Вчера в порядке прокрастинации полтора часа выясняла, что там у нас с грибами — не в лесу, а в дизайне. Узнала много интересного, докладываю.

Дизайнеры уже несколько лет экспериментируют с мицелием (подземная часть гриба, в просторечии — грибница), пытаются выращивать из него целые предметы или используют для производства новых материалов. За некоторыми исключениями выглядят такие вещи довольно экзотически, но, кажется, именно исключения готовятся стать правилом.

Помните сумку Hermès из грибной “кожи” (если не помните, то вот ссылка)? Она сшита из материала под названием Reishi, и придумавшая его компания MycoWorks готова перейти от экспериментов к массовому производству. Два года назад они построили завод в Южной Каролине, а в прошлом уже начали отгружать Reishi покупателям. Свое подобие кожи компания производит по запатентованной технологии — они контролируют рост мицелия, чтобы получить листы материала с заранее заданными свойствами.

Среди клиентов MycoWorks называется, например, французский мебельный бренд Ligne Roset. Весной они представили новый диван Kobold по дизайну Эрвана Буруллека с каркасом, обтянутым Reishi. Предполагается, что такой вариант отделки компания вот-вот предложит покупателям, хотя, справедливости ради, надо отметить, что на сайте самих Ligne Roset об этом пока ни гугу.

MycoWorks утверждает, что Reishi похож на кожу не только внешне, но и по прочности и паропроницаемости. Цена у него примерно такая же. При этом углеродный след гораздо ниже, в процессе роста мицелий можно кормить отходами сельхозпроизводства, так что это ещё и способ утилизации. Единственная проблема в том, что, поскольку это новый материал, никто не знает, как он будет стареть. И вообще, грибы — штука загадочная и кого-то немного пугающая. Кто знает, не случится ли так, что мицелий оживёт и ваш дизайнерский диван в один прекрасный день не даст щедрый урожай шампиньонов. С другой стороны, кого-то пугает тот факт, что натуральная кожа когда-то была живым и милым телёнком, так что свою аудиторию новый материал наверняка найдёт.

На фотографиях: ещё один проект с использованием материала Reishi — коллекция предметов по дизайну Studio TOOJ и ширма Фанни Перрье.

Увидела тут, что в московском квартале Lucky архитекторы Megabudka сделали детскую площадку вокруг старой трубы. Вот и кирпичная старушка теперь при деле. Прелесть же.

Осенью в ЗИЛарте должен открыться новый арт-музей “Коллекция”, команда которого недавно обосновалась в новом офисе. Он находится в том же здании, что и будущая арт-институция, а его интерьерами занимались Ксения Караваева и Мурат Гукетлов из бюро .dpt.

Для них это первая работа с офисным пространством, и результат довольно неожиданный. Обычно у .dpt проекты получаются забавными и довольно яркими, а тут всё построено на сочетании серого и бежевого. Архитекторы отталкивались от запроса заказчика — не использовать медь, которой много в отделке фасада здания, поэтому решили сделать интерьер на контрасте, светлым и местами даже мягким.

Офис занимает 300 м², которые распределены на два этажа. Везде наливной пол и бетонные стены — такие же будут и в выставочных залах. Это серый. Бежевый представлен мебелью, перегородками и тканевыми панелями. Потолки в офисе всего 2,8 м, а инженерных коммуникаций много, и чтобы не убить помещение окончательно, дизайнеры упаковали большую их часть в короб из акустических панелей.

Вся мебель спроектирована .dpt; предметный дизайн — сфера их активного интереса. И вот тут как раз просматриваются элементы фирменного стиля: бросающиеся в глаза крупные отверстия-ручки офисных тумб и модная лаковая отделка перегородок делают пространство чуть более легкомысленным, чем ожидаешь от обычного офиса.

Время для утреннего кофе и нового ковра.

Восьмигранная алюминиевая кофеварка — один из самых красивых бытовых объектов, что я знаю. И определённая последовательность значимых действий. Проверяете, сколько вы налили воды. Выравниваете уровень молотого кофе. С усилием рук закручиваете кофеварку. Наконец, самое трепетное — вы заглядываете под крышечку, чтобы проверить, начал ли течь кофе в верхнюю чашу. И совершенно детский восторг, когда это происходит.

Этот ковер безусловно посвящение этому предмету. А ещё размышление о чистой красоте простых вещей. И о том, сколько этой красоты в самом предмете и сколько в действии, в ритуале, который мы выстраиваем вокруг него.

Для первого тиража я выбрал монохромную гамму: чёрный и серебро. Это немного сентиментальная дань уважения тому моменту, когда абсолютно крафтовый предмет из небольшой итальянской мастерской стал мировой поп-иконой. Миру чёрно-белой рекламы на телевидении и в газетах, благодаря которым это случилось.

А ещё кофе для меня связан с музыкой. Дома — пока варится кофе. В наушниках — когда берёшь кофе с собой. Или плейлисте в кофейне. В фильме Джима Джармуша «Кофе и сигареты» Игги Поп и Том Уэйтс рассуждают о том, что предыдущее поколение было «поколением кофе и пирога», а они — «поколением кофе и сигарет». Я думаю, что мы — «поколение кофе и любимого трека».


LOST AND FOUND, войлочный коврик с вышивкой, 90×50 см, тираж 9+1

Цена: 300 евро, доставка по миру.

Завтра еду в гости в Саратов к фабрике “Мария” и вспомнила, что забыла рассказать вам про кухню по мотивам Тарусской вышивки, которую они сделали для гастрономического театра в Саду Ракицкого. Кухню презентовали в начале лета, хотя в Саду она стоит с прошлого года — поначалу из-за технологической сложности модели предполагалось, что это будет кастомная штучная история, а не продукт, который фабрика будет предлагать покупателям.

С вышивкой этой довольно занятная история. Название у неё довольно обманчиво — сама техника цветной вышивки по выдернутой сетке (так называемая перевить) существовала в нынешней Калужской области много лет, но к Тарусе прямого отношения изначально не имела. Артель вышивальщиц появилась в городе в 1920-е годы стараниями Марии Фёдоровны Якунчиковой, родственницы художника Василия Поленова. У неё уже был навык артельной работы, и она решила собрать женщин за вышивкой, чтобы обеспечить их работой и деньгами в трудное послереволюционное время. Рисунки для вышивок Якунчикова и её преемница Маргарита Николаевна Гумилевская собирали по окрестным деревням.

В 1960-е годы артель превратилась в фабрику, а ручную работу стала вытеснять машинная. Случилось это не без содействия Константина Паустовского, который к тому времени завёл себе дачу в Тарусе и радел о её благополучии. В городе в то время не было электричества, а появление градообразующего предприятия открыло тарусянам путь к дарам цивилизации.

Сейчас фабрика закрыта, а традиция ручной вышивки, если не утеряна совсем, то близка к этому. Увидеть аутентичную работу местных вышивальщиц можно разве что в местном краеведческом музее. Ну и — в каком-то смысле — в Саду Ракицкого.