НА ЛУГУ ПАСУТСЯ ЛО
Считается, что венгерское ló [ло:] 'лошадь' восходит к праугорскому *low, откуда хантыйское ԓов и мансийское ло 'лошадь'.
Источник праугорского слова видят в индоевропейском языке, близком пратохарскому:
праиндоевропейское *l(ə)ua 'добыча' (откуда рус. лов, ловить) > пратохарское *ləwa 'добыча' > 'скот' > праугорское *low 'лошадь'.
К этому же праиндоевропейскому источнику восходит и тюркское *ulaγ 'вьючное животное, лошадь'.
Угорское слово, по-видимому, проявилось в русских диалектах и тайных языках Центральной России:
лáвак (костромское), лóва (кашинское тверское), ловак (владимирское офенское; галичское, нерехтское костромское; угличское, кашинское, калязинское, торопецкое тверское, самарское; рязанское; калужское; рязанское), ловака (брянское), лован, ловань (угличское), ловачиха 'кобыла' (калужское).
Что почитать:
Напольских В.В. Происхождение угорского названия лошади // Linguistica Uralica. T.32:2. Tallinn, 1996. С. 116–118.
Мызников С.А. Русский диалектный этимологический словарь. Лексика контактных регионов. М. ; СПб. : Нестор-История, 2019. 1076 с. URL: https://inslav.ru/sites/default/files/editions/2019myznikovrusdialslov.pdf
#hungaricum
Считается, что венгерское ló [ло:] 'лошадь' восходит к праугорскому *low, откуда хантыйское ԓов и мансийское ло 'лошадь'.
Источник праугорского слова видят в индоевропейском языке, близком пратохарскому:
праиндоевропейское *l(ə)ua 'добыча' (откуда рус. лов, ловить) > пратохарское *ləwa 'добыча' > 'скот' > праугорское *low 'лошадь'.
К этому же праиндоевропейскому источнику восходит и тюркское *ulaγ 'вьючное животное, лошадь'.
Угорское слово, по-видимому, проявилось в русских диалектах и тайных языках Центральной России:
лáвак (костромское), лóва (кашинское тверское), ловак (владимирское офенское; галичское, нерехтское костромское; угличское, кашинское, калязинское, торопецкое тверское, самарское; рязанское; калужское; рязанское), ловака (брянское), лован, ловань (угличское), ловачиха 'кобыла' (калужское).
Что почитать:
Напольских В.В. Происхождение угорского названия лошади // Linguistica Uralica. T.32:2. Tallinn, 1996. С. 116–118.
Мызников С.А. Русский диалектный этимологический словарь. Лексика контактных регионов. М. ; СПб. : Нестор-История, 2019. 1076 с. URL: https://inslav.ru/sites/default/files/editions/2019myznikovrusdialslov.pdf
#hungaricum
❤25🥰2
Forwarded from Встреча Руси и Чуди (Антон)
Группа крестьян. Ленинградская губерния, Лодейнопольский уезд, д. Кукас. 1926. РЭМ 4630-95/2. Фотография Н.С. Розова.
Л.В.Королькова. Вепсы. Фотографии и рукописи из собрания Российского этнографического музея.
СПб., 2015.
Автоматическая колоризация
Л.В.Королькова. Вепсы. Фотографии и рукописи из собрания Российского этнографического музея.
СПб., 2015.
Автоматическая колоризация
❤23
ЭЛИАС ЛЁННРОТ В ВЫТЕГОРЬЕ (I)
На основе карельских и ижорских рун – эпических песен Элиас Лённрот (1802–1884) создал всемирно известный эпос «Калевала». Он стал источником вдохновения для многих поэтов, писателей, художников и композиторов.
В 1841–1842 гг. Лённрот побывал на территории современной Архангельской, Мурманской, Ленинградской областей и в Вытегорском районе Вологодской области. О своих путешествиях он оставил путевые записки и письма, обладающие высокой исторической ценностью.
В Вытегорский уезд Олонецкой губернии Лённрот прибыл в августе 1842 года, где на востоке уезда, в 25 км от границы с Архангельской областью у озера Анциферовского он обнаружил деревни, где наряду с русским говорили на вепсском языке (эту восточную группу вепсов он назвал исаевской). Важно, что он зафиксировал, как именно происходил постепенный переход с вепсского языка на русский, что актуально и для других территорий Обонежья, Присвирья и Белозерья.
Предоставим же слово самому Лённроту.
«Доктору Раббе
Станция Полкова, 3 августа 1842 г.
К Исаевской волости, по-вепсски Исарв относятся 12 маленьких деревень. Из них лишь в 5 наряду с русским говорят, и на вепсском, а в остальных этот язык уже вымер. А поскольку нынче в этих пяти деревнях даже дети разговаривают между собой по-русски, нетрудно предугадать, что через столетие вепсский язык перейдет в предание и в народе будут говорить, что в прежние времена их прадеды общались на каком-то другом, не русском языке. Даже теперь люди удивляются, что еще десять лет назад были живы старики, не знавшие иного языка, кроме вепсского, каково же было бы изумление самых стариков, если бы они встали из могил через сто лет и увидели бы, что уже третье-четвертое поколение их потомков не понимает ни одного слова на языке своих предков. Из тысяч форм забвения вряд ли найдется нечто более тяжело и угнетающе действующее на мои мысли, чем исчезновение, а подчас и полное забвение языка под воздействием другого. Подобное исчезновение языка — редкое явление, и тем ощутимее его значимость. Обычно происходит так, что язык малочисленной группы людей, территория которого со всех сторон окружена иноязычным народом, постепенно исчезает под воздействием языка последнего. Так же происходит на осеннем озере: его берега и мелкие заливы замерзают раньше, затем лед постепенно охватывает все большее пространство, а через некоторое время сковывает все озеро. И, наоборот, существуют примеры, показывающие, что язык меньшинства в окружении других языков может просуществовать длительное время, поскольку ни один из соседних языков не обладает достаточной силой, чтобы вытеснить его.
Кроме того, отсутствие письменности и официального использования языка ускоряет его гибель, подобно тому как отсутствие фундамента и угловых камней сказывается на прочности дома. Основу языка составляет литература, которая способствует его длительному сохранению, и если она не сумеет предотвратить исчезновения языка, то все же сохранит в себе его прекрасные приметы. Так обстоит дело с греческим, латынью, санскритом и другими древними языками, все еще живущими в литературе, хотя сами они уже давным-давно канули в Лету. О том, как литература упрямо стремится сберечь язык от поглощения его другими, наглядно свидетельствуют продолжительная борьба между латынью и итальянским языком, имевшая место в средневековье, а также нынешнее хитроумное правописание во французском и английском языках, которое представляет собой в основном не что иное, как своего рода консервативность литературы.
⬇️
На основе карельских и ижорских рун – эпических песен Элиас Лённрот (1802–1884) создал всемирно известный эпос «Калевала». Он стал источником вдохновения для многих поэтов, писателей, художников и композиторов.
В 1841–1842 гг. Лённрот побывал на территории современной Архангельской, Мурманской, Ленинградской областей и в Вытегорском районе Вологодской области. О своих путешествиях он оставил путевые записки и письма, обладающие высокой исторической ценностью.
В Вытегорский уезд Олонецкой губернии Лённрот прибыл в августе 1842 года, где на востоке уезда, в 25 км от границы с Архангельской областью у озера Анциферовского он обнаружил деревни, где наряду с русским говорили на вепсском языке (эту восточную группу вепсов он назвал исаевской). Важно, что он зафиксировал, как именно происходил постепенный переход с вепсского языка на русский, что актуально и для других территорий Обонежья, Присвирья и Белозерья.
Предоставим же слово самому Лённроту.
«Доктору Раббе
Станция Полкова, 3 августа 1842 г.
К Исаевской волости, по-вепсски Исарв относятся 12 маленьких деревень. Из них лишь в 5 наряду с русским говорят, и на вепсском, а в остальных этот язык уже вымер. А поскольку нынче в этих пяти деревнях даже дети разговаривают между собой по-русски, нетрудно предугадать, что через столетие вепсский язык перейдет в предание и в народе будут говорить, что в прежние времена их прадеды общались на каком-то другом, не русском языке. Даже теперь люди удивляются, что еще десять лет назад были живы старики, не знавшие иного языка, кроме вепсского, каково же было бы изумление самых стариков, если бы они встали из могил через сто лет и увидели бы, что уже третье-четвертое поколение их потомков не понимает ни одного слова на языке своих предков. Из тысяч форм забвения вряд ли найдется нечто более тяжело и угнетающе действующее на мои мысли, чем исчезновение, а подчас и полное забвение языка под воздействием другого. Подобное исчезновение языка — редкое явление, и тем ощутимее его значимость. Обычно происходит так, что язык малочисленной группы людей, территория которого со всех сторон окружена иноязычным народом, постепенно исчезает под воздействием языка последнего. Так же происходит на осеннем озере: его берега и мелкие заливы замерзают раньше, затем лед постепенно охватывает все большее пространство, а через некоторое время сковывает все озеро. И, наоборот, существуют примеры, показывающие, что язык меньшинства в окружении других языков может просуществовать длительное время, поскольку ни один из соседних языков не обладает достаточной силой, чтобы вытеснить его.
Кроме того, отсутствие письменности и официального использования языка ускоряет его гибель, подобно тому как отсутствие фундамента и угловых камней сказывается на прочности дома. Основу языка составляет литература, которая способствует его длительному сохранению, и если она не сумеет предотвратить исчезновения языка, то все же сохранит в себе его прекрасные приметы. Так обстоит дело с греческим, латынью, санскритом и другими древними языками, все еще живущими в литературе, хотя сами они уже давным-давно канули в Лету. О том, как литература упрямо стремится сберечь язык от поглощения его другими, наглядно свидетельствуют продолжительная борьба между латынью и итальянским языком, имевшая место в средневековье, а также нынешнее хитроумное правописание во французском и английском языках, которое представляет собой в основном не что иное, как своего рода консервативность литературы.
⬇️
❤16😢4🔥1🤯1
⬆️
Что же касается исчезновения вепсского языка в Исаево, то можно предположить, что это произошло следующим образом. Жители Исаево для поддержания торговых и прочих связей со своими соседями вынуждены были научиться их языку. Для объяснений с чиновниками, священниками, помещиками и их управляющими нужен был русский язык. Некоторые женились на русских крестьянках, а это способствовало обучению детей русскому языку — дети русской матери, естественно, говорят на ее языке, а там и соседи стремились к тому, чтобы и их дети как можно раньше научились разговаривать по-русски, поскольку поняли, что от него большая польза, а от вепсского — никакой. Где уж им догадаться, какие преимущества скрыты в возможности говорить на родном языке, который считается непреложным даром природы. Когда создано мнение, что чужой язык лучше родного, то тем самым уже подготовлена почва для его преобладания. Даже пожилые люди стараются выучить язык, по семь раз спрашивая у своих соседей, владеющих им, о произношении того или иного слова и столько же раз забывая его, но в конце концов оно все же занимает прочное место в их памяти. Примерно так в школе Природы происходит обучение иностранному языку».
Цитируется по: Путешествия Элиаса Лёнрота. Путевые заметки, дневники, письма 1828-1842 годов. Петрозаводск: Карелия, 1985. С. 292–294.
Еще по теме:
➡️ Все исаевцы – кайбаны. О глубине памяти
➡️ «Поп из Кархелы»: быт сельского священника в вепсском крае
Что же касается исчезновения вепсского языка в Исаево, то можно предположить, что это произошло следующим образом. Жители Исаево для поддержания торговых и прочих связей со своими соседями вынуждены были научиться их языку. Для объяснений с чиновниками, священниками, помещиками и их управляющими нужен был русский язык. Некоторые женились на русских крестьянках, а это способствовало обучению детей русскому языку — дети русской матери, естественно, говорят на ее языке, а там и соседи стремились к тому, чтобы и их дети как можно раньше научились разговаривать по-русски, поскольку поняли, что от него большая польза, а от вепсского — никакой. Где уж им догадаться, какие преимущества скрыты в возможности говорить на родном языке, который считается непреложным даром природы. Когда создано мнение, что чужой язык лучше родного, то тем самым уже подготовлена почва для его преобладания. Даже пожилые люди стараются выучить язык, по семь раз спрашивая у своих соседей, владеющих им, о произношении того или иного слова и столько же раз забывая его, но в конце концов оно все же занимает прочное место в их памяти. Примерно так в школе Природы происходит обучение иностранному языку».
Цитируется по: Путешествия Элиаса Лёнрота. Путевые заметки, дневники, письма 1828-1842 годов. Петрозаводск: Карелия, 1985. С. 292–294.
Еще по теме:
➡️ Все исаевцы – кайбаны. О глубине памяти
➡️ «Поп из Кархелы»: быт сельского священника в вепсском крае
❤19😢4🔥1
КНЯЗЬ УДОРСКИЙ И ОБДОРСКИЙ
В титулатуре русских царей и императоров всероссийских среди прочих упоминаются титулы князь Удорский и князь Обдорский.
На гербах этих княжеств, входивших в Большой герб Российской империи, изображались лисицы. Цвет лисиц, по-видимому, был определен позже: удорская лисица – серебристая, обдорская – чёрная.
Княжества были похожи не только гербами, но и названиями. Оба названия содержат коми послеслог дор 'место возле, около чего-либо':
Удора < коми Вудор «Повашье» (местность по Вашке, левому притоку Мезени) – от Ву 'Вашка', то есть просто река (коми ву 'река');
Обдорск (Обдорский острог) < коми Обдор «Приобье», «Приобск».
Иллюстрация:
Титулярник (1672)
В титулатуре русских царей и императоров всероссийских среди прочих упоминаются титулы князь Удорский и князь Обдорский.
На гербах этих княжеств, входивших в Большой герб Российской империи, изображались лисицы. Цвет лисиц, по-видимому, был определен позже: удорская лисица – серебристая, обдорская – чёрная.
Княжества были похожи не только гербами, но и названиями. Оба названия содержат коми послеслог дор 'место возле, около чего-либо':
Удора < коми Вудор «Повашье» (местность по Вашке, левому притоку Мезени) – от Ву 'Вашка', то есть просто река (коми ву 'река');
Обдорск (Обдорский острог) < коми Обдор «Приобье», «Приобск».
Иллюстрация:
Титулярник (1672)
❤16🔥6👍3👀1
ПАРАДНЫЕ СЕКИРЫ
VI–V вв. до н. э.
Архангельская губ., берег р. Пинеги. Длина – 34; 34,5 см
Парадные секиры отличаются великолепным качеством бронзового литья и замечательными художественными достоинствами. Втулки секир завершают реалистичные изображения головы хищной птицы, а обушки оформлены в виде головы волка с оскаленной пастью. Хищная птица в древности символизировала «верхний мир» и небесную сферу, а волк у многих народов олицетворял воинскую доблесть. Высокая степень стандартизации секир и заложенный в изображениях глубокий сакральный смысл позволяют считать эти предметы символами власти, принадлежавшими вождям и использовавшимися исключительно в ритуальных целях. Таких секир на обширной территории ананьинской культуры в Среднем
Поволжье, Прикамье и Северо-Востоке Европы известно всего шесть. Они являются ярким свидетельством не только уровня социального развития общества, но и формирования в этом регионе высокотехнологичного и передового для своего времени бронзолитейного дела.
Источник: ГИМ
VI–V вв. до н. э.
Архангельская губ., берег р. Пинеги. Длина – 34; 34,5 см
Парадные секиры отличаются великолепным качеством бронзового литья и замечательными художественными достоинствами. Втулки секир завершают реалистичные изображения головы хищной птицы, а обушки оформлены в виде головы волка с оскаленной пастью. Хищная птица в древности символизировала «верхний мир» и небесную сферу, а волк у многих народов олицетворял воинскую доблесть. Высокая степень стандартизации секир и заложенный в изображениях глубокий сакральный смысл позволяют считать эти предметы символами власти, принадлежавшими вождям и использовавшимися исключительно в ритуальных целях. Таких секир на обширной территории ананьинской культуры в Среднем
Поволжье, Прикамье и Северо-Востоке Европы известно всего шесть. Они являются ярким свидетельством не только уровня социального развития общества, но и формирования в этом регионе высокотехнологичного и передового для своего времени бронзолитейного дела.
Источник: ГИМ
❤12👍10🤔4🔥2
ПИНЕЖСКИЕ ПЕРМЯНЕ
Вычегодско-Вымская летопись свидетельствует о приходе пермян (предков коми) на Пинегу в 1384 году:
«Лета 6892 приде Стефан от Москвы благословением митрополита и жалованием князя великого Дмитрия Ивановича и бояр его почал строити святые церкви и монастыри ... Разъярился владыко Стефан на кумирници пермскии ... А непохотел кто к святей вере быти, отиде теи на Удору и на Пинегу с жоны и детьми свои».
Она же указывает о походе пинежских пермян на Яренск в 1389 году:
«Лета 6897 пришедшу с Удоры и с Пинеги пермяни идолопоклонницы на Еренский городок, монастырское Пречистые Богородицы пожгли, пограбили, людей монастырских посекли».
В 1484 / 1485 годах в жалованной грамоте Ивана III пермякам говорится о «перемеках» на «на Пенеге в станех Перемскии и Сура Поганая» и что «они присуду Двинские земли, Кергольские», то есть Кеврольские.
Показательно название Перемского стана (будущей дер. Труфаново с окрестными деревнями) где, как и в Суре произошла встреча двигавшегося с Присвирья на восток раннего прибалтийско-финского (древнего вепсского) и пермского (двигавшегося с Прикамья на север) населения.
Как известно, этноним пермяне, пермь восходит к раннему вепсскому peräma [перяма] ‘задняя земля’. Термин аналогичен новгородскому понятию Заволочье и Биармия в скандинавских сагах. По мере освоения территории понятие Пермь смещалось далее на восток.
Позже на Пинеге известны деревни Пермянская и Другая Пермянская, а от коми прозвищ образованы названия следующих населенных пунктов:
Майбуровская, околок Покшеньги < прозвище Майбыр 'счастливый, счастливчик';
Кизъюровская < прозвище Кызъюр ‘толстоголовый’.
Показательно, что именно бывших пермских станах – на Суре и в Труфаново есть деревни, восходящие к обозначению князя в коми языке – öксы:
Оксовица, деревня (Сура);
Оксовская, Оксовское печище (Труфаново).
К этой же основе восходит названия «жиры» Оксино на Печоре, перенесенное коми на мурманский Поной (см.: «Княжеское житие в Заполярье»).
В Суре сохранилась и фамилия коми происхождения:
Кычев < кöч ‘заяц’
В топонимии Пинежья встречаются географические термины, типичные для коми топонимии:
керöс ‘возвышенность, гора’:
Высокий Керас, два урочища на р. Пинеге у ручья (!) Крежистого (Кучкас) и в районе истоков;
вис (виск-) ‘протока (соединяющая озеро с рекой)’:
Солвиска, Пирквиска, Нюхвиска, несколько просто Висок (Виска, текущая с Шотогорских озёр и Виска в Шуйге);
-вей ‘ручей’:
Вырвей (6 ручьев) и Вервей. Их тёзка – Вырвей течёт на западе Коми.
Фёдор Абрамов, уроженец пинежской Верколы, в повести «Мамониха» отметил, что «за Антохиной раскопкой Вырвей, лесной ручей песни распевает...». Действительно, в переводе с коми Вырвей (Вервей) – ‘лесной ручей’ (вöр ‘лес’, вей ‘ручей’) (см.: «Журчат ручьи»).
нюр ‘болото’:
Сывнюр, болото (верхнее течение Ёжуги), у границы с Республикой Коми < сыв- - от сывны ‘таять’ (вероятно, на болоте есть родники, незамерзающие зимой).
Вычегодско-Вымская летопись свидетельствует о приходе пермян (предков коми) на Пинегу в 1384 году:
«Лета 6892 приде Стефан от Москвы благословением митрополита и жалованием князя великого Дмитрия Ивановича и бояр его почал строити святые церкви и монастыри ... Разъярился владыко Стефан на кумирници пермскии ... А непохотел кто к святей вере быти, отиде теи на Удору и на Пинегу с жоны и детьми свои».
Она же указывает о походе пинежских пермян на Яренск в 1389 году:
«Лета 6897 пришедшу с Удоры и с Пинеги пермяни идолопоклонницы на Еренский городок, монастырское Пречистые Богородицы пожгли, пограбили, людей монастырских посекли».
В 1484 / 1485 годах в жалованной грамоте Ивана III пермякам говорится о «перемеках» на «на Пенеге в станех Перемскии и Сура Поганая» и что «они присуду Двинские земли, Кергольские», то есть Кеврольские.
Показательно название Перемского стана (будущей дер. Труфаново с окрестными деревнями) где, как и в Суре произошла встреча двигавшегося с Присвирья на восток раннего прибалтийско-финского (древнего вепсского) и пермского (двигавшегося с Прикамья на север) населения.
Как известно, этноним пермяне, пермь восходит к раннему вепсскому peräma [перяма] ‘задняя земля’. Термин аналогичен новгородскому понятию Заволочье и Биармия в скандинавских сагах. По мере освоения территории понятие Пермь смещалось далее на восток.
Позже на Пинеге известны деревни Пермянская и Другая Пермянская, а от коми прозвищ образованы названия следующих населенных пунктов:
Майбуровская, околок Покшеньги < прозвище Майбыр 'счастливый, счастливчик';
Кизъюровская < прозвище Кызъюр ‘толстоголовый’.
Показательно, что именно бывших пермских станах – на Суре и в Труфаново есть деревни, восходящие к обозначению князя в коми языке – öксы:
Оксовица, деревня (Сура);
Оксовская, Оксовское печище (Труфаново).
К этой же основе восходит названия «жиры» Оксино на Печоре, перенесенное коми на мурманский Поной (см.: «Княжеское житие в Заполярье»).
В Суре сохранилась и фамилия коми происхождения:
Кычев < кöч ‘заяц’
В топонимии Пинежья встречаются географические термины, типичные для коми топонимии:
керöс ‘возвышенность, гора’:
Высокий Керас, два урочища на р. Пинеге у ручья (!) Крежистого (Кучкас) и в районе истоков;
вис (виск-) ‘протока (соединяющая озеро с рекой)’:
Солвиска, Пирквиска, Нюхвиска, несколько просто Висок (Виска, текущая с Шотогорских озёр и Виска в Шуйге);
-вей ‘ручей’:
Вырвей (6 ручьев) и Вервей. Их тёзка – Вырвей течёт на западе Коми.
Фёдор Абрамов, уроженец пинежской Верколы, в повести «Мамониха» отметил, что «за Антохиной раскопкой Вырвей, лесной ручей песни распевает...». Действительно, в переводе с коми Вырвей (Вервей) – ‘лесной ручей’ (вöр ‘лес’, вей ‘ручей’) (см.: «Журчат ручьи»).
нюр ‘болото’:
Сывнюр, болото (верхнее течение Ёжуги), у границы с Республикой Коми < сыв- - от сывны ‘таять’ (вероятно, на болоте есть родники, незамерзающие зимой).
❤18👀3
АРХАНГЕЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ КАК СЕРДЦЕ ПЕРМИ
Кинокартина «Сердце Пармы» открыла для зрителя полиэтничный и многоязычный мир становления Русского государства во времена Ивана III
Собственно, о полиэтничном характере Древнерусского государства свидетельствует и Повесть временных лет, описывающая становление государства как конфедерацию восточнославянских, прибалтийско-финских и волжско-финских племен
Об участии в формировании современного русского населения как славянских, так и финно-угорских элементов свидетельствуют и современные генетические исследования (см., например). Поэтому отношение к финно-угорскому наследию как к «чужому», не относящемуся напрямую к истории Руси, представляется продолжением кабинетных построений ученых XIX века, не учитывающих данных современной лингвистики, генетики и этнографии.
Упрощением является также рассмотрение финно-угорских (уральских) племен Средневековья как однородных в плане культуры и языка
Иллюстрация:
С.А. Добряков. Коми охотник (1972)
⬇️
Кинокартина «Сердце Пармы» открыла для зрителя полиэтничный и многоязычный мир становления Русского государства во времена Ивана III
Собственно, о полиэтничном характере Древнерусского государства свидетельствует и Повесть временных лет, описывающая становление государства как конфедерацию восточнославянских, прибалтийско-финских и волжско-финских племен
Об участии в формировании современного русского населения как славянских, так и финно-угорских элементов свидетельствуют и современные генетические исследования (см., например). Поэтому отношение к финно-угорскому наследию как к «чужому», не относящемуся напрямую к истории Руси, представляется продолжением кабинетных построений ученых XIX века, не учитывающих данных современной лингвистики, генетики и этнографии.
Упрощением является также рассмотрение финно-угорских (уральских) племен Средневековья как однородных в плане культуры и языка
Иллюстрация:
С.А. Добряков. Коми охотник (1972)
⬇️
❤19🔥6
⬆️
То, что у приладожской чуди и корелы (собственно, как и у остального прибалтийско-финского по языку населения) было велико значение сельского хозяйства (земледелия и животноводства), почему-то порой вызывает удивление. Вместе с тем, еще член-корреспондент АН СССР Д.В. Бубрих отмечал, что активную роль в освоении Севера, в том числе современной Архангельской области, наряду со славянами играло карельское и древнее вепсское население
Находясь под властью Новгорода, к новгородцам или простым членам общины – людям (откуда самоназвания людиник у вепсов и лююди у южных карелов-людиков) относило себя и местное прибалтийско-финское население, одновременно сохраняя и память о своей племенной принадлежности. Показательно, что название судна новгородских ушкуйников – ушкуй, как и карбас, восходят к вепсскому языку
Поэтому неудивительно, что земли к востоку от Обонежья, за волоками назывались не только Заволочьем, но еще и Пермью, то есть задней землей (от вепсского перяма). Отсюда и скандинавское обозначение этих земель – Биармия
Некоторые исследователи связывали понятие пермь и парма ‘густой, нетронутый лес, тайга’, ‘возвышенное место, покрытое еловым лесом’, сомневаясь порой в трактовке перми как «задней земли»
Однако, к прибалтийско-финскому (древневепсскому) источнику восходит еще одно внешнее название части пермских народов – зыряне (в говорах – зырь), восходящее к вепсскому сюрь- ‘крайний, сторонний’. Здесь мы видим явную сопоставимость по смыслу с понятием «задней земли»
С продвижением новгородцев на восток территориально смещались и понятия Пермь и зыряне. Изначально под зырянами могли пониматься некоторые финно-угорские группы Заволочья (не обязательно пермские). Позднее под пермяками и пермянами понимались предки коми (не только коми-пермян, но и коми-зырян). Современные пермяки – это население Пермского края, без указания на его этническое происхождение
Но каким же был путь слов вепсского происхождения в отношении предков коми? Когда восточные славяне, древние вепсы и древние коми встретились в одной точке пространства и времени?
Требовалась встреча всех трех компонентов: двигавшихся с юго-запада (из Присвирья и Обонежья) в Заволочье новгородских словен и древних вепсов, а также проникающих с юго-востока и востока (из Прикамья) предков коми
При скудности письменных источников упор необходимо делать на топонимию
В этом плане показательно название Перемского стана в Пинежье (будущей д. Труфаново с окрестными деревнями) где, как и в Суре, произошла в XII–XV вв. одновременная встреча древнего вепсского, пермского и славянского населения. О том, что здесь ранее проживали коми, отражено и в грамоте великого князя Ивана III
На запад коми-население доходило до правобережья Двины
Так, Стефан Пермский (XIV в.) проповедовал у пермян, начиная с устья Вычегды, где в районе современного Котласа находилось селение Пырас. Интересно отметить, что согласно коми преданию, на Вычегде жил могучий колдун-оборотень Ошлапей, имевший медвежьи лапы (это, собственно, и означает его имя). По легенде, он был побежден Стефаном Пермским и местным жителями. А на месте его могилы возникло село Ошлапье (Ленский район Архангельской области)
Озеро Перемское / Пермское известно неподалеку от Архангельска. Оно расположено в бассейне речки Вождоромки / Воджеромки, название которой явно содержит коми географический термин öрöм ‘старое русло’.
В целом пермская по происхождению топонимия, соседствуя с русской, а также с субстратными географическими названиями саамского и прибалтийско-финского (вепсского и карельского) типа, отмечается в восточной части Архангельской области от Мезени до Вычегды (в этом плане показательны названия ручьев Архангельской области)
На востоке области в русских говорах отмечаются отдельные слова коми происхождения (самое известное – туес), а также соответствующие фамилии: Пуртов (пурт ‘нож’) и др.
И хотя Архангельская область не являлась центром формирования коми народа, понятие слова пермь, пермяне, пермяки, а равно зыряне появились именно здесь – в месте встречи Руси, Перми и Чуди
30.10.2022
То, что у приладожской чуди и корелы (собственно, как и у остального прибалтийско-финского по языку населения) было велико значение сельского хозяйства (земледелия и животноводства), почему-то порой вызывает удивление. Вместе с тем, еще член-корреспондент АН СССР Д.В. Бубрих отмечал, что активную роль в освоении Севера, в том числе современной Архангельской области, наряду со славянами играло карельское и древнее вепсское население
Находясь под властью Новгорода, к новгородцам или простым членам общины – людям (откуда самоназвания людиник у вепсов и лююди у южных карелов-людиков) относило себя и местное прибалтийско-финское население, одновременно сохраняя и память о своей племенной принадлежности. Показательно, что название судна новгородских ушкуйников – ушкуй, как и карбас, восходят к вепсскому языку
Поэтому неудивительно, что земли к востоку от Обонежья, за волоками назывались не только Заволочьем, но еще и Пермью, то есть задней землей (от вепсского перяма). Отсюда и скандинавское обозначение этих земель – Биармия
Некоторые исследователи связывали понятие пермь и парма ‘густой, нетронутый лес, тайга’, ‘возвышенное место, покрытое еловым лесом’, сомневаясь порой в трактовке перми как «задней земли»
Однако, к прибалтийско-финскому (древневепсскому) источнику восходит еще одно внешнее название части пермских народов – зыряне (в говорах – зырь), восходящее к вепсскому сюрь- ‘крайний, сторонний’. Здесь мы видим явную сопоставимость по смыслу с понятием «задней земли»
С продвижением новгородцев на восток территориально смещались и понятия Пермь и зыряне. Изначально под зырянами могли пониматься некоторые финно-угорские группы Заволочья (не обязательно пермские). Позднее под пермяками и пермянами понимались предки коми (не только коми-пермян, но и коми-зырян). Современные пермяки – это население Пермского края, без указания на его этническое происхождение
Но каким же был путь слов вепсского происхождения в отношении предков коми? Когда восточные славяне, древние вепсы и древние коми встретились в одной точке пространства и времени?
Требовалась встреча всех трех компонентов: двигавшихся с юго-запада (из Присвирья и Обонежья) в Заволочье новгородских словен и древних вепсов, а также проникающих с юго-востока и востока (из Прикамья) предков коми
При скудности письменных источников упор необходимо делать на топонимию
В этом плане показательно название Перемского стана в Пинежье (будущей д. Труфаново с окрестными деревнями) где, как и в Суре, произошла в XII–XV вв. одновременная встреча древнего вепсского, пермского и славянского населения. О том, что здесь ранее проживали коми, отражено и в грамоте великого князя Ивана III
На запад коми-население доходило до правобережья Двины
Так, Стефан Пермский (XIV в.) проповедовал у пермян, начиная с устья Вычегды, где в районе современного Котласа находилось селение Пырас. Интересно отметить, что согласно коми преданию, на Вычегде жил могучий колдун-оборотень Ошлапей, имевший медвежьи лапы (это, собственно, и означает его имя). По легенде, он был побежден Стефаном Пермским и местным жителями. А на месте его могилы возникло село Ошлапье (Ленский район Архангельской области)
Озеро Перемское / Пермское известно неподалеку от Архангельска. Оно расположено в бассейне речки Вождоромки / Воджеромки, название которой явно содержит коми географический термин öрöм ‘старое русло’.
В целом пермская по происхождению топонимия, соседствуя с русской, а также с субстратными географическими названиями саамского и прибалтийско-финского (вепсского и карельского) типа, отмечается в восточной части Архангельской области от Мезени до Вычегды (в этом плане показательны названия ручьев Архангельской области)
На востоке области в русских говорах отмечаются отдельные слова коми происхождения (самое известное – туес), а также соответствующие фамилии: Пуртов (пурт ‘нож’) и др.
И хотя Архангельская область не являлась центром формирования коми народа, понятие слова пермь, пермяне, пермяки, а равно зыряне появились именно здесь – в месте встречи Руси, Перми и Чуди
30.10.2022
❤26🔥5
ФУРАНДÁЛЬНЯ
«Фурындальная» – кафе в Петрозаводске, название которого не оставляет равнодушным.
Название образовано от русского заонежского фýрындать, фýрандать 'пить (хлебать) чай'. Глагол входит в обширную группу русских диалектных звукоизобразительных глаголов на -айдать / -андать, восходящих к вепсско-карельским аналогам на -aita / -aida-. В данном случае глагол изображает звуки прихлебывания чая («фур-фур»).
Глаголы подобного типа в основном приурочены к Обонежью и Присвирью, то есть кроме Карелии, охватывают восток Ленинградской и северо-запад Вологодской области, то есть вепсские и «поствепсские» территории.
Эти слова – результат активных языковых контактов стали своими как для вепсского, так и для местного русского населения.
На базе главным образом вытегорских говоров, близким говорам Заонежья, можно представить названия заведений, хозяйственных построек и природных объектов, если бы мы взяли подобную «отглагольную» модель на вооружение (спать > спальня, éсть > едáльня, фýрандать > фурандáльня):
1) общественные заведения:
фурандáльня 'чайная' < фýрандать 'пить (хлебать) чай' < вепс. fureita 'пить чай с шумом, прихлёбывая';
каландáльня 'клуб', 'бар' < кáландать, кóландать 'звенеть', 'звякать посудой' < вепс. kolaita ‘стучать, брякать (чем-либо)’;
робандáльня 'столовая' < рóбандать 'клокотать, булькать при кипении', 'попыхивать (о каше)' < вепс. robaita 'шуметь';
чирандáльня 'ресторан' < чúрандать < вепс. čiraita 'шкворчать, шипеть (о жире)';
2) хозяйственные постройки:
бузяндáльня 'пасека' < бýзяндать 'жужжать' < вепс. buzeita 'жужжать';
гyляндáльня 'голубятня' < гýляндать 'ворковать' (ср. карел. gulgettua 'ворковать');
гырандáльня 'конюшня' < гырандать 'ржать' < вепс. hirnaita 'ржать';
мюряндáльня 'коровник' < мюряндать 'мычать' < вепс. mureita 'мычать';
мяляндáльня 'овчарня' < мяляндать 'блеять' < вепс. mäleita 'блеять';
плязандáльня 'душ' < плязандать (петрозаводск.) 'капать (с крыши)' < вепс. pl'äskaita 'окатывать водой, плескать' < рус. плескать;
тырандáльня 'тракторная станция' < тырандать 'тарахтеть'
< вепс. taraita 'греметь', toreita 'громыхать, барабанить';
3) природные объекты:
гурандáльня 'токовище' < гýрандать 'токовать (о тетеревах)' < gʻuraita 'греметь, громыхать';
курандáльня 'болото' < кýрандать 'квакать' < вепс. koraita, карел. kurata 'квакать';
мяряндáльня 'берлога' < мяряндать 'реветь' < вепс. märäita 'реветь, издавать рёв (о животных)';
рюжандáльня 'пляж' < рюжандать (петрозаводск.) 'скрипеть (о песке)' < вепс. räźaita 'трещать, хрустеть'.
Еще по теме:
➡️ Главное – не кивиштаться!
➡️ О языковой истории Заонежья
➡️ Корелять и кайбанить
«Фурындальная» – кафе в Петрозаводске, название которого не оставляет равнодушным.
Название образовано от русского заонежского фýрындать, фýрандать 'пить (хлебать) чай'. Глагол входит в обширную группу русских диалектных звукоизобразительных глаголов на -айдать / -андать, восходящих к вепсско-карельским аналогам на -aita / -aida-. В данном случае глагол изображает звуки прихлебывания чая («фур-фур»).
Глаголы подобного типа в основном приурочены к Обонежью и Присвирью, то есть кроме Карелии, охватывают восток Ленинградской и северо-запад Вологодской области, то есть вепсские и «поствепсские» территории.
Эти слова – результат активных языковых контактов стали своими как для вепсского, так и для местного русского населения.
На базе главным образом вытегорских говоров, близким говорам Заонежья, можно представить названия заведений, хозяйственных построек и природных объектов, если бы мы взяли подобную «отглагольную» модель на вооружение (спать > спальня, éсть > едáльня, фýрандать > фурандáльня):
1) общественные заведения:
фурандáльня 'чайная' < фýрандать 'пить (хлебать) чай' < вепс. fureita 'пить чай с шумом, прихлёбывая';
каландáльня 'клуб', 'бар' < кáландать, кóландать 'звенеть', 'звякать посудой' < вепс. kolaita ‘стучать, брякать (чем-либо)’;
робандáльня 'столовая' < рóбандать 'клокотать, булькать при кипении', 'попыхивать (о каше)' < вепс. robaita 'шуметь';
чирандáльня 'ресторан' < чúрандать < вепс. čiraita 'шкворчать, шипеть (о жире)';
2) хозяйственные постройки:
бузяндáльня 'пасека' < бýзяндать 'жужжать' < вепс. buzeita 'жужжать';
гyляндáльня 'голубятня' < гýляндать 'ворковать' (ср. карел. gulgettua 'ворковать');
гырандáльня 'конюшня' < гырандать 'ржать' < вепс. hirnaita 'ржать';
мюряндáльня 'коровник' < мюряндать 'мычать' < вепс. mureita 'мычать';
мяляндáльня 'овчарня' < мяляндать 'блеять' < вепс. mäleita 'блеять';
плязандáльня 'душ' < плязандать (петрозаводск.) 'капать (с крыши)' < вепс. pl'äskaita 'окатывать водой, плескать' < рус. плескать;
тырандáльня 'тракторная станция' < тырандать 'тарахтеть'
< вепс. taraita 'греметь', toreita 'громыхать, барабанить';
3) природные объекты:
гурандáльня 'токовище' < гýрандать 'токовать (о тетеревах)' < gʻuraita 'греметь, громыхать';
курандáльня 'болото' < кýрандать 'квакать' < вепс. koraita, карел. kurata 'квакать';
мяряндáльня 'берлога' < мяряндать 'реветь' < вепс. märäita 'реветь, издавать рёв (о животных)';
рюжандáльня 'пляж' < рюжандать (петрозаводск.) 'скрипеть (о песке)' < вепс. räźaita 'трещать, хрустеть'.
Еще по теме:
➡️ Главное – не кивиштаться!
➡️ О языковой истории Заонежья
➡️ Корелять и кайбанить
👍18🔥12❤11🥰6🌭1👀1
РОЖДЕСТВО
Вепсское Raštvad, карельское Rastava, Roštuo, Raštava –эти названия праздника восходят к русскому слову Рождество.
Даже скорее к разговорным формам Рожство, Рожтво, зафиксированным в Словаре русских народных говоров.
Слово проникло и в восточносаамские языки в форме Roostov, Rostov, Rosttov.
При этом в колтта-саамском языке, распространенном в приграничных территориях России, Финляндии и Норвегии, словом rosttovkääʹlles (буквально 'рождественский старик', 'рождественский дед') называют финского Йолупукки или Санта-Клауса.
Интересно, что рождественского персонажа, местом жительства которого считается Лапландия ('земля саамов') на одном из саамских языков называют с использованием заимствованного из русского слова Рождество.
Вепсское Raštvad, карельское Rastava, Roštuo, Raštava –эти названия праздника восходят к русскому слову Рождество.
Даже скорее к разговорным формам Рожство, Рожтво, зафиксированным в Словаре русских народных говоров.
Слово проникло и в восточносаамские языки в форме Roostov, Rostov, Rosttov.
При этом в колтта-саамском языке, распространенном в приграничных территориях России, Финляндии и Норвегии, словом rosttovkääʹlles (буквально 'рождественский старик', 'рождественский дед') называют финского Йолупукки или Санта-Клауса.
Интересно, что рождественского персонажа, местом жительства которого считается Лапландия ('земля саамов') на одном из саамских языков называют с использованием заимствованного из русского слова Рождество.
❤🔥19🔥3❤2🥰2👍1
ОТ ГОСПОЖИНА ДНИ ДО КОРОЧЮНА
Вернемся к тексту Новгородской первой летописи (XII в.):
«В лѣто 6651. Стояше вся осенина дъждева, от Госпожина дни до Корочюна».
При этом в русском языке карачун в значениях, связанных с Рождеством, выражен не очень явно.
Вместе с тем, вепсское karačun 'рождественский пост' явно свидетельствует о былом активном использовании в русском языке слова карачун в значениях 'Рождество' или 'рождественский пост'.
Интересен и упоминаемый в летописи Госпожин день.
Госпожин день – 'день успения Богородицы (28 авг. по нов. ст.)' (Госпожа 'Богородица'). Это значение госпожина дня сохраняется в русских архангельских и вологодских говорах.
В свою очередь, Успенье по-вепсски – Emaganpäi, что свидетельствует о развитии значения слова emag 'хозяйка' до 'госпожа'.
Интересно и дальнейшее развитие госпожин дня и сближение его с глаголом жать:
госпожин день > оспожин день > оспожинки > спожинки 'праздник в честь окончания жатвы'. Как справедливо отмечает А.Е. Аникин, последнее мотивировано также глаголом спожинать 'кончать жатву'.
Что почитать о важности привлечения «перекрёстных» данных исторической лексикологии:
Муллонен И.И. Русские говоры как ресурс для прибалтийско-финской исторической лексикологии // Известия Уральского федерального университета. Серия 2: Гуманитарные науки. С. 215–230. URL: https://elar.urfu.ru/handle/10995/104846
Аникин А.Е., Муллонен И.И. Рецензия на: Мызников С.А. Русский диалектный этимологический словарь. Лексика контактных регионов. М.; СПб.: Нестор-История, 2019. 1064 с. // Вопросы языкового родства. С. 89–100.
Вернемся к тексту Новгородской первой летописи (XII в.):
«В лѣто 6651. Стояше вся осенина дъждева, от Госпожина дни до Корочюна».
При этом в русском языке карачун в значениях, связанных с Рождеством, выражен не очень явно.
Вместе с тем, вепсское karačun 'рождественский пост' явно свидетельствует о былом активном использовании в русском языке слова карачун в значениях 'Рождество' или 'рождественский пост'.
Интересен и упоминаемый в летописи Госпожин день.
Госпожин день – 'день успения Богородицы (28 авг. по нов. ст.)' (Госпожа 'Богородица'). Это значение госпожина дня сохраняется в русских архангельских и вологодских говорах.
В свою очередь, Успенье по-вепсски – Emaganpäi, что свидетельствует о развитии значения слова emag 'хозяйка' до 'госпожа'.
Интересно и дальнейшее развитие госпожин дня и сближение его с глаголом жать:
госпожин день > оспожин день > оспожинки > спожинки 'праздник в честь окончания жатвы'. Как справедливо отмечает А.Е. Аникин, последнее мотивировано также глаголом спожинать 'кончать жатву'.
Что почитать о важности привлечения «перекрёстных» данных исторической лексикологии:
Муллонен И.И. Русские говоры как ресурс для прибалтийско-финской исторической лексикологии // Известия Уральского федерального университета. Серия 2: Гуманитарные науки. С. 215–230. URL: https://elar.urfu.ru/handle/10995/104846
Аникин А.Е., Муллонен И.И. Рецензия на: Мызников С.А. Русский диалектный этимологический словарь. Лексика контактных регионов. М.; СПб.: Нестор-История, 2019. 1064 с. // Вопросы языкового родства. С. 89–100.
❤17👍3
ФУРСКАТЬ ЧАЙ
Рассмотренный в связи с «Фурындальной» глагол фýрандать связан с еще одним русским обонежским глаголом фýрскать.
Как точно отметили в комментариях – «вытегоры чай фурскают».
Оба этих звукоизобразительных (ономатопоэтических) глагола в значениях, связанных с питьем чая, фиксируются Словарем русских народных говоров в Обонежье и Присвирье:
фýрайдать, фýрандать 'пить чай, шумно прихлебывая' (подпорожское, медвежьегорское, русские говоры Карелии), 'пить что-либо быстро, залпом' (вытегорское);
фóрскать 'пить горячий чай, с шумом втягивая воздух в рот' (подпорожское, русские говоры Карелии), фýрскать 'пить чай, шумно прихлёбывая' (подпорожское, медвежьегорское).
Тут не обойтись без интересных примеров из научного труда М.И. Зайцевой «Суффиксальное глагольное словообразование в вепсском языке» (1978).
Мария Ивановна отмечает, что значение вепсских глаголов на -ska- / -sku- – «прерывисто (повторно) издавать звук, выраженный мотивирующей основой». При этом, глаголы на -ska- обычно соотносятся с глаголами длительного действия на -aida-:
furskab 'фыркает (прерывисто, время от времени)' (например, о самоваре, лошади);
furaidab 'фыркает (длительно)'.
Если кто-то фыркает однократно, то используется глагол furskaidab.
Впрочем, вытегорский самовар может не только фурскать, но еще и фузандать < fuzaita 'шуметь (о кипящем самоваре)'.
В русских вытегорских говорах есть еще слова, означающие прерывистый звук и восходящие к вепсско-карельским глаголам на -sk-:
кырскать 'производить скрип, скрежет' < карельское ливвиковское kirskua 'стучать', 'производить скрип';
чúрскать 'чиркать' < вепс. *čirskta 'чиркать' (ср. čirskaita 'чиркнуть'), карел. ливвиковское čirskua 'скрипеть при задевании о что-либо'.
Кроме того, на основе русского вытегорского и вепсского языковых материалов можно отметить, что если:
гром гремит длительно, то он гурандает (gʻüraidab), а если прерывисто, то – gʻürskab (в русской адаптации было бы «гурскает»);
корова мычит длительно – мюряндает (möraidab), прерывисто – mörskab («мюрскает»);
овца блеет длительно – мяляндает (mäläidab), прерывисто – mäĺskab (было бы «мяльскает»).
В отношении блеяния овцы отмечу, что вытегоры используют еще один глагол, связанный с mäläita 'блеять' – мяльгонуть 'проблеять (однократно)' < вепс. mälegata (основа mälegande-) 'заблеять':
овца мяльгонула ('проблеяла') = вепс. lambaz mäleganź.
Глагол входит в группу глаголов на -gande со значением начала или мгновенности действия.
Для полноты картины добавим, что в случае с суффиксом -gande / -škande мы сталкиваемся не просто с вепсским субстратом в вытегорских говорах, а даже, возможно, с ещё более нижним слоем – субсубстратом. Полагают, что данный вепсско-людиковский суффикс имеет «саамские» истоки (ср. саам. суффикс -škuɛɛdɛ- с начинательным значением), то есть восходит к еще более раннему языку на данной территории.
Рассмотренный в связи с «Фурындальной» глагол фýрандать связан с еще одним русским обонежским глаголом фýрскать.
Как точно отметили в комментариях – «вытегоры чай фурскают».
Оба этих звукоизобразительных (ономатопоэтических) глагола в значениях, связанных с питьем чая, фиксируются Словарем русских народных говоров в Обонежье и Присвирье:
фýрайдать, фýрандать 'пить чай, шумно прихлебывая' (подпорожское, медвежьегорское, русские говоры Карелии), 'пить что-либо быстро, залпом' (вытегорское);
фóрскать 'пить горячий чай, с шумом втягивая воздух в рот' (подпорожское, русские говоры Карелии), фýрскать 'пить чай, шумно прихлёбывая' (подпорожское, медвежьегорское).
Тут не обойтись без интересных примеров из научного труда М.И. Зайцевой «Суффиксальное глагольное словообразование в вепсском языке» (1978).
Мария Ивановна отмечает, что значение вепсских глаголов на -ska- / -sku- – «прерывисто (повторно) издавать звук, выраженный мотивирующей основой». При этом, глаголы на -ska- обычно соотносятся с глаголами длительного действия на -aida-:
furskab 'фыркает (прерывисто, время от времени)' (например, о самоваре, лошади);
furaidab 'фыркает (длительно)'.
Если кто-то фыркает однократно, то используется глагол furskaidab.
Впрочем, вытегорский самовар может не только фурскать, но еще и фузандать < fuzaita 'шуметь (о кипящем самоваре)'.
В русских вытегорских говорах есть еще слова, означающие прерывистый звук и восходящие к вепсско-карельским глаголам на -sk-:
кырскать 'производить скрип, скрежет' < карельское ливвиковское kirskua 'стучать', 'производить скрип';
чúрскать 'чиркать' < вепс. *čirskta 'чиркать' (ср. čirskaita 'чиркнуть'), карел. ливвиковское čirskua 'скрипеть при задевании о что-либо'.
Кроме того, на основе русского вытегорского и вепсского языковых материалов можно отметить, что если:
гром гремит длительно, то он гурандает (gʻüraidab), а если прерывисто, то – gʻürskab (в русской адаптации было бы «гурскает»);
корова мычит длительно – мюряндает (möraidab), прерывисто – mörskab («мюрскает»);
овца блеет длительно – мяляндает (mäläidab), прерывисто – mäĺskab (было бы «мяльскает»).
В отношении блеяния овцы отмечу, что вытегоры используют еще один глагол, связанный с mäläita 'блеять' – мяльгонуть 'проблеять (однократно)' < вепс. mälegata (основа mälegande-) 'заблеять':
овца мяльгонула ('проблеяла') = вепс. lambaz mäleganź.
Глагол входит в группу глаголов на -gande со значением начала или мгновенности действия.
Для полноты картины добавим, что в случае с суффиксом -gande / -škande мы сталкиваемся не просто с вепсским субстратом в вытегорских говорах, а даже, возможно, с ещё более нижним слоем – субсубстратом. Полагают, что данный вепсско-людиковский суффикс имеет «саамские» истоки (ср. саам. суффикс -škuɛɛdɛ- с начинательным значением), то есть восходит к еще более раннему языку на данной территории.
👍14❤5🥰1
ЯЗЫКОВЫЕ СУПЕРКОНТАКТЫ
Обменом лексики (словарным составом) между языками удивить сложно (но еще иногда можно).
Однако изменение морфологии глагола под влиянием языка из другой языковой семьи – явление редкое. Оно предполагает отличное понимание структуры слова в обоих языках, что возможно в условиях былого массового двуязычия.
В вепсских и карельских глаголах есть очень продуктивный суффикс -ita-, -ta- c каузативным значением. Это означает, что с его помощью от исходного глагола A образуется производный глагол Б со значением 'заставить сделать действие, предусмотренное глаголом А'.
Например,
(А) söb 'ест' > (Б) sötab 'кормит' ( = заставляет есть);
(А) job 'пьёт' > (Б) jotab 'поит' ( = заставляет пить).
С постепенным переходом вепсского населения Присвирья и Обонежья на русский язык через период двуязычия каузативный суффикс -ita- стал «интегрироваться» в русские глаголы.
Так возникли следующие слова:
1) кáпитать (вытегорск., петрозаводск.) 'капать' («держи свечу ту прямие – не видишь, что капиташь»), (вытегорск., прионежск.) 'закапывать капли', (подпорожск.) 'капать (о дожде)' ( = заставлять капать) < капать + -ита-.
Вепсский аналог:
tipputab 'капает' каузативный глагол (tipputada kapliť siĺmha 'накапать капель в глаз'), 'накрапывает (о дожде)' ( = заставляет капать) < tippub 'капает' + -ta-.
2) кáчетать (вытегорск.) 'подбрасывать, подкидывать (на руках), качать на коленях' ( = заставлять качаться) < качать + -ета- < -ита-.
Вепсский аналог:
huššutab 'подбрасывает, подкидывает (на руках), качает на коленях' ( = заставляет качаться) < huššub 'качается' + -ta-.
3) сóситать (вытегорск.) 'кормить грудью' < сосать + -ита-.
Вепсский аналог:
imetab 'кормит грудью' (= заставляет сосать) < imеb 'сосёт' + -ta-.
4) тáйтать (прионежск.) 'топить, расплавлять' («маргарину не тайтаю, а пестиком давлю») < таять + -ита-.
Вепсский аналогично:
sulatab 'оттаиваeт, растворяет, расплавляет' (= заставляет таять) < sulab 'тает, растворяется' + -ta-.
Обменом лексики (словарным составом) между языками удивить сложно (но еще иногда можно).
Однако изменение морфологии глагола под влиянием языка из другой языковой семьи – явление редкое. Оно предполагает отличное понимание структуры слова в обоих языках, что возможно в условиях былого массового двуязычия.
В вепсских и карельских глаголах есть очень продуктивный суффикс -ita-, -ta- c каузативным значением. Это означает, что с его помощью от исходного глагола A образуется производный глагол Б со значением 'заставить сделать действие, предусмотренное глаголом А'.
Например,
(А) söb 'ест' > (Б) sötab 'кормит' ( = заставляет есть);
(А) job 'пьёт' > (Б) jotab 'поит' ( = заставляет пить).
С постепенным переходом вепсского населения Присвирья и Обонежья на русский язык через период двуязычия каузативный суффикс -ita- стал «интегрироваться» в русские глаголы.
Так возникли следующие слова:
1) кáпитать (вытегорск., петрозаводск.) 'капать' («держи свечу ту прямие – не видишь, что капиташь»), (вытегорск., прионежск.) 'закапывать капли', (подпорожск.) 'капать (о дожде)' ( = заставлять капать) < капать + -ита-.
Вепсский аналог:
tipputab 'капает' каузативный глагол (tipputada kapliť siĺmha 'накапать капель в глаз'), 'накрапывает (о дожде)' ( = заставляет капать) < tippub 'капает' + -ta-.
2) кáчетать (вытегорск.) 'подбрасывать, подкидывать (на руках), качать на коленях' ( = заставлять качаться) < качать + -ета- < -ита-.
Вепсский аналог:
huššutab 'подбрасывает, подкидывает (на руках), качает на коленях' ( = заставляет качаться) < huššub 'качается' + -ta-.
3) сóситать (вытегорск.) 'кормить грудью' < сосать + -ита-.
Вепсский аналог:
imetab 'кормит грудью' (= заставляет сосать) < imеb 'сосёт' + -ta-.
4) тáйтать (прионежск.) 'топить, расплавлять' («маргарину не тайтаю, а пестиком давлю») < таять + -ита-.
Вепсский аналогично:
sulatab 'оттаиваeт, растворяет, расплавляет' (= заставляет таять) < sulab 'тает, растворяется' + -ta-.
❤13⚡4👍3👌3🥰1
КУРЖЕКСА И КУРЖЕНСКОЕ ОЗЕРО
Курженская пустынь – небольшой, но значимый лесной монастырь. При этом нередко Курженский приход ошибочно смешивают с Куржекским
Курженская пустынь обязана своим названием оз. Курженскому, на острове которого располагалась. В свою очередь, Куржекский приход – реке и бывшему селу Куржекса
При этом озеро и река относятся к бассейну Самины, впадающей в Андому
Однако вопрос о происхождении этих названий не может быть решен без учета определенных топонимических закономерностей, привлечения исторических письменных источников и учета географических особенностей объектов
Начнем с Куржексы
В писцовых книгах в отношении реки употребляется также форма Коржей. Материалы по сопредельным территориям ленинградского Присвирья и Карелии позволяют видеть за Куржексой и Коржеем вепсские или карельские оригиналы:
*Kuržus (историческая форма основы – *Kuržuksе-), ср. подпорожская речка Тянукса – вепс. Tänus / Tänusenjogi, где jogi ‘река’
*Kuržoja, где -oja ‘ручей’
У Куржексы и Курженского есть вепсские тёзки в Присвирье. В бассейне Ояти: руч. Kuržoja / Куржручей, озера Большое и Малое Куржозера / Kuržarv (где -arv – из jär’v ‘озеро’). В бассейне Яндебы: оз. Куржинское и руч. Куржинский
Название оз. Курженского имеет так называемую вторичную форму на -ское, то есть образовано от названия от какого-то смежного объекта. Так, например, название оз. Чёковского восходит к названию саминской деревни Чёково
Название озера позволяет восстановить первичный топоним *Куржина, которой судя по форманту -ина (Ивина, Самина, Ивина) характерен для названий рек
Похоже, что *Куржина – раннее название Хмелевицы (оз. Курженское) < вепс. *Kuržus, *Kuržuksеnjogi, которое адаптировано (древне)русским формантом -ина
Для различения рек-тёзок к ним могли применяться определения: Нижняя (Alembaine) для Куржексы и Верхняя (вепс. Ülembaine) для Хмелевицы
Однако, использование подобных конструкций не всегда удобно, что привело к появлению нового (русского по происхождению) названия Хмелевица, которое связывают с наличием хмеля по ее берегам
Монастырское освоение, ставшее одним из проводников (древне)русского языка в крае, ярко проявилось в появлении:
ранних топонимов на -ское (оз. Муромское, рядом с которым находится Муромский монастырь);
названий рек Хмелевица и Снежница. При этом большинство ручьев в районе Куржексы сохранили вепсские и карельские топоосновы (Вадиручей, Ковручей, Кедручей, Матручей, Равдручей, Силистручей, Тёручей)
Что касается значения основы Курж-, то она может восходить:
к карельскому (по-видимому, это слово было ранее и в вепсском) kuržo ‘сырая низина, заросшая кустарником или низкорослыми деревьями’, ‘бурелом’;
к более ранней (довепсской) основе, родственной саамскому gur’šo, kor’šo ‘глубокий овраг, узкая глубокая ложбина, по дну которой может протекать река, ручей’
Показательно, что наиболее крутыми склонами в окрестностях оз. Курженского обладает оз. Корчозеро, чья топооснова также сопоставима с довепсским материалом (прасаамское *kurččV ‘расщелина с крутыми склонами’, саамское korčă, kurčă ‘овраг, ложбина, долина’)
Таким образом, признавая этимологию названия Курженского озера «точной», то есть подтвержденной географическими реалиями, полагаем, что его вепсское название *Kuržar’ [Кýржъарь] послужило основой для раннего названия вытекающей из озера Хмелевицы, а последнее перенесено и на Куржексу
Что касается предположения о связи названия Куржексы с вепсским kuro ‘снеговая туча’, ‘снегопад’, то оно уже критиковалось А.Л. Шиловым, также считавшим Куржексу «овражистой»
А как же быть с притоком Куржексы – Снежницей? Разве это не перевод вепсского kuro?
Действительно, появление названия Снежница могло быть спровоцировано народной этимологией, необоснованно связывающей название Куржекса с вепс. kuro или с русским диалектным кýржа ‘иней’. Кроме того, в верховьях Снежницы находится озеро Зимнее, через которое проходил старый зимник
Однако, это не может опровергнуть «овражистую» версию происхождения названий озера Курженского и Куржексы
Еще по теме:
➡️ Тикачёво
Курженская пустынь – небольшой, но значимый лесной монастырь. При этом нередко Курженский приход ошибочно смешивают с Куржекским
Курженская пустынь обязана своим названием оз. Курженскому, на острове которого располагалась. В свою очередь, Куржекский приход – реке и бывшему селу Куржекса
При этом озеро и река относятся к бассейну Самины, впадающей в Андому
Однако вопрос о происхождении этих названий не может быть решен без учета определенных топонимических закономерностей, привлечения исторических письменных источников и учета географических особенностей объектов
Начнем с Куржексы
В писцовых книгах в отношении реки употребляется также форма Коржей. Материалы по сопредельным территориям ленинградского Присвирья и Карелии позволяют видеть за Куржексой и Коржеем вепсские или карельские оригиналы:
*Kuržus (историческая форма основы – *Kuržuksе-), ср. подпорожская речка Тянукса – вепс. Tänus / Tänusenjogi, где jogi ‘река’
*Kuržoja, где -oja ‘ручей’
У Куржексы и Курженского есть вепсские тёзки в Присвирье. В бассейне Ояти: руч. Kuržoja / Куржручей, озера Большое и Малое Куржозера / Kuržarv (где -arv – из jär’v ‘озеро’). В бассейне Яндебы: оз. Куржинское и руч. Куржинский
Название оз. Курженского имеет так называемую вторичную форму на -ское, то есть образовано от названия от какого-то смежного объекта. Так, например, название оз. Чёковского восходит к названию саминской деревни Чёково
Название озера позволяет восстановить первичный топоним *Куржина, которой судя по форманту -ина (Ивина, Самина, Ивина) характерен для названий рек
Похоже, что *Куржина – раннее название Хмелевицы (оз. Курженское) < вепс. *Kuržus, *Kuržuksеnjogi, которое адаптировано (древне)русским формантом -ина
Для различения рек-тёзок к ним могли применяться определения: Нижняя (Alembaine) для Куржексы и Верхняя (вепс. Ülembaine) для Хмелевицы
Однако, использование подобных конструкций не всегда удобно, что привело к появлению нового (русского по происхождению) названия Хмелевица, которое связывают с наличием хмеля по ее берегам
Монастырское освоение, ставшее одним из проводников (древне)русского языка в крае, ярко проявилось в появлении:
ранних топонимов на -ское (оз. Муромское, рядом с которым находится Муромский монастырь);
названий рек Хмелевица и Снежница. При этом большинство ручьев в районе Куржексы сохранили вепсские и карельские топоосновы (Вадиручей, Ковручей, Кедручей, Матручей, Равдручей, Силистручей, Тёручей)
Что касается значения основы Курж-, то она может восходить:
к карельскому (по-видимому, это слово было ранее и в вепсском) kuržo ‘сырая низина, заросшая кустарником или низкорослыми деревьями’, ‘бурелом’;
к более ранней (довепсской) основе, родственной саамскому gur’šo, kor’šo ‘глубокий овраг, узкая глубокая ложбина, по дну которой может протекать река, ручей’
Показательно, что наиболее крутыми склонами в окрестностях оз. Курженского обладает оз. Корчозеро, чья топооснова также сопоставима с довепсским материалом (прасаамское *kurččV ‘расщелина с крутыми склонами’, саамское korčă, kurčă ‘овраг, ложбина, долина’)
Таким образом, признавая этимологию названия Курженского озера «точной», то есть подтвержденной географическими реалиями, полагаем, что его вепсское название *Kuržar’ [Кýржъарь] послужило основой для раннего названия вытекающей из озера Хмелевицы, а последнее перенесено и на Куржексу
Что касается предположения о связи названия Куржексы с вепсским kuro ‘снеговая туча’, ‘снегопад’, то оно уже критиковалось А.Л. Шиловым, также считавшим Куржексу «овражистой»
А как же быть с притоком Куржексы – Снежницей? Разве это не перевод вепсского kuro?
Действительно, появление названия Снежница могло быть спровоцировано народной этимологией, необоснованно связывающей название Куржекса с вепс. kuro или с русским диалектным кýржа ‘иней’. Кроме того, в верховьях Снежницы находится озеро Зимнее, через которое проходил старый зимник
Однако, это не может опровергнуть «овражистую» версию происхождения названий озера Курженского и Куржексы
Еще по теме:
➡️ Тикачёво
❤10🔥4🥰1
СКАТЬ СКАНЦЫ И СУЛИТЬ СУЛЬЧИНЫ
Продолжу эстафету уважаемого «Севпростора» в отношении широко распространенного, но так и не попавшего в литературную речь глагола скáть 'свивать, скручивать (нити, пряди), сучить шерсть', а также 'раскатывать тесто скалкой'.
Действительно, скать – исконное русское слово, восходящее к древнерусскому съкать. В литературную норму попал его родственник – сучúть.
От скать происходит слово скáнец. Под ним могут понимать различные изделия. Самое простое – это тонко раскатаная («сканая» или «высканая») лепёшка. Если она начиняется какой-либо начинкой, то ее могут называть не только скáнцем, но сóчником, сóчнем. Вот здесь мы уже имеем дело с еще одним словом из литературной нормы. «Большой академический словарь русского языка» определяет сóчень как 'лепёшку с начинкой (с творогом, ягодами и т.п.)', а также 'тонко раскатанный круг теста'. Сканцем могут также называть 'тонкий блин из ржаной муки, который начиняют какой-либо кашей' или даже 'толстую пшеничную лепёшку, покрытую творогом, ватрушку'.
Посмотрим, в каких значениях слово сканец проникло в вепсский и карельский языки, ведь скáнец – хорошо известное слово в Обонежье и Карелии:
вепс. skanć [сканць] 'сочень': «сочни испекут, помажут маслом, сверху на сочень кладут кашу, свернут трубочкой и едят с молоком»;
карельское skanča [сканча] (тверское), škanttša [шканчча] 'сканец, пирожок с творожной начинкой': «пекли на сковородке сканцы с творогом».
У карелов есть еще suĺčina (тверск.), šulttšina [шульччина] 'сканец, широко раскатанная пресная лепешка' («на сульчину положат каши и свернут трубочкой», «сульчину переворачивают лопаточкой на углях»). Слово происходит от русского посýльщина 'обещанное', сулёники (псковск.) 'хлебцы, которые пекутся к родительской Дмитриевской субботе': «в этот день в деревнях, по суеверному обычаю, в место, неизвестное никому, кроме хозяина дома, относят яйца, творог и т.п. как нечто отсуленное, духам или душам умерших» (1852).
Вместе с тем, сульчина является карельским «следом» в финских диалектах восточной Финляндии (sultsina 'свернутый и обжаренный сканец с начинкой из каши'), а также одим из немногих языковых свидетельств пребывания карелов в Медынском уезде Калужской губернии, где слово «шульчены» сохранилось с характерным карельским переходом s > š (за информацию о медынских «шульченах» благодарю уважаемую «Карельскую языковую картину мира»).
Продолжу эстафету уважаемого «Севпростора» в отношении широко распространенного, но так и не попавшего в литературную речь глагола скáть 'свивать, скручивать (нити, пряди), сучить шерсть', а также 'раскатывать тесто скалкой'.
Действительно, скать – исконное русское слово, восходящее к древнерусскому съкать. В литературную норму попал его родственник – сучúть.
От скать происходит слово скáнец. Под ним могут понимать различные изделия. Самое простое – это тонко раскатаная («сканая» или «высканая») лепёшка. Если она начиняется какой-либо начинкой, то ее могут называть не только скáнцем, но сóчником, сóчнем. Вот здесь мы уже имеем дело с еще одним словом из литературной нормы. «Большой академический словарь русского языка» определяет сóчень как 'лепёшку с начинкой (с творогом, ягодами и т.п.)', а также 'тонко раскатанный круг теста'. Сканцем могут также называть 'тонкий блин из ржаной муки, который начиняют какой-либо кашей' или даже 'толстую пшеничную лепёшку, покрытую творогом, ватрушку'.
Посмотрим, в каких значениях слово сканец проникло в вепсский и карельский языки, ведь скáнец – хорошо известное слово в Обонежье и Карелии:
вепс. skanć [сканць] 'сочень': «сочни испекут, помажут маслом, сверху на сочень кладут кашу, свернут трубочкой и едят с молоком»;
карельское skanča [сканча] (тверское), škanttša [шканчча] 'сканец, пирожок с творожной начинкой': «пекли на сковородке сканцы с творогом».
У карелов есть еще suĺčina (тверск.), šulttšina [шульччина] 'сканец, широко раскатанная пресная лепешка' («на сульчину положат каши и свернут трубочкой», «сульчину переворачивают лопаточкой на углях»). Слово происходит от русского посýльщина 'обещанное', сулёники (псковск.) 'хлебцы, которые пекутся к родительской Дмитриевской субботе': «в этот день в деревнях, по суеверному обычаю, в место, неизвестное никому, кроме хозяина дома, относят яйца, творог и т.п. как нечто отсуленное, духам или душам умерших» (1852).
Вместе с тем, сульчина является карельским «следом» в финских диалектах восточной Финляндии (sultsina 'свернутый и обжаренный сканец с начинкой из каши'), а также одим из немногих языковых свидетельств пребывания карелов в Медынском уезде Калужской губернии, где слово «шульчены» сохранилось с характерным карельским переходом s > š (за информацию о медынских «шульченах» благодарю уважаемую «Карельскую языковую картину мира»).
👍6🥰6❤2👀1