Рисунки препаратов от лауреата Нобелевской премии по физиологии и медицине Сантьяго Рамон-и-Кахаля (1852 –1934)

Будучи не только величайшим исследователем, но и замечательным художником, он оставил после себя множество великолепных иллюстраций, которые до сих пор используются в учебной литературе. Обратите внимание, с какой точностью, аккуратностью и вниманием к деталям выполнен каждый рисунок.

#som_art #som_history

Первые антисептики и изобретение Джозефа Листера

Склонность ран, особенно операционных разрезов, к инфицированию в доклиническую эпоху приводила к огромным потерям. Лишь в середине XIX века, когда Джозеф Листер предложил систематически использовать антисептики, послеоперационная смертность резко снизилась.

Ещё античные врачи знали: появление гноя – признак «сепсиса», гниения тканей. Болезнь была столь трудноизлечимой, что многие медики почти считали нагноение «естественной стадией» заживления – хотя множество больных умирали. Пытались бороться с инфекцией и прежде. Гиппократ (IV век до н. э.) рекомендовал пропитывать повязки вином и уксусом – мягкими антисептиками. Иногда это помогало, но при открытых переломах средство оказывалось бессильным: обломки костей контактировали с воздухом, и микробы получали свободный доступ в ткани. В 1812 году французский химик Бернар Куртуа открыл йод – гораздо более мощное антисептическое вещество. Однако широкого применения он тогда не нашёл: доказательной основы ещё не было.

В XIX веке была популярна теория миазмов – «вредных испарений», которые будто бы вызывают заражение. Это убеждение привело к культу чистоты и дало первые плоды. Так, в 1847 году венский акушер Игнац Земмельвейс ввёл строгую дезинфекцию рук в растворе хлорной извести и очистку инструментов и перевязочного материала – показатели инфекции действительно упали. Но истинную причину заражений поняли лишь в 1850‑е, когда Луи Пастер показал, что виноваты микроорганизмы, проникающие в раны.

Молодой эдинбургский хирург Джозеф Листер предположил: если помешать микробам входить в рану, проблему можно решить. Он испытывал разные вещества, в том числе карболовую кислоту (фенол), но подхода, пригодного для открытых переломов, всё не находил. Вскоре Листер узнал, что в английском Карлайле карболовую кислоту применяют для обработки сточных вод, и запросил образцы. В августе 1865 года он обработал ею рану 11‑летнего мальчика с открытым переломом голени. Кислота вызвала лёгкие ожоги кожи, зато инфекция не развилась. В течение следующего года Листер применил этот метод ещё на девяти пациентах – семь перенесли операцию без заражения.

«Мне пришла мысль, что разложение повреждённого участка можно предотвратить, наложив повязку из вещества, способного уничтожать жизнь плавающих в воздухе частиц».
– Джозеф Листер

Метод Листера оказался настолько эффективным, что вскоре стал рутиной в его госпитале в Глазго, и смертность от инфекции после ампутаций резко упала с 46 % до 15 %.

В 1869 году Листер ввёл в практику распыление карболовой кислоты на операционном столе: сначала ручным распылителем, позже – из крупного аппарата на штативе, чтобы врачи и сестры не контактировали с едкими каплями аэрозоля.

Несмотря на то, что метод был удачен, к счастью от него отказались в пользу более безопасных для здоровья веществ нежели фенол. Однако начало антисептике было положено.

#som_history

Иллюстрации из анатомического атласа Зигизмунда Ласковски.

Sigismond Laskowski: Anatomie normale du corps humain: atlas iconographique de XVI planches. 1894

#som_anatomy #som_art #som_history #som_classic

Иоганн Якоб Вепфер (Johann Jakob Wepfer, 1620-1695) сегодня известен преимущественно как первооткрыватель морфологического субстрата "апоплексического удара", по случаю чего его имя носит престижная ежегодная премия Европейской организации по изучению инсульта (The Johann Jakob Wepfer Award).

Будучи практикующим врачом, Вепфер не чурался патологоанатомической практики и своих умерших пациентов (да и коллег тоже) подвергал аутопсии. Результаты своих наблюдений он записывал в виде своеобразных "историй болезни", где наряду с библиографическими данными и внешностью пациента содержались описание клинической картины поразившего его страдания и найденных во время вскрытия патологических изменений его органов.

Среди этих "историй" имеется несколько случаев "апоплексического удара", когда на вскрытии обнаружилось кровоизлияние в вещество головного мозга, причем одна из них посвящена Марчелло Мальпиги, тело которого также исследовал Вепфер.

Однако нечасто вспоминают о том, как Вепферу удалось внести заметную толику в копилку медицинских знаний даже после смерти. Зимой 1695 г., когда Иоганн Якоб Вепфер скончался после долгой болезни, согласно завещанию тело исследовал его зять Иоганн Конрад Бруннер (Johann Conrad Brunner), который подробно описал все обнаруженные патологические изменения: жидкость в грудной и брюшной полостях, увеличенное сердце и в особенности аорту, "внутренний слой" которой "в нескольких местах разорван, изъязвлен и подобен гниющему плоду; при надавливании на него он колол пальцы и ощущалась шероховатость кости".

Рисунок этой "оссифицированной" аорты стал первым изображением атеросклероза. В 1727 вместе со всеми работами Иоганна Вепфера этот "протокол вскрытия" будет опубликован сыном Бернардом и внуком Георгом Вепферами в книге "Observationes medico-practicæ, de affectibvs capitis internis et externis".

Почитать фолиант можно здесь

#som_history #som_classic #som_pathology