мы встретились в лимбе в полночь, 
утонули во тьме друг друга, 
луна была очень полной, 
касалась небесного круга. 
нам туда не добраться:
не хватит сил увидеть, 
осталось между скитаться
в полуразобранном виде. 

мы встретились в лимбе в полдень, 
утонули в свете сердечном
и стали молить и ползать, 
казалось, бесконечно, 
пространство убегало
к времени на свидание, 
его оказалось так мало
нужно для привыкания. 

мы встретились просто в лимбе
или, наверное, не встретились, 
может, мы нас не узнали, 
либо не заметили. 
вроде так и должно быть, 
нас нет больше на портрете, 
на прощание в лобик, 
где-то завыл ветер. 

Путник идет по пустынной земле
От кратера к кратеру, что ли, 
Восемь тысяч шагов, один лье:
Марсианское русское поле. 

По дороге без дома и без дорог
Путнику видятся миражи, 
Износил десять тысяч железных сапог:
Марсианская русская жизнь.

Десять тысяч ушло каменистых хлебов, 
Долго ли времени длиться? 
Птица-сирин клюëт до кровавых зубов:
Марсианская русская птица.

Десять тысяч чугунных, леденящих планет
Истесал он, чтобы вернуть, 
Не поймет никогда даже космопоэт
Марсианский наш русский путь. 

Напоминаю, что на 150 папищеков выложу стих про трусы.

Это иронично, потому что щас я вообще не в том состоянии, чтобы что-то такое постить, но обещала. Решила приостановить поэтическую деятельность, потому что каждое последнее выступление меня вышатывает, а стихи пишутся дерьмовые. И жизнь дерьмовей некуда. Работы нет практически, кошка болеет, есть подозрение небольшое (2% вероятность) на рак груди, проблемы в отношениях, которые прям щас походу подходят к финалу. Вроде всё фигня, всё поправимо, даже возможный рак, которого ещё и скорее всего нет, но просто яма по ощущением.

И поэтому стишу про трусы быть, всему назло. Как манифест торжества жизни он выступит.

Вчера чуть было не угодил в мышеловку
Расставленную одной кошкой:
Белые кружевные трусики
Висевшие на батарее
Манили: "Потрогай, потрогай"
Но я человек волевой, сдержался
А то тронул бы и пропал к черту
Вдруг, в трусах тех микроб окопался
Его задень, так он сразу
Внедрится сквозь кожу пальцев
В мозги мне корнем засядет
Как результат:
Стану тупой, безумный
Буду жарить на кухне блинчики
Ждать когда мне дозволят
Испить урину на завтрак

набойки — признак взрослой жизни, 
набоек нет же на кроссовке, 
набойки база, пиво пилзнер, 
разлившееся на парковке, 
впитается в ткань босоножек, 
а мама щелкать каблучками. 
набоек стон звучит: «о боже», —
мы не поможем себе сами. 
но нам помогут — кто? — набойки, 
набойки ведь от слова «бой», 
и хруст спины-пружины, звонко
вправляет позвонки порой. 
я помню, как ты танцевала, 
а после шла их поменять, 
и денег тогда было мало, 
и было рано поминать
всех тех, кто после нас покинул, 
всех тех, кто износил давно
каблук, который правит спину, 
сейчас им вроде все равно. 
сейчас обыденные черви
хрустят разложенным подарком, 
я буду ждать, что самой первой
услышу цокот в гулкой арке. 

и было так чтоб времена
запутались как полы платья
мне душу поедом луна
сжирала по закону сатьи

и нет названья у того
что было сплыло и простыло
пустоты в слове итого
разорван круг, и наутилус
не пожирает сам себя
не слушает мурчанье моря
сегодня кончилась борьба
разбилась ваза из фарфора

и свет проглянет из-за тьмы
нет боли больше у поэта
ведь после ядерной зимы
настанет ядерное лето

праздник тихонько тает
тремор снежочком выпал
и в краснодарском крае
реет торжественный вымпел
впереди дождь и ветер
слезы победы над стужей
мы не оставим в секрете
наш восхитительный фьюжн
одновременно, сразу
будет холодно-жарко
мокнет в футболке brazzers
старенький Донни Дарко
в нашей вселенной он выжил
пермешалось все вместе
и петербургский пыжик
чирикнул на лобном месте
схлопнулось время-пространство
вакуум образовался
сложно инфоцыганству
раскидывать липкие пальцы
позолоти мою руку
позолоти сердце тоже
на призрачный лай ультразвука
теперь все такое похожее
летучей мышкой-норушкой
бэтменом подколоденным
я разбросаю игрушки
на ковролине господнем

кактус решил покрасить иголки
в ядовитый розовый цвет
как тусиби кислотная шелком
топорщится ежик-маллет

альтернатива для кактуса просто
быть таким как и все
колоться и плакать и снова колоться
как было в ссср

сложное детство трудная юность
ты не поймешь всех невзгод
наш кактус подобен джордано бруно
только наоборот

его не сожгли за смуту и ересь
лишь не полили водой
в горшке когда-нибудь вырастет вереск
и мы будем там, мы с тобой

Подарок для мамы
Нравится канал вопреки всему? Нравится личность автора? Есть много лишних денег? Тогда помогите, пожалуйста, порадовать маму админа. Не в этом смысле. Нужно собрать деняк на подарок на др! Хочу подарить ужин при свечах и живой музыке в ресторане-корабле на двоих. Мур.

Подключи Tribute — сервис для монетизации аудитории.

Получи +30000₽ к лимиту без комиссии.

https://news.1rj.ru/str/tribute/app?startapp=r5CNzFNiFQBJ

или не донатьте, а сами побирайтесь, а мне проценты ггг

я прост выпала из денежного потока (учёба с утра до вечера)

Splash, 2025

Холст на подрамнике, текстурная паста, масло, смешанная техника

Призрак, 2025

40х50 см
Холст на подрамнике, акрил, масло, масляная пастель, лак, смешанная техника

человек, который смеется, 
живет свою жизнь: ест суп с клëцками, 
каждый день маршрут некрасовка — электрозаводская, вечером водка, набоков и бродский. по описанию кажется: одиноко, 
но боковым зрением всегда наблюдает улыбку бога и ответный взгляд сверху. иногда с неба сыплется перхоть, как вот сегодня. он подходит к окну, в стекле отражение елки, иголки покрыты белым пухом и краем уха слышится вой сирен на луну. не давая себе уснуть, смотрит изнутри наружу, и кружево облаков сливается спирально, воронкой. ночью было неспокойно, шелестели крылья, пылью оседали, потом взлетали, снова опускались на землю. кажется, что-то важное случится, не от слова случай, гораздо круче, произойдет, скорее. может, не у нас, в корее, но хоть бы нам тоже кусочек мира. желательно, чтобы в нашей вселенной. выпуская эмоции, человек плачет и затем тихо смеется.

благодарю Сашу и Надю за донаты.
я придумала другой подарок! но денег пока не него тоже не хватает. нужно еще немного

я пью кипяток — бурлит в животе, 
пузырек-с-ноготок, взрыв в темноте. 

вбираясь в меня, жидкость мурчит, 
седина-тишина пускает ручьи, 
пускает поток по венам моим, 
кипяток, кипяток, мы станем одним.

мы станем ядром, отпразднуем год, 
а молния с громом, ярость погоды, 
запляшет — промокнем, оглохнем и не
проявится огненный след на окне. 

прошествием лет проверку прошел
мой слабый скелет, пузырится котел. 

сижу на террасе, вкушающи шнапс, 
и швепсом шиплю на прохожих, 
имитирую Вафина и его КАПС, 
мы разные, но в чем-то похожи. 

на госуслуги зайти не могу, 
Сцилла ропщет на отсутствие МАКСа. 
внутри тишина, снаружи же гул
Харибды. Родины. КАПСА. 

я обращусь не в ЖЭК, а в КАПС, 
мне поможет социальная мана, 
я не хочу скачивать МАКС —
максимум скачаю БОГДАНа.