Сегодня поговорим о показе коллекции «Irere» Alexander McQueen 2003 года, и, на мой взгляд, о самом красивом платье Oyster.

При создании коллекции Маккуин обращался к образам людей и животных амазонских тропических лесов, эпохи Великих географических открытий и воды.

«Irere» — на одном из коренных амазонских языков означает «трансформация», в контексте коллекции, это история метаморфозы — от жертвы кораблекрушения к амазонской принцессе. Такое, своего рода повествование о выживании.

Показ, как и коллекция в целом, включал три четко разграниченных блока: шоу начиналось с фильма, где девушка в разодранном платье бросается в море и создается впечатление, что она тонет, но не так все трагично — начало дефиле передает идею выживания и возрождения; следующий блок представлял более сильных и жетских духом женщин, где доминировали темные цвета и кожа — выживание; заключительная часть взрывается цветом и легкостью, символизируя, наконец, возрождение. Сильно.

Теперь о самом платье

Маккуин, по сути, переосмыслил платье-раковину авторства Джона Гальяно 1987 года (фото 9), которым был восхищен.

На его создание ушел месяц ручной работы трех человек и больше 200 метров ткани, а все элементы были вырезаны по отдельности и собраны вручную. Было создано несколько вариантов в разных цветах, они тоже вошли в коллекцию.

После показа на него поступило много заказов, но известно лишь о существовании всего двух: один хранится в Метрополитен-музее (задействован в Savage Beauty), другой принадлежит Ким Кардашьян, которая надела его в 2020-м году.

В свое время это платье, правда, для съемок, надевали Наталья Водянова и Дафна Гиннесс.

Без драмы, естественно, никуда. Как всегда, в случае Маккуина — это больше, чем просто предмет одежды: Oyster символизирует раковину, в которой женщина была выброшена на берег, а сама она — жемчужина. Идея платья вступает в контраст с Афродитой, чье появление из раковины, вынесенной на берег морской пеной изящно, а в интерпретации Маккуина — женщина в Oyster предстает как «побитая» жемчужина, и, получается, кто надевает это платье, «рождается» из уже разрушенной раковины. Сильно.

Пропустил новость об открытии в венском Музее прикладного искусства (МАК) выставки, посвященной Хельмуту Лангу. Спасибо блюпринту, что держат руку на пульсе и освещают.

Выставка-ретроспектива посвященная наследию Хельмута Ланга, основана на его единственном и официальном публичном архиве, которым МАК владеет с 2011 года. Ее цель — дать глубокое представление о мышлении, творческом процессе дизайнера в период с 1986 по 2005 год, а так же показать закулисье его работы и работы его команды.

Архив MAK задуман как «живой архив». Я надеюсь, что он вдохновит других обрести смелость найти собственный голос. Прошлое никогда не бывает легче настоящего; настоящее — это всегда возможность.

Хельмут Ланг

Каждая деталь пространства выставки тщательно продумана: пол повторяет расположение и именные таблички гостей первого ряда с некоторых показов – от Изабеллы Блоу до Эдварда Эннинфула; в нескольких витринах представлены артефакты из кампейнов конца 1990-х, а так же можно увидеть воссозданные флагманские бутики Нью-Йорка и Парижа, редкие записи закулисья и показов, фрагменты интервью, рабочие черновики и, конечно, одежду.

Хельмут Ланг переосмыслил роль моды в архитектуре, искусстве, медиа и городской культуре, сформировав свой уникальный эстетический язык. Он отстаивал идею моды как интеллектуального, чувственного и культурного высказывания, а не просто продукта.

По сей день Ланг является одним из самых цитируемых дизайнеров современной моды, наряду с Мартаном Маржелой


Выставка продлится до 3 мая 2026 года.

Эльфрида Шольц родилась в 1903 году в городе Оснабрюке, Германия.

В детстве она часто болела и была парализована на два года, но все же смогла выучиться на портниху. К 1929 году она вышла замуж и обосновалась в Дрездене, где занялась индивидуальным пошивом одежды.

Во время Второй Мировой войны, наша сегодняшняя героиня открыто выражала свое непринятие идеологии нацизма и войны. Однажды в беседе с одним из заказчиков она имела неосторожность сказать, что немецкие солдаты — пушечное мясо, Германия проиграет войну, и что она бы без колебаний выстрелила бы гитлеру в лоб.

Естественно, донос был сделан «автоматически», ее моментально арестовали и в октябре 1943 года приговорили к смертной казни. Во время формального судебного процесса судья заявила: «ваш брат, к несчастью, скрылся от нас, но вам не уйти».

Эльфриду Шольц казнили 16 декабря 1943 года. В прощальном письме к своей сестре она написала:

«…я в Плётцензее. И сегодня пополудни, в час, меня больше не будет...»

Письмо отправили, а еще к нему приложили счет на 495 марок и 80 пфеннигов — за содержание Шольц в тюрьме, судопроизводство и казнь, который ее родная сестра была обязана оплатить в течение недели.

Спустя годы, в 1968-м, в ее родном городе Оснабрюке, была названа улица в ее честь, в 2013-м в Дрездене был установлен Камень преткновения, а реабилитирована она была только 1998 году.

Единственным родным братом Эльфриды Шольц был Эрих Мария Ремарк, который узнал о ее смерти только в 1946 году. К тому времени он бежал от немецкой власти, спасаясь после «На западном фронте без перемен».

Памяти своей сестры он посвятил роман «Искра Жизни», выпущенный в 1952 году. Издательство, с которым сотрудничал Ремарк, ознакомившись с рукописью, расторгло с ним договор, так как были нарушены действовавшие в то время табу на опресненные темы. Роман все равно был выпущен у другого издательства, но получил неоднозначные отзывы литературных критиков, не смотря на положительную реакцию бывших жертв нацизма.

Такая история.