которые уважают свой труд, довольно быстро сваливают — уходят в PR, заводят свои блоги и так далее. Остаются молодые и неопытные, которые готовы пахать, но плохо понимают, как написать интерьерный текст, и не имеют времени делать это добросовестно.
Плюс к этому необходимость пилить контент без остановки заставляет редакцию брать проекты, которые на самом деле публикации не заслуживают — типовые серенькие интерьеры, про которые и сказать-то нечего. Сайты превращаются в братские могилы, где достойные проекты завалены кучей шлака, а тексты вообще невозможно читать.
Есть ли выход из этой свистопляски? Да, но это сразу переводит СМИ в категорию нишевых (см. журнал WoL). Иначе говоря, ваши тиражи и посещаемость сайта будут заметно меньше, чем у более массовых изданий. А это значит, что многие рекламодатели автоматически отвалятся, потому что их в первую очередь интересуют охваты. То есть с экономикой всё будет по-прежнему сложно, и придётся иначе выстраивать свой маркетинг. Это, кстати, ответ на вопрос, почему WoL стоит раз в пять дороже других интерьерных журналов.
Тему скоро продолжим — поговорим о том, могут ли заменить живых редакторов нейросети.
Telegram
Ромашковый сбор
Редкий случай — пост без картинок. Потому что он про слова.
Юлия Кишкович сейчас рассказывает у себя в канале, как готовит к съёмке новый интерьер с прицелом на публикацию. Выбирает фотографа и стилиста, решает, какие будут декор, цветы и так далее. А кто…
Юлия Кишкович сейчас рассказывает у себя в канале, как готовит к съёмке новый интерьер с прицелом на публикацию. Выбирает фотографа и стилиста, решает, какие будут декор, цветы и так далее. А кто…
❤62👍20🔥19👎5
Вы же видели нашумевший держатель для багета? Если нет, то адресую вас к “НИИ декорирования”. Удивляться популярности таких максимально непрактичных предметов не приходится — инфантильный дизайн он такой, не про пользу, а про веселье. Хочу показать вам ещё интересный пример, когда странненькая форма воплощена не только в ярком пластике, а в куда более серьёзном материале.
Студия, которая дебютировала с этими работами, имеет характерное название — The Eternal Child. По-нашему “Вечный ребёнок”. Основная коллекция сделана из стеклопластика, но часть предметов выполнена из каррарского мрамора. В отличие от современных материалов, камень — это всегда заявка на вечность. Интересно, как будут восприниматься такие формы, пусть не в следующем столетии, но хотя бы лет через десять-двадцать?
Студия, которая дебютировала с этими работами, имеет характерное название — The Eternal Child. По-нашему “Вечный ребёнок”. Основная коллекция сделана из стеклопластика, но часть предметов выполнена из каррарского мрамора. В отличие от современных материалов, камень — это всегда заявка на вечность. Интересно, как будут восприниматься такие формы, пусть не в следующем столетии, но хотя бы лет через десять-двадцать?
❤20👍10🔥5😱4