Хорошо иметь домик в деревне — даже если ты знаменитый архитектор, создатель заводов, мостов и небоскрёбов. Если не знать, как выглядят проекты Бьярке Ингельса, то этот дом даст вам ноль подсказок — это типичный датский летний домик, что-то вроде нашей дачи. Примерно такой же был у родителей Ингельса, когда он был ребёнком. И тогда же он поклялся себе, что у него, когда вырастет, такого дома точно не будет. Маленькому Бьярке больше нравилось путешествовать, чем проводить каникулы на одном месте.

Всё изменилось, когда он сам стал отцом. Архитектор захотел пустить корни в родной датской земле, тем более что путешествий, о которых он так мечтал в детстве, теперь в его жизни с избытком.

В Копенгагене он живёт на бывшем пароме, переделанном в дом на воде, а этот маленький (всего 75 м²) коттедж на острове Зеландия, построенный чуть больше ста лет назад, достался Ингельсу со всей обстановкой — это для Дании типично. Перед покупкой архитектор условился о «приданом» — дочь бывшего хозяина связала ему свитер с домиком, тем самым, в котором он позирует, лёжа на траве.

Коттедж был в хорошем состоянии, но требовал бережной реставрации. У него есть охранный статус, так что единственное, что подверглось серьёзной переделке, — это кухня и ванная. Занимаясь обновлением домика, Ингельс впервые в своей архитектурной практике много работал с цветом. Ему это близко — когда-то он много рисовал и мечтал делать комиксы, а на архитектора стал учиться только потому, что комиксистов в Копенгагене не учили.

Сейчас Ингельс знаменит масштабными технологичными проектами, но опыт реставрации традиционного жилища не прошёл даром: в его недавнем проекте в Орхусе появилась соломенная крыша, а строящийся аэропорт в Бутане получит пристройку из массива дерева, украшенного резьбой в национальном стиле.

📷 Christian Møller Andersen
Подробности у Vogue Scandinavia

Для тех, кто уже мечтает о лете: текстиль и посуда из новой коллекции жизнерадостного итальянского бренда Lisa Corti.

Дорогие подписчики, хочу напомнить о нашей конференции «Всё, что нужно знать дизайнеру в 2026 году», ведь длинные зимние выходные — самое время, чтобы запастись идеями и вдохновением на следующий год. Можно в спокойной обстановке посмотреть запись выступлений, поразмыслить, что поможет вам развиваться в профессиональном плане, а можно и списаться со спикерами. У нас всех есть свои каналы, и мы открыты к общения с подписчиками.

Купить запись конференции можно здесь.

Кажется, что после 2018-го, когда Москва готовилась к ЧМ по футболу, интересных отелей у нас больше не делают. Апарт-отель 22 art’a на Усачева с интерьерами Юлии Голавской — приятное исключение. Имейте в виду, если соберетесь в столицу.

Больше фотографий — в Дзене.

Юлия говорит, что может придумать интерьер за пятнадцать минут. Но одно дело — придумать, и совсем другое — реализовать задуманное. Поэтому сперва дизайнер от заказа отказалась — хозяйка апарт-отеля на шесть номеров хотела принять первых гостей уже через два месяца, и это было просто нереалистично. По факту от первых эскизов до финальной фотосъемки прошло в два раза больше времени, и все равно это едва ли не самый стремительный проект в практике Юлии. “Плюс таких быстрых проектов только один — для исполнителей они быстро заканчиваются, — говорит Голавская. — Минус, по большому счету, тоже один, но очень существенный: невозможность прочувствовать то, что ты делаешь, а значит, велика опасность сделать что-то не то. И поэтому полностью доверяешь годам своего кровавого опыта, бесценным знаниям и вкусу, и именно все это позволяет принимать верные решения точно и с холодной головой”.

Реконструированное здание советских годов на Усачева Юлия называет скверным примером современной реновации. Общественные зоны и сами апартаменты выглядели без намека на индивидуальность: слишком много керамогранита и рамочки из молдингов на стенах. Теперь их не узнать: все шесть апартов площадью от 22 до 60 м² получили особенные интерьеры — все разные, но связанные общей концепцией.

22 art’a позиционирует себя как “культурный апарт-отель”, который погружает постояльцев в особый опыт московской жизни, и слегка ностальгический стиль Юлии идеально соответствует заявленной концепции. Сквозные приемы — неожиданно черные потолки, пледы с рисунками Вари Чельцовой и Полины Коваль и ковры. Частично они винтажные, как и свет с мебелью — помимо симпатичных предметов-ноунеймов в интерьере встречаются и вещи классиков итальянского дизайна, Гаэ Ауленти и Родольфо Бонетто. А еще искусство — в каждом номере есть работы современных российских художников. Не всякий интерьер, предназначенный для постоянной жизни, делается с таким вниманием к деталям, а тут — гостиница! “Я рискнула, и не жалею теперь. Риск — это жизнь”, — подводит Юлия итог этого проекта.

📷 Натали Герц