В 1942 году на советские киноэкраны вышел фильм «Машенька». Главную роль в котором сыграла молодая Валентина Караваева.

После выхода картины на 22-х летнюю актрису обрушилась слава и признание. Она стала самой молодой лауреаткой сталинской премии.
Успех ошеломительный.

На волне растущей с геометрической прогрессией популярности молодую актрису начали приглашать на съемки в разные фильмы.

Но все пошло не по плану.

Однажды, по пути на съемочную площадку, актриса попала в автокатастрофу. Машина, которая ее везла врезалась в трамвай. Водитель погиб на месте, Караваева сильно пострадала, но осталась жива. Помимо многочисленных травм, пострадало и лицо, оно было изрезано.

После длительного лечения и восстановления, Валентина Караваева, не потеряла надежды вернуться в кинематограф, но получала отказы от киностудий по понятной причине. Позже все-таки были немногочисленные роли в кино и театре. Но о былом успехе уже и не было речи.

Весь овэрдрэмэтик впереди.

Актриса была своенравной. Так, в «Чайке», поставленной в 1945 году в Театре имени Моссовета, она отыграла всего несколько спектаклей, а после ее сняли. Она спорила с режиссерами, делала замечания актерам и вмешивалась в постановочный процесс.

Потерянный успех, не дающий покоя шрам и «железный занавес»
не помешали Караваевой выйти замуж за дипломата и уехать в Великобританию.

Бесконечные попытки убрать последствия аварии с лица в европейских клиниках только усугубили ситуацию - у нее была парализована часть лица.

В 50-х годах Караваева бросает мужа и возвращается в СССР из Великобритании. Через два года после ее отъезда, муж погибает. Надо отметить, что она не подвергалась санкциям, как другие женщины в подобных ситуациях. Например, актриса Зоя Федорова получила 10 лет тюрьмы за роман с американцем. В этой связи есть версия, что Караваева выполняла секретное задание зарубежом.

По возвращении у нее была всего одна роль в кино, в картине «обыкновенное чудо», а так же были роли в спектаклях и дубляж фильмов. Но это не давало ей желаемого успеха в творческой и материальной сфере. От права на наследство мужа она отказалась.

По мнению многих, продвижению актрисы мешал не только шрам, но и скверный характер.

Приблизительно с конца 60-х годов и до самой смерти в 1997 году, она вела затворнический образ жизни. Играла в собственном «театре», в котором была актрисой, режиссером, зрителем и критиком. Караваева купила камеру, проектор и бобинный магнитофон. Смастерила из подручных средств чайку, которая висела над потолком, в кухне организовала гримерную, а на стенах было что то вроде декораций.

Ежедневно, на протяжении 30 лет Караваева, в свей однокомнатной квартире на Проспекте Мира снимала себя на камеру, играла перед ней главных героинь «Чайки»,«Вишневого сада» , фрагменты из «Анны Карениной». Она регулярно проявляла пленку, просматривала результат, отмечая ошибки в игре.Ну следующий день переснимала, только уже меняла интонации, переставляла акценты и собственные ракурсы. Бесконечные спектакли, в которых она была единственной героиней остались на трех километрах пленки.

Она умерла в 1997 году.
В нищете и жутком одиночестве.

Через несколько дней в квартиру попал Георгий Параджанов, племянник Сергея Параджанова. Он узнал о ее смерти из статьи в газете. По прибытии в квартиру, он обнаружил жуткую обстановку и те самые километры пленки. В дальнейшем он использовал их в своем документальном фильме «“Я — Чайка”. Тайна жизни актрисы Караваевой», который вышел в 2000-м году. В фильме так же показана печальная атмосфера ее 1-комнатной квартиры: пол был усыпан рукописями, театральными нарядами.

Жутко от того, что на одних пленках она исполняет роли в достаточно молодом возрасте, а на других их же, но в старости. То есть процесс не прекращался десятилетиями…

О чем эта история? О безумии или преданности искусству?
Вопрос остается открытым.
Лично для меня это про скверный характер и дальнейшее безумие.
Но у любого гения эти качества являются неотъемлемыми, не так ли?

Музей современного искусства в Нитерое, Бразилия.

Здание музея в стиле модернизма, авторства архитектора Оскара Нимейера построено в 1996 году.

Визуально здание выглядит как летающая тарелка. Музей имеет уникальную конструкцию -«Тарелка» диаметром 50 м установлена на колонну диаметром всего 9 метров, которая расположена в небольшом водоеме. Из панорамного окна открывается потрясающий вид.
Вход в музей осуществляется через длинный спиралевидный пандус яркого цвета, что создает особый контраст цветов.

В интервью AD Нимейер говорил: “Нитерой может нравиться или нет, но нельзя сказать, что это неинтересно. Ты, может, видал вещи и получше, но такой же — не видел. Архитектура — это всегда изобретение, надо уметь удивлять”.

В здании была показана круизная коллекция Louis Vuitton 2017.

Красиво.

#ОВЭРархитектура

Дебютная кутюрная коллекция Александра Маккуина для дома Givenchy, 1996 год.

Александр Маккуин был креативным директором дома Givenchy до 2001 года и покинул его с радостью.
Дебютная коллекция не вызвала восторга у критиков, а зря.

Примечательно, Маккуин говорил в интервью, что зарабатывал в доме деньги, которые инвестировал в собственный бренд. Не только гениальный дизайнер, но и стратег.

Возвращаясь к теме Феликса Гонзалеса-Торреса сегодня расскажу о двух моих любимых работах. Если быть точнее, о любимой и самой любимой.

Идеальные любовники, 1991 год.

Работа состоит из двух одинаковых часов, которые настроены таким образом, чтобы показывать два одинаковых времени. Стрелки на обоих часах идут в унисон друг с другом и какое-то время связаны синхронными и ритмичными движениями. Механизм часов питается от батареек, и по всем законам, синхронизация и ритм не сохранятся вечно и в какой-то момент перестанут работать.
Идея заключалась в том, что, как и эти часы, идеальные любовники в итоге перестанут синхронизироваться друг с другом. В случае художника - умрут в разное время.
Работа «Идеальные любовники» говорит о болезненном осознании ограниченного времени с людьми, которых мы так любим и неизбежности неизбежного.
Он создал ее в трагический период в своей личной жизни.

Самая любимая работа, которая меня тронула еще лет 20 назад это:

Портрет Росса в Лос-Анджелесе, 1991 год.

Инсталляция состояла из конфет, насыпанных в углу зала.
Их вес был равен весу близкого человека художника до страшного недуга, с которым он был вынужден бороться.
В работе присутствует принцип прямого взаимодействия со зрителем - разрешалось брать конфеты в неограниченном количестве, что приводило к уменьшению общего веса арт объекта. Работники музея обязаны были добавлять необходимое количество конфет в конце дня, чтобы их общий вес был равен 175 фунтам.
Таким образом, инсталляция символизирует постепенную утрату близкого человека Торреса, который «таял» от СПИДа, и в итоге, к сожалению, умер.
Сладость конфет в контексте инсталляции становится провокативной и в религиозном смысле тоже. Ведь зрителям предлагается вкушать «тело погибшего».

Есть несколько вариантов этой работы, но тронул меня именно вариант, что на фото.

Все гениальное просто.