Что такое взорванный череп?

Череп Бошене, или взорванный череп - разборный череп, кости которого отделены друг от друга. Для разъединения костей черепа до настоящего времени применяется способ, разработанный французским анатомом Бошене (Edme François Chauvot de Beauchene, 1780-1830). При этом полость черепа заполняют сухим горохом и закрывают большое затылочное отверстие щепкой, чтобы горох не высыпался. После этого череп погружают в воду, где горох разбухает и разрывает черепные швы. Кости разделяют костными щипцами и собирают на штативе.

Та самая реакция "взрыв башки" 🤯

#som_history #som_kunstkamera #som_anatomy #som_classic

Четыре аллегорические ипостаси доктора в представлении Хендрика Гольциуса – выдающегося нидерландского художника. 1600 год. Грустная история о том, как врач превращается из спасителя в дьявола, стоит ему вылечить человека и попросить за это справедливую плату.

Далее перевод с нидерландского

I. Врач как Бог
Когда больной в смертельной опасности,
меня превозносят как БОГА или ему равного;
умоляют и молятся с непокрытой головой.
Домочадцы оказывают честь и щедро раздают обещания –
лишь бы я сохранил человеку жизнь;
ведь когда на кону жизнь, люди готовы отдать всё своё добро.

II. Врач как ангел
Когда боль и нужда немного отступят,
видят меня, словно перед ними стоит АНГЕЛ:
«О, мастер! Вы – Божий посланник с небес;
ваше искусство избавило меня от смерти».
Такие слова льются из уст:
«Нет богатства выше телесного здоровья»

III. Врач как человек
Когда больной почти выздоровел,
сидит у очага или уже начинает обходиться без моей помощи, меня уже не встречают столь радушно.
Просто ЧЕЛОВЕК я для них теперь.
Которому, разумеется, следует щедро воздать плату.
Но как доходит до этого – былая дружба норовит распасться.

IV. Врач как дьявол
Из БОГА я превращаюсь в ДЬЯВОЛА – таково в итоге воздаяние!

Труд надлежит оплачивать по разумной справедливости;
ведь звали меня из нужды, а не из любви.
Потому любовь и исчезает, как только речь заходит о плате – так нынче у неблагодарных людей и заведено, ведь холодное железо трудно ковать.

Оттого вы, мастера, и вы, кто ныне усердно служит благородному искусству медицины,
пусть мой пример будет вам предостережением:
пусть люди отсчитывают вам деньги, пока их ещё мучит боль.

Коль называют вас «другом» (ami), читайте это как da mi – «дай мне». И пусть расплачиваются доводами, что звенят, ибо дурно – работать и пить одну воду.

#som_history #som_art

Опухоли.
Из коллекции учебных пособий Гарвардской медицинской школы.

Henry Jacob Bigelow & Oscar Wallis, 1848-1854.

В XIX столетии истинные опухоли уже прочно вошли в сферу интересов хирургов - в научной периодике то и дело мелькают сообщения об успешно оперированных пациентах, в руководствах появляются специализированные главы. Не могли обойти стороной этот вопрос и лекции Гарвардской школы медицины, почему среди плакатов Бигелоу онкология - не редкость. Есть среди них как перерисовки иллюстраций атласа "Anatomie pathologique du corps humain" Жана Крювелье (Jean Cruveilhier), так и собственные наблюдения Бигелоу.

Однако особый интерес представляют те из них, где авторы попытались представить максимально полную информацию об опухоли - от внешнего вида до микроскопического строения. Эти плакаты разделены на две части - в одной представлены status localis пациента до операции и макропрепарат извлеченной опухоли (в большей части случаев дополненный демонстрацией строения опухоли на разрезе), а в другой - результаты микроскопии препарата данной опухоли. И хотя о клеточной природе опухолей было известно уже с 1838 г. (J. Müller, "Über den feinern Bau und die Formen der krankhaften Geschwülste"), именно такие зарисовки еще несовершенных гистологических препаратов составляют главную ценность этих плакатов.

Они демонстрируют новый этап научной мысли, пытающейся нащупать нить иерархичности в морфологии, который в 1855 г. (R. Virchow, "Die Cellularpathologie in ihrer Begründung auf physiologische und pathologische Gewebelehre") ознаменуется началом новой, гистологической, эпохи патологии.

#som_history #som_pathology #som_classic

Немного современного медицинского искусства от художника-реалиста Джоэла Бэбба

"First Successful Organ Transplant", 1996. / "Coronary Bypass Operation at Brigham and Women’s", 2010.
Joel Babb

#som_art

Рене Лаэннек и стетоскоп

Рене Теофиль Гиацинт Лаэннек (René-Théophile-Hyacinthe Laënnec, 1781-1826) - французский врач и анатом, известный главным образом как изобретатель стетоскопа. А кроме того, человек трагичной судьбы, испытавший всю ее зловредную ироничность, как никто другой.

Годом изобретения стетоскопа можно считать 1816, хотя научному сообществу он был представлен только в 1818-1819. Именно тогда с Лаэннеком произошел тот курьезный случай, благодаря которому появился этот самый узнаваемый и часто используемый медицинский инструмент. Вот как об этом пишет Лаэннек в своем "Трактате о непрямой аускультации и болезнях легких и сердца":

"Я был приглашен к одной молодой даме, представлявшей большие признаки сердечной болезни, у которой прикладывание руки, а равно и перкуссия, не дали никаких результатов вследствие имевшейся у неё значительной жировой прослойки. Но так как возраст и пол больной не позволили мне предпринять описанный выше метод исследования, то мне пришло на память известное акустическое явление: прикладывая ухо к одному концу бревна, можно прекрасно расслышать дотрагивание иголкой до другого его конца. Я взял лист бумаги, сделал из него узкий цилиндр, один конец которого приставил к сердечной области и, приложив ухо к другому его концу, я был столь же удивлен, как и обрадован тем, что мог слышать удары сердца гораздо громче и точнее, чем это мне представлялось до тех пор при непосредственном прикладывании уха. Я тотчас пришел к заключению, что это средство может сделаться драгоценным методом исследования, который может быть применен не только при исследовании всех движений, обусловливающих образование внутри грудной клетки шумов, значит при исследовании дыхания, голоса, хрипения и, быть может даже флюктуации жидкости, излившейся в полость плевры или околосердечной сумки".

Этот двухтомный трактат, вобравший в себя все основные открытия, сделанные Лаэннеком, стал основным трудом его недолгой жизни. Кроме описания стетоскопа, здесь содержится точное клиническое описание многих заболеваний дыхательной и сердечно-сосудистой систем (дополненные аускультативной картиной, уточненной применением стетоскопа – пневмоторакс, абсцесс и гангрена легкого, почему именно эту книгу следует считать родоначальницей современной пропедевтики, пульмонологии и фтизиатрии), в особенности туберкулеза. Последний изучен особенно тщательно - кроме клиники, описаны патологоанатомические изменения (для чего Лаэннек сам проводил вскрытия умерших).

Ирония же заключается в том, что Лаэннек, большую часть жизни посвятивший изучению туберкулеза, сам умирает именно от этой болезни. Потом он будет вспоминать, что однажды, распиливая позвонок умершего от туберкулеза человека, поранил палец. Однако раззадоренному фатуму этого показалось явно недостаточно. И потому туберкулез у него диагностировал его племянник с помощью его же стетоскопа.

René Laennec
"De l’auscultation médiate ou Traité du Diagnostic des Maladies des Poumon et du Coeur".
1819.

#som_history #som_classic